Аристократичное безумие

Драко Малфой небрежно прислонился к стене на седьмом этаже. Он так и не присоединился к Отряду Дамболдора, но не мог отказывать в помощи Луне, с которой проводил всё больше и больше времени, обучая девушку Окклюменции. Та делала значительные успехи, но пока ещё с трудом могла увидеть именно то, что хочет. Поэтому Драко тратил почти всё своё время на встречи в пустых классах. Ему нравилось помогать Полумне. -Привет, - послышался сзади голос, и Малфой обернулся. Кивнул Луне. Та откинула назад распущенные белоснежные волосы и вздохнула: -Еле успела, - она слегка запыхалась, - Наткнулась на Кэроу, и они попытались выяснить у меня, кто выпустил всех первокурсников, - она ухмыльнулась, - Как будто это и без меня неясно. -Ну что? – Драко было безумно тяжело говорить. Именно сейчас, когда они встретились. Потому что дальнейшими их действиями был побег из Хогвартса на целый вечер, который Малфой предложил провести в Хогсмиде. Было уже почти темно, замок медленно затихал, ученики запирались в своих комнатах. И лишь они двое собирались нарушить правила и сбежать. Эта неожиданная идея пришла в голову Луне, которую та высказала в шутку. Но Драко почему-то захотелось подарить девушке вылазку в Хогсмид, раз та так этого хотела. Он никогда не был романтиком, поэтому пригласил Луну в небольшое кафе на окраине, а не в какое-нибудь любовное гнёздышко, увешенное розовыми сердечками, ангелочками и ленточками. Он выбрал тихое, зато уютное местечко, ему казалось, что именно чего-то подобного хотела Лавгуд. Та, к счастью, не выглядела как Пенси, то есть без всяких розовых платьиц, бантиков и рюш. Наоборот – она оделась довольно скромно. Иссиня-чёрное вязаное платье, из ниток, которые слегка блестели, так что напоминали звёзды на ночном небе. Девушка убрала волосы ободком из чёрной ленты, а на руки надела чёрные митинги. Белые полусапожки, чёрные леггинсы в серебряную полоску, и, естественно, кулон из пробок от сливочного пива, палочка за ухом и на руках разномастные амулеты, зато в ушах вместо серег-редисок – серебристые звёздочки. Сейчас они вместе шагали по коридорам Хогвартса. Несмотря на приближающееся Рождество, в замке царила далеко не праздничная атмосфера. Даже традиционной ели в Большом зале не было. Это очень огорчало Полумну, хотя Драко было всё равно, он так и так не собирался праздновать. Они поднялись на восьмой этаж. В Выручай-комнате было совсем немного людей, и Драко с Луной спокойно пересекли комнату. По туннелю, ведущему в Кабанью Голову, почти бежали. Там их с ворчанием пропустил на улицу хозяин заведения. Ледяной воздух ударил в лицо, как только они оказались на улице. Драко поёжился и натянул шарф почти до глаз. Луна же с восторгом смотрела на устланные пушистым белым снегом улицы. Она была одета в зимнюю мантию, и всё равно дрожала от холода. Драко потянул её за собой. Не хватало ещё околеть, не дойдя даже до кафе. Они молча шагали по безлюдной улице. Снег падал неторопливо и торжественно, белыми хлопьями. Пар изо рта клубился и исчезал, чтобы через секунду смениться новым облачком. Фонари вдоль дороги бросали синеватые тени на землю, заставляли искриться снежинки в голубоватых от света волосах Полумны. -Так красиво, - прошептала Полумна, - Очень по-Рождественски… Малфой не мог не согласиться. Было и вправду на удивление красиво, как будто природа решила продемонстрировать, что ей нет дела до человеческих разборок, войн и других проблем. И теперь всё вокруг сияло от снега, который будто кружевом соединял небо и землю, летая в воздухе и отражая свет фонарей, так что казалось, что это звёзды медленно падают с ночного небосвода, устилая землю. Руки парня уже начали коченеть, когда они наконец подошли к кафе. Драко открыл дверь, звякнул колокольчик, и они вошли внутрь. Здесь было почти пусто, несколько человек сидели за столиками, сосредоточенно читая или тихо переговариваясь. Полумна с интересом разглядывала праздничные украшения на стенах и окнах, которые, к тому же, были изрисованы ненастоящим инеем. С потолка свисали многочисленные звёзды и разноцветные фонарики, которые были единственным источником освещения в