Ты меня больше не любишь?

Три часа ночи, особняк Ксавье, комната Питера. Слева на кровати лежит почти заснувший Логан. Ртуть безэмоционально пялится в стену, скрестив руки на груди и наигранно шмыгая носом. — Значит, ты меня больше не любишь, — тяжело вздыхает мальчишка и обнимает подушку руками. Джеймс раздраженно приоткрывает один глаз. — Чё? — Росомаха поворачивается к возлюбленному и приподнимает бровь. — А, ты из-за отсутствия секса расстроился? Я же говорю, такое бывает. Я устал. Следует долгая пауза. Логан вновь отворачивается, намереваясь заснуть. И вот, опять раздается трагичный и жалобный голос Питера. — У тех, кто любит, такого не бывает, — тяжелый вздох. Джеймс потирает ладонью лоб и удобнее укладывается на подушке, подпирая щеку рукой. «Началось, блядь», — проносится в голове мутанта. — Не драматизируй, пожалуйста. Я просто устал. В отличие от некоторых, — Логан особо выделил последнее слово. — Я помогал Чарльзу разгребать двадцатилетние, а то и тридцатилетние завалы в подвалах особняка. — Конечно. Ты ведь так любишь всем помогать. «А меня не любишь», — хотел было добавить Ртуть, но промолчал. Кажись, актер из него очень хороший, потому что Хоулетт начинал злиться. — Питер, мне просто нужно выспаться, понимаешь? Осталось четыре часа. У меня завтра первый день преподавания. Пожалуйста, давай спать, — сжимая зубы, выговорил мужчина. Ртуть успел метнуться за чашечкой кофе и сел на подоконник а-ля «Ванильная девочка». — Угу, — недовольно буркнул парень. — Давай поговорим об этом завтра, когда у нас будет хорошее настроение, ладно? — Росомаха пытался держать себя в руках. Подперев подбородок ладонью, он бросил взгляд в сторону своего партнера, который напоминал героиню трагической пьесы. — А завтра уже не будет никаких нас! — внутри Питер заливался истерическим хохотом, но отлично демонстрировал недовольство. Мужчина громко выдохнул, швыряя в парня подушку, от которой тот, конечно же, смог увернуться. — Блядь. Я принесу завтра бутылку хорошего виски и каких-нибудь вкуснях. Мы устроим романтический ужин с продолжением, хорошо? Всё, Питер, а теперь пойдем спать. Ртуть оказывается в кровати и укрывается одеялом. Минуты три стоит тишина. Затем, Лэншерр младший пафосно выдает: — Зато, Эрика осчастливим. Он тебя совсем не переносит, вот, порадуется нашему расставанию. — Что такого сверхъестественного произошло?! Я тебе в десятый раз объясняю, даже Я могу устать! — плевать, что все спят, Логан срывается на крик, а Питеру это нравится. Но, нет, нужно продолжать играть роль обиженки, поэтому он просто согласно кивает, с жутко расстроенным выражением лица. — Мне нужно выспаться, Я пошел к себе, — резко добавляет Джеймс и встает с кровати, забирая свое одеяло. — Иди-иди… — Иду. -… Если ты хочешь, чтобы нашу последнюю ночь мы провели по отдельности! — Какую нахрен последнюю ночь?! — когти врезаются в прикроватную тумбочку, оставляя три дырки. Вот, блин. Кажется, за стенкой кто-то проснулся. Отлично, утром выслушивать от Чарльза нотации на тему того, что они никому не дают спать. — Я тебя прошу, не доводи до греха! — Да уже не удалось довести! — Ртуть едва ли не издает смешок. Хоулетт молча ложится в кровать, утыкаясь лицом в мягкую подушку. Веселая у него жизнь, нечего сказать. Тем временем неугомонный Питер продолжает показывать своё актерское мастерство. — А помнишь, как два года назад Я прогуливал урок истории? Ты тогда еще не работал здесь, просто жил… — Ну, помню. -… Я замерз, и ты дал мне свою кожаную куртку, чтобы Я не простудился, помнишь? — Помню, — Логан чуть приподнимает уголок губ. — … А потом ты мне сказал, что Я самый лучший, помнишь? Росомаха перекладывается на бок и прижимает Питера к себе, довольно улыбаясь. — Конечно