Подчиненный

Стальные оковы вновь звенят, когда тело Локи содрогается. Опять так звучит напоминание ему о том, что и он уязвим от человеческой силы. Маг поднимает свой взор, полный ярости, — но все же в нем есть отблески тревоги, потому что ему не суждено ни сбежать, ни скрыться от того, что его ждет. Он не способен даже закрыться руками в защитном жесте, — он в плену железных цепей. Никогда, никогда Локи не был в подчинении и в таком унижении, а его глаза не сверкали так злостно, так и крича о том, что виновник его страданий поплатится за это — за то, чего он здесь уже натерпелся. Руки давно занемели от стальных оков, которые намертво парализовали все его тело стальной хваткой, и на них еще на долгое время останутся отметины, вновь и вновь напоминающие о его поражении. Сколько он здесь пробыл? Час? Или два? Не важно, ведь все только начинается, потому что он отделался всего парой ссадин и синяков. Локи меняет свой яростный взгляд на угрожающий, но это никого не испугает. Не сейчас, когда он выглядит настолько жалко. Походка Стива Роджерса спокойна и нетороплива, он то ходит туда-сюда, то, задавая один и тот же вопрос, неспешно подходит к Локи, у которого каждый мускул напряжен в ожидании боли, но во взоре сохраняется все тот же холод. - Где. Чертов. Тесаракт? Лицо Мага расплывается в злостной улыбке, но выражение лица Стивена остается неизменным. - Мне повторить еще раз? - Пожалуй, нет, - с холодом отвечает Локи, но дрожащий голос его выдает. - Мне надоело слушать одно и то же в разных интерпретациях. Не успевает Локи договорить, как сильная рука бьет его по лицу так, что содрогается сознание и каждая его мысль. И ведь не попросишь о пощаде, потому что это ниже достоинства, и терпеть это вечно — невозможно. Маг опускает голову, чтобы солдат не увидел его отчаяние, время от времени проступающее на его лице, хоть и делать это было напрасно. - Где тесаракт? - уже насмешливо спрашивает солдат. Он хватается пальцами за подбородок Локи, заставляя того смотреть ему прямо в глаза, но, — о Господи! — Стив по-прежнему смотрит на него так же безразлично. Теперь он не только слышит, но и чувствует сбитое дыхание мага своей ладонью. - Нет... - мямлит узник. Это должно было означать «не скажу» или «ты не узнаешь об этом», но он способен сказать только это. Потрескавшиеся губы в теперь едва проступающей улыбке предательски дрожат, а любое слово произносится с трудом. Лицо Локи покрыто синяками, но он знает, что скоро пятна сливово-красного цвета будут и на теле. Стив бьет его снова, и тот еле сдерживается, чтобы не застонать, не сорваться на крик или, что еще хуже — не просить сжалиться над ним. Теперь по его мертовно-бледной коже стекают потоки теплой крови, стекая на губы и подбородок, и язык немеет от привкуса железа. Боль разгорается с новой силой, заставляя Локи жадно хватать воздух. - Неплохо держишься, - подмечает безразличным тоном Стив. - А это все, на что ты способен? - насмешливо спрашивает маг, едва не заговариваясь, и сразу же жалеет от сказанном. Но он тут же искоса смотрит на Стива, обжигая его своим ледяным взглядом цвета колотого льда — и понимает, что взор его нисколько не пугающий. Или Стивен только прячется за маской, как и он сам? А солдат только смотрит на него свысока, будто обдумывая только что сказанное. - А ты хочешь, чтобы мы перешли на что-то по-глобальнее? Локи посещает ужас и гордость, но выбрать он может лишь одно. И гордость побеждает. - В последнее время право выбора достается тебе, Стивен, - ядовито тянет Локи, - так что я даже не знаю, что отвечать. Это явно злит солдата, Локи видит это по его глазам, потому что он стоит настолько близко, что может даже рассмотреть каждую черту его лица до малейшего миллиметра. Злит такого правильного, сдержанного Стива Роджерса так, что он внутри закипает, а руки