Какого цвета твоя аура?

К тому моменту, когда начало светать, вторжение было подавлено. Половины Конохи будто и не было. Множество зданий разрушено. Трупы валялись прямо на улицах, дело до них никому не было. Все были заняты обороной. Но когда все закончилось все, что осталось после вводило в ужас. На следующий день разбирали завалы, вытаскивали из-под них людей, относили пострадавших, и подсчитывали, опознавали и убирали трупы. Лил дождь, и тогда, под вечер, когда все более-менее вернулось в норму, провели церемонию прощания. Сотни фотографий с перевязанной черной лентой. Каждый, кто приходил положить им цветы, узнавал кого-то знакомого или даже того, кого любил. Дождь лил и, словно иллюзия, скрывал слезы, которые проливали граждане деревни листа. Хокаге произносил речь о доблести, о долге, о вечной памяти. Кто-то слушал, кто-то был погружен в свои мысли. У многих перед глазами пролетали воспоминания, какие они думали, что уже забыли. Нет, не забыли. Вот ты видел этого человека только вчера или может позавчера, а сегодня ты подносишь к его могиле цветы… Не верится… вроде бы только вчера… Много матерей, отцов и детей не вернутся уже домой… Каждый думает « а что если…», а что если бы этого не случилось? Почему они не сказали, что они им были дороги? Или пренебрежительно относились к времени, что у них было? И многие поняли, что самое противное чувство, это когда ты мог, но не успел, не захотел, а теперь сделать этого уже нельзя. На одной из фотографий был мальчик лет тринадцати, с белыми, словно первый снег, волосами собранными в низкий хвост. Он улыбался не только губами, но и его зелеными узкими глазами, в которых играли блики. К этой фотографии подошла семья: отец, мать и девочка, очень похожие на мальчика. Девочка еще была слишком мала, чтобы понять, что произошло, но тянула мать за руку и спрашивала «мам, почему на фотографии братика черная лента? Почему они его закопали?! Мам, ответь! Если не ответишь, я его сама пойду и выкопаю! Они не должны закапывать братика!» Мама успокаивала дочь, хотя сама была на пределе, из ее глаз лились слезы. За ночь она их столько пролила и все еще есть, что лить… Не должно же быть так, чтобы мать сына хоронила… Отец. Его лицо мало что выражало, но если приглядеться и попробовать отделить его от дождя то можно заметить, что и он еле сдерживал слёзы. Больше он позволить себе не мог. Но и у него в голове возникали мысли с «если…». Сейчас он жалеет о многом. Думая о будущем, готовя сына к наследству, он забывал о его настоящем. Сейчас он понял, что надо было больше ему разрешать, не заставлять прочитывать толстые книги по медицине, а давать больше проводить времени с матерью и сестрой. Да и он… сам сейчас бы отдал все, что угодно, лишь бы увидеть глаза своего сына, которые смотрели на него через очки. И несмотря на все, что он делал, ведь он даже его бил… в глазах сына не было никогда ненависти… недовольство было, а вот ненависти - никогда. Потом подошла семья Учих. Поклонились, положили цветы. И ушли не обернувшись, лишь младший сын покрутил браслет братства у себя в руках и одел снова на правую руку, чтобы больше не снимать и помнить о своем старшем сопернике. Хъюги сделали тоже, что и остальные. Хината не плакала уже на могиле друга, нечем уже. Всю ночь и так проплакала. Но когда пришла ее очередь класть цветы, еле двигая губами прошептала «спасибо за жизнь». Прощание уже прошло, а золотоволосая девочка так на нем и не появилась…

