Другая сторона 2: 6 лет спустя.

В первые мгновения она опешила и не сразу поняла, что совершенно не дышит. Осознание происходящего накатывало волнами, грозясь накрыть с головой и свести с ума. Сколько она так простояла, просто вглядываясь в фиолетовые глаза с хитрым прищуром взирающие на нее. Отчего-то захотелось громко рассмеяться. Даже если она провела столько времени в роли безвольной жертвы, куклы, над которой насмехались и ломали ее волю; и сколько раз она испытывала на себе «Круциатус» - она все еще оставалась собой. Да, она больше не прежняя Гермиона Грейнджер – девушка, которая, кажется знает все на свете и старается всеми силами бороться со злом. Но ее душа, ее память все ее при ней. Горькая усмешка тронула синие губы, а затем она вскинула голову и с иронией взглянула в глаза Тьмы. - Я должна была догадаться, что без тебя тут не обошлось, - обвиняющим тоном в пол голоса сказала она, с каким-то отстраненным состоянием наблюдая, как вокруг словно сгущаются сумерки, и вот она снова оказывается в некогда спасительной для нее темноте. Послышался щелчок и кандалы, которые этот мерзавец все же успел на нее нацепить, совершенно беззвучно упали, а каменная стена растворилась. Потирая запястья, которые жутко саднили после грубой хватки и железных оков, она думала о том, что вся ее жизнь – это сплошной злой рок судьбы. В какой момент все пошло по наклонной дорожке, наверное, никто бы не ответил. - Я бы не стала так сразу кидаться обвинениями, - с небольшим опозданием обиженно ответила Тьма, которая снова сидела напротив Гермионы в своем привычном кошачьем облике. Пушистый «туманный» хвост обвился вокруг туловища и только кончик слегка подергивался, как если бы это была самая обычная кошка. Гермиона вздохнула, прикрывая глаза. - А что я еще могу подумать? – раздраженно бросила она. – Если вспомнить как мы встретились и что ты мне сказала в тот момент. Хранитель, да? – резко распахнутые глаза, с гневом уставились на Тьму. – Что-то я не заметила от тебя никакой помощи за все это время. Может, ты ошиблась своей «профессией» !? На секунду ей показалось, что кошачья мордочка недовольно сморщилась, а затем нервно дернула усами. - Я не могу вмешиваться в дела смертных! – сверкнув глазами и прижав уши к голове рявкнула Черная. На секунду Гермиона опешила, в растерянности закусив губу. Но затем тряхнула головой и снова пристально вгляделась в фиолетовые глаза. - Да-а? Зачем тогда мне вообще такой ангел-хранитель? – взбешенно процедила она, подойдя ближе к Тьме и не отрывая взгляда. Бессловесная дуэль длилась, казалась целую вечность, пока Темная не отвела глаза, а затем и вовсе отвернулась, вздохнув. - Присядь, Гермиона. Оглядевшись, девушка не обнаружила того, на что могла бы сесть, и просто опустилась перед кошкой, поджав под себя ноги и враждебно глядя на ту, что назвалась хранителем. Тьма молчала, явно о чем-то раздумывая, но Грейнджер была терпеливой особой и не стала торопить сущность, чтобы не нагнетать и так раскалённую до предела атмосферу. В груди поднялась паника, когда в голове снова всплыл образ занесенного над Драко ножа, а после… - Знаешь, - тихо начала Тьма и девушка, тряхнув головой, вслушалась в то, что она говорит, - вы, смертные, на самом деле очень странные. Совершаете самые глупые ошибки там, где, казалось нельзя оступиться и упасть, а после страдаете, забивая свою голову ненужными мыслями и страхами, - нервно дернула хвостом и, повернув голову, будто бы усмехнулась. – Спустя время жалеете об упущенном времени и хватаетесь за голову. Со стороны кажется, что вам доставляет удовольствие – страдать и упиваться собственной беспомощностью, стараясь вызвать жалость к себе у окружающих. Гермиона выдохнула сквозь зубы – то, о чем говорила Тьма, было от частью правдой, но со вторым она была в корне не согласна. Есть и те, кто страдают молча, а есть те, кто никогда не сдается, чтобы исправить свои ошибки или хотя бы постарается это сделать. - Не все такие, как ты описываешь, - глядя исподлобья и теребя грязную сорочку, в которую было облачено ее, так