После того, как проиграю

Я старалась не попадаться ему на глаза с тех самых пор, как он предложил мне этот странный уговор. Хотя «предложил» — не совсем правильное слово. Акаши-кун никогда никому ничего не предлагал. Это были приказы. Но ни одной его игры я все равно не пропускала. Приходилось вести себя так же, как Шинтаро, и использовать некое подобие маскировки, чтобы увидеть его игру. Но невысокой девушке азиатке с длинными, пусть и светлыми волосами легче спрятаться в толпе, чем зеленоволосому двухметровому школьнику, так что тут мне повезло больше, чем ему. Я тогда не знала, зачем все это делаю; не знала, почему так сильно в него влюбилась. И сейчас не знаю. И не понимаю, зачем все это. Но одно я знаю наверняка: этот человек особенный. Для меня особенный. И он стал таким с первой встречи. С первого взгляда. Засидевшись в школе, выполняя дополнительные задания, которые давали ученикам за то, что они не выполняют учебные нормативы, я не ожидала, что уже совсем стемнеет, когда я закончу. И уж тем более не ожидала, что стану жертвой хулиганов. Но, несмотря на то, что я была девчонкой из клуба домоводства, а не из клуба карате, все, что я говорила хулиганам только провоцировало их еще больше. Можно сказать, что чувство самосохранения у меня на нуле, но это не так. Пустой болтовней с хулиганами я пыталась выиграть себе еще немного времени, чтобы придумать какой-нибудь план. Но, сколько бы я ни старалась, в головушку не приходило идей. И когда я уже совсем отчаялась, появился он. Не то чтобы это было героическое появление — просто школьник, проходящий мимо. Он остановился. И сразу стал для меня надеждой на спасение всего имущества и даже жизни, а то мало ли, что у хулиганов на уме. — Что вы тут делаете? — спросил парень, подходя к хулиганам. Лунный свет позволил лучше разглядеть своего спасителя. У него были ярко-красные волосы и глаза разного цвета, что будто светились во всей этой темноте. Он был красивым и в то же время страшным. Встретив его ночью, я напугалась бы больше, чем встретив хулиганов. — Слыш, ты вообще кто такой? — отозвался один из хулиганов. Их было четверо. — Ты вообще знаешь… Он хотел договорить, но загадочный парень словно «усадил» его на колени. Это выглядело очень круто. — Я терпеть не могу, когда кто-то смотрит на меня сверху вниз, — сказал он, криво улыбнувшись. Остальные хулиганы двинулись на него, но так же попадали на колени, словно перед божеством. Я и сама присела, в надежде спрятаться за мусорными баками и незаметно сбежать, но после того, что увидела, застыла. Он просто невероятен. Но, при всем этом, сказать своему спасителю я так ни слова и не смогла — шок. Я прокручивала события этой ночи в своей памяти невообразимое количество раз, всё время ещё больше восхищаясь своим спасителем, который без оружия разогнал четырех хулиганов. Мой герой. Что-то внутри меня подсказывало, что, возможно, такого страшного парня стоило бояться самой, но это «что-то» было очень глубоко, и сил докричаться до меня у него так и не хватило. Поэтому вместо того, чтобы бежать от него подальше, я надеялась только на одно: встретить его еще раз. Каково было мое удивление, когда я увидела своего спасителя в школе. Сразу подумала о судьбе, что свела нас вместе. И решила поблагодарить его. Ведь в ту ночь так ни слова и не сказала. Наделала вкусняшек, разузнала в каком он клубе и в бой! Парень оказался капитаном баскетбольной команды. Не особо-то меня интересовал баскетбол, но ради того, чтобы увидеть еще раз своего героя, я готова была и потерпеть. Так я думала, пока не увидела его на поле. Даже то, как он играл в баскетбол, было устрашающе и в то же время восхитительно. Но когда я подошла с благодарностью, он принял ее, но все равно, словно очертил границу между нами, сказав: «Ты не принимай на свой