***

Как только все поутихло, Наруто рванула с убежище туда, где последний раз видела Лена. Бежала, что есть силы. Все в голове мешалось и неоднократно прокручивая тот момент, когда она его в последний раз видела. Все перемешивалось, и повязка намокала. Слезы текли сами собой. Хозяйка уже не управляла своими эмоциями. Курама пытался ей помочь, хотя бы говоря, куда бежать, но Удзумаки пропускала его слова мимо ушей и бежала интуитивно, в правильную сторону, но не обошлось без падений, изодранных коленок, испачканного кимоно. А когда добежала… Там суетились еле заметные ауры. На земле лежало еще трое… и одна аура, явно живая, но они не двигались, словно мертвые. - Что ты тут делаешь? Разве не знаешь, где ты сейчас должна быть?- сказал мужской голос. Человек находился под маской зверя, что означало лишь одно - он из анбу. Наруто хотела ответить, расспросить, но после послышалось дыхание и ощущение чего-то до боли знакомого. Сердце защемило… Обернулась… Лен! Живой!.. Наплевав на анбу, подбежала и упала перед ним на колени. Его аура то затухала, то еле светилась непонятным светом. - Что же вы ходите?! Неужели среди вас нет медика?! Что же вы за спец отряд!- Наруто была в не себя, ревела, орала на анбу, между этим что-то бормотала Лену. - Малявка! Иди лучше, куда тебе положено.- Бросил второй. Подходя к девочке и беря ее за плечо, чтобы оттащить. Может он и был неправ, может он думал, что прощаться с умершим принесет еще больше боли… - Отойдите от нее! Займитесь пока другим местом.- Приказал непоколебимый голос Минато. Наруто его такого никогда не слышала. Твердый серьезный и такой, что бросает в дрожь. Анбу поклонились, не смея оспаривать его приказ, и исчезли в дыму. Желтая Молния бросил печальный взгляд на дочь и отошел, чтобы не мешать… - Что? Почему они уходят?! Где, черт возьми, медик!- Наруто все еще не переставала кричать в просьбе позвать сюда медика. - Не… кх… нужен медик,- прокашлял кровью, может сейчас слепота для Наруто сыграла пользу,-меня уже не спасти. Кх… не нужно такого выражения, я знаю… Не спасти, медик же… - Лен…- она сильнее сжала его руку двумя своими. На них падали ее слезы. А он смеялся. - Хм, не плачь, кх...- потекла небольшая полосочка из его рта, очерчивая лицо красным.- Пообещай… - Обещаю! Все, что хочешь пообещаю!- прокричала, не дослушав. - Глупая, обещаешь не дослушав… кх… Живи! Только живи! Не разочаровывайся в мире! Замечай, как ты и видела… кх, только хорошее… и исполни свою мечту…- Еще раз кашлянул и потянул руку к ее лицу. Правой она немедленно схватила ее. Инстинктивно. На ее лице отпечаталась моментально рука, которая была в крови…- Я ведь… Люблю те… Глаза его закрылись. Он умер. Одной рукой Наруто прижимала к щеке, а вторую, которую она сжимала, в ней что-то появилось. Когда она ее разжала, там было ледяное сердце с цепочкой изо льда. Какие горячие руки девочки не были, сколько бы она не плакала на этот кулон, лед не таял и не растает никогда…

***

- Как он погиб?- подошла к анбу и произнесла непоколебимым голосом, что у всех присутствующих прошли мурашки по коже. Минато кивнул. В знак того, что они должны ей рассказать. - Лен Тао сошелся в схватке с тремя тюнинами. Двое мужчин были убиты его льдом, что именно он применил - неизвестно. Также обнаружена девушка, на ней не обнаружено никаких повреждений, лишь сильный препарат в ее крови, который ей вколол Тао. Он обездвиживает на сутки, при этом не наносит никакого вреда. Ее доставят к Ибики для допроса... Сам же мальчик… На его теле множество ранений, как и не особо опасных, так и сильных, которые привели к большой кровопотери. Но умер не из-за этого. Причиной смерти стало то, что все органы были скручены и не на своих местах. Эта техника врага, какая и как с ней справится - неизвестно. Именно из-за этого медики были бессильны.- Женский голос закончил отчет. Поклонившись, все анбу исчезли. Наруто обернулась в сторону, где лежало мертвое тело ее друга. Подошла, присев, провела рукой по его лицу. « Лен… как же я хочу увидеть твое лицо… Какой ты?» Его лицо все еще детское… И Наруто знала, что он так и не будет называться синоби, а он сам так и останется четырнадцатилетним парнишкой, которого не коснется старость…