Деловой подход

Wenn du weinst geht es mir gut Die Hand deiner Angst füttert mein Blut ♫ Rammstein – Fuhre Mich

* * *

Джеймс вернулся из уборной, неловко поправляя шарф. Дженнифер смотрела на него внимательно, слишком внимательно, и МакЭвой ещё старательнее отводил глаза. Лоуренс не узнавала своего лучшего друга, хотя он выглядел всё так же: чёрные кеды и простые джинсы, рубашка непонятного сине-зелёного цвета, небрежно наброшенное серое пальто, вечно взъерошенные волосы и всё такие же голубые глаза. Теперь на МакЭвое красовался её шарф, самый мужской из всех – к счастью, таковым он и был, Джен покупала его в мужском отделе бутика, слишком уж понравился. Она и подумать не могла, насколько он пригодится. - И с каких пор ты полюбил шарфы? – сколько Дженнифер помнила друга, он их на дух не переносил, говорил, что это его душит. Они сидели в небольшой кофейне за самым дальним столиком. Джеймс пришёл с высоко поднятым воротником и, кинув короткое «Привет», забрал шарф и сразу скрылся с ним в уборной. Теперь он сел напротив, гипнотизируя свою чашку с кофе – Джен заказывала сама, поэтому вместо привычного чёрного и крепкого МакЭвой обнаружил капучино, но возражать не стал. - Джеймс, - она сдвинула брови. – Что случилось? - Ничего, - он мотнул головой. – Всё хорошо, просто ты знаешь, у меня ни одного дома нет, и… Она перегнулась через столик, тонкими пальцами с аккуратными красивыми ноготками хватаясь за чёрный клетчатый шарф и чуть дёргая его на себя. Джеймс тут же вцепился в него, возвращая на место, но увиденного Джен хватило, чтобы прижать руку к губам и в шоке опуститься на свой стул. МакЭвой нервно поправил ткань, поспешно делая глоток из чашки, и тут же закашлялся, обжёгшись. - Тебе надо бежать оттуда, он монстр… - негромко проговорила она. - Я не могу, - Джеймс говорил это больше чашке, чем подруге, сжимая белую керамику обеими руками. Дженнифер мягко обхватила его пальцы своими, поглаживая самыми кончиками. Она знала – как и знала то, что единственная во всём мире в курсе происходящего – что он переживает каждый день. Каждый день уже полгода, каждый божий день. Лоуренс привыкла к тому, что он всегда вымотан, что у него дома бардак, даже к красным от недосыпа глазам – привыкла. Но она не могла спокойно реагировать на эти отметины на шее Джеймса, отчётливые синяки от пальцев, которыми его душили. Когда МакЭвой получил работу в этой компании, они закатили грандиозную вечеринку – это место было лакомым кусочком для любого специалиста, а для молодого Джеймса, которому едва стукнуло двадцать три, работа казалась просто мечтой. - Я куплю тебе ещё один шарф, завтра встретимся – и я тебе его отдам, хорошо? – Джен мягко улыбнулась, смотря на друга. – Будет не так подозрительно, если ты их будешь чередовать. А вкус у меня хороший. Джеймс тоже улыбнулся, наконец, посмотрев на неё. Тепло, светло, искренне – и у Дженнифер сжалось сердце от этой улыбки. Он изменился, он никогда раньше не был таким… загнанным. И за эти изменения она готова была лично придушить Фассбендера, а лучше – загнать каблук ему в задницу до самого горла.

