Без имён

— Зачем ты тут? Этот вопрос вогнал меня в ступор: я меньше всего ожидал услышать его. Думал, что моя первая встреча начнется с приказа или удара кнутом, но не так. А вот не надо было смотреть клишированное порно. — Я здесь... — Да, для чего? — Чтобы служить Вам, мой Господин, — произносить такое было в новинку, однако я сказал правду. Хотелось подчинения, хотелось доставить удовольствие Доминанту. Я дернулся, чтобы подняться из неудобной позы, но тут же вспомнил, что без разрешения Мастера не могу это сделать. Кажется, Господин остался доволен моим ответом. Не могу утверждать точно, так как я в данный момент уперся взглядом в его ботинки. Наверняка дорогие, со шнуровкой и блестящей кожей. Вижу кромку черных брюк, закрывающих щиколотку. Б-р-р, прохладно, мне бы тоже приодеться. Да и не очень удобно сидеть на коленях, связанным тонкой веревкой — она красной нитью пересекает грудь и сплетается на скрещенных за спиной руках и ладонях, сложенных в молитвенном жесте. Придя сюда впервые, я хотел получить новые ощущения, да так втянулся, что стал постоянным клиентом сразу же после второго просмотра сессий в данном заведении. Я и не ожидал, что так быстро найду партнера после подачи анкеты: омег очень редко выбирали, как рассказал мне администратор, потому что те слишком хрупкие, и многие Доминанты останавливали свой выбор на бетах. Однако мне повезло. Только-только исследуя основы БДСМ культуры, я захотел составить что-то вроде азбуки, и начал бы я, пожалуй, с покорности. Мне хотелось стоять на коленях, как сейчас, смотреть на своего Господина, внимательно слушать каждую фразу, каждый вздох, ощущать власть и силу. — Что означает для тебя подчинение альфе? — голос Мастера не громкий и не тихий, зато твердый и ровный, захватывающий все внимание. — Отвечай, — о-о, именно то, чего я ждал. Некоторое время молчу, формулируя мысль. — Служить ему, выполнять его приказы, принимать управление мной. — Ты хочешь научиться подчинению? — Да, Господин, — выпаливаю я. — Хорошо, тогда поприветствуй меня как положено, — протягивает ладонь к губам, ожидая моих действий. Я целую ее, осторожно, немного боязно, — я ему все еще не доверяю, — слегка касаюсь языком мягких подушечек пальцев. — Хорошо, — остался доволен Господин, убирая от меня руку. Я рад. Он отходит в сторону, к комоду, и возвращается обратно. — Ты когда-нибудь оставался один в кромешной темноте? Я сглотнул, чувствуя, что начинается что-то интересное, и поспешил ответить: — Да. — Ты забыл, Раб. — Мастер садится на корточки и тянет мой подбородок вверх. Я не удерживаюсь и смотрю тому прямо в глаза — темно-синие. Ошибка. Нельзя этого делать. Следует наказание — удар по щеке. — Повтори. — Да, Господин, — выдыхаю я и чувствую, как учащается мое сердцебиение. Исправляюсь, отводя взгляд в пол. — Отлично. И что ты ощущал в такие моменты? — интересуется Мастер. — Страх и беспомощность, Господин. — Хорошо. Послушай меня внимательно. Сейчас я надену на тебя повязку, ты не будешь ничего видеть, — мягкая ткань опускается на закрытые веки, лица касается ткань рукава, и Мастер как можно сильнее затягивает завязки. — Встань, — коротко приказывает альфа. Повторения не требуется. Послушно поднимаюсь, хрустя суставами, и замираю, стараясь определить местоположение Господина — пока что он передо мной. К соску прикоснулось что-то холодное. — Это зажимы. Ты уже пользовался ими? — Мастер сдавливает левый сосок и ждет моего отклика. Вполне терпимо. — Нет, никогда, но видел, как его применяли на других, Господин. — Закусываю губу, когда Доминант слишком сильно