Хватит!

- Вы посмотрите только, кто почтил нас своим присутствием!!! – дорогой костюм, светлые волосы, золотые часы… жених? – Деймон «хрен я приеду на свадьбу твоего задрота-брата» Сальватор! – первый раз вижу, чтобы этому уроду кто-то так радовался… у него, что, реально есть друзья? – братишка! – чувак обнимает Деймона и даже чуть приподнимает его, кажется из последних сил. - Э, Клаус… потише… - улыбка дебильная, но, похоже, искренняя, - а-то надорвешься, тебе второй раз пупок так аккуратно не завяжут. - Да мне-то к чему эта хваленая эстетика? Я ж с обратной стороны камеры. Это ты у нас в кадре сияешь. - Уже давно нет. - Я все еще надеюсь. Чувствую себя мясом в бутерброде из идиотов. Хотя, по масштабности этой свадьбы, я бы могла предположить, что передо мной сейчас Принц Гарри, потому что жених-то, явно принц Уильям, ибо только у них с Кейт Миддлтон на бракосочетании я видела такой пафос и такое количество гостей. Видела, естественно, по телевизору, все нормально, можно обратно начинать меня любить. К сожалению, или к счастью, я не королевских кровей. Во всяком случае, даже, если и так, то я ничего об этом не знаю. И тут я вижу его. Гребаного, мать его, жениха… - Сальватор! – клянусь, еще секунда и я ударю его, - ты урод и придурок!!! Резко дергаюсь в сторону, но Деймон успевает поймать меня за локоть, больно сжав пальцами мою руку. - Стоять! - Ты специально, да?! – с каким нечеловеческим удовольствием я бы сейчас выцарапала ему глаза, - ты, ведь, явно знал на чью свадьбу едешь!!! - Знал, - ах, ты ж сука!!! – ну, и что? - Что?! – уму непостижимо!!! – что, мать твою?! Это его свадьба!!! Эла!!! Ты знал это! И притащил меня сюда! Зачем?! Поиздеваться?! Браво, Сальватор..! – толкаю его ладонями в грудь и силы почему-то заканчиваются, - если ты хотел сделать мне больно, то поздравляю… тебе удалось. Будь ты проклят, - выдергиваю руку, делаю шаг к выходу, но этот слизень снова ловит меня. - Клаус, познакомься, это моя девушка, - кто..? – Елена, - непонимающе хлопаю глазами, - это мой лучший друг – Никлаус. Он же Клаус, он же Ник, он же наглая рыжая морда. Ник, это… Елена. - Мог бы и не уточнять, - «наглая рыжая морда» галантно целует мне руку, - я про девушку. У меня и сомнений не было. - Это почему это? – Деймон продолжает веселиться, а я продолжаю хотеть его убить. - По темпераменту, - Клаус устало усмехается, - это же просто твоя мечта. Джена, только бешеная. - Не сравнивай меня с этой шалавой! – сверкаю глазами, Деймон больно дергает меня за руку, а Клаус начинает хохотать, - проблемы с его бывшей? - Нет, проблемы у меня, как раз с нынешней!! - Я ничего не понял, – он все еще смеется, косясь на неприлично довольную рожу Деймона, - но она, явно, тебе подходит. - Я в курсе. Бал уродов. Конечно, меня трудно удивить омарами, моллюсками и прочими морскими гадами. То, что я их не жру, совершенно не значит, что я их никогда не видела и не пробовала. Как раз-таки, наоборот. Я пробовала, но мне не понравилось. Какая-то сомнительная, плохо жующаяся масса. А улитки, так, вообще. Ковыряешь-ковыряешь, ковыряешь-ковыряешь… в итоге кое-как достаешь этот малюююсенький съедобный кусочек и вообще не понимаешь, что ты сейчас делал: ел или мучился. Стараясь не столкнуться с женихом, не убить невесту, и кое-как все же разыскать в толпе Деймона – второе и последнее знакомое мне лицо на этом подозрительном празднике жизни, беру с подноса, проходящего мимо меня официанта, бокал шампанского, делаю залпом несколько мелких глотков и замираю у выхода на веранду, услышав уже знакомый мне голос Клауса. - Ей восемнадцать-то хоть есть? - Семнадцать. - Бля, Деймон… с твоим везением, если тебя еще примут за совращение, то сидеть тебе, как графу Монте-Кристо. - Не