Когда-нибудь и мы будем счастливыми

Титус несколько минут бесцельно болтался в коридоре и посматривал в окна. Он просто смотрел вдаль, куда-то, где прямо сейчас, возможно, происходит очередное сражение кланов. Титус был сильным, натренерованным, опытным человеком в сражении, но он не был воином. Командующая никогда не взяла бы его на какую-нибудь резню, ведь он может использовать себя в более благих целях, чем убийство. Поэтому он и был учителем, наставником Лексы, хранителем пламени. Можно было сказать, что такой человек, как он, бездушный и не имеет ни капли сострадания. Но так говорила только его оболочка. Внутри же всё сжималось от боли и бессилия, от факта, что он ничего не может поделать, чтобы обезопасить Хеду, чтобы Кларк не страдала. -Как она? - Титус подошёл к двум стражам, которые стояли у дверей комнаты Лексы, и те учтиво поклонились ему. Сейчас он был в Полисе за главного. Всё, что происходит в городе, лежит на его совести. На самом деле, Лекса могла поручить Кларк следить за состоянием столицы, но вскоре она поняла, что та и со своим еле сможет справляться. -Она за сегодня ещё ни разу не выходила, хранитель, - и Титус слышал эти слова слишком часто за последнее время. Кларк закрывалась в покоях Командующей и почти не выходила оттуда. -Пустите меня. Стражи переглянулись и, коротко кивнув, открыли двери перед учителем. Он вошёл в светлую комнату и сразу же начал искать взглядом Кларк. Он вовсе не удивился, когда заметил её лежащую на диване. Титус тихо подошёл к Ванхеде и робко присел на краю. -Кларк, - он подёргал девушку за плечо и не получил никакого отклика. - Кларк, я знаю, что ты не спишь. -Чего тебе надо? - Гриффин раскрыла глаза и злобно уставилась на мужчину. Она ко всем так относилась в последние дни. К стражам, знакомым землянам и даже собственной матери, которая работает над ранеными, не покладая рук. -Уже прошло две недели. Может хватит проводить время... вот так? -Вот именно, Титус, прошло две недели, - Кларк чуть приподнялась и устало откинулась на спинку дивана, - где Она сейчас? -Я всё расскажу, но ты должна мне пообещать, что перестанешь убиваться и наконец займёшься хоть чем-нибудь ради себя самой же. -Мне и так хорошо. -Ты маленькая эгоистка. Как живёшь ты, так живёт и ребёнок. Тебе нужно бывать на солнце и хотя бы немного передвигаться, или ты просто срастёшься с этим диваном. Давай. -Что "давай"? - Кларк недоверчиво сощурилась, чувствуя новую волну раздражения. -Пошли, - Титус встал и протянул девушке руку, - сходим на аллею командующих. Ты же так любишь её. -Я люблю гулять там с Лексой, а не с лысым педантом. -Как ты меня назвала? - Титус невольно приоткрыл рот в удивлении. - Знаешь что? Я тебе, наверное, ничего рассказывать не буду. Я ушёл. -Нет, нет. Я всё. Молчу... У тебя очень красивая татуировка на голове, а твои строгие методы воспитания помогают... кому-то. Пожалуйста, - Кларк умоляюще сложила руки, - расскажи всё. Я должна знать, что Лекса в порядке. -На аллее и расскажу. -Ты невыносим, - Кларк досадно зарычала и поднялась с кушетки. Через несколько минут Титус и Кларк уже беззаботно расхаживали по аллее командующих. Сбоку были слышны шаги стражей, которые охраняли их, но не смели вмешиваться без особых причин. Солнце сильно слепило блондинку, потому что она уже успела отвыкнуть от этого, проводя слишком много времени в помещении. Хранитель переводил взгляд с Гриффин на деревья и иногда с каким-то упоением поглядывал на разбитый фонтан, заставляя девушку вновь закипать. -Я когда-нибудь дождусь ответов? - Кларк не выдержала и минуты молчания. - Лекса в порядке? -В порядке, - Титус заложил руки за поясницу и слегка замедлил шаг. Кларк облегчённо выдохнула. -Где она сейчас? -Сейчас она на территории нижней долины, где-то на дубьем перекрёстке. Там сейчас её основные силы. -Пожалуйста, скажи, что она справляется, скажи, что она разбивает Найлуса к чертям, - Кларк затряслась от злости, но, почувствовав руку Титуса у себя на плече, немного расслабилась. -Она справляется. Найлус теряет свои силы с каждым днём. Одна деревня, другая... Он уже проиграл несколько битв, а воины Лексы - всего парочку. У нас преимущество, ты же знаешь. Всё будет хорошо. -У тебя есть что-то ещё? - Кларк выжидающе уставилась на землянина. -Да, - Титус пошарился в карманах своих лохмотьев и достал небольшой сверток бумаги. Он не успел и слова сказать, как почувствовал, что Гриффин уже нагло вырвала листок из его рук. Это было письмо от Командующей, второе письмо, которое Кларк с нетерпением ждала. И эти сообщения от Лексы были единственной вещью для неё, которая хоть как-то помогала справляться с плохими мыслями и вновь появившимися кошмарами. Второе сообщение даст ей понять, что с Лексой всё хорошо, что она скоро вернётся. Первое письмо доставил гонец неделю назад, и Кларк была очень этому удивлена и рада. Она понятия не имела, что Лекса вообще сможет позволить себе тратить время на какие-то письма. Но благодаря ним Кларк чувствовала, что она