Sisters' Love

Я бесцельно лежала в кровати уже, наверное, неделю четвертую. Да, вроде так, если верить календарю, на который я почти не обращаю внимание. На столе назойливо тикали часы, которые в первое время бесили меня до того, что я чуть не разбила их. Но меня остановил факт того, что это часы Лексы. Эта комната... это ее комната, все вещи здесь принадлежат сестре. Эти часы, которые вызывают у меня недоумение, но которые я уже успела полюбить. Небольшая кучка книжек, о которых я никогда не слышала, но парочку из них от тоски успела прочесть. Большой плакат на стене с любимой актрисой Лексы, которая чем-то похожа на меня. А самое главное, что от нее осталось, это запах... мне стоило просто принюхаться к ее одежде или к постели, и я вновь могла почувствовать этот любимый травяной запах, который стал для меня единственным и который хоть как-то поддерживает меня в последнее время. Самое интересное, что до всего этого... до того, как я поняла, что люблю сестру, я даже ни разу не бывала в ее комнате, потому что она не пускала меня сюда. Я думала, что в ее комнате есть что-то неприличное, что-то, что у нормального человека вызвало бы недоумение или отвращение. И это казалось вполне логичным, ведь она сюда вообще пыталась никого не пускать. Но в комнате все было даже чересчур просто, не было ничего, что бросалось бы в глаза. Единственное, что я нашла, как мне бы раньше показалось, странного, это мои фотографии в ее тумбочке. Мне, наверное, было лет шестнадцать, когда они были сделаны. И это никак не дает мне покоя. То есть получается она любила меня уже как минимум три года, а я... я такая дура и ничего не видела... или просто не хотела видеть. Во мне тоже всегда существовало это чувство, и следовало всего лишь раскрыть его, вытащить из глубин подсознания. Понятно, что у меня никогда не было ее фотографий, так что приходится довольствоваться ее страничкой на фейсбуке. Джейк много раз пытался выгнать меня из комнаты сестры, но в основном всегда получалось наоборот. Он хотел, чтобы я меньше думала о Ней, но мне кажется, что так будет еще хуже. Я не могла находиться в своей комнате, она казалась мне чужой, ведь там... не было Лексы. Мне все казалось чужим и неприятным. Я несколько раз пыталась отвлечься в парке, в котором сестра любит убегать от своих проблем, но все не то. Люди шумят, они веселятся, кто-то проходит со своим любимым человеком, и лишь я одна не такая, как они. Не могу быть такой, как они. Не могу так просто избежать своих проблем или просто жить дальше. Ведь... я больше не вижу смысла жить без Нее. Наверное, легче просто сказать, что я больная идиотка, ведь Лекса предала меня, променяла меня на чертов бизнес, от упоминания которого мне становится плохо. Но дело в том, что я не верю в это, не верю в то, что она могла поступить так со мной. Ей никогда не нужны были, она никогда не просила у родителей вообще что-либо, а лишь сама пыталась им в чем-то помочь. Поэтому ей это предприятие не нужно. Тогда остается еще два варианта. Она могла сделать это, чтобы, опять же, угодить родителям, чтобы показать, что она любящая дочь, которая всегда готова послушаться их. И я бы могла даже как-то согласиться с этим вариантом, если бы не одно "но". Я слишком хорошо знаю сестру... слишком хорошо узнала. Она бы не пошла на это даже при том, что она любит родителей. Она не подчиняется никому, и уж точно не глупым убеждениям и приказам матери. Поэтому остается еще один вариант, самый вероятный. Лекса могла сделать это ради меня. Конечно, ведь без бизнеса мы должны были бы начинать все с нуля, вообще без ничего... Но она, кажется, не поняла, что мне плевать на все это, ведь вместе мы бы