гони. Сейчас с шестнадцати можно. - Сейчас с шестнадцати можно машину водить. И-то, не во всех штатах. А ты мало того, что школьницу трахаешь, еще и орешь об этом на всю тусовку. Думаешь тут нет никого из журналюг и им подобных? - Насрать. - Складывается ощущение, что тебе захотелось обратно в тюрьму, - чего????? - Успокойся. Думаю, в этот раз обойдется. - Ну, да… соврат, конечно, не убийство… - вы шутите..? - Вот-вот. Что-то мне сильно надо выпить. Кое-как нахожу бар, забираюсь на высокую табуретку и настолько громко, насколько могу, ору бармену, чтобы он налил мне виски. Все. Хорош. Перенасыщение. Хватит этого дня. Дорога, квартира Деймона, свадьба Эла… свадьба. Папа прав, Элайджа – моя первая, сука, любовь. Взрослый, красивый, умный. И у него нереально убогая невеста. Просто жуть. Худющая, бледная, с огромными, омерзительно выпученными карими глазами. По моему разумению, так выглядит смерть. Ладно. Наверное, нужно просто признать, меня бесит то, что по образу, (только, блин, по образу!!!), она, реально, похожа на меня. Темноволосая, кареглазая… а, еще у нее наидебильнейшее имя. Хейли. Напоминает смесь собачей клички с названием мелка от тараканов. Наверное, мне нравится думать, что он женится на ней потому что она чем-то смахивает на меня. Отдаленно. Очень отдаленно. Мда… не меняйте океан на лужи. - Тебе нельзя виски, ты несовершеннолетняя, - Деймон усаживается на соседний табурет, ловит мой стакан и в один глоток выпивает все его содержимое. - Ты офонарел?! - Ладно, не голоси, - он устало закатывает глаза и кивает бармену, чтобы он налил нам обоим. - Зачем ты притащил меня сюда? - Подумал, что будет весело. - Кому? - Умная девочка. Мне подают бокал, и я опрокидываю его в себя, точно так же, как минуту назад сделал Деймон. Он тоже выпивает, облокачивается руками о стойку, усаживается поудобнее и с интересом наблюдает за мной. По фиг. Почему-то вспоминаются те дебильные фотографии с его свадьбы, эта счастливая, и от того, невероятно глупая физиономия, Джена… я никогда не видела уголовников так близко, но почему-то была уверена, что все они далеко не такие. А Деймон… такой весь холеный и ухоженный. Звезда всех возможных шоу, мечта всех возможных особей женского пола, включая старушек и детишек… - Ты сидел в тюрьме? - Елена… - как меня бесит эта его идиотская привычка постоянно закатывать глаза!!! – тебе папа в детстве не говорил, что подслушивать нехорошо? - Так это правда? - Правда, - ах-ре-неть… - За убийство? - Что еще ты слышала? - Больше ничего… - дико признавать, но почему-то мне вдруг становится стыдно… да не, бред какой-то. Деймон устало вздыхает, кивает бармену, чтобы тот налил нам еще виски и неохотно косится на меня. Нет, ну, я, как бы теперь не отстану, это факт. Вопрос в том, захочет ли он говорить, и кто из нас, к конечном счете, на этот раз сдастся первым. - Мне было восемнадцать лет, - вау… что-то я не ожидала, что он так легко согласится все рассказать, - я жил в Нью-Йорке. С девушкой. У девушки была собачка. Маленький милый цверкшнауцер по кличке Леонадро. Не подумай, что в честь Да Винчи. Мы жили недалеко от центрального парка и иногда ночами я ходил в этот парк гулять с этой собачкой. В какой-то раз, там два кабана пинали одного старика за то, что тот тоже гулял с собачкой, та подбежала к этим мудакам и тявкнула на одного из них. Кретину очень не понравилось, что собачка его не уважает, поэтому он сначала охерачил собачку, а потом перешел на ее хозяина. Я ударил его ножом. Оказалось, что неудачно. Он умер в скорой, а меня посадили. Все. Не сразу осознаю, что по моим щекам текут слезу. Вот, блин… - Эй, - Деймон осушает еще один стакан виски, - ненормальная, не реви. С собачкой все хорошо, она выжила. Обе. И