этом помещении. В полумраке виднелась стойка, освещённая розоватым светом откуда-то снизу. Драко указал Луне на столик возле окна, а сам подошёл к барменше, чтобы сделать заказ. Как только Полумна села за круглый столик, фонарь, стоящий посередине него, засветился приятным светом, отразившемся в глазах девушки. Та улыбалась. Малфой сел рядом с ней. -Здесь очень мило, - сообщила девушка с восторгом в голосе. -Я иногда бывал здесь один, - ответил Драко, - Я никого сюда не водил. Девушка улыбнулась. -Как ты думаешь, Поттер жив? – ни с того ни сего спросил Драко, неожиданно для самого себя. -Уверена, - ни чуть не удивилась такому вопросу Луна, - У него есть миссия от Дамболдора, и он обязательно её выполнит. А ты… Скажи, ты хочешь победы Гарри? Малфой задумчиво посмотрел в окно, где сквозь ледяные узоры была видна улица. -Я не хочу победы Тёмного Лорда. Они вновь замолчали. Казалось бы, это молчание должно было быть неловким, но им обоим оно нисколько не мешало. В тишине им было хорошо. Принесли заказ – два горячих коктейля с корицей и лимоном. -Спасибо, - сказала Луна. Драко отдал официантке несколько сиклей. Девушка выпила немного, затем прошептала: -А я боюсь войны. Я не хочу, чтобы умирали люди. Драко сглотнул. -Ты боишься умереть? – спросил он у неё. Девушка пожала плечами. -Я не хочу умереть. Но я не боюсь. Нет, не за свою жизнь. -А за чью? – такой странный разговор для их… почти свидания. Но оба спокойно говорили, не обращая внимание на странность темы. -За твою, - серьёзно ответила девушка, - За жизнь папы. За жизни друзей… Если они умрут – мне будет очень больно, я не хочу терять их, не хочу терять тебя… А если я умру сама – то… -То больно будет нам. Мне. Я тоже не хочу терять тебя. Полумна грустно улыбнулась, как будто бы не поверила. Драко накрыл своей ладонью её бледную руку, пытаясь согреть, хотя и его пальцы были ледяными. -Мне правда будет не хватать тебя, если что-то случится. По глазам девушки было понятно, что она очень хочет поверить, но боится. -И я… Я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось… Девушка повернула руку ладонью вверх и сжала своими тонкими пальцами руку Драко. Когда он перевёл на неё взгляд, она улыбнулась. Малфой притянул её к себе и, когда они оказались в нескольких сантиметрах друг от друга, поцеловал. Губы девушки пахли корицей и лимоном, Драко чувствовал, как по телу растекается тепло без всяких коктейлей… Драко забыл счёт времени. Они просто сидели в полутёмном кафе и целовались в свете фонаря. И тут он почувствовал, как Полумна достала свою палочку… Тихий шёпот… «Легиллименс» Драко видел перед своими глазами то, что сейчас видела Полумна. Он даже не пытался закрыть своё сознание, позволяя ей читать его, как раскрытую книгу… …Он лежит, почти в беспамятстве, на полу в пещере… Луна пытается спасти его… Её лицо, страх в глазах, ободряющий голос, вкус её губ… Перед его взором вновь лицо Полумны, она немного отстранилась, но всё равно она так близко, что он чувствует её тёплое дыхание и запах волос, почему-то немного мятный… Она смотрит прямо ему в глаза. Он не может отвести взгляд. Её тихий голос разбивает тишину. -Так ты это помнишь… -Так это правда было… Вновь тишина. Луна убирает волшебную палочку, нисколько не смущаясь. А затем вновь приникает к его губам. И он вновь целует её, будто ничего и не было… Они уходят из кафе, когда становится уже совсем темно. Их тихие шаги сопровождаются скрипом снега. Слайзеринец и Полумна держатся за руки. Они вышли за пределы деревни, так что оказались на небольшом холме. Здесь одно ветвистое дерево, чёрный силуэт которого вырисовывается на фоне синего неба. Звёзды настолько яркие, что кажутся ненастоящими, кажутся капельками краски. Драко взмахнул палочкой и небольшой клочок земли стал оттаивать, так что даже показалась желтоватая трава. Они легли на спину прямо на землю, прижавшись друг к другу плечами, и глядя на звёздное небо. Эту тишину никто не хотел нарушать. -А ты веришь в жизнь вне Земли? – спросила Луна. -Нет. -А я… - она запнулась, - А я верю, - почти шёпотом доверительно сказала она, - Когда я была маленькая, и моя мама умерла, отец пообещал