счет, я просто не люблю на такие ситуации смотреть». Да, это было грубовато, но мне кажется, что герой не мог сказать иначе. Да и что-то в глубине души подсказывало мне, что сказанное им не так уж и важно, ведь я все равно приду ещё. Приду ещё раз посмотреть на этот удивительный и устрашающий свет, что исходит от него. Этот свет, что заставляет мое сердце так трепетать. Этот свет, что заставляет его соперников жалеть о встрече с ним. С тех пор я приходила на каждую игру. За что и терпела насмешки от двухметрового очкарика, при котором случайно обмолвилась, что не люблю баскетбол. И не смотря на то, что мой герой отказал мне и в любви, и в должности менеджера, я пыталась помочь команде, развлечь их чем-то после тяжелых тренировок. Капитан из них все соки выжимал. Жестокий он. Но, несмотря на эту нескрываемую жесткость, холод и высокомерие, которое он периодически проявлял, я, глядя на него, ощущала какое-то непонятное тепло. Но это не было взаимно. И я это знала. И хоть я была довольно общительной и старалась изо всех сил, но достучаться до него мне так и не удалось. А с его командой я сумела найти общий язык, хоть они все и были до жути разными. В то же время это были очень приятные ребята. Кисе постоянно поддерживал позитивный настрой в команде и веселил всех своим поведением. Меня он тоже поддерживал, и то, что я так «втрескалась» в капитана казалось ему забавным. Мидорима постоянно ворчал на меня за все мои проступки. Он был для меня чем-то наподобие сварливой мамочки. С Мурасакибарой мы посещали один школьный клуб — домоводства. Хотя за три года средней школы он так и не научился нормально готовить. С Аомине я постоянно оставалась после уроков: он — потому что прогуливал, я — потому что не выполняла домашнюю работу. А Куроко искренне поддерживал меня в моем бесполезном деле, за что я ему до сих пор очень благодарна, ведь я не могла избавиться от своих чувств, даже когда понимала, что раздражаю Акаши своим присутствием. Что, возможно, он ненавидит меня, как часть этой безликой толпы фанаток, пришедших поглазеть на красавчика-гения. Но по-другому я уже не могла, ведь знала, что такого человека больше не встречу никогда в своей жизни. Он один такой. Поэтому я старалась изо всех сил. Я знала, что не отступлю в любом случае, и пусть сейчас он не воспринимает меня всерьез, я докажу ему, что серьезна. И он заметит меня. Но он упорно не замечал, как бы я ни старалась. А в начале последнего года в средней школе решил и вовсе от меня избавится. «Я приму твои чувства, Юи, — прозвучало от него. И пока я не успела обрадоваться он продолжил: — Только когда проиграю. А до тех пор, больше не попадайся мне на глаза!» Во время этого разговора слез я не сдерживала. Они капали с глаз, не переставая. Несмотря на то, что до этого я всегда встречала все его колкости улыбкой — даже когда он отверг меня, я улыбалась. Акаши не любит слез. Поэтому я терпела, но в тот день не смогла их сдержать. Хотя на улыбку сил тоже хватило. Ведь, хоть это и невообразимо глупо, даже после этого у меня осталась надежда. Я подумала, что он решил избавиться от меня, потому что я подошла слишком близко. Значит, все делала правильно? Есть ли какой-то правильный вариант, когда речь идет о Акаши? Я утешала себя так, но сердце сжималось каждый раз, когда я вспоминала эти его слова. А это случалось довольно часто, ведь красноволосый юноша не спешил выходить у меня из головы. Он застрял там намертво, и, что бы я ни делала, не исчезал. Поэтому я пошла на еще большую глупость и продолжала ходить к нему на матчи. В большом зале он все равно меня не увидит, а я — увижу. Я опять увижу его свет, который не дает мне покоя. Увижу, как он крут. Увижу его очередную победу. Но, втайне я мечтала увидеть его поражение. И подойти утешить его после матча. Хоть раз.