Госпожа Горничная

      После встречи с Яманака у Сая стали проявляться вытекающие из этого последствия: угрюмое выражение лица, приступы безосновательной депрессии и полная апатия к окружающему миру. Нет, таким Акаши был буквально с самого рождения, что, собственно, генетическим путем досталось ему от отца, однако сейчас это состояние было несколько другой природы. Иными словами, безразличный юноша познал первые симптомы пресловутой любви.       Сай гордился тем, что догадался обменяться номерами с этой светловолосой Богиней, но вот позвонить смелости не хватило. Уже пятый день брюнет тешит себя фантазиями, рисует в голове прекрасные варианты развития их отношений, но в конце сего любопытного времяпрепровождения сам же и выносит вердикт: это пыль, ничего не будет. И совсем неважно, что ему довелось трижды проводить эту красавицу после работы до дома, пару раз сводить в кафе и побеседовать обо всем на свете. Удивительно, но раньше Саю не доводилось общаться со столь интеллектуально развитой девушкой: при знакомстве с очередной дамой выяснялось, что в голове, грубо говоря, опилки вперемешку с картинками из гламурных журналов. Красота вкупе с великолепным умом — стоило ли говорить, что такая девушка одна на миллион? Субботним вечером Сай дябнул стопарик водки, услужливо налитый визжащим от счастья Узумаки, и, собравшись духом, набрал номер Ино. Через пару мгновений в трубке раздалось немного смущенное «Алло». — Ино, здравствуй. Это Акаши Сай. Я тут в баре с друзьями, но мне жутко скучно выслушивать их пьяный бред. Я тут подумал… не могла бы ты составить мне компанию? — Слова дались легко, намного легче, чем Сай предполагал. Теперь с замиранием сердца осталось услышать помилование или, на худой конец, приговор. — Я не прочь развеяться, — оживленно ответила Яманака. Акаши глубоко вздохнул: теперь необходимо заглушить ярый запах перегара и проветрить взволнованный мозг. — Отлично! Жду тебя в баре на пятой авеню. Долго ли, коротко ли, но спустя полчаса, отбросив все свои женские штучки типа опоздания на два часа, Яманака очутилась возле назначенного Саем места. Поблизости никого не было, поэтому девушка решила заглянуть внутрь заведения. Помещение встретило ее яркими вспышками клубного шара и сизым дымом сигарет. Посреди зала отрывались танцующие посетители, подвывая нетрезвыми голосами играющей песне. Вдруг Ино ощутила на своем плече легкое прикосновение. Резко обернувшись, она улицезрела темноволосого юношу — Сая. Одет он был как всегда непринужденно: черные прямые брюки, голубая рубашка со стоячим воротником, полуразвязанный галстук и взъерошенные волосы. Весьма привлекательно и мило, что для себя и отметила Яманака. — Пошли отсюда. Тут душно, — прокричал Сай, уводя Ино за руку из бара на свежий вечерний воздух. Пихнув парочку изрядно подвыпивших парней, Акаши вывел девушку на свободу. Теплые потоки легкого ветерка приятно щекотали кожу и играючи теребили пряди распущенных волос. Мягкий свет призрачной луны озарял лица, придавая глазам необычайное сияние. Все казалось таким сказочным, нереально прекрасным, что хотелось просто стоять и наслаждаться волшебной аурой ночи. Мысли отошли на задний план, позволяя чувствам возобладать над разумом. Ино больше не чувствовала былой скованности в присутствии этого очаровательного брюнета. Их разговор лился нескончаемой рекой, омывая всевозможные темы и события. Яманака впервые за долгое время почувствовала себя полноценной. Да, именно полноценной, без щемящего сердце одиночества, без разъедающих мысли различного рода догадок и сомнений. С Саем она могла не напрягаться в подборе слов, не прятать искренний смех, рвущийся из глубин ее души. Все в этот вечер было чудесным, однако этой сказке не суждено было длиться вечно.       