Достойный соперник

Несколько последующих дней гонщики перехватывали друг у друга инициативу ухаживаний за Салли. И сама девушка уже понемногу стала замечать реальное отношение Франческо к ней. Пару раз он нежно брал её за руку и, как-то помогая выйти из машины, как бы невзначай приобнял, при этом выразительно глядя на неё своими красивыми глазами. Франческо очень нравился девушке: он был пылким и нежным, галантным и немного брутальным, умным и эмоциональным… Ей было приятно общаться с ним, но всё же, она скорее испытывала к итальянцу дружеские чувства, хотя симпатия к нему тоже присутствовала – не раз она ловила себя на том, что любуется его чеканным профилем, и не могла не признать, что Франческо умопомрачительно красив. Но Маккуина она любила, любила уже давно и любимый её был не менее притягательным, обаятельным и красивым, чем Бернулли. Салли снова была на рецепшене, когда дверь отворилась и вошёл Молния. В чёрном летнем костюме, который выгодно оттенял его прекрасные голубые глаза и белокурые волосы, с букетом красных роз в руках. - Наклейка… - только и прошептала восхищённая девушка. - Здравствуй, любовь моя! Маккуин быстро подошёл к вышедшей из-за стойки Салли и, вручив ей букет, нежно взял за свободную руку и встал на одно колено, вынув из кармана и протягивая ей маленькую бархатную коробочку. - Мисс Салли Каррера, окажите мне честь и станьте моей женой! - О! – девушка смотрела на Молнию и даже не знала, что сказать, все слова, казалось, застряли в горле. И снова звякнул дверной колокольчик, на пороге появился… Франческо с почти таким же букетом красных роз , в белом костюме, который так же выгодно подчёркивал его невероятную внешность: карие глаза, тёмно-каштановые волосы и смуглую кожу. Увидев развернувшуюся перед ним сцену, итальянец на миг растерялся, но потом решительно подошёл к парочке. Маккуин медленно поднялся с колена и, сдерживаясь, чтобы не наговорить лишнего, произнёс: - Я думаю, ты пришёл за тем же, что и я? - Не мог бы ты на пару минут оставить нас с Салли наедине? – вопросом на вопрос ответил Франческо Молнии. - Салли? – Маккуин пристально взглянул в глаза любимой. - Да, Молния, если тебе не составит труда, оставь нас на несколько минут! – ответила ему девушка. - Хорошо, я буду неподалёку! Едва Маккуин скрылся из виду, как Франческо протянул ей букет и, оказавшись совсем рядом с ней, прошептал, трепетно-нежно глядя на девушку: - Ну здравствуй, amore mio*! - Привет, Франческо! – Салли, смущаясь, отвела глаза. - Салли, я хочу, чтобы ты стала моей женой! Клянусь, я никогда ещё в жизни так никого не любил и не полюблю как тебя, ты одна такая! Ещё одна бархатная коробочка легла на ладонь Салли. - Ох, это всё так неожиданно… - Франческо не умеет тормозить! Как только влюбился до потери пульса, сразу нужно брать любимую девушку и жениться на ней! - Прости, Франческо, но я не могу вот так сразу ответить… нужно подумать, хотя бы до завтра… Салли не договорила, потому что на пороге показался сильно нервничающий Маккуин. - Не дави на девушку, Бернулли! Пусть она сама решает… - Франческо ни на кого не давит, в отличие от некоторых… - Мальчики, прекратите этот бессмысленный спор, я отвечу вам завтра, причём каждому отдельно, хорошо? - Хорошо,- в один голос выдохнули Молния и Франческо. Они были так похожи и одновременно так не похожи. Салли не хотела доставлять боль ни одному из них, но она должна была сделать этот выбор и, в принципе, уже решила, что скажет каждому из них, но всё же надо было хорошенько подумать, как сказать так, чтобы не принести тому, кому она откажет, лишней боли. - Я завтра каждому из вас дам знать, во сколько встречусь с ним и где! - Договорились… - протянул Маккуин. - Хорошо, - следом сказал Франческо, и в глазах его промелькнуло беспокойство. *Amore mio (ит.) - Любовь моя