закручивает винт. Холод сменяется жаром, я чувствую, что соски набухают от притока крови. Так странно и необычно. Мне все еще немного стыдно стоять перед незнакомым альфой голышом, но стыдливость иногда уходит, уступая место похоти, — хочу, чтобы об меня вытирали ноги, делали, что только придет в голову. — Как ты? — Его волнует мое состояние? Теперь я полностью готов отдаться в руки Мастера, раз он заботится о своем Сабе. — Я в порядке, Господин, — шепчу куда-то вперед. В ответ тишина. Где же он? Я заволновался и вдруг заметил резкие изменения в своем восприятии. Внезапно я перестал понимать, куда направился Хозяин, стоит ли он справа от меня или же вообще ушел в другой конец комнаты. Скрип, шуршание... Что же происходит? Каждый звук стал очень важным. Шагов почти не было слышно — все заглушал ковролин. Я повернул голову в попытке распознать, откуда идет звук. Черт, куда он идет? Легкое дуновение ветра рядом с моим обнаженным телом. Мне показалось, что Мастер прошел за моей спиной, или это был какой-то предмет? Мой организм прилагал все усилия, чтобы сориентироваться в пространстве, но все тщетно. Непроглядная темнота пугала, было страшно, я хотел услышать голос Господина, понять, что я в безопасности, что я не один, не беззащитен. А если он оставил меня в таком виде и ушел? Нет, не может быть… Чарли, неужели ты так быстро стал зависим от незнакомого тебе человека? — проснулся внутренний голос. Как бы то ни было странно, да. От осознания данного факта напряженность не уходила, а все больше и больше нарастала. Вдруг в комнате раздался хлопок — хлыст? Он разрядом молнии пронесся сквозь мое тело, словно бы меня ударили им. Я вздрогнул, покачнувшись в сторону. Я напуган. По позвоночнику, начиная с поясницы, последовало неожиданно нежное прикосновение чем-то жестким и холодным, нервные окончания усилили это ощущение в несколько раз. Мысли, как пузырьки в стакане газировки, струились вверх, лопались, напрасно подкидывая идеи о том, что это было. Крылья носа дернулись, я принюхался, чтобы собрать информацию. Пахло перцем, затем аромат почти что исчез, после того как предмет окончил свое движение около лопаток, — Мастер отошел от меня. Я был как оголенный провод: приближался Доминант, начинал «искриться» я, мотая головой и таким образом выслеживая его. Чувство беспомощности усиливалось. Я больше не мог ждать. — Господин, — заскулил я. В приоткрытые губы тут же что-то уткнулось, я инстинктивно лизнул предмет — безвкусно, но пахнет кожей. — Молчи, — ему это не понравилось. — Если ты издашь хоть один звук, я накажу тебя, — угрожающе шепчет Мастер около уха. Я киваю, совсем не ожидая, что после этого он ударит меня по заднице. Ах, я чуть не застонал в голос: слишком неожиданно и приятно. Я напрягся, приподнимая плечи, и долгое ожидание продолжилось. — Боль проходит, оставляя за собой удовольствие, верно? — обольстительно проговорил Доминант и пропал в сумраке, видимом только для меня. Не согласиться с ним я не мог. Следующий момент удара заставил зажмуриться и вздрогнуть, предполагаемой обиды и ненависти нет, лишь томление и возбуждение. В третий раз, ожидая еще более сильный шлепок, я вскрикнул, только-только заслышав тонкий свист. Но ничего не произошло. Удара не было. Кончик флоггера — наверняка он — замер в паре сантиметров от ягодицы. Еще одна ошибка. — Я предупреждал. Теперь проси прощения, и я подумаю над твоим наказанием. Я не знал, как правильно это делать, ведь не наблюдал такого ни на одной из сессий, поэтому я упал на колени и потерся о ногу Господина головой. Одобрения не последовало, ровно