любима, любима навсегда. "Любимая Кларк. Наконец я могу написать тебе, дать тебе понять, что со мной всё хорошо, дать тебе понять, что скоро всё это закончится, и мы снова будем счастливы, как в те замечательные несколько месяцев. Я буду пытаться писать тебе так часто, как только смогу. Из-за тебя я стала слишком слабой. Я всегда тебе говорила, что любовь - это слабость. И оно так и есть. Я отвлекаюсь постоянно с мыслями о тебе, о нас, о нашем будущем, совсем забывая о том, что я нахожусь на поле боя. Может быть, увидев тебя, я бы смогла успокоиться на какое-то время, но это же не так, верно? Я хочу видеть тебя со мной всегда и при любых обстоятельствах. Ты сделала меня слабой. Но в то же время ты сделала меня сильной. Ты твердила мне, что любовь - это сила, а не слабость. Но я тебе заявляю, что любовь многогранна. Она заставляет меня бороться за тебя, за наше будущее, с самым большим усилием, на которое я вообще способна. И я не собираюсь останавливаться, никогда. День назад мы разгромили клан Дельфи. Это был несложный бой, и Найлус не учёл, что мы возьмёмся именно за этот клан первыми, поэтому и не стал отправлять свои основные силы туда. Мы быстро расправились со всеми воинами Дельфикру. Мне больно, Кларк. Больно смотреть на это, на это бесполезное кровопролитие, потому что приходится убивать огромное количество воинов, пока лишь малая часть не сложит свои мечи и не падёт головой к земле. Мне больно идти на людей,которые когда-то были моими, но отступились лишь из-за своих принципов. Мне больно видеть, как мои воины отсекают головы своим друзьям из вражеского клана. Всё зашло слишком далеко. Родные убивают родных. Я знаю, что ты уже проходила через это и не раз, поэтому я и хвалю небеса за то, что ты этого не видишь. И мне остаётся лишь бороться за то, чтобы ты никогда этого не увидела в будущем. Я чувствую, я знаю, что мы скоро встретимся вновь. Что мы снова сможем жить нормально, без всех этих войн. Стоит лишь дождаться, ведь рано или поздно это закончится. И рано или поздно я вернусь к тебе. Я люблю тебя." Кларк перечитывала первое письмо тысячи раз, совсем позабыв о том, что существуют книжки, из которых она могла бы получить хоть какие-то знания. И этот свёрток бумаги стал для неё большим, чем просто свёртком бумаги. Он стал частью её истории. Гриффин успела запомнить каждую строчку, каждое слово, ведь их было так мало, но в то же время они были такими нужными. Она быстро прокрутила у себя в голове слова из первого письма перед тем, как развернуть второе. -Почему тебе их доставляют, а не мне? - рыкнула Кларк, оглядывая текст. -Ты ни с кем не контактируешь. Гонцы боятся к тебе приближаться. Вот я и всё получаю. -Ладно, помолчи, - Кларк быстро направилась к фонтану и присела на большие булыжники мрамора, которые некогда были его частью. Титус так и остался в стороне, не смея мешать влюблённой душе. "Любимая Кларк. У меня вновь появилась возможность написать тебе небольшое письмо. Написать тебе о моих мыслях и переживаниях. С каждым днём я всё больше скучаю по тебе, хочу прикоснуться к тебе, хочу услышать тебя. Мне не хватает твоего голоса больше всего. Ты знала, что я очень люблю твой голос? Я порой даже слышу его у себя в голове и, кажется, потихоньку схожу с ума. Каждый день приносит всё больше мук мне и моим воинам. Хоть мы и выигрываем эту войну, но, кажется, именно мы страдаем больше всех. Когда я говорю нечто подобное, я лишь надеюсь, что никто не узнает, насколько я слаба, кроме тебя. Я бы очень хотела рассказать тебе, как дела у Октавии или Рэйвен, но проблема в том, что я сама не знаю. Я знаю, как ты их любишь, знаю, как ты ими дорожишь. И я лишь надеюсь, что у них всё будет хорошо, и вы снова увидитесь. Очередной клан пал. Клан малой долины. Ты знаешь, как я относилась к королеве, знаешь, что она не была мне безразлична. И вот мне вновь пришлось применить свой клинок против друга, человека, который шёл бок о бок со мной немало времени, а потом отрёкся. Ситуация не меняется, Найлус не сдаётся. Он видит, что люди гибнут, но ему, кажется, всё равно. В связи с этим кровопролитие продолжается, и обе стороны получают только страдания. Я много думала о том, как мы будем жить после всего этого, когда родится ребёнок. Много думала о том, как мы её назовем. Я люблю твоё имя, знаешь? Очень люблю, и я бы хотела им назвать и нашу дочь. Но это не только мне решать. Я каждый день представляю себе, как мы будем гулять по аллее с Ней. Как Она будет кричать каждый раз, как её что-то будет раздражать. А её первым словом в любом случае станет: "Мама". Я постоянно представляю себе, как ты будешь успокаивать Её, напевая колыбельные. И благодаря этим мыслям я чувствую, как по телу разливается тепло, ведь когда-нибудь это всё случится. И я знаю, что это случится. И я знаю, что ты никогда не сломаешься, что ты всегда будешь сильной, что ты всегда будешь помнить все пережитые нами моменты... Что ты всегда будешь помнить мою любовь. Мы все - лишь выжившие одной большой войны."