Учиха Мадара возвращался с работы домой. Его машина претерпела столкновение с легковушкой старого выпуска, которая изрядно помяла передний бампер и выбила правую фару. Мадара был вне себя от гнева на несчастного водителя, но сделать ничего не мог: виноват в этой аварии был только сам Учиха. Из-за излишней чванливости и недоверия к водителям он наотрез отказался ехать в такси, предпочитая пройтись до дома пешим ходом. Оставляя за собой добрый десяток кварталов, мужчина сильно вымотался, но продолжал безропотно двигаться в нужном направлении. Его покорность прервала телефонная трель. — Здравствуй, Данзо, — поприветствовал Мадара звонившего. — Учиха, у нас небольшая оплошность, — сообщил Данзо раздраженным тоном. Мадара заметно нахмурился: что же могло случиться? — Что такое? Выкладывай. — Мужчина ускорил шаг, желая поскорее добраться до своего стационарного компьютера, где хранилась вся информация о компании конкурентов. — Сестра Хьюги пришла в сознание. Они оказались сильнее, чем я предполагал. Так их волю не сломить. Тем временем Сай, держась за руку с Яманака, шествовал прямо навстречу Мадаре. — Ты не представляешь, что он мне ответил! Нет, это просто предел всех возможных вариаций ответа! — негодовала Ино, рьяно повествуя собеседнику какую-то весьма интригующую историю из своей жизни. Сай внимательно слушал и изредка задавал вопросы, предпочитая больше слушать девушку, нежели самому делиться информацией. Однако в одно мгновение его слух уловил потусторонний разговор, в котором четко упоминалось имя Итачи и Узумаки. Резко остановившись за углом какого-то жилого здания, Акаши прижал Ино к стене и зажал ей рот ладонью. Девушка с негодованием уставилась на спутника, размашисто хлопая длинными ресницами. — Тихо… молчи! — прошептал Сай, медленно отпуская руку. Ино сглотнула подступивший к горлу комок и послушно кивнула. Так, стоя всего в нескольких миллиметрах друг от друга, они вжались в стену и прислушались. В паре шагов от их укрытия прошел мужчина, по всему виду похожий на Учиху Мадару. — Итачи? Да, надо бы его убрать… Нет, не знаю, Саске уже взялся за дело… Матсури? О, конечно! Можешь воспользоваться! — Отрывистые фразы, по которым сложно было что-либо понять. Однако то, что Мадара с кем-то обсуждает такую тематику, уже навевало сильные сомнения по поводу безобидного разговора. Мужчина не заметил присутствия двух человек, затаивших дыхание и вслушивающихся в его разговор. Сай облегченно вздохнул и слегка отстранился от девушки. Ино же тяжело дышала и не могла отвести глаз от губ юноши. Акаши это заметил и замер в нерешительности. Когда опасность миновала, и угрозы быть уличенным Мадарой в связи с его помощником бухгалтера не было, Сай мог допустить мысль о том, что жаждет поцелуя с девушкой, трепещущей от его прикосновений. Яманака внимательно следила за переменами на лице парня, боясь увидеть презрение или безразличие. Она четко знала, чего хочет. Он же сомневался в правильности своих безумных желаний. Но ничто не смогло помешать двум ослепленным страстью людям осуществить задуманное. Сай вновь прижал Ино к стене, на этот раз сплетя свои пальцы с ее и разведя руки по сторонам. Время замедлило свой бег и потекло по трубам вечности вязкой нугой. Его губы впились в рот девушки жадным поцелуем, сметая на своем пути все преграды и предубеждения, тщательно выстроенные на задворках разума. Ино всем телом ощущала невероятную дрожь, которая пожирала каждую клеточку ее нервной системы, доводя до легкого полу-вскрика. — К тебе или ко мне? — надломленным голосом прошептал Сай, заглядывая в помутневшие глаза девушки. Ино ненадолго задумалась и ответила не менее хриплым голосом: «Лучше ко мне». Снося за собой вещи с тумбочки и разбрасывая по всему коридору одежду, Ино и Сай проследовали в спальню. Включить освещение они не удосужились, ибо были слишком заняты друг другом. Стянув с себя нижнее белье, Ино распростерлась на кровати, увлекая за собой любовника. Жадные мягкие губы исследовали каждую ямочку на его шее, груди, прессе. Он словно по заказу был вылеплен для Яманака: слишком хорош был Сай в плане красоты. Обвив шею руками, а ногами — спину, Ино прижалась к юноше, вдыхая аромат его тела, словно одержимая. Резкий толчок и девушка почувствовала в себе его естество, пульсация которого разлилась по всему телу огненным потоком. Сай не мог поймать определенный темп, утопая в палитре ощущений. Мысли перемешались, растворились в бездне страсти, оставив лишь едва заметный осадок памяти. Юноша уже почти потерял над собой контроль, хватая Ино за запястья с нечеловеческой силой, однако та не сопротивлялась, наоборот, ей это даже нравилось, что она и подтвердила, громко застонав от наслаждения. Ее стон распалил Сая еще сильнее, что благотворно повлияло на их соитие: толчки стали быстрее, резче, заставляя тела извиваться от невероятного удовольствия. И мир взорвался, рассыпавшись на мириады осколков. В ушах зашумело, сердце так и норовило выскочить из груди, а голова пошла кругом. Тяжело дыша, брюнет опустился на кровать, обдавая жарким дыханием шею девушки. Ино же прикрыла глаза и слегка улыбалась — она чувствовала себя просто замечательно! Неизвестно, сколько времени они пролежали в объятьях друг друга, однако сон, не спрашивая разрешения, завлек их в свои призрачные владения.       