От любви до ненависти одна ложь

Лазарет

-Ханджи! Убери подальше эту гадкую смесь! И вообще, почему ко мне не отправили нормальных врачей? Почему за мной ухаживаешь именно ты?! — крики капрала были слышны даже на улице. — Так, ну-ка не ворчи! У меня знаешь сколько работы, а я тут, с тобой нянчусь! Ох милый, как ты вообще умудрился влезть в драку… — как-то по-матерински ответила ученная и вновь сунула ко рту мужчины ложечку с непонятной жижей. — Открой ротик, ааааа! Ривай уже второй день лежал в лазарете, осталось лишь 3 месяца. Он был похож на мумию: с ног до головы забинтованный, под глазами мешки до подбородка, глаза краснее обычного, настроение ниже плинтуса. Ну хоть с головой всё было в порядке. Черные пряди волос постоянно выползали на лоб из-под повязки на голове, придавая грозному начальнику немного детский вид. — И вообще, когда здесь в прошлый раз убирались? Дышать невозможно, столько пыли вокруг! — вновь возмущался капрал. Но в этот раз Ханджи успела засунуть ложку в рот капрала, как только он вновь заговорил. — Вот так, ням-ням. Не знаю, кто и когда тут убирался, но это не единственное место в замке, где сейчас немного пыльно. Ты что, забыл, что Бертольд, Райнер и Энни пробились сквозь стену, сделал не маленькую дыру? — продолжила Ханжи и приготовила новую ложку. Ривай ничего не смог ответить. Его язык был занят дегустацией пищи. Он чувствовал, что во рту недоваренные зерна пшеницы, кусочки колбасы и сырой морковки. Гадость. Нужен план. — Ханджи… Это так вкусно… — пробурчал вдруг мужчина сладким голосом. За одно он немного приоткрыл рот так, что «каша» спокойно начала вытекать. — О, я такой неряха… Не могла бы ты…помочь…? — О, ничего страшного, дорогой! Сейчас всё вытрем! — женщина вскочила с места и оторвав кусочек бумагу с огромного рулона, приложила его к губам капрала. И он осуществил задуманное, выплюнув всё в салфетку. — Ты убить меня хочешь?! Каша? С колбасой? С сырой морковкой?! Я даже в детстве вкуснее питался! — прошипел капрал и злобно отвел взгляд. — Да что же ты за человек-то такой… Ну это всё, что у нас есть на данный момент. — пробурчала грустно Ханджи и выкинула бумажку. — А повар ничего оригинальнее придумать не мог? — обезболивающие уже давно перестали работать так, что капрал чувствовал дикую боль во всём теле. А это собственно говоря очень сильно влияло на его сдержанность. В таком состоянии он говорил не только прямо и грубо, а именно не сдерживая слов и выражений. Тяжелый вздох Ханджи заставил капрала поднять на нее глаза. — Не мог. Его придавило глыбой, когда титаны сделали дыру в стене. — серьезно ответила женщина и рукой резко раздвинула шторку за своей спиной. На больничной койке лежало тело, покрытое белой простыней. Лишь бледные ноги торчали из-под ткани. Постояв немного молча, бывшая Зое закрыла шторку. — Чёрт… Ханджи… — Риваю было тяжело признать свою вину. Но майор прекрасно знала, как он мучается. Она лишь кивнула, и сев на стул, начала аккуратно кормить пострадавшего. Капрал ел, и не позволял себе морщиться: не до его вкусовых рецепторов сейчас. После трапезы Ханджи вколола черноволосому новую дозу обезболивающего, но лучше ему от этого не стало. Он устремил свой взгляд в потолок, и настолько глубоко нырнул в свои раздумья, что даже вздрогнул, когда в дверь постучали. Не званным гостем оказался Жан. Парень закрыл за собой дверь и робко прошел прямо к кровати капрала. — Я тебя слушаю. — сказал тихим голосом мужчина и кашлянул в кулак, дабы вернуть себе грозный вид. — Хорошо же Вас ушатали… — Я тебе сейчас пиздюлей дам. Где она и что с ней? — вякнул Ривай, ибо почувствовал себя на секунду каким-то жалким сопляком, которого просто так сделали. — Она в городе Шина. Сказала, что останется в отеле «Белая Роза». — сказал Кирштейн и посмотрел вниз, — Ей тяжело одной, с огромными сумками и с животом. Капрал тяжело вздохнул. Он прекрасно знал, что такого отеля не существует, но ругаться и кричать на парня не было сил. — Хорошо. Спасибо. Свободен. — ответил мужчина и вновь устремил свой взгляд в потолок. — Вы ведь вернете её? — тихо спросил кадет, вставая со стула. Он прекрасно понимал, что немного облажался, но ничего уже не изменить. — Верну. Можешь не волноваться по этому поводу. Парень кивнул и отдав честь, вышел из лазарета.