справились со всем, только вместе, ведь так мы можем быть намного сильнее, чем поодиночке. И все же она, скорее всего, так поступила исходя из этих убеждений. И я много раз пыталась выяснить у нее то, пыталась доказать ей, что мне плевать на мнение родителей и их чертов шантаж, что я готова пойти на все ради того, чтобы мы были с ней вместе. Но дело в том, что я могла сделать это только используя свой телефон, а сестра не отвечала, сколько бы я ей сообщений не отправила или сколько бы раз я ей не звонила. Короче говоря, она сделала свой выбор и не собирается отступаться от него. Я не знала, как она там живет, что у нее на уме, и лишь отец постоянно кормил меня чем-то вроде: "У нее все отлично, бери пример и хватит убиваться". Я знаю, что у нее ни хрена не отлично, так же, как и у меня. Все это вранье, мне все лгут. Почему мне сейчас так дерьмово? Оказывается, что мне всегда было дерьмово. Просто я не подозревала об этом. И только тогда, когда я почувствовала настоящее счастье с человеком, который на самом деле всегда был для меня самым дорогим и любимым... только тогда я поняла, насколько моя жизнь была ничтожна. Нет, мне было хорошо до всего этого, вроде бы хорошо жила. Но Лекса словно добавила в мою "палитру" миллионы разных "красок", которые делали те несколько дней, что мы были вместе, самыми прекрасными из всех, что были в моей жизни. А сейчас... все стало каким-то серым, даже при том, что сейчас самый разгар моей любимой поры года. Я услышала, как открылась дверь, а после внутрь зашел Джейк. Я не запирала дверь на ключ, потому что в первые дни из-за этого отец сильно злился и кричал на весь дом, так, что, наверное, вся улица слышала. Я даже не поднимала на него глаза, но смогла услышать тягостный вздох, ведь он подобную картину видит по нескольку раз в день. Он подошел к моей кровати и присел так, что я смогла увидеть его лицо. Каждый день оно отображало доброту и сожаление. Он не хотел этого, не хотел разлучать нас с Лексой, даже если учесть наши нестандартные отношения, но, вероятно, какие-то убеждения... мама... все сыграло свою роль. Он всего лишь заложник обстоятельств, как и все мы. -Кларк, поешь пожалуйста, - Джейк протянул вилку, на которой было насажено пару макарон. Вроде как живот требовал подкрепиться, но и желания есть особого тоже не было. -Не хочу, - я закрылась одеялом, оставив только щелку для глаз, чтобы следить за действиями "врага". -Боже, - он еще раз вздохнул, а после резко стянул с меня одеяло свободной рукой. Я попыталась отстоять свое положение, но ничего не вышло. - Ешь давай, или мне придется насильно запихивать это в тебя. -Ладно, - я покорно взяла тарелку из его рук, заметив удивление на его лице. Лекса бы не подчинилась, и я не буду. Тарелка разлетелась на много-много маленьких осколков, когда я выпустила ее из рук, и все макароны теперь валялись на полу. -Ты неисправима, - заворчал Джейк, хлопнув рукой по мягкой поверхности кровати. Он встал и, укоризненно хмыкнув, вышел из комнаты. Вернулся он уже с совком, тряпкой и веником в руках. Кинув на меня еще парочку обиженных взглядов, он начал убираться. - Ну и когда это закончится? -Не понимаю, о чем ты, - я даже как-то глупо улыбнулась, ведь я очень хорошо понимала, о чем он говорит. Я прилегла назад на кровать и начала смотреть на эту сцену с уборкой. -Когда ты перестанешь убиваться? Сколько можно "страдать"? - папа показал воздушные кавычки, что сильно взбесило меня. -Ты знаешь, что не перестану. И ты знаешь, что Лекса важна для меня настолько, что я могу страдать без нее сколько хочу. -Но ты должна перестать... -Перестану, когда Она будет со мной. -Скоро Лекса по-любому вернется в город, и