помню. — … А потом у нас был волшебный секс… А сегодня нет! В следующую секунду перья от подушки летают по всей комнате, Логан чуть ли не завывает от накопившейся за эти полчаса ярости, а Максимофф, на всякий случай, прячется наверху книжного шкафа. Что ж, немного не то вышло. — За что мне всё это, а?! Я правда не понимаю, что Я такого сделал в этой жизни, что меня судьба свела с тобой, Питер?! — пылесося комнату от перьев, вопрошал Логан. На сон оставалась пара часов. — Просто ты неправильно относишься к отношениям, — прикусив губу, сказал парень. — Что? — Росомаха удивленно уставился на него, выключая прибор из розетки и, наконец-то, снова укладываясь в кровать. — Ты относишься к тем, кому важно твое отношение, не так, как к тем, кому оно не важно. А те, кому оно важно — гораздо важнее тех, кому не важно, — следует короткая пауза. — Вот только не делай вид, что ты сейчас ничего не понял! — Пошёл нахуй! — Так ведь Я этого и добиваюсь с самого начала! — Либо ты сейчас спишь, либо Я не знаю, что с тобой сделаю, понятно или нет?! — Ладно, давай спать. — Надо было сразу на тебя так наорать, чего Я тут возился с тобой! — Хорошо-хорошо, спокойной ночи. Идиллия. Уже минут десять стоит тишина. Морфей начинает по чуть-чуть забирать Росомаху в своё царство, как тут раздается: — Ты мне только скажи, как его зовут? Или её? — Кого? — сонно отвечает Джеймс, абсолютно не желая возобновлять конфликт. — Ну, с кем ты мне изменяешь? — Питер прекрасно знал, что у Логана он один такой. Единственный и неповторимый. Но, черт, Ртуть слишком вошел в роль и уже не мог остановиться. — Умри. Рука Джеймса сжимает запястье Питера и тянет его на себя. Вообще, Росомаха и правда собирался отвесить парню хороший подзатыльник и вышвырнуть его из кровати, куда-нибудь на улицу. Но, ситуация приняла тот самый оборот, которого Ртуть так ждал. — Ты, блядь, понимаешь вообще, что ты спать мешаешь, и несешь полную херню, нет?! — Нет. — В глазах Питера едва заметный страх. Но, он ведь может вырваться и убежать в любой момент, если захочет. Но, чёрт, сейчас хочется совсем не этого. Особенно, когда лицо Логана так близко, и он так тяжело дышит, и так смотрит, и… — Ты прости меня. Надоем Я тебе и ку-ку. Ты тогда скажешь: «Нафиг он мне такой нужен» — на одном дыхании выдает Леншерр, и целует Росомаху в губы. Тот, чуть помедлив и посмотрев внимательно так на Питера, усмехается и отвечает на поцелуй. Жадно, торопясь. Словно в последний раз. Все мышцы Логана то твердеют, то делаются податливыми, мягкими, оставаясь вместе с тем сильными и упругими. Питер чувствует каждый его мускул, каждую выпуклость и каждую впадинку на его теле. Воздуха немного не хватает, но это ерунда, так даже лучше: сердце бьётся сильнее, и острее как-то всё чувствуется. Член Джеймса, словно проснувшись, стал стремительно наливаться твёрдостью, и каждое прикосновение к Питеру, к его давно уже разгорячённому телу, начало отдаваться в его собственном теле нарастающей сладостью. Логан легко сменил позу и подмял Ртуть, тут же раздвинувшего ноги, под себя, вжимая его в кровать. Парень, не возражая и не пытаясь из-под него вырваться, обхватил мужчину за плечи. — И стоило ли ломаться два часа? — простонал он, когда на его шее остался легкий укус. Мужчина тяжело дышал, не в силах контролировать желание и возбуждение. Сильные руки нетерпеливо забрались под резинку трусов Питера и заскользили по упругим ягодицам, до боли сжимая их. Тело дёрнулось, и парень проскулил. — Я хочу тебя трахать, и слышать, как ты будешь стонать подо мной и просить еще. Слышишь меня? Ты ведь этого хотел? — полу-шепотом, полу-рыком, спросил Хоулетт. Ответом был стон согласия. Логан провел языком по его нежной, дрожащей коже, от пупка