мне, что мы с ним найдём способ долететь до звёзд, и там найдём маму… Я не хотела верить, что её больше нет, совсем нет, в этом мире... Сердце Драко сжалось. Голос Полумны был пропитан такой болью… Из него почти исчезла та пелена безумия. -А мама всегда говорила, что найдёт способ жить вечно, - Луна, казалось, впервые говорила об этом за долгое время. Она говорила о том, что причиняло ей боль, а Драко не мог её прервать, - Она ставила опыты и пыталась найти заклинание или зелье, способное дать вечную жизнь… -Зачем? – невольно вырвалось у Драко. Зашуршала трава, Луна повернулась к нему лицом. Слёз в её глазах не было. -Она говорила, что обязательно найдёт ответ, потому что никогда-никогда не покинет нас с папой… Она правда в это верила, понимаешь? – девушка до крови закусила губу, - Но однажды я вернулась домой, а она лежала на полу без чувств… А папы не было дома… А я хотела показать им четырёхлистный клевер, приносящий удачу… - её голос сорвался, - Я… Я вытащила тогда её… её тело, но это не имело значения… Она шмыгнула носом, затем попыталась вытереть несколько слёз натянутым на ладонь рукавом платья. Драко приподнялся и упёрся руками в землю вокруг девушки. Та смотрела на него большими глазами. -Прости, что рассказываю тебе это… Драко не мог допустить, чтобы она ещё и извинялась. Когда он грубовато, но рьяно впился в её губы, чувствуя на своём языке солёный привкус её искусанных губ и немного слёз, она шумно вдохнула и вцепилась руками ему в спину. Он чувствовал, что его собственная боль, терзающая сердце больше года, отступает, будто Луна развеивает её прикосновениями своих холодных рук… Он хотел точно также избавить от боли и её… Руки Драко скользили по её телу, так что она слегка вздрагивала, судорожно прижимаясь к его губам, будто боялась, что он исчезнет… ●●● Луна помнит с трудом, как оказалась в своей спальне и, упав на кровать, тут же заснула. Они с Драко гуляли до самого рассвета, рассказывая друг другу о сокровенных тайнах и боли, которую признанная безумной девушка не могла рассказать кому-либо, а надменный, замкнутый в себе Слайзеринец вообще не хотел говорить о чём-то важным ни с кем, кроме Полумны. Почти ничего она не могла вспомнить, будто рой мозгошмыгов атаковал её мозг. При чём мозгошмыги оказались продвинутыми, они научились маскироваться от видения спектрально-астральных очков. Полумна даже немного порадовалась за этих целеустремлённых существ. Они, очевидно, нашли способ выживать… Сон накрыл Луну на полу-мысли, так что она не помнит, какой придумала план по спасению мира от модифицированных мозгошмыгов. Лавгуд разбудили лучи солнца, проникающие в спальню Ревенкло, где почти все девушки уже не спали. Дьюз читала книгу, сидя на кровати, Хэйзл что-то строчила на клочке пергамента, и так исписанном вдоль и поперёк. Эмили просто увлечённо щебетала что-то пятой обитательнице комнаты – Кире, которая не слушала соседку и читала газету, лежащую на столике, перед которым девушка не глядя заплетала волосы. Эмили не замечала окружавшей Киру прозрачной стены, означавшей, что та установила заклятие непроницаемости звуков. Это было нормальное течение времени для Рэвенкло. Полумна вылезла из-под одеяла, окутавшись утренней прохладой и потянулась. -Доброе утро, - поздоровалась Эмили, на секунду отвлекаясь от «разговора» с Кирой, которая флегматично поправляла сине-серебряный галстук, глядя на себя в зеркало. Луна улыбнулась ей и подтянула к себе школьную форму. Через пол-часа она уже шагала в Большой зал на субботний завтрак, мечтательно глядя на потолок. Красивый в Хогвартсе потолок – каменный, одноцветный. Есть в нём что-то завораживающее. Такой холодный однотонный камень… В Большом зале было людно, большинство учеников спали в этот выходной допоздна и сейчас как раз проснулись и выбрались из своих спален. Смех, шум, разговоры… Как ни странно, Полумна почувствовала в воздухе отголоски Рождества… Может быть, в этом году всё же будет хороший праздник? Пусть даже и без ёлки - это ведь порой не так уж и важно. Куда важнее праздник в твоей душе. Девушка глянула на преподавательский стол – Снейпа там не было. Она вновь вспомнила о своих