* * *

Майкл крепко взял его за плечо, ближе к шее, больно сжал кожу, покрытую синяками, и сделал ещё несколько мощных толчков, с наслаждением кончая. Он выскользнул сразу, снимая презерватив и отправляя его в корзину, и застегнул брюки. - Поднимайся, работать я буду? – Фассбендер закурил, отходя к окну. Джеймс с трудом выпрямился, отлепляясь от стола и развязывая шарф на затылке. Ткань была мерзко влажной от слюны, и сейчас ему остро не хватало второго экземпляра, чтобы не пришлось надевать это на себя. Но другого не было, и МакЭвой кое-как вывернул ткань, стараясь не прикасаться к коже влажной частью. Он очень убедительно врал коллегам, что у него началась аллергия на порошок, так что приходится закрывать пятна от света – так врач сказал. Нет, зачем бинты, всё не настолько серьёзно. Да, босс разрешил, да ему и плевать, лишь бы работа делалась… Выпрямляться тоже было больно. Чуть подрагивающими пальцами Джеймс застегнул брюки, заправляя рубашку, галстука на нём сегодня не было – его заменял шарф. Теперь нужно было вернуться на своё рабочее место, в приёмную, вот только МакЭвой не представлял, как будет сидеть. - Умыться не забудь, - скомандовал босс. – И документы мне подготовь к трём, только без задержек и «я не успел», ты меня понял? - Да, сэр… И идти, и дышать, и двигаться в принципе было больно, но выбора у Джеймса не было. Умыться, освежиться – и вперёд за работу, кажется, где-то в столе у него было обезболивающее. МакЭвой скрылся за дверью, закрыв её, Майкл даже не проводил взглядом своего молодого секретаря. Он был слишком увлечён мыслями о предстоящем вечере – сегодня ему предстояло заключить крупную сделку с компанией, за которую его конкуренты грызлись уже пару лет. Он тоже участвовал в этой битве – и вышел из неё победителем. Непросто быть главой целой корпорации, особенно если эта корпорация занимается перевозками. Далеко не все их клиенты были чисты и невинны, но у Фассбендера был настоящий нюх на надёжных людей, и он в этом никогда не ошибался. А ещё у него была страсть к сексу, раньше в рабочее время это даже становилось проблемой, но шесть месяцев назад у него появился МакЭвой. Майкл усмехнулся, затягиваясь. Глупый и наивный мальчишка, мотылёк, попавший в сети большого паука. Он оказался девственником, что отдельно польстило самолюбию Фассбендера, распечатавшего задницу своего секретаря уже к концу его первой рабочей недели. Одного взгляда на МакЭвоя ему хватило, чтобы понять: это будет весело.

* * *

- Документы на подпись, сэр, - Джеймс осторожно положил перед Майклом папку, опасаясь лишний раз посмотреть на своего начальника. Он работал тут всего неделю, но ему уже все успели сказать быть осторожным. Мистер Фассбендер славился своим непростым характером на всех уровнях компании. Джеймс получил это место чудом – его хорошие рекомендации идеально совпали с пустующим местом секретаря директора «Шарк Форс», и вот он уже неделю обитал в приёмной одного из самых важных людей этого большого города. - Запри дверь, - коротко скомандовал Майкл, подписывая документы. - Что? - Ты плохо слышал? – Фассбендер кинул на него короткий взгляд, от которого сердце Джеймса похолодело. – Я сказал запереть дверь. МакЭвой поспешно запер кабинет директора и вернулся к столу, не совсем понимая, что происходит. Майкл закрыл папку с документами и достал сигареты, дорогие, пожалуй, самые дорогие из существующих – и прикурил от огонька именной серебряной зажигалки, подаренной ему лично одним из первых лиц «Зиппо». - Ты понимаешь, как тебе повезло оказаться тут? – Майкл улыбнулся секретарю сквозь дым, и от этой улыбки Джеймс сглотнул. - Да, сэр… - И ты, конечно, осознаёшь, что я могу сделать так, что тебя будет знать каждая собака в этом городе, - МакЭвой кивнул. – Или так, что тебе не дадут комнату в самой хреновой гостинице. Джеймс снова почувствовал, как всё внутри холоднеет. Директор «Шарк Форс» медленно поднялся из своего кресла, подходя к МакЭвою. Он зажал сигарету губами, расстёгивая на окаменевшем Джеймсе пиджак. - И я, - Майкл взялся за края пиджака, - могу, - дёрнул их вниз, срывая с плеч своего секретаря, - делать, - рванул на Джеймсе рубашку, срывая пуговицы, - всё, - выдохнул дым в лицо бледному, как бумага, юноше, - что захочу. Смазки в кабинете на тот момент не оказалось, и Фассбендер даже чуть растянул своего подчинённого, прежде чем хорошенько его выебать. Майкл сделал это на диване, уткнув Джеймса лицом в подлокотник и крепко держа его за пиджак с рубашкой на спине, спущенных до лопаток и обнажающих плечи в мелких веснушках. К счастью, они оба задержались после окончания рабочего дня, и здание уже пустовало, поэтому никто не слышал криков Джеймса, а вот Майклу они очень пришлись по вкусу. …Выходные Джеймс провёл в кровати, не в силах ни сидеть, ни стоять, он думал, что это был единичный случай и почти смирился с тем, как его унизили, готовый стерпеть это ради хорошего места и… ради своей жизни. Он испугался. Испугался этой улыбки и этого взгляда, потому что знал: если Фассбендер захочет, он сотрёт его в порошок. Один раз можно и стерпеть. Он не знал, что у директора «Шарк Форс» на него были большие планы.