Adam Lambert — Ghost Town

***

Вечером в городе начало заметно холодать. Красный шарф на шее приятно грел горло. Люди уже закрывали свои лавочки и магазины. Где-то в окошках был свет, который проходил через стекло и укладывался на дорогу под ногами. Микаса не знала куда ей стоит пойти. Этот город был населен богатыми людьми, купцами и аристократами. Эти люди никогда ни в чем не нуждались: у них была медицина, еда, огромные дома и много имущества. Скорее всего, далеко не каждый из них когда-либо чувствовал себя вне безопасности. Они жили как короли, не задумываясь о том, что происходит за стенами. Как люди, подобные им, сражаются и умирают, дабы они были в безопасности. Свиньи. — Так бы сказал Леви, хах… — на лице девушки появилась легкая улыбка. Улица закончилась и Микаса пришла к парку. Около парка находилась детская площадка. Аккерман видела эту роскошь только в книгах: качели, песочницы, разные деревянные лошадки, карусели и даже маленький фонтан. Девушка решила передохнуть после дороги и спокойно присела на край фонтана. Сняв с себя обувь, она опустила ноги в прохладную воду. Красные, немного затекшие ноги словно попали в рай. Микаса даже закрыла глаза от наслаждения. — Эй! Ты что делаешь? Этот фонтан не для твоих грязных ног! — азиатка распахнула глаза от удивления, когда услышала детский голос за своей спиной. Темнело, детей в такое время суток на улице быть не должно. — Тимми, не надо! — кусты зашуршали и тут перед Аккерман стояли трое детей, лет 10-11. — Мы тут вообще-то уток ловим! — заявил маленький мальчик, у которого в руках был пакетик с хлебной крошкой. Рядом с ним стоял второй мальчик, чьи умные глаза тут же начали изучать удивленное лицо азиатки. — Тимми, нам нужно домой. Твоя мама сказала, что мы должны быть дома до того, как стемнеет. — пробурчала под нос черноволосая девушка, даже не посмотрев на шокированную Микасу. — Тимми, Билли и Элизабет? Это вы? Ребята, так вы живы! — Микаса вскочила с места и сделала несколько уверенных шагов в сторону ребят. — Стоп… Ой! Так это вы! Солдат легиона Свободы! Мы встретились тогда в аптеке! — глаза мальчишки засияли сердечками. Микаса была очень рада увидеть малышей живыми, ведь тогда она не смогла им помочь. —А что это вы тут делаете в такое время? — Билли посмотрел на босые ноги Аккерман и на огромную сумку девушки. — А тот гном не с тобой? — спросила Элизабет и презрительно посмотрела на живот азиатки. — Или ты его там спрятала? — Элизабет! Перестань! — обиженно завякал Тимми, на что Элизабет лишь скорчила рожу. На лице Микасы сияла глупая улыбка счастья, ибо эти дети очень сильно напоминали ей Эрена и Армина, да и ее саму в детстве. — Ребята, уже темнеет, и я очень устала. Вы не знаете где можно было бы остановиться? Отель какой-нибудь? Дети посмотрели на друг друга, а затем одновременно покачали головой. Аккерман успела уже испугаться, что ей придется ночевать на улице, но тут Тимми прямо на глазах вновь засиял: — А давайте вы остановитесь у меня! Это большая честь! — и мальчик отдал кое-как честь, правда не на ту сторону сложил руку. — Что?! Еще чего?! Может она вообще к вам переедет! — Элизабет тут же за возмущалась. Малышке явно не нравилось то, что ее возлюбленный так восхищался Микасой. На самом деле, в глубине души, Элизабет тоже восхищалась разведотрядом, но никогда в жизни не призналась бы в этом. — Точно! Пойдемте? Нам уже пора домой! Идем! — Тимми взял руку Аккерман в свою и потянул в сторону огромных коттеджей рядом с парком. — А твои родители точно не будут против? Как-то неудобно получается… — пробурчала Микаса, хотя на самом деле была очень рада этой встрече. — Нет! Ну, точнее не знаю, что они скажут. Но на улице спать вы не будете! — решительно сказал маленький мальчик, который всё больше и больше напоминал Микасе Эрена.