подозрениях на его счёт. Она не верила, не могла поверить, в то, что профессор зельеварения убил Дамболдора. Это было слишком ужасно, чтобы быть правдой, но в то же время она знала – нужно найти ответ, а не заставлять себя верить или же не верить. Поэтому она поспешно доела завтрак, не нашла в Большом зале Малфоя, перекинулась парой слов с Чжоу, и после поспешно убежала в библиотеку. В конце концов, она ученица Рэвенкло или нет? ●●● Драко проспал до самого конца завтрака, и когда открыл глаза, в спальне уже никого не было. Он потянулся, как хорёк, и сонно поднялся над подушками. На часах было уже 9:15, и Малфой решил, что даже в выходной не подобает спать так долго. Одевшись в белую рубашку и, чтобы не замёрзнуть, свитер, парень вышел из спальни. В гостиной было людно. Ученики сидели в красивых креслах изумрудного цвета перед каминами, огонь в которых казался зеленоватым. Столы из тёмного дерева были завалены книгами и пергаментами – большинство учеников в это субботнее утро решили сделать домашнюю работу, что странно, ведь впереди были рождественские каникулы. Что, впрочем, не остановило и Драко, который присоединился к однокурсникам за столом. -Что будешь делать на Рождество? – спросил Ник, его однокурсник. -Поеду домой, - отозвался Малфой, и в сердце что-то неприятно защемило. Домой… Разве его особняк теперь похож на его прежний дом?! Теперь это убежище Воландеморта, а уж никак не дом Драко, где тот мальчишкой любил бегать в сад, гладить очаровательные перья белоснежных павлинов, или летать на самых лучших мётлах под сдержанные, но невероятно искренние похвалы отца, где всегда царила атмосфера аристократии и богатства… А теперь лишь жестокости и смерти. -А я собираюсь в Египет – там сейчас тепло-о, - Ник потянулся. Малфой никогда не понимал, зачем люди уезжают на Рождество в тёплые страны. Какой смысл праздновать это торжество на пляже? На парня опять накатили воспоминания. Огромная пушистая ель до потолка в зале их поместья, он с восторгом просит отца купить как можно больше игрушек, но мистер Малфой выбирает лишь самые дорогие и подходящие под общий интерьер замка. И всё равно – маленький белобрысый мальчик чувствует невероятное счастье, когда в их доме на праздничной ёлке сияют волшебные игрушки. В основном изумрудные и серебряные, они сверкают и переливаются, меняют цвета, светятся. Те, что в форме снеговиков, оленей или Санты – смеются и негромко выкрикивают поздравления, играет музыка, что-то вроде звона бубенцов. Шелестит мишура, которую Драко с мамой тщательно развешивал по ветвям ели. Отец взмахивает палочкой, вызывая восторг сына, и на ветвях ёлки то там, то там загораются разноцветные огоньки… -Я вот сразу махну домой, - сказал Пит, русый парень с приятной внешностью, с которым Драко часто общался, хотя тот и был из не самого знатного рода, - Не могу больше оставаться здесь. -Да уж, Хогвартс сильно изменился, - согласно кивнул Ник. -А я уже после Рождество поеду домой, - пожал плечами Драко. Он решил так сделать, потому что дома его не очень-то ждали, там сейчас важно лишь одно – как бы загладить вину перед Тёмным Лордом, а здесь всё же есть человек, с которым Малфой не против праздновать Рождество. Вообще-то, он не собирался праздновать, но Луна так его просила, что он не смог отказать. Переговариваясь, Слайзеринцы продолжали делать домашнюю работу. Но всё-таки это утро было таким солнечным и пропитанным праздником, как ароматом хвои и мандаринов, что Драко не смог долго сидеть за конспектами. Переодевшись в тёплую мантию, парень отправился к выходу из Хогвартса. На улице кружит мелкий снежок, а небо чистое-чистое, так что аж глаза слепит от этой яркости – голубого небосвода и белоснежной земли. В Хогсмиде шумно и людно. Несмотря на то, что обстановка в мире стоит не самая праздничная, всё же люди с нетерпением ждут Рождества. В лавках с подарками не протолкнуться, но Драко заходит в одну такую. Как-никак, Полумне нужно подарить что-то… Взгляд стразу же привлекает изящное украшение в виде змейки. Невероятно красивая, из драгоценных камушков зелёного цвета и малахита, и с глазками-рубинами, она всё же кажется забавной, в