как и протестов. Наверное, нужно что-то другое. Я опустился ниже и прильнул губами к ботинкам, проговаривая: — Раб просит прощения у Господина. Больше я не нарушу Вашего приказа. Каково же будет его решение?.. Мастер, как и в самом начале нашего «знакомства», подтолкнул мой подбородок выше флоггером. — Выпрямись, сиди, — послышался звук расстегивающейся ширинки. Я, послушный песик, повиновался. Доминант положил свою ладонь мне на затылок и придвинул к себе. Я ткнулся ложбинкой под носом прямо в член Мастера. Такие «услуги» были обговорены в контракте, даже секс по желанию Саба и Дома. А желание имелось у обоих. И довольно-таки большое. — Открой рот и лизни его, — что я сразу выполнил. Член сперва уперся в зубы, затем в ложбинку свернутого в почти что трубочку языка. Губы обхватили головку, захватывая ее вместе с уздечкой. Я втянул щеки, создавая некий «вакуум» — в ответ на это действие, которое обычно не хило заводило, Господин молчал. Что же нужно сделать, чтобы выбить из тебя хоть какой-то звук? Движения ускорялись за счет того, что Доминант, стянув с моих волос резинку, намотал их на кулак и тянул на себя. В некоторые моменты я задыхался, особенно когда член, казалось, упирался в стенку гортани. Слюни стекали по подбородку, на глазах выступили слезы, а губы горели. Развратные хлюпы и полное ощущение власти заводило все больше, и сил терпеть не было, хотелось разрядки. Единственное, из-за чего мне было по-настоящему неприятно, — путы, сковывающие руки. Я замычал, пытаясь, как на приеме у стоматолога, показать, что мне больно. Господин сделал еще один толчок, и во рту появился соленый привкус. Он кончил тихо, наверняка сдерживаясь изо всех сил, и я позавидовал выдержке этого человека. Дрожа, я дождался, пока член не выйдет наружу, и принялся вылизывать его. — Хороший мальчик, ты постарался, — похвалил он меня. — Как ты? — скорее всего, заметил мое состояние. Мастер помедлил минуту и обошел меня, заплаканного, упавшего от напряжения на пол и упершегося плечами и лбом в ковролиновое покрытие, сзади. Запястья сильно затекли, суставы ныли, и то, что Доминант начал развязывать меня, я воспринял с благодарностью. Огромной неожиданностью стали массирующие движения рук, которые расслабляли и возвращали прежнюю работоспособность. Не заметил, когда меня успели взять на руки и переместить на кровать. Помню только ощущение невесомости, кажется, я вырубился на несколько секунд. Как долго эта повязка будет на мне? Хотелось поскорее ее снять. Рядом прогнулся матрас — Хозяин между моих разведенных ног. Своим пахом он упирается в мой, его член расслаблен и пока что не пришел в форму. Я не знал, разрешено ли мне шевелиться, поэтому лежал, не двигаясь. От лобка и до груди он провел флоггером, вызывая у меня негромкий скулеж. Доминант осторожно раскрутил другой рукой зажим, сосок пронзила боль, смешанная с удовольствием, аналогично он поступил и с другим. Соски будто опалил огонь, они горели, звякнуло что-то стеклянное, и кусочек льда, остудив кожу, принес облегчение, наряду с холодом. Тело пронзил некий взрыв эмоций и ощущений. Господин ударил флоггером рядом с сосками — так мягко и приятно. Я ощутил тепло, разливающееся по телу, а возбуждение, скапливающееся внизу живота, передавалось и Хозяину: вставший член мазнул между яичек и уперся в анальную пробку, которую я вставил заранее. Соски торчали, принимая на себя последующие удары, я сходил с ума, запрокидывая голову назад и выгибаясь, губы, словно в бреду, твердили одно: — Господин, возьмите меня, умоляю!.. — Я не мог, не мог терпеть! Ожидая, что