сжимаются в кулак, и пальцы бледнеют. И он подходит еще ближе, ломая все границы личного пространства, в то время как сердце Локи бьется чаще. Потому что это он разжег огонь ярости в груди Капитана так, что его уравновешенность, кажется, сорвалась с цепи, и он за это ответит. Но он слишком поздно задумывается о последствиях. Солдат вновь хватает его за подбородок, впивается пальцами так, что магу кажется, что от чужих ногтей навсегда останутся розоватые отметины на бледной коже. Еще пару миллиметров — и их носы соприкоснутся — настолько они рядом, — но Локи достаточно и одного испепеляющего взгляда солдата, поэтому он не дергается. - Ответь мне на мой вопрос, и ты уйдешь отсюда живым. Стивен четко проговаривает каждое слово. Локи хочет склонить набок голову в вопросительном жесте, но вовремя вспоминает, что теперь его лицо удерживает рука. - А ты не мог бы повторить вопрос еще раз? Ярость в глазах напротив разгорается снова, и теперь солдат прижимает Локи к стене, насколько это позволяют сделать оковы, и тот больно ударяется. Стальные цепи звенят, и их странный тревожный хохот разлетается по известному только Стивену зданию. - Ты ведь знаешь, что наша игра в гляделки будет длиться недолго. - Я тебя не боюсь, - боюсь, но никогда не признаю этого! Стивен тянет мага на себя, а затем снова ударяет его о стену, и Локи закрывает глаза и слышит только звон цепей и разъяренное дыхание то ли Капитана, то ли свое растерянное. Солдат опять становится вплотную с магом. - Ты — настоящий глупец, Стивен, - въедливо говорит Локи. - неужели ты думаешь, что, обладая силой, ты сможешь выпытать у меня все, что тебе вздумается? - маг хитро улыбается, нагло уставившись на солдата. - Неужели ты думаешь, что ты один такой, независимый и неумолимый? На самом деле ты не доверяешь никому. Ты сам по себе, и ты это знаешь. Ты не представляешь, как мы схожи, Стивен. Губы Капитана на секунду подрагивают — кажется, это было подобие насмешливой улыбки, — но через секунду на лице опять остается только злость. - Ты можешь смеяться, - говорит солдат сквозь сцепленные зубы, в ярости раздувая ноздри, - ты можешь сопротивляться или кричать — мне все равно, а все потому, что я знаю, что ты жалок и труслив. И мне будет приятно доставлять тебе боль, потому что я знаю, что с тобой творится на самом деле! - мускулистая рука уже который раз находит подбородок и вновь заставляет делать то же самое — смотреть, смотреть навстречу его испепеляющим взглядом и медленно умирать от одного его воздействия. - Ты выглядишь жалко, Локи. Солдат резко отпускает Локи и идет куда-то в другом направлении, и маг уже догадывается, за чем он идет. Стивен возвращается, но уже крепко сжимая нож. - Мне испортить твою милую мордашку, или ты мне все-таки о чем-то расскажешь? - спрашивает Стив, поднося нож к лицу, а затем едва проводит концом лезвия от скулы к подбородку, заставляя мага задрать высоко голову. - Она и так не в лучшей форме. В ответ - лишь безмолвный замах рукой, и теперь с глубокого пореза под скулой ручьем льется кровь. Локи злостно шипит, пытается вырваться с оков, но на руках остаются только лишь красные следы. Солдат вырисовывает только ему понятные кровавые узоры на шее, ключицах, в то время как маг сдерживается, лишь бы не закричать. Стивен смотрит на него выжидательно, ожидая информации, но Локи только стыдливо отводит взгляд, не произнеся ни слова, в то время как порезы появляются снова и снова, обжигают тело как никогда, и когда Стив проводит лезвием по животу, Локи сдавленно стонет. - Что, не нравится? - Я тебе башку снесу сразу же, как окажусь на свободе! - зло выпаливает маг, морщась. - Откуда такая уверенность? Стивен кромсает его кожу еще и еще, даже не обращая внимание на то, что он измазался в крови, — он напоминает Локи о том, что он все еще в плену.