называемое тело, сказала она. - Да ты права, - легко согласились с ней. – Это мне и понравилось в тебе. И знаешь, наблюдая за всем со стороны, я не перестаю вам удивляться. И, - тут Тьма сорвалась с места и подплыла прямо к лицу Гермионы, - я бы хотела отблагодарить тебя. - Отблагодарить? – по слогам переспросила девушка, смотря на нее с непониманием. – За что? Миг – и перед ней сидит совершенно голая девушка. Длинные волосы черным водопадом с ниспадают по узким плечам, прикрывая грудь и часть туловища, фиолетовые глаза с играющей в них темнотой с смотрят с непонятной грустью, а кончики пухлых маленьких губ слегка улыбаются. - Я - всего лишь существо, даже не нечисть, а так – мнимая иллюзорность, эфемер, искусственно созданный для службы. У меня нет чувств, равно как и эмоций, - и снова грустная улыбка. – Все мое развлечение – это наблюдать. В первые в жизни Гермиона ощутила такой странный коктейль чувств – радость и жалость в одном флаконе. Она подумала, что с одной стороны – это счастье: чувствовать, жить и испытывать эмоции, а с другой стало жалко существо, так старающееся сейчас быть похожим на обычного человека, которое никогда не испытывало чувств и, скорее всего никогда не испытает. Стало стыдно за мелькнувшее в серых глазах облегчение, что она все-таки человек и может себе позволить такую роскошь как жизнь. Закусив губу, Гермиона подняла свой взгляд на Тьму. Девушка выглядела подавленной и казалось, вот-вот расплачется, но эфемер не умеет этого делать. - Сколько тебе лет? – почти шепотом спросила она, уже заранее зная ответ. - Семьдесят. Чутье подсказывало, что перед ней всего лишь ребенок. Да, семидесятилетний ребенок. Но у призраков, духов и различной нечисти, насколько помнила Гермиона – были свои рамки измерения возраста. И если она не ошибается, по земным меркам ей всего шестнадцать. - Совсем еще маленькая, - прошептала она, протягивая руку и касаясь ее плеча рукой. Не успев удивиться, что на ощупь эфемер оказалась словно человек – мягкая, но словно без температуры тела, как оказалась в кольце рук. Черноволосая крепко обняла ее и громко всхлипнула. Мысли разбежались в голове, но, Гермиона была довольно мудрой, чтобы не отталкивать ее. Легко приобняв ее, она стала что-то ей шептать. Кажется, пыталась утешить. Ошеломление стремительно растаяло, когда что-то мокрое коснулось шеи и скатилось дальше по спине. «Это невероятно… она плачет. Сущность без чувств и эмоций плачет…». - Разве это не замечательно? – вполголоса спросила она. - Это очень странно, - шмыгнув носом и хихикнув, ответила Тьма. Освободив от своих объятий волшебницу, она робко улыбнулась, сама страшась того, что испытывает. – Это самый замечательный дар, который я никогда не надеялась получить. Потому, что все это я считала помешательством, очередной прихотью смертных. Широко улыбнувшись, Гермиона сжала ткань сорочки, пытаясь сдержать слезы, душившие ее последние пару минут. Она не могла поверить в то, что сейчас происходит, в эту ситуацию… - Я рада, что ты смогла почувствовать и понять, но, - последовал тяжелый вздох, - я не понимаю, почему ты появилась только сейчас? Прочертив в воздухе какой-то символ, Тьма дунула на него в подставленную ладонь упал какой-то камень, больше похожий на драгоценный. Он так ярко светился, что Гермионе пришлось прикрыть глаза и подставить ладонь. - Я не смерть, это не моя привилегия, забирать души, - она с улыбкой посмотрела на камень и прокатила на ладони, после чего крепко сжала и протянула ей. - Но как я уже сказала, я хочу тебя отблагодарить. Душа твоего любимого сейчас находится здесь. Ты уже поняла, что удар ножом был прямым и его ничего не сможет спасти. При последних словах Гермиона вздрогнула и почувствовала, как внутри будто что-то ухнуло вниз и теперь корчится в болезненных муках. Да, Драко мертв… С неким благоговением она подставила протянутые ладони, на которые в тот же момент упал шар. С нежностью погладив его пальцем, почувствовала, как он словно откликнулся на ласку, сверкнув и потеплев. Зажав рот рукой, Гермиона старалась не закричать