особенности из-за крохотной красной с белым мехом шапочки Санты. Змейка ползает по всему уху манекена, не сваливаясь, как намагниченная, иногда замирая в изящной позе. Так это что-то вроде серёжки? Интересно, если подарить Луне это, она перестанет носить свои нелепые серьги-редиски? Хотя Малфой уже даже привык к этим экстравагантным украшениям девушки… Драко усмехнулся, представив, как эта змейка в шапочке ползает по уху девушки, прямо над покачивающейся редиской… Драко купил у продавщицы украшение и змея тут же обвилась вокруг его пальца, умильно выпустив раздвоенный язычок. Потом он упаковал её в коробочку. Улыбка, такая редкая на этом хмуром насупившемся лице, блуждает в уголках губ. Неужели в этом году у него и впрямь будет хороший праздник? ●●● Полумна сидела в библиотеке, зарывшись в горы книг. В воздухе витала пыль, отчётливо виднеющаяся на фоне золотистых солнечных лучей, падающих в большое окно, рядом с которым и сидела девушка. В библиотеке было пустынно – мало кто решил сидеть за книгами в Рождественский сочельник. Но девушка была обязана выяснить одну неимоверно важную вещь. Что она искала в книгах? Из запретной секции она, под предлогом подготовки к экзаменам, набрала много старинной литературы. Она даже на час забыла о том, что же именно ищет, когда наткнулась на тонкую книжечку «Необыкновенные существа Карибов», где обязательно должны были упоминаться морщерогие кизляки. Примерно в полдень девушка выяснила лишь одно: в любые времена люди вели себя настолько странно, что по-настоящему понять мотивы их поступков было крайне трудно. Но ведь что-то же сподвигло Северуса Снейпа на убийство человека, который всегда ему верил, всегда его защищал перед другими, не давал остальным его осуждать… Неужели Северус был столь бесчувственен? Или столь преданным Воландеморту? Луна запустила пальцы в волосы и закрыла ноющие от длительного чтения глаза. А может, ещё разок использовать Окклюменцию на Малфое, может, он знает? Девушка решительно распахнула очередную книгу. -Ну уж нет! Я сама всё выясню, - зловеще пробормотала она, стараясь прибавить уверенности самой себе. Возможно, именно эта её фраза и привлекла их. То есть, сначала – притаившуюся за стеллажами Паркинсон, которая, распознав в этих словах что-то, кинулась доложить Пожирателем о том, что и без того подозреваемая в пособничестве Луна, ведёт себя подозрительно… …А возможно, они планировали это давно… Но факт оставался фактом. И, конечно, Полумна отказалась им помогать арестовать отца, они и не рассчитывали. И недвусмысленная угроза дала ясно понять, что у них есть план Б, и вот он-то никаких усилий со стороны Луны не требовал… ●●● Вечер накрыл Хогвартс внезапно. Вроде только что светило колючее зимнее солнце – и вот уже звёзды расшивают полотно небосвода. Драко закрыл книгу, которую читал, сидя в пустом классе. Вообще-то, школа практически пустовала – большая часть учеников уехала по домам, осталось не больше десяти человек, и то половина из них намеревалась уехать после Рождества, отпраздновав в школе торжество с друзьями, не имеющими возможность уехать вообще. Малфой глянул в угол класса. Интересно, ей понравится? Уж наверняка. Луна любит всё необычное. Он приготовил ей сюрприз, хотя вообще-то он не силён по части сюрпризов, но в этот раз им двигало желание доставить радость тому человеку, что доставляет радость ему, увидеть, как её глаза засияют, как она мило улыбнётся, заставляя и его переставать хмуриться… Драко усмехнулся, затем покинул класс, тщательно заперев дверь всеми знакомыми заклинаниями. Полумна обнаружилась в библиотеке. Она пряталась за горами книг, так что её почти не было видно, и спала, положив голову на руки, а их сложив на раскрытой толстенной книге с потрёпанными страницами. Парень и не заметил бы её за горой книг, но девушка была единственной, кто сидел в библиотеке в этот вечер. -Эй, - позвал он, и Полумна, испуганно дёрнувшись, оторвалась от чтения. -Привет, - немного нервно произнесла она, увидев говорившего, но потом расслабилась, зевнула и потянулась, Драко невольно залюбовался ею, Луна заметила его взгляд и звонко засмеялась. Малфой улыбнулся в