Наутро Сай наскоро собрался и покинул квартиру девушки, не оставив даже записки. По правде говоря, он не имел понятия, как нужно уходить после бурной ночи с девушкой, которая ему понравилась и с которой он хочет продолжить отношения. Для Ино же это стало существенным ударом, хотя девушка заставила себя отказаться от мысли, предполагающей ее влюбленность к Саю. Еще никогда Яманака так не убивалась по мужчине. Даже Саске не шел ни в какое сравнение с этим невесть откуда свалившимся на голову Акаши Саем. Весь день Ино провела как в тумане. Руки не слушались, мозг отказывался работать. Ее уничтожали воспоминания минувшей ночи. Это было более чем странно: девушка никогда не переживала из-за мимолетных отношений и спонтанного секса. Вероятно, это происходило потому, что Яманака не была знакома с партнерами. Всего лишь плотское наслаждение — лишь секс без сантиментов. Страдания Ино были, по большей части, оттого, что она увидела его душу. Сай зацепил ее своим простым, но в то же время сложным характером. Такие абсурдные, взаимоисключающие параграфы… Всего лишь несколько дней, всего лишь одна ночь. И почему любовь приходит так неожиданно и быстро, не давая время на осмысление?

***

      Саске привел розоволосую красавицу не туда, куда планировал. И не потому, что помешали обстоятельства, нет. Что-то содрогнулось в его ледяном сердце, отчаянно рвясь наружу. Сакуре была уготована незавидная участь: быть изнасилованной шайкой наркоманов, а это не самое приятное времяпрепровождение. Отлично спланированные действия полетели ко всем чертям. Учиха отвел Сакуру на мост — широкий, можно даже сказать изящный. Стоя на нем, открывалось живописное зрелище, увидеть которое возможно только ночью в полнолуние: темная вода в свете луны превратилась в серебро, искря разноцветными бликами на ровной глади этого драгоценного ковра; деревья на берегах тянулись к небу, словно могучие атланты, и слегка раскачивались в такт дуновению ветра; стрекотание цикад и редкие всплески капель воды, когда очередной неспящей рыбке-путешественнице захочется выскользнуть в зазеркалье ее подводного мира, а затем нырнуть обратно, оставляя за собой маленький дождик. Это было настолько прекрасно, что хватало лишь одного взгляда — и чары волшебства окутают золотистыми нитями, расслабляя и умиротворяя. Сакура завороженно наблюдала за этим великолепием, мысленно улыбаясь тому, что судьба свела их вместе — ее и Киото. Вдруг девушка ощутила на своей талии теплые руки — брюнет нежно обнял ее, целуя сзади в макушку головы. — Киото, я… помолвлена, — извиняющимся тоном предупредила Харуно, поворачиваясь к Саске лицом. — Тогда почему ты согласилась пойти со мной? Ты ведь не любишь своего жениха, кем бы он ни был… — сделал утверждение Учиха, бережно беря в ладони ее лицо. Зеленоглазка зарделась, отводя взгляд вниз. Она любила Итачи, но не была готова к свадьбе. Обязательства душили ее, да и частые ссоры из-за ее капризов приводили к размолвкам. — Я люблю его, ты что! Просто… извини, глупо было знакомиться с тобой. Мне нужно идти, — пролепетала Сакура, вырвавшись от своего губителя. Саске не стал ее удерживать. Харуно не смогла уйти сама. Что-то держало ее около юноши, словно сильный магнит. Девушка разрывалась на части: у нее есть любящий жених, готовый терпеть все ее капризы, и есть он — таинственный незнакомец, покоривший ее сердце за считанные минуты. Чувство справедливости не позволяло Сакуре изменить Итачи, но алкоголь и буря неизвестных эмоций сделали свое черное дело. Девушка подбежала к Саске и запечатлела на его губах легкий поцелуй. — Прощай, — шепнула она и убежала вдаль, сопровождаемая ярким светом опечаленной луны. Саске так и остался стоять, словно молнией пораженный. Ее поцелуй был таким легким, невинным, нежным, что смог перевернуть все внутри у черствого тирана. Эта девушка испортила все планы, тщательно продуманные Учихой. И теперь просто ушла. Навсегда. «Не позволю! Брат недостоин быть счастливым!»