тот дед тоже. - Я не… - Елена, не вздумай произнести этот бред вслух!!! – я не из-за них… - кажется, Деймон, реально удивляется моим словам… ну, еще бы… я сама в шоке, - тебя… на долго посадили? - На девять лет. - Ахренеть… то есть… ты должен был выйти всего лишь год назад? - Ага. - С ума сойти… а сколько ты отсидел? - Четыре месяца. - Так мало?! - Знаешь, - он криво усмехается, - мне хватило. - Извини… - Да, нет, - Деймон делает еще глоток, и хрен знает, какого по счету стакана, - тот милый рыжий парень, по имени Клаус сидел тогда за то, что его спалили на распространении порнографии. Но он счастливчик, поэтому звезды сошлись так, что он попал в ту тюрьму, где начальником был папаша одной из его актрис. Девочке просто стало скучно в благополучной семье, и захотелось пощекотать себе нервы. Ее создатель очень хотел, чтобы милый Никлаус провел за решеткой, не, положенный ему год, а, как можно дольше. А ему оставалось сидеть всего полтора месяца, и этот придурок сильно нервничал на предмет того, как бы увеличить ему срок. А тут я. Мы оказались в одной камере, и сразу сильно друг другу не понравились. В первую же ночь Клаус решил прописать меня. Знаешь, в тот момент мне казалось, что меня никогда в жизни так не били. У меня не просто все болело, у меня было ощущение, что болят и без того уже больные места. Начальник тюрьмы начал требовать, чтобы я заявил на Ника. Тогда он бы попал под нарушение порядка и остался в тюрьме, на радость истеричному родителю. А я сказал, что упал ночью со своей койки. Через полтора месяца Клаус вышел. А я понял, что то, как меня били в первую ночь херня, в сравнении с тем, что началось после того, как Ник освободился. Но за то, что я его не сдал, он пообещал меня выкупить. С тем условием, что я отработаю все деньги, которые он за меня заплатил. И, барабанная дробь, именно так я и стал порно актером. Прошло чуть больше двух месяцев, Клаус вернулся за мной, забрал из тюрьмы мои кости, обтянутые кожей, дал прийти в себя, и вручил список главных ролей. Не то, чтобы мне было в напряг. Просто мы оба не ожидали, что все это так раскрутится… честно. - А твои родные? – не узнаю свой собственный голос, - почему они не могли дать тебе денег? - Никто не знал о том, что со мной произошло, - Деймон беззаботно пожимает плечами, - я жил не дома. Мои родители – последние люди на планете, кому следовало бы быть в курсе. - Они до сих пор не знают? - Мама нет. - Деймон… - я почему-то в шоке… - М? - Давай напьемся? *** - Джена!!! – Деймон в расстегнутой рубашке стоит на капоте старого спортивного форда, а Джена, давясь от смеха, катается по газону перед своим домом, - Джена!!! - Деймон, ты в говно! - Да! – он вдруг замирает, внимательно смотрит на нее, резко спрыгивает на землю, решительно подходит ближе и опускается на колени рядом с ней, - да, я в говно. В муку, в слюни… называй, как хочешь, это все будет гребаная правда, но я… - его взгляд застывает на ее лице, и она почему-то моментально перестает смеяться, - я так люблю тебя, - синие глаза пьяно бегают из стороны в сторону, стараясь сфокусироваться хоть на чем-нибудь, но ничего не выходит, - Джена, я знаю, что никогда в жизни не сказал бы этого трезвым, и, скорее всего, после этого раза я зарекусь на всю оставшуюся жизнь пить этот ваш чертов абсент, но… выходи за меня… пожалуйста, - она смотрит на него, не моргая, а он вдруг резко вскакивает с земли, подхватывает ее на руки и крепко прижимает к себе, - я хочу, чтобы ты стала моей женой!!!!!! - Деймон! – она вздрагивает от неожиданности, а он коротко целует ее ставит на ноги, и резко нагнувшись срывает одну длинноватую травинку с газона, скручивая ее колечком. - Выходи за меня, - его голос хрипнет, а она замирает, не