Оковы свободы

Она ненавидела все женские вещи. Они казались ей слишком выделяющимися, слишком глупыми и слишком…не её. Рин любила одеваться под мальчика, ведь одежда отражала её сущность. Её характер маленького сорванца, вечно лезущего не в своё дело. Да и зачем ей эти дурацкие платья?! Разве одежда красит человека? Или длина волос? Рин искренне не понимала, зачем девушки мучаются со своими длинными шевелюрами. То ли дело её стрижка: коротко и стильно. Наверное, именно из-за такого мышления девушек в друзьях у Рин и не было. Только парни. Только друзья-парни. Нет, у нее конечно же были так называемые бойфренды, но гады пытались «отшлифовать» Рин под себя. Засунуть в образ маленькой миленькой девушки-одуванчика, из-за чего она и бросала их. Она такая, какая она есть. И любить её нужно такой. Рин была уверена в своей теории. Как попала в менеджеры, девушка так до сих пор и не поняла. Просто в какой-то момент дружная компания из волейболистов и их тренера ворвалась в её жизнь. Просто неожиданно ей предложили стать их менеджером. Просто неожиданно она оказалась под его надежной защитой. Просто неожиданно у неё появился парень, которой принимал её — настоящую. Эрик не требовал от неё носить платья или сексуальное белье. Не стеснялся гулять с ней, выглядящей как пацаненок, в людных местах, целоваться у всех на виду. Он просто забивал на косые взгляды, шепот и пренебрежительное хмыканье. Но иногда, лишь иногда он приходил с пакетом и доставал то явно дорогое, но простое, изысканное платье, то очень женственное, по мнению Рин, белье. Эрик просто выкладывал покупки на кровать и спрашивал с улыбкой: «Примеришь?», а она, смотря на всё то, что считала просто кошмарным, отрицательно мотнув головой, уже собиралась уходить, но по глупости встречалась с ним взглядом… Он никогда не заставлял её надевать то, что он купил. Она сама сдавалась. Только при нём. Только с ним она становилась женственней. За это Рин ненавидела Эрика. Этот явно опытный сердцеед не изменил её, он лишь раскрыл в ней то, что она давно захоронила в себе. Поэтому с лютой ненавистью больше не за его проделки, а на саму себя, Рин надевала подаренный комплект нижнего белья и чулки в придачу. И этот гад оставил подарок на кровати, а сам сбежал, мол у него алкоголь закончился для неё. А ведь Рин прекрасно знает, зачем Эрик ушёл. Так сказать, увидеть её во всей красе… — Я знал, что тебе пойдёт, — тихий шепот ворвался в комнату. Рин за всеми своими размышлениями не услышала, как хлопнула входная дверь, как звякнули бутылки с её любимым вином. — И как такое может нравится? — уже как-то привычно спросила Рин. Для них это стало традицией. Эрик хмыкнул, нарочно медленно подошел к Рин, которая придирчиво рассматривала себя в зеркало, скользнул руками по оголенными плечам, нежно поцеловал в шею и мягко, но как-то властно потянул девушку за собой. Подальше от зеркала. — Не нравится, не смотри. Дай мне полюбоваться. — Значит тебе только такого меня подавай? — хотела было возмутиться девушка, но её уже посадили на кровать и встали перед ней на колени, смирив недовольным взглядом. — Ты ведь знаешь. Я люблю тебя. К чему все эти глупые вопросы? Просто иногда хочется разнообразия, — пожав плечами, произнес Эрик. Но Рин как бы обиделась и отвернулась от «нахала». «Нахал» лишь ухмыльнулся на такое поведение. Пальцы нежно заскользили по талии. Затем Эрик медленно скользнул ладонью по ноге, описал узоры у края чулка и все так же, не торопясь, начал его снимать. Рин всё ещё «дулась». — Ты моя неприступная, — усмехнулся Эрик и продолжил своё увлекательное занятие. Рин же кусала губы, чтобы не застонать, так как к рукам подключились и губы. Реальность теряла смысл и значение. Остались только она, он и ненавистное белье, которое на ней тоже не задержалось. Рин только ощутила легкое касание к спине, на секунду отвлеклась, а верхней части комплекта уже и след простыл. Зато появились новые ощущение, от которых тело слегка дрожало. Невесомыми поцелуями казалось было покрыто уже всё. Они жгли, как раскаленное железо, кожу. Но как же сильно ей хотелось стереть с его лица эту дурацкую самодовольную улыбку! Холодная простыня слегка отрезвила голову. Слегка. Рин потянулась к нему навстречу, уже сама целуя его, пытаясь «разбудить», но Эрик продолжал улыбаться. Хитро, с капелькой превосходства. Разозлившись она резко стянула с него рубашку, вырвав пуговицы, скользнула руками по обнаженному торсу и прикусила мочку уха. Но безрезультатно. Парень всё так же улыбался и нависал над нею. — Я тебя сейчас задушу! — еле восстановив дыхание, злобно произнесла Рин. Эрик последний раз улыбнулся, а затем поцеловал девушку. Жадно, сладостно. Рин ненавидела в себе всё женское, что пробуждал в ней Эрик, но именно в такие моменты, она жалела, что у неё нет длинных ногтей, чтобы хорошенько расцарапать этому искусителю спину в отместку за всё то, что он сделал. — Чёртов сердцеед, отстань, я спать хочу! — не выдерживала Рин вновь начавшихся ласк со стороны парня. Эрик обиженно вздохнул, покрепче обнял девушку и уткнулся в макушку. Он, конечно, получил, что хотел, но хорошего ему всегда было мало. — Бяка, — пробубнил парень, взывая к совести. Но совесть, как и Рин, уже спала. — Ай ладно, у меня ещё утро есть, а в перспективе и вся жизнь, — подумал парень и аккуратно плотнее укрыл их одеялом.