***

      Ранним утром Хината отправилась на кухню заварить кофе. Их горничная продержалась недолго, что не могло не огорчить юную Узумаки. Девушке понравилась Тен-Тен не только как специалист, но и как человек. Уговорить Неджи путем простых переговоров вернуть Такахаши на место Хината даже и пытаться не стала: братец слишком запал на эту горничную, чтобы принять поражение. Узумаки не требовалось много знаний для того, чтобы распознать чувства брата. Поэтому ее нехитрый план просто обязан возыметь эффект. Вместе с кофе на столе оказался завтрак на все семейство. Когда Неджи узнал, кто именно приготовил сие утреннее пиршество, то пришел в возмущение: как его еще неокрепшая сестра может вставать в несусветную рань и готовить завтрак?! Решение было найдено за одну секунду: вернуть Такахаши Тен-Тен на работу, ибо лучше нее уже никто не справится с домом, а по совместительству со всеми душевными проблемами каждого жителя особняка. А вот набрать номер девушки и попросить ее вернуться на работу стало для Неджи довольно-таки проблематично. Его неуемная гордыня заставляла положить трубку на место, влюбленное сердце умоляло позвонить, а страх за сестру подгонял сделать выбор как можно скорее. В итоге, посыл вызова был произведен. После минутного ожидания Неджи сбросил: никто не подходил к телефону. Гордыня облегченно вздохнула, обтерев лоб платком, а сердце забеспокоилось и набрало вызов повторно. На этот раз юноше посчастливилось услышать такой родной и волнующий голос девушки. — Такахаши Тен-Тен слушает, — будничным тоном ответила Тен-Тен, при этом из трубки доносились странные звуки. — Это Хьюга Неджи. Я хочу попросить Вас… что это за звуки? — в негодовании поинтересовался Неджи, прислушиваясь к источнику испускания подозрительных сигналов. — Ой, простите, это вода… в ванну набирается, — расхохоталась Тен-Тен, отходя от уборной в сторону. Звуки извержения вулкана прекратились. — Так что Вы хотели, Неджи-сан?.. — Я хотел попросить Вас вернуться на работу, если это, конечно, возможно… Вернее, это необходимо моей сестре, она пришла в себя и теперь находится дома… — оправдывался Неджи, пытаясь скрыть свое желание вернуть девушку в особняк. Никакая твердая воля не могла заставить сердце юноши замедлить свой бег. Любовь косит всех без разбора — как чума, как смертоносный вирус, и только гордость способна предотвратить размножение этой болезни по клеткам души, чем Неджи и прикрывался, зная, что это последняя инстанция спасения. — Неджи-сан, дело в том, что я уже нашла рабочее место. К сожалению, не могу Вам ничем помочь, прошу прощения. — С этими словами девушка бросила трубку. И никто даже не догадался бы, что в этот момент по ее щекам бегут слезы… Услышав громкие всхлипы, Ино ворвалась в комнату к подруге. Такахаши дрожала от истерики, судорожно проглатывая соленые капельки, безостановочно стекающие на губы. Не пытаясь что-либо разузнать, Яманака обняла брюнетку и стала раскачиваться вместе с ней, убаюкивая. — Звонил Неджи… — пролепетала Тен-Тен, поднимая заплаканные глаза и обращая взор на подругу. Ино вздрогнула: неужели этот глупец обрел мозги и соизволил-таки собрать осколки сердца Такахаши воедино? Вряд ли, ибо тогда подруга не обливалась бы слезами, сидя на холодном полу. Значит, этот тупоголовый кретин наговорил Тен кучу гадостей! — Что ему надо от тебя?! — возмущенно воскликнула Ино, готовая разорвать обидчика по кусочкам. Хотя эта агрессия распространялась по большей части из-за собственной обиды на Сая, который являлся другом и компаньоном Хьюги. — Он… просил вернуться на работу, — ответила девушка, успокаиваясь. — Наконец-то! — радостно вскрикнула блондинка, тормоша угрюмую подругу, дабы развеселить. — Но я сказала, что у меня уже есть работа… — В этот момент Такахаши чувствовала себя полной идиоткой, но не могла же она просто так сдаться и броситься в «объятья» к своему полюбившемуся начальнику! Однако теперь шансы вернуться на прежнее место были равны нулю. Тен-Тен уже успела мысленно отругать себя за столь опрометчивый и глупый поступок, но ее упрямая гордость одобряюще похлопала по плечу, поздравляя с маленькой победой в этой негласной войне. — Вот дурочка! — усмехнулась Яманака, мгновенно уничтожая план мести Хьюге, выстроенный за минуту до признания Такахаши. «Как дети, ей-Богу, — подумалось девушке, но эта саркастичная мысль была перебита другой — полной обиды и злости: — А сама-то лучше?»       