от боли, скрутившее тело. - Очень редко встретишь настолько чистую душу. Искренность в вашем мире – всего лишь фарс, - с интересом наблюдая за ней, изрекла Тьма. Но волшебница ее не слушала, теперь во все глаза рассматривая драгоценную вещь в ее руках. Если он умрет, то что делать ей? Она столько лет жила, сходя с ума от неизвестности и тоски. А когда уже смирилась с постоянным одиночеством и даже, вроде бы, перестала скучать, он появился в ее жизни, снова переворачивая все верх дном, вызывая трепет в груди и слабость в ногах от его прикосновений. Закрыв глаза, вспомнила ощущение, что испытывала, когда находилась с ним рядом… Когда в голове становиться легко, а тело словно живущее собственной жизнью льнет к мужскому телу, требуя таких нежных и любимых ласк, а ноги ослабевают только от одного его голоса… - Как? – все же всхлипнув, прохрипела она, сама не узнавая своего голоса. – Как его вернуть. - В этом и заключается моя благодарность. Я помогу тебе вернуть душу Драко обратно, но это будет стоить дорого. – Подобравшись и серьезно посмотрев на нее, сказала Черная. «Вот она – благодарность», - с усмешкой подумала Гермиона, но она уже все решила. - Что ты хочешь в обмен? - Самое дорогое, что у тебя есть. Тихо рассмеявшись, девушка снова погладила шар. И снова он откликнулся теплотой, засияв еще ярче. Самое дорогое, что у нее есть – Драко. Все самые светлые моменты связанны именно с ним. Он изменил ее во всех отношениях. Из занудной ботанички сделал полноценную женщину. Он научил ее быть желанной и любимой. Он успокаивал ее, когда ей было плохо. Он всегда с улыбкой прощал все ее ошибки. Она его любит. - Я решила. Вскинув брови, Тьма приготовилась услышать ответ. - Воспоминания. – Твердо сказала Гермиона и стоило заглянуть в серые глаза, как в них отражалось уверенность и непоколебимость в отношении принятого решения. – Я хочу отдать свои воспоминания. С минуту пристально глядя на нее, Тьма покачала головой и, потянувшись, забрала у нее душу. Гермиона с неудовольствием проследила за тем, как девушка двумя пальцами взяла шар и, со странной ухмылкой оглядела его. - Не устаю поражаться вашим решениям, - снова покачала головой и мягко рассмеялась. – Я принимаю твою плату, Гермиона. Воспоминания, в обмен на душу любимого, - улыбнулась она. Все, что происходило дальше, было похоже на сон. С силой сжав в руках словно хрустальный шар, Тьма что-то зашептала на непонятном языке. Не выдержав напряжения, оболочка треснула, разлетаясь на сотни осколков, а подскочившая с криком Гермиона была одним жестом была отброшена в сторону. Повышая голос, Черная постепенно вставала, чтобы поднять ярко светящийся шар над головой, а затем резким движением опустила руки, словно ударяя шаром о землю. Белой дымкой тот стал расползаться, вплетаясь в сгустки тьмы, пока совсем не исчез. С испугом смотря на то, что эта ненормальная делает с душой, девушка била ногами в воздухе, но ее словно прижало невидимой силой, не давая выбраться. - Что ты наделала! – с ненавистью воскликнула она. И в душе словно образовалась дыра, постепенно наполняющееся пустотой. – Ты убила его! – всхлипывала Гермиона, задыхаясь рыданиями, сотрясавшими ее тело. – Ты..! Это ты…! - Нет, - Черная покачала головой. – Он жив. Не слушая слов убийцы, девушка громко закричала, вымещая в этом крике все – боль, отчаяние, горечь… - Прости, но я должна забрать плату. И, - девушка наклонилась и обхватив руками лицо Гермионы, легко прикоснулась губами ко лбу, - спасибо за то, что научили чувствовать, - прошептала она. – А теперь прощай. Больше мы никогда не встретимся… - А-а-а! Дьявольская боль затопила тело, казалось будто каждую кость пропускают через пресс. Голову стало нещадно печь, словно в нее влили горячую лаву, стремительно растекавшуюся по телу и выжигая ее изнутри. Воздух в легких стал кончаться и где-то на задворках обезумевшего от боли разума мелькнула мысль – «Я задыхаюсь». Пытка продолжалась вечность, сотнями иголок впиваясь в тело, протыкая его насквозь, позволяя алой крови растекаться безобразной лужей вокруг. Но