тайна из детства

Думай при каждом пробуждении: Какое добро совершить мне сегодня? Зайдет солнце и унесет с собой часть моей жизни.

20 сентября 2141 год       В этот день девочка проснулась раньше положенного. Она с полчаса продолжала лениво потягиваться на мягкой перине, раздумывая над планом своих действий. Собственно ее план вовсе не был воплощением чего-то гениального и сверхъестественного. Нужно всего лишь умыться, собрать волосы в более или менее аккуратный хвост и тихо-тихо проскользнуть в родительскую комнату. Позже конечно уже не нужно так осторожничать, можно будет покричать и даже с силой топнуть ножкой, лишь бы родители проснулись и выдали ребенку то, о чем он так просит.       Как только было закончено с умыванием, блондиночка сразу проскользнула в комнату к старшим. Те в свою очередь до сих пор мирно посапывали, не ожидая никакого подвоха, но тут: — Мама, папа! Вставайте же! — трясла обоих за плечи девчонка.       Первым не выдержал отец, поэтому, как только у девочки закончились силы, Джейк стал её щекотать. — Кто здесь именинник? Кому сегодня целых десять лет? — Джейк, можно потише. Я же сплю, — Послышался недовольный голос Эббигейл. Всё еще сонная женщина устало потерла глаза и неожиданно для себя открыла нахождение кого-то лишнего на кровати, — И почему этому маленькому неугомонному созданию не спится в собственной кроватке? — Мама, что ты такое говоришь? — Удивилась девочка. — Я жду своих подарков.       Гриффины старшие синхронно засмеялись над речами своей дочери. То, как она легко могла сымитировать любой жест или мимику, всегда забавляло окружающих. И сейчас, сидя у родителей в комнате, она с лёгкостью приняла невозмутимое лицо, будто это всё действительно в порядке вещей. — Для начала, Кларк, нужно привести себя в порядок. Если ты, мое милое дитя, не забыла, сегодня на твоем дне рождении будут присутствовать гости, а мне не слишком хочется хвастаться перед ними грязными локотками своей неугомонной дочери, — причитала Гриффин старшая, в то время как младшая оттирала свои руки от следов вчерашнего творческого наплыва. — Гости подойдут к шести, и прежде всего ты должна быть готова. Подарки подоспеют к тому же времени. — Ну вот, началось утро, — пробубнила девчушка и слезла с кровати, направляясь в свою комнату наряжаться к предстоящему празднику. 18:00       Резкий стук в дверь оповестил о приходе первых гостей на десятилетие Кларк Гриффин. Когда блондиночка побежала открывать дверь, то решила подправить свои завитые локоны около большого зеркала, что стоял около входа в их квартиру на ковчеге. Стоило голубоглазому ребёнку открыть дверь, как она увидела, что перед ней стоят три человека.       Первой кого именинница заметила, была достаточно серьёзная женщина, одетая полностью в чёрное, вселяющая тем самым непоколебимую серьёзность и строгость. По левую сторону от неё — молодая девушка, с заостренными чертами лица, напоминающая какую-то малоизвестную принцессу, по-крайней мере так показалось самой Кларк. Ну, а в завершении обзора картины, с правой стороны — девчушка, чуть постарше самой именинницы, имеющая зелёные, как лес, глаза.       Именно таким цветом представляла девчушка землю, которую люди покинули 87 лет назад. И никак не могла оторваться от разглядывания предстоящей красоты. Лишь, когда та самая серьёзная женщина кашлянула, чтобы обозначить своё появление, Кларк сразу же провела гостей к взрослым, так как поняла, что было не красиво заставлять тех ждать. Долго не стоя у косяка около кухни, куда она отвела троицу, юная леди проскочила вновь к двери, дожидаясь нового наплыва гостей. — Индра, я польщена, что ты нас посетила вместе со своими племянницами, — Заговорила Эбби, удивившись появлению главной надзирательницы. — Не утруждай себя, — подойдя ближе к женщине, заговорила темнокожая, при этом взяв яблоко с корзинки. — Я сюда пришла поговорить с Джейком. Плюс к тому же Лексе нужно развеяться, а то она, как загнанный зверёнок на этом Ковчеге. — Да-да, конечно. Я тебя поняла, — как-то растерянно проговорила хозяйка обители. Она слегка побаивалась этой суровой и серьёзной женщины, которой кроме, как охранять людей на территории корабля, ничего нельзя делать. Индра могла одним лишь взглядом заставить трястись человека, поэтому и сторожила заключенных.       