В кабинете, выдержанном в строгих тонах, Неджи пытался настроиться на рабочий лад. Фирма процветала, рейтинги росли вверх, и только Мадара норовил поставить палки в колеса. Желая убить двух, а по возможности трех зайцев, Учиха надеялся разорить самого главного своего конкурента, убрать с дороги Итачи, который всеми силами стремился спасти младшего брата от незавидной участи оказаться под крышкой гроба, и самому возглавить кампанию уже не как заместитель, а как законный руководитель. Тем временем Итачи, прежде попросивший агента ФБР — своего давнишнего товарища Пейна о помощи, сотрудничает с вышеупомянутой организацией и внимательно следит за всеми действиями Мадары. Законного доказательства причастности дяди к злому умыслу у Итачи нет, и лишь подозрения и отличное знание психологии людей не позволяют расслабиться и закрыть глаза на происходящее. Неджи всеми силами старался помочь товарищу разобраться с этой сложной ситуацией, но в свете последних событий потерял уверенность не только в себе, но и в завтрашнем дне. Тен-Тен стала его слабостью, фетишом, одержимостью, не давая вздохнуть свободно. Хьюга не мог объяснить всего происходящего с ним: Такахаши не была его любовницей или подругой. Простая горничная на пару дней… и почему тогда он, всегда хладнокровный Неджи Хьюга, потерял сон и аппетит из-за отсутствия в его доме этой особы? А собственно, зачем он ее прогнал? Страх. Неуправляемый страх стать уязвимым. Это и побудило юношу прогнать любовь, практически вытолкнув за дверь. — Неджи, ну что же? — послышался нежный голос Хинаты, стоящей на пороге кабинета. Хьюга дрогнул и нечаянно толкнул стол. Вследствие этого действа на пол полетели бумаги, канцелярские принадлежности, и только трубка стационарного телефона повисла в воздухе, пружиня на проводе и издавая унылое гуденье. Неджи недовольно покосился на сестру, мысленно коря ее за то, что она так не вовремя заглянула к нему в кабинет. Хината же только улыбнулась и принялась собирать разбросанные предметы. — Мисс Такахаши уже нашла работу и была вынуждена отказаться, — проследовал запоздалый, полный безразличия ответ. — Дай-ка мне ее номер, — уверенно попросила девушка, держа трубку наготове. Неджи нахмурился, но набрал нужные цифры. Спустя мгновение Хината уже разговаривала с Такахаши. После непонятных для стороннего слушателя фраз, прозвучавших из уст говорившей, Неджи вопросительно уставился на сестру, ожидая ответа. Та же, как ни в чем не бывало, продолжила уборку, спокойно складывая листы в ровные стопки. — Что там? — с деланным безразличием и холодностью поинтересовался Неджи, деловито поправляя очки на переносице. Хината отметила всю забавность ситуации и решила больше не измываться над братом. — По счастливой случайности Тен-Тен на данный момент отказалась от прежней работы из-за отсутствия к ней интереса, — официальным тоном пояснила брюнетка, с изучением глядя Неджи в глаза. Он тщательно замаскировал свою радость, но что стоит сестре распознать чувства брата? — Завтра утром поручаю тебе встретить ее на остановке и довезти до особняка, — дала поручение Узумаки и уже собиралась уходить, как Неджи ее окликнул и процедил сквозь сжатые зубы благодарное «спасибо». Хината понимающе кивнула и удалилась, давая юноше возможность побыть наедине со своими мыслями.