постепенно все стало утихать, только пульсирующая в затылке боль, набатом стучала в районе висков. Словно в тумане, Гермиона распахнула глаза, делая шаг и поднимая с каменного пола палочку. А после кто-то нажал на плей и выставил ускоренный режим. Опалив ненавистью того, кто посмел занести нож над любимым, девушка подняла палочку и одними губами прошептала: - Авада Кедавра! Одновременно две зеленые вспышки озарили зал, а потом все резко стихло. Тяжело дыша, Гермиона подняла взгляд и встретилась с таким дорогим сердцу взглядом. - Гермиона? – встревоженно взглянул на нее Малфой, но девушка лишь улыбнулась, и он еле успел подхватить ослабевшее в миг тело. – Гермиона!? Коснувшись ее лица дрожащими пальцами, он нежно погладил по щеке. Спокойствие пришло только тогда, когда он понял, что жилка на шее Гермионы быстро пульсирует. Облегченно выдохнув, он прижал ее себе, поморщившись от боли – поганец все же достал его, загнав нож в бок. Рядом раздались шаги и кряхтя опустились рядом. - Вот все и закончилось, - переведя взгляд с подруги на Драко, хрипло сказал Эрик. Он тоже был ранен, но не настолько сильно как друг. Малфой ничего не сказал, снова взглянув на любимую. Для него еще ничего не закончилось. Дальше была гонка не на жизнь, а насмерть. Никто не знал, сколько еще продержится Гермиона в таком состоянии, да и стремительно расползающееся пятно на боку не доставляло радости. Но что его боль по сравнению с тем, что пережила она!? Он бежал так быстро, как только мог, молясь всем богам, чтобы успеть. Стоило выбежать в знакомый коридор, как глухая боль тут же откликнулась в груди. Ромильда все так же словно лежала в воздухе, и алая кровь маленькими бисеринками скатывалась с бледной руки. - Дальше без меня, - резко оборвал его Эрик, когда Драко попытался что-то сказать. Кивнув, другу, он сорвался с места. Это уже не его дело. Сейчас самое главное выбраться из этого чертого места и доставить Гермиону в безопасное место, в идеале – в больницу Святого Мунго. С запозданием пришла мысль, что автомобиль всего лишь один… Скрипнув зубами, Драко сильнее прижал к себе девушку. Что этот урод сделал с его Гермионой! В невесомом теле, казалось осталась только душа и только надави, как услышишь хруст. Мазнув мимолетным взглядом по бледному худощавому, но так сильно любимому лицу, он прошептал, как будто если бы девушка его услышала: - Все будет хорошо… Как преодолел подъем он не помнил, очнулся только когда за воротами его резко схватили за плечи. Остановившись, он сделал шаг назад и с гневно осмотрелся – что еще!? - Малфой очнись! – тряхнули его за плечи, и кто-то попытался забрать Гермиону из его рук, только он был не согласен, рыкнув как раненное животное. – Придурок, - прикрикнули на него, но он только исподлобья посмотрел на Поттера, - ты ранен и Гермионе нужна помощь! Что-то щелкнуло в голове и Драко тряхнул головой. Снова оглядевшись вокруг он заметил десяток магов, которые с тревогой смотрели на него, ожидая дальнейших действий. Глубоко вздохнув, он снова устремил свой взгляд на Гермиону, а потом снова поднял его на Поттера, который следил за ним поджав губы и на его лице явно читалось, что если он не пустит медиков к Грейнджер, то он его ударит. - Хорошо, - выдохнул он. – Но я хочу быть рядом с ней. Хмурое выражение тут же спало с лица главы Мракоборческого отдела и вокруг пронесся вздох облегчения. - Как скажешь, - спокойно пожал плечами Гарри. Стоило ему кивнуть, разрешая действовать, как два человека в светлых мантиях тут же отделились от толпы и подошли к Драко. Один из них произнес заклинание левитации и тело Гермионы стало в разы легче. Бережно передав ее в руки одного из медиков, он с тревогой проследил как ее уносят к одной из машин – трансгрессировать с девушкой в таком состоянии было чревато последствиями. - А вы оперативно нас нашли, - хмыкнул Драко и кинул на бывшего начальника насмешливый взгляд. Гарри только поморщился на то, как его пожурил сокурсник. - Это моя работа, - буркнул он, едва успев заметить, как Малфой оседает на землю, теряя сознание.