меня полоснут за самовольность, сердце чуть ли не выпрыгивало из груди. Я потянулся к своему члену, закусывая губу, желая довести себя до предела и кончить, но мою руку перехватили и прижали к кровати, а пробку с громким чпоком вытащили. Разработанный сфинктер легко принял в себя плоть Мастера. Мое тело будто стало одним гигантским органом чувств, упиваясь всем, что испытывало. Каждое прикосновение было чем-то новым, движение — резким, звук — режущим барабанные перепонки. Меня трясло, ладони завели за голову и сжали, не давая своевольничать и показывая, кто есть кто. — Забудь обо всем, думай только о своем Хозяине, — слишком близко к уху прошептал Господин. — Ты доверяешь мне? — глупый вопрос. Разве то, что я сидел на коленях в полной темноте и позволял ему творить со мной все, не показатель? — Да, Господин. Готов поклясться, что он улыбнулся. Шею обхватила ладонь. Что Мастер сделает? — Ты хотел узнать, что такое подчинение, верно? — не дожидаясь ответа, продолжил. — Ты помнишь стоп-слово? Так-так, накатила новая волна страха с предвкушением, кончики пальцев закололо мелкими разрядами. — Да, Ром, Господин. — Отлично, оно может сейчас тебе понадобиться, — горло сдавили, перекрывая доступ кислороду. Первые минуты я лежал, почти не дергаясь, пережидая, когда все закончиться, не считая моменты, когда Господин усиливал темп толчков, а потом заволновался. Я забарахтался, как рыбка, выброшенная на берег, пытаясь вдохнуть, но это было бесполезно: Мастер слишком силен. Умирать от асфиксии в БДСМ-клубе, голым, с растраханой дыркой, совершенно не хотелось, но я подумал о том, о чем расспрашивал меня Хозяин в начале встречи: одна из составляющих подчинения — доверие. В любой ситуации. Я постарался успокоиться, осознание того, что моя жизнь в руках другого человека, будоражила. Наверное, я слишком извращен?.. Давление на горло постепенно ослаблялось, хрипя, я, наконец-то, вдохнул, с сипом втягивая воздух. Мастер несильно прикусил сосок и, поменяв угол наклона моих бедер, приподнялся, задевая членом простату — все рассчитано на то, что Саб будет терзаться, находиться на грани эмоций. Стону в открытую, не сдерживаясь, и впервые, перед тем как кончить, слышу, наконец-то, гортанный рык Доминанта.

***

— Господин, почему Вы выбрали меня, омегу? — я, переводя дух после секса, стянув повязку, обратился к Мастеру. Он сидел на краю и все так же был в рубашке и брюках, каштановые волосы, после того как по ним прошлись ладонью, пребывали в беспорядке, широкая спина не казалась расслабленной. — Господин не обязан отвечать на вопросы Раба, — пресек все расспросы на корню Хозяин. Лица так рассмотреть и не удалось. — Увидимся, мой любимый Раб, — вставая, произнес мужчина, будто что-то обещая, — такой подтекст звучал в его словах. — Что это значит, Господин?.. — но ответом ему был щелчок двери и тишина.

***

— Мистер Росс, к Вам мистер Казерн, — прочирикал по селектору секретарь. Я недовольно поморщился, когда пришлось наклониться за стремящимся в полет с директорского стола листиком, — зад после «игры» в том клубе все еще побаливал. — Впусти его, — скомандовал я, выходя из-за стола, чтобы поприветствовать гостя — внезапно нагрянувшего заместителя дочерней компании, занимающей четвертое место на рынке медицинского оборудования. Только я хотел произнести приветственную речь и уже протянул ладонь для рукопожатия, как вдруг замолчал, проглотив все слова, — по кабинету распространился аромат перца. Темно-синие глаза встретились с моими, зелеными. Вот почему мне казалось, что я их где-то раньше видел. — Г-господин?..