***

      Итачи не находил себе места с тех самых пор, как ушла его возлюбленная. Да, Сакура часто так делала, но в этот раз леденящая тревога закралась в душу, предвещая беду. Учиха в который раз набрал номер Сакуры, но та, по сложившейся традиции, не брала трубку. Однако Итачи не унимался и продолжал названивать, надеясь все же услышать ее голос. — Дьявол, снова сбросила! — раздраженно пробурчал юноша, швыряя мобильный на диван. — Что, продолжает игнорировать? — в комнату вошел Сай. Уловив угрюмое выражение лица собеседника, Акаши улыбнулся. — Все будет хорошо, поверь мне. — Я очень переживаю. У меня нехорошее предчувствие, что-то случится, что-то крайне неприятное, — озадаченно проговорил Учиха, ходя по комнате из стороны в сторону. Сай безучастно посмотрел на друга и присел на диван. Взяв в руки мобильный, брошенный Учихой, и повертев его в руках, Акаши проговорил, вероятнее всего, обращаясь к самому себе: — А я вот не могу позвонить… не знаю, что ей сказать. — Ты это про кого? — встрепенулся Итачи, с удивлением глядя на брюнета. И это тот самый Акаши Сай, не знающий никаких романтических чувств? — Про одну девушку. Она чем-то меня зацепила, но я не имею понятия, как с ней общаться, — пояснил юноша, пожав плечами. Казалось, что его нисколько не беспокоит такое положение вещей, и только глаза, полные печали и равнодушия к миру, выдавали его истинное состояние. Итачи удивленно хмыкнул и вернулся в свои размышления. Он даст совет другу, подскажет, что и как нужно делать, но не сейчас. Сейчас необходимо вернуть Сакуру домой. И если никогда раньше Итачи не следовал за девушкой, дабы помириться, и с напускным безразличием сам ждал приезда невесты, лишь изредка посылая сигналы вызова на мобильный, то теперь он был готов переступить свои принципы и отправиться за Харуно хоть на край света. — Ребята, ну почему у вас такие унылые лица? — раздался в комнате вопрос и добродушная усмешка. Юноши даже не заметили, как вошла Хината, держа на подносе две чашки с дымящимся черным кофе. Невольно улыбнувшись, Итачи принял напиток и поблагодарил девушку за оказанную заботу. Сай же лишь кивнул и проигнорировал протянутую Хинатой чашку. Узумаки понимающе кивнула и поставила кофе на тумбочку. — Завтра приезжает Тен-Тен, — как бы между словом бросила темноволосая. Сай слегка встрепенулся: Яманака являлась лучшей подругой Такахаши, и кто знает, быть может, ему удастся встретиться с Ино, не прибегая к крайним мерам. — Хорошая новость! — стараясь поддержать не сложившуюся беседу, воскликнул Итачи. — Ладно, не буду вас тревожить. — Хината улыбнулась и вышла из комнаты. После пережитого потрясения она сильно изменилась, словно стала на пару десятков лет старше. Детская непосредственность и излишняя наивность исчезли, а взамен появилась проницательность. Да и все изменились настолько, что порой сложно было представить, как это вообще возможно. Время беспощадно. А пережитые страдания еще куда больший тиран. И только при взаимодействии этих понятий можно обрести успокоение…

