За гранью

Солнце заливало своим тёплым светом как всегда шумный Кингс-Кросс. Люди каждое утро сновали туда-сюда, словно заведённые. Одни спешили на свой поезд, другие стремились занять наиболее выгодные места, чтобы распаковать свои котомки, до отказа набитые едою, какими-то домоткаными коврами, платками и тем самым «добром», которое служило основным "хлебом" этих людей. Порою казалось, что из-за этих торгашей вокзал превращался в очередной рынок... Тем, кто не привык к этой суете, могло бы просто стать дурно: всё мелькает перед глазами, в ушах звенит от обилия звуков, а голоса, различные по тональности и тембру, сливаются в одну сплошную какофонию. Однако же именно сейчас эта суета играла на руку одному небезызвестному человеку, который, набросив на плечи какое-то рваное тряпьё, некогда бывшее весьма недурным плащом, старался слиться с толпой. Сейчас он семенил, согнув спину, шлёпая босыми, изрядно исцарапанными ногами по каменной площади и опирался о клюку. Челюсти его уже онемели от длительного сжимания в зубах трубки, дым которой белёсой пеленой застилал глаза. Лёгкие "старика" готовы были взорваться от такого огромного количества никотина. К горлу подкатывали приступы кашля, глаза слезились, казалось, что он сейчас задохнётся... «Нельзя… Эти люди… Я чувствую присутствие людей из Чёрного Ордена и Ватикана…» Он опасливо осматривается… Кажется, что все люди вокруг - носители какой-то угрозы, что все они только и хотят одного - поймать его и уничтожить, как акума… И не спрашивая ни о том, что произошло с ним на самом деле, не учитывая того неизменного факта, что он и сам не знает многого... Нет, не так. Он не знает ничего... Абсолютно ни-че-го. «Когда-нибудь тебе придётся убить дорогого для тебя человека»,- всё ещё звучал в голове хриплый голос Мариана Кросса. Это изначально заставило юношу вскипеть от злости, ярости и негодования... Сейчас эти слова порождали в уме паренька лишь панический страх и желание бежать... Бежать куда угодно, лишь бы подальше от друзей... Он бы с радостью убежал бы и от самого себя, будь у бедняги такая возможность... Однако чутьё юношу не подводило: за ним и правда следили, вернее сказать его искали... - Хм... Почему мы здесь? - зевнув, спросил светловолосый молодой человек, глядя на своих коллег… «Даже сейчас, когда мы одеты во всё «штатское», мы слишком однообразно выглядим, как же ску-у-учно», - думал юноша, глядя на двоих своих «товарищей», одетых, как и сам он, во всё чёрное. - Мы выполняем приказ Ватикана, - сухо отозвался высокий сухопарый джентльмен. Его явно раздражала глупая болтовня парнишки. «Да как его можно тут найти?! - крутилось в голове мужчины, который внимательно всматривался в лица идущих мимо него людей. - Бесполезно... Всё равно, что искать иголку в стогу сена... И по каким же это данным Уолкер должен появиться на вокзале Кинг-Кросс?! Зачем?!» Впрочем, это негодование разделяли и два других его «товарища», только один валял дурака и до жути раздражал своими глупыми комментариями, а другой просто плевать на всё хотел, по крайней мере, весь его вид выражал смертную скуку и желание побыстрее исчезнуть отсюда. Вполне вероятно, что он так же осознавал всю абсурдность данной ситуации… Однако из «дум тяжких и не очень тяжких» эту троицу вывело одно обстоятельство: где-то совсем рядом послышался грохот, который заставил встрепенуться мужчин и обернуться на шум. Перед их глазами возникла следующая картина: какой-то оборванец споткнулся и налетел на мужчину, который торговал грушами. Естественно, что под действием веса бродяги импровизированный лоток, на котором и был разложен товар, развалился, груши раскатились по дороге... Да уж... Товар был безнадёжно и безвозвратно испорчен: большая часть груш была оббита, а самые спелые просто развалились при ударе о камень. - Какого чёрта?! Мерзкий оборванец! - орал, брыжжа слюной, торговец на человека в изношенном чёрном плаще. Виновник происшествия лишь тщетно пытался подняться, надрывно кашляя при этом. - Чёртов бродяга! - торговец подхватил за шкирку бедняка, заставляя того встать на ноги и хорошенько встряхнул. - Ты мне испоганил весь товар! Что, нельзя хоть смотреть, куда прёшь?! - Прошу прощения, сэр, но Вы сами, конечно, расселись посреди дороги! - в дело вмешался младший из троицы, вызывая негодование у своих старших товарищей, которые уже было хотели схватить юнца за шкирку, но уж больно проворным тот оказался. Теперь им, что бы не привлекать к себе лишнего внимания, оставалось только смотреть и сокрушённо качать головами и прокручивать в мыслях план "воспитательной беседы", которую они составят с младшим коллегой по возвращении в штаб. - Это как минимум неуважительно по отношению к старому больному человеку!- назидательным тоном сообщил парень, глядя на торгаша. - Ты, чёрт возьми, кто ещё такой?!- рыкнул мужчина, правда обрушить гнев на парня ему так и не удалось, так как его запястье сжали до хруста костей. Торговец взвыл от боли, предпринял даже попытку вырваться, но безрезультатно. Если не сказать, что сделал он себе ещё хуже. Пальцы юноши только сильнее сомкнулись на его запястье. - С вами всё в порядке?- поинтересовался юноша, глядя на ипесчрённое морщинами лицо только что спасённого им старого бедняка, оттолкнув от себя торговца. Молодой "ворон" подошёл к старику и протянул ему руку, дабы помочь бедолаге встать на ноги. - Благодарю Вас, сэр,- прохрипел старик и тут же зашёлся новым приступом кашля. - Вам плохо! Нужно немедленно доставить Вас в госпиталь!- засуетился юноша, напуганный состоянием бедняка.       Оба его "товарища" лишь обречённо вздохнули. Во-первых: человек, который налетел на торгаша действительно старый бездомный. Во-вторых: раз это не Уолкер - значит они все просто зря тратят время. В-третьих: за этой суматохой они попросту не обратили внимание на другого сгорбленного человека с трубкой в зубах, который спокойно прошёл мимо них и окончательно слился с толпой, что спешила к поезду, идущему на "Континент".       Самое странное, что никто не задался вопросом: откуда у оборванца билет и каким образом его спокойно пропустили в купе. Ну а кому от этого хуже-то? Ну уж точно не Аллену, который, зайдя в своё купе, спокойно водрузил сумку на сидение. "Ну что ж... Надо бы вспомнить, как накладывается грим...".