***

Тяжелый вздох разнесся по палате и следом за этим послышался тихое шелестенье ткани. Перевернувшись на другой бок, так как на правом было еще немного больновато лежать, хотя медики делали все возможное, Драко уставился на дверь тяжелым взглядом. Казалось, будто все самое страшное позади – Гермиона спасена, Ромильда лежит в соседнем отделении и уже приходила в себя, Эрик, хоть и был довольно бледен, но старался улыбаться и выглядеть оптимистично, несмотря на пережиток последних дней. Только вот что-то улыбаться его совершено не тянуло, а хотелось наоборот встать и снова взглянуть, хоть мельком, на любимую, что впервые улыбнулась два дня назад. Он вспомнил тот испуганный взгляд загнанного в тупик зверя, когда он впервые вошел в палату и ее осторожный вопрос: «А…Вы кто?». Сначала он подумал, что Гермиона решила так над ним пошутить, но когда разглядел в направленном на нем взгляде неподдельный интерес, приправленный щепоткой страха, ему снова захотелось оживить того придурка, чтобы сначала нашпиговать его камнями, а потом пустить с горы в бессрочное кругосветное путешествие по миру. Проведя рукой по шее, он огляделся в поисках стула, и подвинув его, под настороженным взглядом, сел, склонив голову на бок. За те пару недель, что Гермиона провела в больнице Святого Мунго, она успела немного отъесться и оттенок ее лица больше не напоминал ходячий труп. Наоборот, ее кожа постепенно возвращала себе нежный бледно-персиковый оттенок, а на щеках, хоть это и было мало заметно, проявлялся румянец. - Я твой муж, - сцепив руки в замок, сказал Драко. Реакция девушки его позабавила: услышав реплику, она сначала задумалась, сжав в пальцах кончик одеяла, затем пожевала нижнюю губу и кивнула каким-то своим мыслям. - Значит, муж, - тихо сказала она и скосила взгляд на мужчину, который сидел на стуле с независимым видом и изучающее ее рассматривал. Передернув плечами, Гермиона снова погрузилась в свои мысли. То, что ее зовут Гермиона девушка помнила, но стоило ей попытаться вспомнить хоть еще что-то, что вроде как мелькало на просторах разума, как виски словно стискивало стальным зажимом и приходилось прекращать это безрезультатное занятие. Когда она очнулась, то сильно испугалась. Она не помнила, что с ней произошло и почему она оказалась тут, и что за люди постоянно к ней приходили, улыбались, что-то спрашивали… А особенно вот этот индивид на против уже пару раз приходил к ней в палату, только заговорить не решался, да и сама девушка не была расположена к разговорам. Она бессчётное количество раз пыталась вспомнить хоть что-то и иногда ей даже удавалось. Так, например, она помнила свое имя, что вроде как училась в магической школе, и даже помнила какие вопросы были на выпускных экзаменах… Только самая важная информация была словно стерта из ее памяти. Это вот как взяли флешку и отформатировали. Так же и с ней – стерли память и все тут, хоть об стену бейся. Медики лишь разводили руками и говорили, что со временем память восстановится, однако, не рассказывали, что с ней произошло и почему она в таком состоянии оказалась в больнице. Вздохнув, Гермиона откинулась на подушки и окинула сидящего рядом мужчину оценивающим взглядом. «Муж» ее не был отменным красавчиком, но то, что принадлежал он к знатному роду – это точно. Это чувствовалось и в том, как он сидит, и в том, как смотрит. Да вообще все его существо будто кричало – я аристократ! Хотя внешне он был довольно симпатичным, эдакая рыцарская внешность: высокий рост, хорошее телосложение, в меру накаченные