***

      Тен-Тен носилась по комнате, впопыхах собирая вещи в дорожную сумку. Уже на следующий день она вновь окажется в доме Хьюги в роли горничной. Конечно, ей было волнительно спустя столько времени встретиться с Неджи, но упускать такой замечательный шанс во второй раз девушка не имела права. Футболка, шорты, платье, рамка с фотографией, где Тен и Ино корчат наиглупейшую гримасу — в сумку летело все, что попадалось под руку. Сейчас бы самое время предупредить Ино об отъезде, да только подруга, по обычаю, пляшет на закрытой тусовке в сопровождении Шикамару… Рюмка. Еще одна. Кусочек пиццы с сыром и беконом. Этой ночью Яманака планировала напиться в хлам — с горя. Шикамару даже не пытался ее отговорить: спорить с упрямой блондинкой все равно, что купаться с зонтиком. Однако чтобы никакой негодяй не посмел пристать к беззащитной девушке, Нара находился всегда поблизости, не упуская Ино из виду. Клубная ритмичная музыка приводила меланхолика в уныние, громкие стоны, доносящиеся со второго этажа из спальни, заставляли мечтать о запретном, а океан бесплатного алкоголя не приносил успокоения. Шикамару не любил вечеринки. Он предпочитал посидеть в тишине и порешать очередной кроссворд или поиграть в сеги, нежели напиться и представлять себя Дартом Вейдером из знаменитого фильма. И только Ино смогла уговорить его притащить свое ленивое тело на танцы. Яманака уже изрядно набралась и, непрестанно хихикая, пыталась изобразить восточный танец. Мужская половина собравшихся мгновенно оторвалась от своих «важных» дел и направила внимание на выгибающуюся блондинку в коротком платье. Нара насторожился: ему было неприятно наблюдать за стадом возбужденных парней, пожирающих взглядом Ино. Выделывая невообразимые па, светловолосая соблазнительница вызвала нескрываемую зависть девушек и искреннее восхищение мужчин. Только мысли ее были далеки от этого сборища безбашенной молодежи: девушка вспоминала жаркий секс с Саем… Его жадные засосы, сильные руки, напряженное естество… было больно вспоминать эти минуты наслаждения, но Ино хотела себя довести до истерики, надеясь, что таким образом избавится от воспоминаний раз и навсегда. Голова назад — густые локоны волос сделали взмах в воздухе, голова вперед — упали на грудь. Шаг влево — изящное движение бедром, шаг вправо — выпад рукой. Мышцами живота — вращающие движения, упругой грудью — ритмичное покачивание. Наклон назад — рывок вперед. Ино была полностью погружена в танец. Ее тело говорило о сердечных переживаниях, резкие движения олицетворяли состояние души. Но никто не видел этой боли, пожирающей девушку как черная дыра, — все акцентировали внимание на пышном бюсте и округлых бедрах, соблазнительно подрагивающих в ритме танца. Алкоголь поднял бурю чувств, гоняя в крови капельки болезненного яда любви. Мороз одиночества щипал кожу, покрывая серебристым инеем окровавленное сердце. Хотелось кричать, но нельзя — эти люди не поймут, они чужды ее ранимой натуре. — Ино, передохни. — Крепкие руки перехватили девушку за талию и усадили на мягкий диван. Ино выглядела настолько измученной, что казалось, будто она отпахала двое суток на тяжелой работе. Яманака стиснула зубы и с обидой посмотрела на своего укротителя. Им оказался ни кто иной, как Шикамару. Он был единственный юноша, кто смотрел Ино прямо в глаза, а не в ложбинку между грудями. Вздохнув с неким облегчением, блондинка опустила голову на колени Наре и прикрыла глаза. Только он — этот лентяй и пацифист — был способен понять и успокоить взрывную Яманака. — Шика, пошли танцевать! — прошелестела Ино, ухватив юношу за руку, подскочила с дивана и утащила Нару в центр зала. Брюнет стоял в растерянности, потому что не особо умел танцевать. Но Ино было уже не остановить: обвив его шею и тесно прижавшись к груди, девушка медленно закружила в танце. Шикамару, казалось, перестал дышать… Она была так близко, невыносимо опасно. Удержаться от соблазна было просто невозможно. Словно в тумане, юноша коснулся мягких губ блондинки, ловко проникая языком в ее рот. Ино встрепенулась, но не оттолкнула соблазнителя: наоборот, она с жаром ответила на поцелуй и принялась изучать его спину шаловливыми пальчиками. Зал показался им настолько тесным и удушающим, что на лбу выступила испарина. Яманака долго не церемонилась: сцепив свою ладонь с его, она проследовала на второй этаж. Все места для «любви» были заняты. Но это не остановило разгоряченную блондинку. Она прижала Шикамару к стене возле кладовой и, дрожа от нетерпения, принялась расстегивать его ремень. Нара был растерян, удивлен, озадачен. Почему Ино делает это? Задать этот вопрос было в данный момент весьма актуально, но юноша решил воздержаться. По правде говоря, ему не хотелось, чтобы Яманака вдруг передумала. Слишком долго он ждал, слишком часто мечтал… От взвешиваний всех «за» и «против» его отвлекло теплое прикосновение губ — чуть ниже пояса. Теперь уже действительно дышать было невозможно. Ощущения захватили разум, сковали легкие тяжелыми цепями… Ино умело водила языком по гладкой головке пениса, массируя кожу у основания. Обстановка накалялась. Нара хотел овладеть Ино немедленно, сорвать с нее платье и тоненькие трусики… Ловким движением Шикамару отстранился от девушки, взял на руки и развернул к стене спиной, приподнимая ее бедра. Ино томно вздохнула, устремив опьяненный взгляд на мужское достоинство. Облизнув губы, она проскользнула рукой в трусики, принявшись ласкать свое лоно. Пребывая во власти дурмана, юноша рывком стянул нижнее белье девушки и ввел внутрь палец, заставив ту громко охнуть от нахлынувших ощущений. Ино трепетала в его руках, змеей извиваясь от прикосновений. Холодные пальцы пробежались по его торсу, замерев на твердых сосках. Легкое щекотание ногтями — в ответ хриплый вздох. К пальцу присоединился второй, вынуждая Яманака громко вскрикнуть, а после — закусить губу от смущения. Живот скрутило щемящей истомой. Больше не было сил терпеть. — Шика…мару… не томи!.. — дрожащим голосом взмолилась Ино, обхватывая его спину руками. Юноша вынул пальцы из лона и медленно погрузился в океан непередаваемых ощущений, заставляющих обоих стонать от сладостной неги. Ино царапала спину, оставляя на светлой коже алые полоски крови, выгибалась, словно кошка, двигаясь в такт Шикамару. Юноша перехватил руки девушки и прижал их к стене над головой. Затем свободной рукой освободил вздымающуюся грудь и прильнул губами к бледно-розовому затвердевшему соску. Ее кожа была такой нежной и так сладко пахла, что Нара не мог прекратить эти будоражащие тело ласки. Ускорив темп, юноша обнял Ино за талию и приблизил к себе. Держа девушку на весу, он продолжил удовольствие, ускоряя темп до немыслимых высот. Совершив еще несколько резких толчков, он бессильно прислонился к стене, обдавая жарким частым дыханием шею Ино. Яманака же вся тряслась после испытанного оргазма и оставляла на плече Шикамару легкие поцелуи. — Ино, я… давно хотел сказать… — тихо прошептал юноша, заглядывая девушке в глаза. Он собирался признаться ей в своих чувствах, однако Яманака вмиг протрезвела и отпрянула от него, поспешно натягивая платье и трусики. — Что-то не так? — взволнованно спросил Шикамару, беря девушку за руку. Ино дернулась и проговорила: — Прости, Шика, но мы просто друзья. Я не имела права тебя соблазнять. Прости… Яманака вылетела из дома, даже не забрав свою сумочку, которая валялась на диване в зале. Она уже успела пожалеть, что не остановилась вовремя. Что теперь будет с их дружбой? Дружбой? Ино была влюблена в Шикамару, но Сай… он завладел ее сердцем в большей степени. Яманака запуталась. Теперь сделать выбор стало куда сложнее…