вы будете жить под одной крышей. Но я не думаю, что... -Не говори то, о чем пожалеешь отец, - я грубо прервала его, не желая слышать о том, что у меня больше не будет шанса быть вместе с сестрой... так, как я хочу. -Ты никогда не называла меня так... формально, - Джейк обиженно нахмурил брови. -А ты всегда поддерживал меня. И сейчас вы с мамой так поступаете со мной... с нами. -Детка, ты же знаешь, что я бы никогда... - папа почесал затылок, выдавая свое беспокойство. - Да и вообще, это не ко мне претензии, а к своей сестре ненаглядной. -Не смей обвинять ее, ты знаешь, что ей эти твои аптеки на хрен не сдались. -Они вам обеим нужны. -Я больше не могу это слушать, просто выметай это все и сам выметайся, - раньше я так нагло с отцом не разговаривала, а сейчас... ну все и так понятно. Еще парочка досадных вздохов, и вновь зазвенели осколки. Я, наверное, слушала это шуршание еще где-то минут пять, и к этому моменту раздался звонок, а после три сильных стука о дверь. Кажется, я даже знаю, кто это может быть. -О, это, вероятно, Октавия пришла, - подтвердил мои догадки Джейк. -Только не говори мне, что ты ее позвал, - я закатила глаза, понимая, что все именно так и было. Октавии я не говорила, что приехала с дачи, да и вообще я никому об этом не говорила, так как закрылась в этой комнате и больше никуда не вылазила. -Тебе нужна сейчас компания подруги, - Джейк вытер ладони о свои джинсы и, схватив все принадлежности для уборки, вышел из комнаты. Вот Октавия сейчас в самый раз, черт побери. Честное слово, я не знаю, чем она может мне помочь, разве что потрындеть над ухом. А еще, получается, папа рассказал или расскажет ей про наши отношения с сестрой и тогда вообще все будет просто отлично. Кажется, суицид был не плохим вариантом... -А вот и Кларк, - Октавия радостно ворвалась в мою комнату, но увидев мое состояние, ее лицо резко изменилось. - Это еще что такое? Мистер Гриффин, это что, Кларк? -Может ты перестанешь дурака валять? - я присела на край кровати, закатив глаза. -Значит ты не вылазишь из этой пещеры уже три недели? - Октавия присела возле меня и начала рассматривать мое лицо, пока за всем этим наблюдал отец. Я промолчала. - Мистер Гриффин, что с ней? -Я надеялся, что ты сможешь помочь ей... убедить, что любовь к сестре неправильна. -Не поняла, - глаза подруги распахнулись до немыслимых размеров. Все она поняла, такое просто так не говорят. Наверное, я должна была испугаться какого-то осуждения с ее стороны, но мне было все равно. - Вы серьезно? Кларк, ты серьезно? Мистер Гриффин, она серьезно? Любовь такая...? Не... -Да, такая, - прервал ее Джейк, вскинув руками. Октавия несколько минут к ряду переводила взгляд с отца на меня, пока мы все молчали. Мне хотелось, чтобы они просто побыстрее ушли, а что твориться в их головах уже не мое дело. -Ну это же хорошо, да? - на лице Октавии то появлялась нервная улыбка, то пропадала. Наверное, она боялась разозлить Джейка. Я вообще удивлена, что она отнеслась к этому так хорошо, то есть она не считает это чем-то ужасным. Даже легче немного стало. - Я не поняла, что значит "неправильна". Мистер Гриффин. Кларк, расскажи, что происходит? Я недоверчиво глянула на папу, а после приблизилась к уху Октавии. Говорить громко я не хотела, потому что в моем рассказе присутствовала парочка оскорблений как раз о моих родителях. Я вкратце рассказала ей обо всем, что произошло. Сначала я была настроена к этому скептически, но поняв, что Октавия точно поддержит меня, я решила использовать эту возможность. -Мистер Гриффин, вы с ума сошли?! - подруга вскочила с дивана, грозно уставившись на отца. - Шантажировать своих детей? Что это вообще такое? - шквал