до яичек, и взял горячими губами стоявший член. Ртуть начал громко стонать от удовольствия. Он растворился в умелых ласках и хотел только одного: чтобы это не прекращалось. Он желал принадлежать Росомахе каждой клеточкой своего тела. В порывах страсти Питер оставлял на плечах любимого царапины, которые сразу же заживали, но распаляли еще большее желание. Именно сейчас Джеймс не хотел никаких прелюдий, а хотел банально его иметь, прикасаться к нему, целовать его взасос, прижимать к себе, входить в него и слышать стоны и рваное дыхание Питера. Логан вовсю работал языком, вылизывая, и по-разному массируя пульсирующую дырочку Питера, пока тот сжимал меж пальцев то простынь, то волосы Росомахи, то его плечи, и попутно тяжело дышал, вперемешку с внезапными одиночными стонами. Максимофф зажмурился от боли, но терпел, пока в него медленно, сантиметр за сантиметром, проникал раскалённый член Логана. Мужчина не старался сделать это как можно аккуратней, скорее наоборот. Парню оставалось лишь дышать и вскрикивать, а вскоре он начал входить во вкус, подмахивая бедрами в такт более настойчивым и резким движениям. — О, да! Да! Так! Мнннн! О Боже, выеби меня! — Питеру, кажется, было вообще плевать, что они в доме не одни. Логан брал своё, брал по-звериному, как парень и хотел. В этом было что-то безумно сексуальное. Задница Питера с благодарностью хлюпала в такт движениям, а сам он отдавался своему мужчине, отдавался без остатка, насаживаясь до упора и издавая стоны наслаждения. Чувствуя, что Джеймс скоро кончит, Ртуть сам ещё сильнее завилял задом навстречу ему. Логан начал неистово двигаться, и в следующий миг он бурно кончил. Почувствовав, как отверстие заполняется теплой вязкой жидкостью, Ртуть тоже долго не выдержал, и его накрыл мощный оргазм. Росомаха резко толкнул парня вперёд, и тот, снявшись с члена, обессиленно упал животом на простынь и растянулся, чувствуя, как остатки спермы из члена капают на спину. — Уже устал? — усмехнулся Джеймс, наблюдая за всей картиной. — Немного, — прохрипел Питер, а в следующую секунду уже сменил позу и облизывал опавший член любимого. — А ты, вижу, совсем сдулся? В ответ парнишка услышал хрип, а затем его волосы на затылке крепко сжали. Логан смотрел на блондина сверху и тяжело дышал. По чуть-чуть, член снова приходил в боевую готовность. Лэншер младший стал скользить по нему своим ртом, не забывая делать вращательные движения языком. С каждым разом Джеймс проталкивал его член все глубже и глубже, пока он не стал совсем исчезать во рту Питера, от чего Росомаха просто сходил с ума. Каждое движение головой Питера сопровождалось громким стоном. Затем Ртуть стал кончиком языка водить по его тонкой ниточке от мошонки к уздечке, облизывая достоинство и снова беря его в рот. В очередной раз выпустив член изо рта, парень стал хлопать им по своему языку. Затем, обхватив губами головку, засовывать за щеку. От одного вида Питера можно было кончить. Джеймс начал быстро двигать бедрами, погружая член во влажную теплоту рта. Неизвестно, сколько это продолжалось по времени. Чувствуя волну оргазма, Росомаха отстранился, обхватил член руками, и сделал несколько резких движений. Тугая струя спермы выплеснулась и потекла по лицу Питера, который довольно облизнулся. — Чёрт, — выговорил Логан, слегка переводя дыхание. — Ты вечно рискуешь и нарываешься! — Тебе не понравилось? — усмехнулся блондин. — Ещё как понравилось. А теперь спать, пожалуйста. И Росомаха уснул. На этот раз, ему никто не мешал. Ему даже начал сниться сон, но тут громкий звонок будильника испортил абсолютно все. Через полтора часа начнутся занятия, а поспать удалось всего минут сорок. — Ёбаный пиздец, — с этими словами, начался замечательный вторник Логана.