Жертвенные волшебницы

К плачущей Лисане тут же подорвался брат и, подняв ее с колен, крепко обнял и тоже заплакал. Гильдия погрузилась в оглушающую тишину, волшебники все как один смотрели в упор на наглого рыжего парня, и хотели, что бы это все оказалось страшным сном. Очнувшись от которого, они снова будут в той прекрасной гильдии вместе с Люси, Мирой, Эльзой, Джувией и Леви. Но этого уже не будет. Никогда. Хартфилия осела на лестнице и опустила голову на колени, Леви дружески положила руку ей на плечо и тоже плакала. Только Джувия смогла найти в себе силы и подойти к Штраус. — Прости, Лис, мы не уберегли её, — она обняла блондинов и замолчала.

***

Делегация из волшебников и одного вампира медленно продвигалась по лесу, все шли, молча, абсолютно не зная, какие слова могут хоть немного утешить боль. Лисана, дрожа, прижималась к Эльфману, который смог взять себя в руки и быть сильным в присутствии младшей. Когда они дошли до портала, Штраусы были шокированы, ведь этого портала никогда не было, и про него никто не слышал. — Я пойду первым, — гордо сказал Аято, — Джувия, будешь заключительной. — Да.

***

На выходе из леса их ждал огромный выполненный в старинном стиле особняк, вокруг до сих пор плавали черные тучи, предвещающие дождь и грозу. — Вы здесь живете? — Лисана будто очнулась от долгого сна и заворожено пялилась на дом. — Теперь да, — грустно улыбнулась Леви и прошла вперед. — Идём, — Сакамаки махнул рукой, будучи уже на приличном расстоянии от волшебников. Хвостатые направились за парнем. Погруженные в свои мысли они не заметили, как оказались у нужной им двери и никто был не в силах толкнуть её. Лишь только проходивший мимо Рейджи, поприветствовал гостей и открыл дверь. Возле кровати Миры сидела Эльза и держала её за руку, она шептала какие-то слова, и плакала. Тихо. Как тогда, когда Жерара увозили на казнь. У Люси в груди закололо. Эльфман отпустил сестру из объятий и, сделав несколько шагов, Лисана рухнула на пол, зажимая рот рукой. Скарлет испуганно обернулась. — Лисана? — голос у нее был хриплый и тихий от слез. Её карие глаза потухли и покраснели. Все говорило о том, что ей тоже тяжело, ведь девушка винила себя в том, что случилось, даже больше чем Сакамаки. — Так это не ложь, — Эльфи сжал кулаки, и первый прошел к сестре. Он просто стоял и смотрел, будучи полностью раздавленным этим фактом. В первый день, Штраус так и не смогла подойти к демонессе, постоянно плача на плече у брата.

***

На следующее утро, Леви нашла Лис у Миры в комнате, блондинка держала сестру за руку и плакала. — Почему Мира? Почему сейчас? Я ведь так много хотела тебе рассказать. — Штраус смотрела в стену, прижимая руку сестры к груди. — Знаешь, мы ни на секунду не переставали вас искать, мы с ног сбились, обивали каждый угол Магнолии, некоторые отправлялись в другие города. Но вас будто и след простыл. Мы были так подавлены, особенно Лексус, мне кажется, он любит тебя, Мир, любит. Он похудел и осунулся, ты нужна ему, ты мне нужна. МакГарден решила не мешать ей и тихо прикрыла дверь, уходя. Шу проснулся от шума воды, которая давно начала переливаться через края ванны. Четырехнувшись, он быстро отключил воду и встал. С одежды ручьем стекала уже холодная вода, было противно, но ещё противней было на душе. Он не уберег её. Он дал этому уроду шанс отомстить. И поплатился за это. Выйдя из комнаты, он взглядом наткнулся на спящую блондинку у кровати своей невесты. — Кто ты и что тебе нужно от моей невесты? — младшая Штраус подорвалась и тут же уставилась на Сакамаки. — Как ты назвал мою сестру? — Невеста, — Шу никогда не был эмоциональным, поэтому свой шок он скрыл за привычным безразличием. — Ах, невеста значит, — волшебница сжала кулаки. — Тогда почему она лежит здесь, а не счастлива с тобой? Что сказать нечего? Мы так долго искали её, а в итоге должны были узнать, что она мертва. Да кто ты такой, что бы присваивать её себе? Какое право ты имеешь так называть её, если не смог элементарного? Она нуждалась в тебе, а ты дал ей умереть. Мне все рассказали, и я не собираюсь оправдывать тебя. Ты полностью виноват в том, что с ней случилось, и мне абсолютно плевать на ваше мнение, я заберу её с собой. — Ты не смеешь её забирать, она моя. — Это ты не смеешь мне указывать, жалкий вампиреныш, — Лисана перестала контролировать себя, и перевоплотилась в тигра. Девушка бросилась на него, собираясь выцарапать ему глаза, но в прыжке она почувствовала, как её магию что-то вытягивает из тела. Приземлившись на наглого вампира, Лисана непонимающе смотрела на него, пока до неё не дошла простая истина. — Мира, — она бросилась к сестре, которая впитывала в себя похожую магию. — Господи, ты жива! Штраус обняла еще спящую сестренку и радостная убежала к брату. Эльфмана она нашла в столовой, как и остальных согильдейцев. — Она жива! Мира жива!