ответ, подошёл и посмотрел на книги, что так заинтересовали девушку в Рождественский сочельник. «Предательства и их мотивы – психология», «Убийство как следствие поступков», «Доверие и его смысл», «Как распознать предателя рядом с собой: интуиция или магия»… -Эээ, - Малфой подозрительно покосился на Луну, - Ты уверена, что нам стоит продолжать общаться? – он взял в руки «Как совершить идеальное убийство и запутать следы». Девушка протёрла уставшие глаза и зевнула, затем вновь потянулась и со смешком ответила: -Не, это тебя никоим образом не касается… Хотя… Но нет, - она подозрительно сощурилась, но затем отмахнулась, - Всё нормально. -Хорошо, - парень опёрся локтями о стол и посмотрел в глаза девушки. Та беспечно улыбалась. -Как на счёт отпраздновать это Рождество со мной? В голубых глазах мелькнул восторг, будто они не обговорили это ещё вчера, будто это тоже было частью сюрприза. В этом вся Полумна – она умеет находить радость там, где, казалось бы, нет ничего особенного. -Буду очень рада! – заявила она. -Тогда пошли? Он протянул руку. Этот жест стал таким привычным, что Драко с удивлением вспоминал, как вздрагивал от каждого её прикосновения. Теперь они шли по замку, беспечно болтая. Полумна заскочила в свою спальню и вернулась, переодевшись. Она выглядела ослепительно в коротеньком платье без рукавов, казавшемся нехарактерным для Луны, но цвет создавал должный эффект: платье разделялось вдоль на две части зелёного и красного цветов, на красном фоне – по низу рисунок изумрудного рождественского остролиста, а на зелёном – по верху алые силуэты ёлок и звёзд, будто на ночном небе. Платье определённо было сшито из волшебной ткани – остролист немного волновался, будто на ветру, а звёзды – перемигивались. На шее девушки тихонько побренькивал кулон – серебряная цепочка и подвеска – расшитый золотом носок. Ступала девушка тихо-тихо – рождественский наряд дополняли вязаные сапожки с белыми помпонами. Палочка, за неимением карманов, покоилась за левым ухом. Драко ограничился шерстяным шарфом той же красно-зелёной традиционной расцветки. Когда Малфой открыл дверь класса, где недавно сидел, то Луна завизжала от восторга. Класс выглядел по-настоящему празднично, будто они покинули мрачный Хогвартс, сделав лишь один шаг. С потолка свисали многочисленные гирлянды, волшебным образом не загорающиеся от свеч, паривших под потолком, стены были изукрашены ледяными серебристо-голубыми узорами, при чём живыми – силуэт оленя с ветвистыми рогами скакал от стены к стене, деревья шевелили изящными ветвями, по которым носились шустрые хвостатые силуэты белок, редкие снежинки медленно витали в воздухе, то есть на стенах. Парты Драко отодвинул к стене, освободив пространство класса для огромной пушистой ёлки, которую притащил сюда, уменьшив в размерах. Откуда-то играла тихая мелодичная музыка, всё вокруг сверкало и переливалось, но освещения как такового не было. Поэтому в классе царил полумрак, разбавляемый слабым светом подрагивающих огоньков свечей под потолком, огоньками на ёлке и мерцанием узоров на стенах. Полумна заворожённо смотрела на это чудо. Драко не сдержал самодовольной ухмылки. -Это просто волшебно! – наконец выпалила она, - Никогда не видела ничего красивее! Блеск в её глазах и восторг на лице были лучшей наградой за все труды. Он приглашающим жестом руки указал на один из столов, на котором стояла вазочка с конфетами, термос с горячим шоколадом и две чашки. Девушка радостно подошла туда, налила себе целую чашку дымящегося напитка и отошла к стене, разглядывая живые узоры. Она протянула руку и коснулась стены в том месте, где была мордочка оленя, и тот забавно склонил голову набок. -Так мило, - сказала девушка, неосознанно поглаживая стену. Олень дёргал ушами, но не убегал. Драко тоже взял и себе горячего шоколада и подошёл к Полумне. Та обернулась к нему, сияя, и зашептала. -Ты всё это сделал для меня… Это очень… Это так… Наверное, она впервые не могла подобрать слов. Поэтому она просто отставила чашку и обвила руки вокруг шеи парня, прижимаясь к нему плотнее. Драко сомкнул руки на её талии, а потом потянул к центру класса, к мерцающей ёлке. Музыка, играющая