руки, которые сейчас красовались на виду, так как на нем была надета темная облегающая футболка с коротким рукавом. Подняв взгляд выше, отметила гордую посадку головы и волевой подбородок с едва заметной ямкой, что говорило о твердости его характера, тонкие губы, изогнутые в насмешливой ухмылке и глаза, которые притягивали к себе внимание. Серые, будто грозовое небо, они смотрели прямо и в них словно мелькнул огонек надежды. - Хорошо-о, - медленно протянула девушка, оторвав взгляд от потенциального мужа. В то, что он таковым является, она не шибко верила. Значит, стоит проверить. Прищурив глаза, она напряженно на него уставилась и задала первый вопрос: - Как меня зовут? Драко мягко рассмеялся и сел, скрестив руки на груди. - Гермиона Джин Грейнджер, - кивнув, покладисто ответил он, и с интересом стал ожидать следующего вопроса. - Сколько мне лет? - Девятнадцатого сентября исполнилось двадцать четыре. Тебе не кажется, что такие вопросы можно легко узнать, просто заглянув в твою карту? – фыркнул он и тихо рассмеялся. Девушка почувствовала, как краска заливает лицо. - Как будто тебе кто-то даст в нее посмотреть, - буркнула она, глядя как тот пожимает плечами и весело улыбается. – Когда мы познакомились? - Мы знакомы еще с первого курса Хогвартса, а еще начали встречаться в конце декабря на последнем курсе, но – Драко легким движением взъерошил хорошо отросшую шевелюру, - я не помню число. - Вот видишь! – с радостным воплем хлопнула в ладоши. – Значит ты не мой муж. Мой муж никогда бы не забыл день, когда мы начали встречаться, - самодовольно закончила она и ойкнула, когда мужчина резко приблизился к ней. Она уже подумала, что он ее хочет ударить или, и вовсе – нахамить. Только последующие действия ввергли ее в шок. Словно завороженная она смотрела за тем, как он бережно взял ее руку и поднес к своему лицу, прижавшись к ладони. Гермиона вздрогнула, ощутив гладкость кожи, которая чуть кололась от щетины. Но было в этом какая-то своя прелесть. - Ты – самая прекрасная женщина, которую я только встречал, - хрипло сказал он и от его голоса по спине пробежали мурашки. – Я был таким дураком, что не могу простить себя за все те страдания, которые тебе пришлось пережить. И я бы тысячу… нет, десять тысяч раз умер, лишь бы ты меня простила, - его голос был наполнен такой болью и горечью, что девушка сама не поняла, как, но развернув ладонь, она нежно погладила его по щеке. И что-то внутри откликнулось на такую простую ласку, какие-то странные ощущение, которые будто проснулись от долгого сна. Гермиона не знала, о чем он просит простить ее, но, разве может человек, которого она видит, по сути в первый раз… вызывать такие ощущения? – Самая красивая, самая нежная, самая добрая… – шептал он, осторожно отняв ее руку и теперь осторожно целуя каждый пальчик. – Гермиона… От легких ласк, которые дарил этот мужчина с невероятными глазами цвета стали, она будто уплывала на облаках мечтаний, выпадая из реальности, сама пугаясь таких ощущений. «Почему… Почему я чувствую это по отношению к нему? Я вижу его первый раз…. Что же произошло в той… жизни? Но…». Услышав свое имя, волшебница вскинула голову и посмотрела на него затуманенным взором, не расслышав вопрос, который он ей задал. - Что? – моргнула она. Мягко рассмеявшись, мужчина покачал головой и вернул ее руку на прежнее место, отчего в груди Гермионы всколыхнулось неудовольствие. Вот так вот, заинтриговал, приласкал и бросил… а продолжать кто будет? Скрипнул стул, когда Драко поднялся. В душе царил раздрай, но уже та мысль, что