укоризненных вопросов посыпался на Джейка, лицо которого приняло виноватый вид. Может мнение постороннего человека сможет убедить его, что не стоит бояться гнева Эбби да и вообще кого-либо. - Да чего только люди не переживают в этой жизни, но пытаются достичь счастья со своим любимым человеком. А вы пытаетесь отобрать его у Кларк с Л... Лексой, - думаю, ей непривычно произносить наши имена в паре. -Я не для того тебя позвал. -Вы думали я буду говорить ей то, что по вашему правильно? Да хрен вам, - ого, жестоко. Даже не верится, что эта девушка разносит сплетни в университете. Сейчас она настоящая подруга. - Понятно, что Лекса пожертвовала вашими этими бизнесами ради нее, а вы... У меня нет слов... -Знаешь, тебе, кажется, пора, - Джейк понимал, что это все чистая правда. Он сам так считает, но и делать ничего с этим не хочет. Легче же просто выгнать Октавию и не слушать то, что и так знаешь. -Нет, не пора, я останусь, пока... -Октавия, лучше иди, - я успокаивающе потерла ладонь ее руки. Мне не хотелось втягивать ее во все это еще сильнее, я просто надеюсь, что папа смог понять, что не все люди воспринимают наши с Лексой отношения так негативно, как они себе возомнили. -Но... -Я хочу побыть одна... пожалуйста. Тебе нечем мне помочь. -Господи, - кажется, она готова была расплакаться. Заключив меня в крепкие объятия на пару секунд, она что-то еще проворчала мне на ухо и отстранилась. - Если ничего не изменится, мистер Гриффин, я вас из-под земли достану, - Октавия ткнула пальцем в грудь отцу и ушла прочь из комнаты. Снова одна. Я слушала достаточно много болтовни Джейка по телефону. Было много деловых разговоров, с друзьями, а иногда те, что мне и нужны были. Он всегда включал громкоговоритель, а сам кричал чуть ли не на весь дом, что мне было только на руку. Многие разговоры были однотипными, о том, кто как себя чувствует, кто что делает и так далее. У Лексы было все еще намного хуже, чем у меня. Спать в том самом лесу... у меня в тот раз, казалось, тело развалится, а она там каждый день находится. После таких новостей мне хотелось рвануть прямо туда, но много чего останавливало: отец, мама, сама Лекса, которая отказывается со мной контактировать. И вот сейчас очередной разговор, который, я думала, будет таким же скучным и ничего не имеющим смысла. Но что-то изменилось. Я прижалась к стене у папиной комнаты и начала слушать. Жаль, что я не успела к началу разговора. -Эбби, я больше не стану этого делать. Я не могу смотреть на это. Ты думаешь, что это неправильно, но это мы неправильные. Кто мы после всего этого? -Ну Джейк, может стоит еще немного... Джейк, они же еще дети... -Какие к черту дети? Эбби, им по двадцать! Это их жизнь, а мы с ними играемся. Они бы уже давно могли послать нас ко всем чертям собачьим, если бы не Лекса. -Ну Джейк... Джейк... -Что? Мне надоело твое нытье. Скажи мне, вот скажи, что они не заслуживают друг друга. -Прости, Джейк. -Это не передо мной нужно извиняться, Эбби. Не передо мной... - кажется, на этом моменте папа скинул звонок. Я быстро побежала в свою комнату на подкашивающихся ногах, стараясь не издавать каких-либо звуков. Сердце бешено колотилось от того, что я успела услышать. Папа перестал слушать Эбби, я знала, что рано или поздно ему все это надоест. Быстро забежав в свою комнату, я тихо прикрыла дверь и плюхнулась в кровать. Я стала прислушиваться к шагам, чтобы понять, что будет делать Джейк, но этого не потребовалось. Отец ворвался в мою комнату и сразу же уставился на меня. Его лицо выражало полную уверенность в своих дальнейших действиях. Он швырнул мне мои же джинсы в лицо и, выходя из комнаты, с нотками радости сказал: -Собирайся.