до этого что-то ненавязчивое, теперь совершенно точно сменилась вальсом в современной интерпретации. Драко, не убирая одной ладони с талии Луны, второй рукой сжал её руку, и девушка обрадованно положила вторую руку ему на плечо. Когда Малфой ещё был мальчишкой, и отец нанимал ему учителей, среди его занятий были и танцы – как же он ненавидел эти уроки. Да и всю свою жизнь он считал танцы пустой тратой времени. Впрочем, он и сейчас не отступал от своего мнения. Но медленно кружиться вокруг приятно пахнущей хвоей ёлки, чувствуя под ладонью изгиб талии Полумны, а в другой руке сжимать её ладошку оказалось на редкость приятно. Да и восхищённая улыбка на лице Лавгуд разливала по сердцу приятное тепло. -С Рождеством, - прошептала девушка. -С Рождеством, - эхом отозвался и Малфой. Он любил этот праздник раньше, в детстве, он любил носиться по дому в предчувствие волшебства, любил шуршание сверкающей мишуры, любил заглядывать под колючие ветки ели и находить аккуратно завёрнутые в яркую бумагу подарки… …Потом Рождество перестало иметь для него смысл. Это стал просто очередной день, такой же, как и все, только люди вокруг слишком радостные и навязчивые. Теперь всё поменялось. Отчасти он будто попал в детство, а отчасти обрёл что-то абсолютно новое, другое, непривычное и немного безумное – бесконечную радость от всей этой яркости, улыбок, музыки и украшений. Самым странным было желание нацепить бороду Санта Клауса и, накупив на деньги из Малфоевского хранилища мешок подарков, кинуться прыгать по крышам и в трубы, оставляя подарки для детей. Это была такая бредовая мысль, что Драко невольно начал смеяться. -Это замечательный праздник, - сказала Луна, - Никогда ещё он не был таким… счастливым, понимаешь? Драко кивнул. Потому что он понимал. В какой-то момент они подались друг к другу и окончательно потеряли счёт времени, значение теперь имели лишь губы Луны, она сама, слегка вздрагивающая от откровенных прикосновений Малфоя и её руки на плечах, в волосах, на спине. Она одна имела значение во всём этом огромном мире. Когда Полумна отстранилась, Малфой почувствовал разочарование и жгучее желание удержать, но осознание, что она всё равно вот – рядом, и никуда не денется, смешалось с пониманием, что он не позволит себе держать её силой. Она провела рукой по его щеке, улыбнулась, а потом немного с сожалением отстранилась. Он не понял почему, но в её глазах стояли слёзы. Может быть, от счастья? Драко не стал спрашивать, а девушка уже поспешно стёрла поблёскивающую на щеке дорожку, и бодро поинтересовалась: -Ну что, как у нас с Рождественским ужином? Конфеты оказались вкусными, вообще-то Драко не собирался их есть, но не удержался. Когда вазочка, раньше наполненная конфетами, стала наполнена шуршащими фантиками, парень спохватился: -Ай, я и забыл совсем, в общем, вот, - и он извлёк из кармана коробочку с подарком, перевязанную ленточкой, - Поздравляю. Когда ленточка была развязана, Полумна второй раз за день восторженно взвизгнула, а потом с умилением опустила в коробочку палец и змейка величественно обвилась вокруг него. -Какая прелесть! Это даже лучше, чем ящерица-людоед из Исландии, которую мне собирался подарить папа! -Да? – польщённо переспросил Малфой. -Определённо! Она не умрёт, по крайней мере, - девушка аккуратно пересадила змейку на ухо и та красиво обвилась по нему, девушка захихикала. -И сама никого не сожрёт, - философски добавил Драко. -А это тебе, - сказала девушка, а потом вытащила из-под вязаного красно-зелёного митинга на руке уменьшенную в размерах тетрадку. Потом стукнула по ней волшебной палочкой, и та приняла привычный вид. Красивая, чёрная с серебряными узорами, она оказалась тёплой, будто нагрета у камина. -Ну, я не знала, что подарить… Ну конечно. Это были стихи. Написанные её почерком, такие проникновенно-простые и заполняющие душу. А ещё здесь были нарисованные её рукой картинки. Например, огонь в камине – тёпло-жёлтого цвета, он подрагивал и потрескивал. Или звёздное небо, по которому величественно плыла луна в окружении мигающих звёзд. Или, к примеру, два человека, сидящие на крыше замка на фоне ослепительного рассветного