E X I T

      Худое тело Фрэн будто наполнила надежда, в которой так нуждалась она, находясь в этом непонятном месте. Итворд ничуть не изменился: тот же чёрный фрак, большой цилиндр на черепушке, золотые старые часы на цепочке, чёрно-белые лаковые туфли… Всё тот же добрый и старый скелет с большми глазами и с широкой улыбкой.       Фрэн не видела его около месяца. Он не появлялся в Иверсте по неизвестным всем причинам. Просто сказал Палонтрасу, что ему придётся отсутствовать, а затем улетел. — Итворд, какое счастье! — Боу-Дагенхарт быстро подошла к высокому другу и оказалась в родных объятьях. Скелет провёл фалангами пальцев по её волосам, доходящим до плеч. — Я рад тебя видеть, Фрэн, — сказал родным голосом он.       «Это точно Итворд!» — Что это за место? Как я тут оказалась? — начала спрашивать Боу-Догенхарт. Глаза скелета посмотрели куда-то в сторону, и взгляд Фрэн тоже устремился на большие тёмные двойные двери и они, кажется, закрыты. — Что там? — Это, моя милая Фрэн, твой дальнейший путь, — грустно сказал ей друг. Девушка удивлённо посмотрела на Итворда. — Почему? Разве ты не заберёшь меня обратно? — голос предательски начал жалобно пищать. Ей вдруг стало обидно. — К сожалению, нет. И я не могу тут задерживаться… — его глаза забегали, словно ища кого-то. — Итворд… — Тебе нужно идти дальше. Так ты и поможешь мистеру Полночь, — скелет начинает говорить быстрее, как-будто куда-то спеша. — Ты должна… две параллели нуждаются в помощи… — Я не понимаю… — покачала головой та. — Не говори загадками, давай прямо! — Не могу, — опустился его взгляд. Вдруг за спиной Итворда, прямо в воздухе, образовался бордовый круг.       «Это портал», — догадалась она. Итворд пошёл прямо в портал. — Итворд! — закричала Фрэн. — Куда ты? Стой! Не покидай меня! — Ты должна справиться… Дуотин поможет тебе, — проговорил он едва слышно, уже исчезая в портале. Фрэн уже хотела прыгнуть за ним, но перемещающая дыра просто на просто исчезла, не приняв ещё двух пассажиров.       В маленькой тёмной комнате раздались тихие девичие всхлипы.

X X X

      Фрэн облоктилась об двери, наваливаясь на них всем своим телом и продолжая держать на руках мистера Полночь. Сердцебиение и дыхание чёрношерстного кота не изменились, всё такие жё тихие и пугающие. Дверь поддаётся и открывается. Фрэн проходит в помещение и удивляется, увидев висящую в воздухе, справа от неё, черную табличку в белой рамке. На ней белые буквы. FRAN 1 20/20 $0       Табличка исчезла, как только об этом подумала Фрэн.       "Может, появится ещё раз?"       Действительно, табличка появилась снова. Фрэн решила пока убрать её и, наконец, решила осмотреть помещение. Оно светлее предыдущих комнат. Извилистая тропинка ведёт к таким же дверям, огибая какие-то несколько нажимных плит. Рядом с ними, на стене, у двери, находится рычаг. Боу-Дагенхарт серьёзно задумалась над этим. Какой-то пароль? Дверь не открывается, а по механизму должна подняться вверх. Подсказок нет никаких... Фрэн подошла к плитам и вдруг заметила, что, примерно, четыре из них стёрты и слегка исцарапанны. Будто по ним кто-то топтался. Фрэн наступила своими ботинками на каждую из подобных.

Щёлк!

      Дверь открылась и Фрэн прошла через неё. Коридор, ведущий влево, с такой же петляющей дорожкой. Интересно, сколько подобных коридоров впереди? И сколько прошло времени? Фрэн посмотрела вверх, но увидела только потолок. Жаль, а так бы по расположению солнца поняла бы сколько примерно времени. Она пошла вдоль коридора и заметила в конце пути поворот, из-за которого выскочила огромная лягушка... Или жаба? Над монстром вдруг появилась табличка: Фрогит. — Кто ты? Лягушка-монстр? — спрашивает Боу-Дагенхарт. — Квак-квак! — проквакал Фрогит. Его широкий рот вдруг открылся и из него вылетели маленькие яркие шарики, которые хаотично полетели на неё. Испугавшись, она повернулась к неизвестным шарикам спиной, прикрывая мистера Полночь.       Многие прилетают прямо в спину, принося невыносимую боль. Другие же врезаются в стены, оставляя вмятины, от которых идут трещины.       "Больно!" — КВАК! — громко квакнул Фрогит. Шарики перестали лететь. Фрэн замерла, боясь повернуться. — О, дитя, не бойся!