двигаясь, и, кажется, не дыша, - я хочу, чтобы ты стала моей женой. Хочу, чтобы весь мир знал, что ты моя и со мной. Я хочу быть твоим. Я никогда и никого не любил так сильно, как тебя, черт, я влип, Джена. Я больше не хочу бороться, я поднимаю руки, я сдаюсь, я проиграл, безоговорочно, по всем фронтам, это полное, мать его, поражение, я больше не хочу никому ничего доказывать, я больше не хочу тебе ничего доказывать, я просто хочу сдаться… тебе. Хочу в твой плен. Конец боевых действий, стратегий больше нет, планов, задумок, многоходовых операций… - он медленно опускается перед ней на одно колено, берет ее руку и по ее безымянному пальцу скользит его самодельное кольцо из травинки, которую потом она назовет «зеленым золотом», - ты выйдешь за меня замуж? - Да. *** - Ааа!!! – с разбегу плюхаюсь в пустую ванную, и от боли из глаз чуть ли не сыплются искры, - твою мать… Деймон с трудом стоит на ногах, держась за дверной косяк и с грустью смотрит на пустую бутылку в своих руках. - Бля… Елена, дай мне… - Дам. - Я не об этом… - он замирает, пристально глядя на меня, и я начинаю хихикать, - и об этом тоже, в смысле… так… - он нереально милый, - дай мне слово, что не выйдешь за меня замуж, если я предложу. - Э… - че..? – не планировала… - Я просто предложу, - он икает и медленно идет ко мне, - будь уверена. - Почему..? - Абсент… - э… - Что? - Абсент! - И что..? - Бля, заткнись. Если честно, не знаю, хотела бы я помнить хоть что-нибудь из этой сумасшедшей ночи или нет. Что там, помнить. Я даже понимаю происходящее не целиком. Такое впечатление, что я местами сплю, где-то отключаюсь, чуть-чуть теряю сознание, и Деймон, судя по всему, пребывает в примерно тех же агрегатных состояниях. Мозг включается, когда я с силой дергаю в разные стороны полы рубашки Деймона и почему-то в голове очень четко откладывается резкий звук пуговиц, безнадежно разлетающихся по полу. В следующий раз я почему-то уже голая лежу под ним, и мое плечо дико больно царапает браслет от его часов. Я очухиваюсь сидя на нем, лежа на его коленях, резко просыпаюсь от дикой боли, и какое-то время уходит на то, чтобы сообразить: эта скотина, очевидно, вспомнила свое обещание, надрать мне зад. Он попеременно то дико бесит меня, то во мне вдруг просыпается какая-то нечеловеческая нежность и неистребимое желание немедленно приласкать его, обнять, пожалеть, и… еще один шлепок… сука! Дальше опять темнота, запах сигарет, его руки на моей груди, он грубо входит в меня. Снова. И снова. Потом пробел. Мои крики. Пробел. Деймон толкает меня на кровать, заставляя встать на четвереньки. Пробел. Опять кричу, и, кажется, слышу этот свой крик. Есть версия, что я даже просыпаюсь именно от него. Какое-то необъяснимое странное чувство… что, блин, это..? секс? Вроде, да… Судя по всему, в какой-то момент, этот марафон все-таки, прекращается, потому что неожиданно я просыпаюсь. Я не на нем. Не под ним. Я даже не рядом с ним. Мы лежим на разных концах его нереально широкой кровати, я голая, он под простыней… он такой красивый. А мне почему-то холодно. Мне дико холодно. Настолько, что моментально начинают жестоко стучать зубы. Ворочаюсь, пытаясь хоть как-то укрыться, вытащив из-под себя простыню, или найдя что-то еще… бесполезно. От обиды уже готова заплакать, как Деймон вдруг открывает глаза, сонно смотрит на меня и силится сфокусировать взгляд на моем лице. - Ты чего не спишь? - Я… - по-моему, у меня реально стучат зубы. - Замерзла? - Да. - Иди ко мне, - он протягивает руку, чуть приподнимая простыню, и я, не веря тому, что происходит, прижимаюсь к его телу, опуская голову на рельефное, вкусно пахнущее плечо… м… Деймон легко целует меня в волосы, крепче прижимая к себе, - я люблю тебя. - Я тоже тебя люблю.