***

Стивен мучает его. Мучает его так, что с языка мага не вырвалось ни одной членораздельной фразы за остальные пару часов. Ярость, — вот что заставляет солдата это делать снова и снова. Стив не оставил ни одного живого места на теле Локи: он отметил его порезами, ожогами, синяками и даже снял ногти на некоторых пальцах, — таковой была цена времени, проведенного здесь. Солдат бьет мага по лицу, и тот издает истошный стон. - Давай же! - злостно кричит он прямо Локи в лицо. Маг только яростно скалит зубы в ответ на такие слова, оголяя верхние зубы, и он сдавлено рычит, резко дергается навстречу солдату, но его сдерживают оковы, опять отзываясь тихим звоном. Этот звон давно засел в его подсознании, как напоминание о том, что с ним могут сделать люди. И это еще больше его злит. Ему не нравится, что его отмечают увечьями, потому что он — далеко не собственность Стивена. Он сам себе хозяин, и никто не смеет к нему даже приближаться, он — маг. Почему он должен терпеть какого-то жалкого человека? Засохшая мутная кровь, спадающие растрепанные пряди волос, уставший, но все еще злой вид — Локи не похож на самого себя, но поделать с этим не может ничего. Локи сломлен. Он действительно выглядит жалко, маг это знает. Получается, солдат прав. Локи обжигает Стивена своим ледяным взглядом, давно уже не людским. Это уже звериный взгляд, но он по-прежнему холоден, как никогда. И Роджерс ловит себя на мысли, что он становится таким же ледяным — или он таким и был? — но солдат быстро выкидывает эту мысль из головы, зарядив кулаком по лицу мага снова. Тот кричит с новой силой, кричит от ярости к себе и Стивену, от ярости к звону, который раздается вновь и вновь, и от чувства безвыходности. Его душераздирающий крик, кажется, слышит целый мир. Он истекает кровью, утопает в невыносимой боли и мучениях. «Он холоден как никогда. Даже сейчас», - снова пролетает в голове Стива. Холод будто парализует разум и внушает страх, но Стивен знает, что это лишь его подсознание, и это не останавливает его. Локи что-то мямлит, когда Стивен вновь берется за нож, и, когда солдат снова оказывается близко, он может разобрать слова. - Нет, нет, нет... Локи просит пощады? Стив в подозрении хмурит брови, и он делает первый порез. - Пожалуйста, нет! - тело мага выгибается, он весь дрожит, но на секунду он застывает: солдат... пишет что-то у него на груди? Стивен выводит что-то, известное ему только одному, под истошные стоны. Локи шумно вдыхает и выдыхает, сдавленно кричит что-то несвязное, содрогается и снова кричит. Стив бросает на Локи свой испепеляющий взгляд, будто зная, что он ранит его больнее любого оружия. - Я... Скажу! - кричит маг. Солдат отрывается от своего творения. Неужели?.. - Что ты сказал? - переспрашивает он для достоверности. Но он все правильно услышал. - Я скажу, где находится тесаракт.

***

Локи уже может шевелиться, хоть и это доставляет огромных трудов. Сейчас он не охвачен цепями чуть ли не с ног до головы, — маг не может шевелить только руками, потому что они связаны у него за спиной. Он сидит, сгорбившись у старого зеркала, и может рассмотреть каждый порез, ожог и ссадину на своем теле. Кровь уже не бежит так сильно, и теперь он не смотрит в глаза Стивена. Зато он может смотреть на то, во что Стивен превратил его. Он его сломил, сыграл с ним злую шутку: не только искалечил, а и поставил ниже себя, а потом выкинул его, как испорченную игрушку, вдоволь наигравшись. Локи унижен, уничтожен и растоптан, и ему хочется исчезнуть с лица Земли раз и навсегда. - Ты пожалеешь об этом, - шепчет он злостно, всматриваясь в глаза своему изуродованному отражению. Но он говорит это не себе. Он говорит это тому, кто разрисовал его в красный цвет, оставил багровые следы, изувечил все его тело не задумываясь. Синяки из-за него болят, а кости ломятся как никогда. А на груди кровавыми буквами выведено: «Тебя легко подчинить, Локи».