девушка от него не шарахается и ведет себя спокойно в его присутствии – разливалась теплом в груди. Уходить из палаты не хотелось, но у него еще были процедуры, которые нужно посетить, да и Гермионе стоит больше отдыхать. Вздохнув, он еще раз нежно посмотрел на любимую. - Отдыхай, я пойду, - сказал он, разворачиваясь, но остановился от заданного вопроса. - Ты еще придешь? Медленно развернувшись, он жадно впился в девушку взглядом. Послышалось ли ему…? - Только если ты хочешь… - осторожно ответил он, внутренне замерев и чуть прикрыв глаза. Если она ответит нет… - Я хочу, - тихо ответила девушка и вскинув голову, тепло улыбнулась. – Очень хочу. С минуту он стоял, не веря в происходящее. Она хочет видеть его! Она хочет! - Значит, приду, - улыбнулся в ответ и чуть не сдержался, чтобы не стиснуть в объятиях его блондинистого ангелочка, который смущенно хихикнул, тряхнув головой. Светясь словно солнышко в теплый майский день, он словно пьяный шел по коридору, не замечая косых взглядов в его сторону. На душе было тепло и хорошо. И пусть Гермиона ничего не помнит, главное, что она в порядке и улыбается. Ее улыбка… - Смотрите-ка на него, - с явной подоплекой на насмешку протянули рядом. – Случилось что-то хорошее? Светишься так, что глаза слепит, - все же усмехнулся рыжеволосый, останавливаясь рядом с другом. Драко бросил на Эрика загадочный взгляд. - Не то слово, - мечтательно протянул он, так что на него тут же замахали руками. - Перестань, тебе это не идет, - хохотнул друг. – Лучше скажи, как там Гермиона. Драко пожал плечами. - Память так и не вернулась, но, кажется, все хорошо, - просиял улыбкой он и с удовольствием заметил, как Эрик облегченно выдохнул – волнуется, и это хорошо. Постояв пару мгновений в тишине, Малфой бросил на волшебника быстрый взгляд и засунул руки в карманы. - Как Ро? - Потихоньку приходит в себя. Драко до сих пор не знал, как ему удалось вытащить подругу из-под действия жертвенного заклинания. Но он был невероятно счастлив, что с Ромильдой все тоже в порядке, хотя, свой дар провидицы девушка скорее всего потеряет… - Ну ладно, я пойду, - Эрик хлопнул друга по плечу и начал движение, когда услышал тихое: - Спасибо… Усмехнувшись, он на пятках развернулся и отсалютовал, громко чмокнув губами. Весело проследив за этим представлением, Драко рассмеялся и покачал головой: - Чудак… Рыжеволосый маг остановился перед дверью в палату и глубоко вдохнул. Все произошедшее отразилось на нем не лучшим образом. Он все чаще стал просыпаться в холодном поту, иногда крича во сне или стоная… Может, когда-нибудь это пройдет, когда он забудет взгляд фиолетовых глаз и сделку ценою в жизнь, что ему пришлось заплатить десятком лет, за освобождение любимой. Забудет, что теперь никто не сможет найти злосчастные камни и никогда не узнает где один из них, только если не захочет специально препарировать его. Усмехнувшись собственным мыслям, он решительно нажал дверную ручку и ввалился в палату: - Дорога-а-ая, я вернулся, - пропел он. Читающая что-то девушка с короткими волосами цвета вороного крыла тепло улыбнулась и отложила книжку в сторону. Позднее, через много лет, когда двое мужчин захотят втайне от своих любимых вспомнить события давно прошедших дней, он скажет: - Я либо буду жить с ней, либо умру без нее, - будут его слова и мужчина в кресле напротив, согласно кивнет. °°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°° МУЗЫКА: ~> Ashes Remain – On My Own ~> Good Charlotte – I Can't Dream Without You ~> Florence And The Machine – Cosmic Love