Гриффин старшая прошла в комнату, где Джейк до сих пор не мог справиться с галстуком, поэтому женщина решила помочь, бесшумно подкравшись сзади. — Фух, Эбби, это ты. Не пугай меня так больше, иначе поседею раньше времени, — ласково произнёс глава семейства, предоставляя галстук и собственную шею любимой жене. — Дорогой, Индра пришла, — тяжело вздохнув прошептала на ухо вошедшая женщина. — Я думаю, ты прекрасно понимаешь, что её приход ни к чему хорошему не приведёт, — продолжила доктор, проводя манипуляции с тканью на рубашке. — Я тебя понимаю, милая, ты переживаешь, — участливо успокаивал мужчина. — Но пойми, она меня понимает как никто другой. Даже взять того же Теллониуса, — Джейк захватил в плен трясущие руки жены в свои. — Он никогда меня полностью понять не сможет, а Индра… Индра мой человек. Человек, который понимает меня с полуслова, и который со мной может обоснованно разделись мнение.       Больше верхушка семейства не стала говорить о темнокожей женщине, понимая, что лишний раз не придут к общему мнению и вновь будет ссора. Родители именинницы решили посветить всё оставшееся время своей дочурке, что яро что-то объясняла в кругу детворы в самом центре жилища.       Кларк же, стоя в тот самом кругу, усердствовала, пытаясь доказать ребятишкам, что земля и вправду наполовину заполнена лесами, которые позволяют живым существам вдыхать очищенный воздух. Девочка всем своим маленьким сердце верила, что там, где-то очень далеко внизу, находится жизнь, что там существует многообразие животных и растений, и что когда-то и люди смогут туда отправиться с ковчега.       За всем этим спором наблюдала Лекса, сидя на диване вместе с её старшей родственницей Аньей. Её забавляла та белокурая девчонка, что краснела как помидор, когда с ней начинали спорить. Хуже было, когда кто-то, кто имеет громче голос, чем у именинницы, перебивал её своими умозаключениями, тогда Кларк была особо возбуждена и чуть ли не кричала на того бедного ребёнка. Поистине это вводило многих в состояние смеха, ведь не каждый день увидишь, как злится сама Кларк Гриффин.       Как сама помнила Лекса, Кларк была на ковчеге тем ясным солнцем, которого по сути многие не видела воочию. Девчушка всегда была на позитиве, смеялась, дурачилась, игралась — в общем была душой компании. Никто никогда не видел, как она плачет, лишь однажды Александрии Вудс удосужилось увидеть блондинку зарёванной около кабинета матери, и то, причиной тому было забытое обещание доктора Гриффин, которая обещала пораньше освободиться и проводить дочь к одному очень интересному человеку. Шатенка так и не узнала, что за человек это был, но зато в её памяти навсегда был запечатлён момент слёз блондинки.       Спор, как быстро начался, так быстро и закончился. Победу одержала виновница этого торжества, может быть, потому что её никто не хотел больше огорчать, а может быть, девчонка и вправду доказала свою точку зрения. Девчонке с зелёными глазами на это было всё равно, она решила во что бы то ни стало познакомиться наконец с этой блондинкой, которую так часто видит перед своими глазами. Спустившись с кресла и приблизившись к имениннице, Лекса заговорила: — А ты ещё настырней, чем кажешься, — девчонка заметила, как взъерошилась Гриффин, повернувшись на голос, что прозвучал над ухом. — Меня, кстати, Александрия зовут. — Кларк… Кларк Гриффин, — заикаясь представилась блондинистая голубоглазка, а после обратила внимание на протянутую руку. Недолго думая, девчонка с силой её сжала, утопая в глубине глаз напротив.