солнца и нежно-розового неба, – эти двое были изображены со спины, но цвет волос имели одинаковый – белоснежный, так что можно было подумать, что они брат и сестра. Вот только похожи они не были ни капли. Резкий, надменный и недоверчивый Драко Малфой и странная, эксцентричная, верящая в невозможности Луна Лавгуд. Но тем не менее, они были близки друг другу, как никто другой. Драко открыл последнюю страницу, и с привычным щемящим чувством в груди, прочёл. «Пожалуйста, прошу, не умирай. Не отдавай душу такой ценой высокой. Пожалуйста, прошу, не оставляй… Меня на произвол судьбы жестокой. Я знаю, что бывает здесь темно до боли, Но тот последний шаг того не стоит. Найди здесь то, что для тебя… дороже, что ли, Той смерти, что ночами волком воет. Пожалуйста, прошу, не умирай! Здесь над тобою солнце, звёзды, небо… Пожалуйста, прошу, не забывай… Что здесь есть я, а ты мой лучик света.

Луна

» Драко порывисто обнял Полумну, прижал к себе и уткнулся носом в её волосы. ●●● Малфой тихонько посапывал рядом, девушка всё смотрела и смотрела на его острое лицо с резкими чертами, на его растрепавшиеся белые волосы, на его руки. Когда она, уже поздно ночью, спохватилась, что идти в спальню небезопасно – можно нарваться на Филча, а то и на нарглов, Драко указал рукой в угол комнаты. Это были спальные мешки и куча лоскутных одеял, над которыми летали слабо светящиеся золотистым светом фигурки луны, звёзд, ёлочек и снежинок. Это была такая уютная постель, что Луна без раздумий укуталась в одеяла, а когда рядом лёг Драко и прижал её к себе, то она совсем растаяла. Видеть Слайзеринца таким милым и заботливым было довольно приятно. Полумна фыркнула своим мыслям и теснее прижалась к спящему Малфою, обнимая его руками. Здесь было тепло, а девушке даже жарко, но обнимать Драко Малфоя оказалось очень интересно, пожалуй, даже интереснее, чем наблюдать за мозгошмыгами. И приятно, так приятно, что она об этих самых существах забыла напрочь. А ещё в груди разрасталось, как чёрная дыра, чувство отчаяния и боли, оттого что счастье не вечно... Как она не силилась успокоиться, слёзы всё же тёплыми дорожками заструились по щекам. Нельзя быть слабой, нет! Но она не могла ничего поделать. Полумна прижалась к Драко, чувствуя исходящий от него привычный запах, смешанный с ароматом хвои и шоколада. Он во сне обнял её, будто укрывая от боли. Нет, плакать не надо. Но она плачет. ●●● Её тонкие пальцы льдинками оттаивают в руках Малфоя. -Я ж тебе говорил – перчатки надевай, - говорит он, потом подносит её руки к губам и согревает их дыханием. -Драко, я же тебе говорила! – возмущённо восклицает она, - Ну когда ж ты запомнишь – перчатки на руках перекрывают доступ солнечных лучей к подушечкам пальцев, а это влечёт за собой подрыв иммунитета к нарглам и… -Зато теперь у тебя руки околели, как тебе такое? – Малфой, несмотря на ворчание, бережно прячет её ладонь в карман своих джинсов вместе со своей, тоже порядком замёрзшей. Девушка, жутко смущённая, краснеет и произносит: -Зато ты очень милый, когда переживаешь за меня. Драко фыркает, но позволяет ей замёрзшими губами поцеловать его ещё более замёрзшую щёку. Драко уедет отсюда завтра – он как может оттягивает момент, когда ему придётся встретиться с родителями, а в придачу к ним – лордом Воландемортом, Беллатрисой Лестрейнж и толпой других Пожирателей. -Ладно, - она высвобождает руку и отстраняется, а потом с непонятно горечью говорит, - Увидимся после каникул, да? -Ага, - Драко старательно отгоняет те, вновь нахлынувшие, тревожные мысли. Да ничего с ним не случится, он же почти Пожиратель! Она шмыгает носом. Драко тут же привлекает её к себе и крепко обнимает. Он не хочет отпускать её. Но приходится… …Худенькая фигурка поспешно заскакивает в уже вовсю гудящий поезд, скрывается где-то в купе, не став сентиментально прижиматься к окну и долго махать рукой. И хорошо. Малфой дожидается, когда поезд тронется и отъедет, а затем разворачивается и идёт прочь – к каретам и фестралам. Он не видит, что на поезд нападает дюжина Пожирателей. Он не знает, что они забирают его Полумну. И он понятия не имеет, что держать её будут в его же доме.