What U Want

Чонгук с трудом сглотнул, стоя, как статуя, на одном месте, не зная, что делать. В комнате, где он оказался, была лишь большая кровать, на которой поместились бы человек 5-6 - кресло в углу и рядом с ним бра, которая и освещала комнату в данный момент. Макнэ не отрывал глаз от тёмного цвета занавесок у окна, не решаясь посмотреть в сторону кровати, откуда доносилось шуршание одежды. - Он будет участвовать или просто смотреть? - высоким голосом спросила девушка, заставляя младшего Чона вздрогнуть. - Он будет участвовать, - твердым голосом ответил Джей-Хоуп, привлекая внимание макнэ в их сторону. Глаза Чонгука не естественно шире распахнулись, стоило ему посмотреть в сторону постели, и Хоуп с трудом сдержал улыбку. Младший увидел, что девушка уже была раздета и откинулась на подушки, изучая взглядом обнаженную спину Хосока. Танцор же сидел на краю кровати, держа в руках свою чёрную рубашку, которую снял, и внимательно следил за эмоциями на лице младшего. Было понятно, что младший нервничал, не зная, что делать. В первый раз оказался в "таком положении". - Чонгук-а, - тихо позвал он, зная, что тот все равно услышит, - иди сюда. Чон младший, тяжело дыша, сделал неуверенный шаг в его сторону, снова опуская взгляд на пол. Он почувствовал, как тёплая ладонь хёна, который встал, ложится ему между лопаток и подтолкнула его на кровать. Или Хоуп не рассчитал свои силы, или ноги макнэ совсем ослабли, но в следующую секунду он резко упал вперёд, успев лишь подставить руки. Испуганно воскликнув, он, с расширенными глазами, уставился в лицо девушки. Совершенно не нужная мысль в тот момент появилась в его голове - она старше его на несколько лет. Да и наверняка, старше и Хоупа. - Ну, привет, - улыбнулась девушка и, протянув руки, обхватила ими шею парня. Чонгук хотел было отпрянуть назад, но тёплая ладонь - всё ещё лежащая на его лопатках - погладила его по спине, прося успокоиться. Макнэ сглотнул и попытался поудобнее "устроиться", согнув ногу и опираясь на колено между ног девушки. Он боялся смотреть куда либо ещё, кроме того места, куда уже смотрел - на маленькое ухо девушки. Она потянула его поближе, скользнув пальцами в волосы. - Расслабься, - прошептала она в самые губы. И Чонгук зажмурился, когда она коснулась его губ в поцелуе. Мягкие, податливые губы открылись ему навстречу, но макнэ не знал, что делать. О, Боже, это был его первый поцелуй, а он даже не знал её имени. Он лишь неуверенно подался вперёд, чувствуя, как её язык проникает в его рот. Это было... было... Невероятно. Не сам поцелуй, а то, как можно почувствовать вкус другого человека. Эта девушка на вкус была чем-то смесью слабого алкоголя и сигарет. Не очень приятно, но Чонгука завораживала новизна ощущений. И теперь он сам толкнулся в рот девушки, пытаясь чувствовать всё больше и сильнее. Но когда девушка попыталась отстегнуть пуговицы его белой сорочки, Чонгук снова запаниковал и, разрывая поцелуй, оттолкнулся назад, сильнее опираясь на колено. Нет, поцелуй, конечно хорош, но раздеться перед неизвестным человеком... Нет, он не готов. - Позволь мне, - услышал он тихий голос Хосока у своего уха и тут же почувствовал тепло его тела позади себя. Руки танцора "обхватили" парня с двух сторон, а Хосок прижался телом к его спине. Длинные пальцы потянулись к верхней пуговице и осторожно, чтобы не спугнуть младшего, освободили её. Дыхание Чонгука сбилось, когда он почувствовал тёплое дыхание старшего у затылка, а ловкие пальцы справлялись с остальными пуговицами. А потом Хоуп зарылся носом в его приятно пахнущие волосы. - Хён... - тихо выговорил младший, непонятно вопросительно или одобряюще. - Посмотри на неё, - сказал Хосок, пройдя пальцами по открытому, сильному телу младшего и прижимая к себе сильнее, из-за чего тот задержал дыхание . - Она ведь красива? Чонгук несмело посмотрел на девушку, которая, поймав его взгляд, призывно улыбнулась. Но дыхание макнэ сбилось не от вида обнаженной девушки. Не от вида немного узких плеч, аккуратной груди, плоского живота... Не от вида гладких ног и - ладно, он всё же посмотрел вниз - такого же гладкого лобка. Нет. Это пальцы хёна заставили его задыхаться, которые гуляли по его телу, задевая чувствительные соски и остановившись у пупка. Но он всё равно выдохнул ответ: - Да... - Иди ко мне, - сказала девушка, потянув его за ремень джинсов, и рот младшего оказался прямо напротив её груди. Макнэ теоретически знал, что нужно делать. Он уже несколько лет смотрел порно, так что, наверное, знает всё о сексе. Но теоретически. И теперь надо действовать. Было интересно чувствовать вкус кожи этой девушки кончиком языка. Скользить им по её груди, играть с сосками, чуть пососать, но... Главного не было. Он чувствовал что всё это его не возбуждает. Ни капли. Ни бархатная кожа под губами, ни высокие стоны девушки, когда он опустился ниже, к пупку. Чувства Чонгука были такие, будто это не он участвовал во всём этом, а просто был зрителем. Пальцы Хосока вновь проскользнули в его мягкие пряди, поглаживая кожу головы. Младший уже хотел поднять голову и посмотреть на него, но властная рука танцора не дала ему сделать это, а принуждала продолжить. И макнэ послушно прошелся языком по сокровенным местам девушки, слушая её стоны и пробуя её на вкус. Снова. Совсем новый и непривычный вкус, странный. Пальцы хёна оставили его волосы, и младший поудобнее устроился, обхватив пальцами мягкие бедра девушки и плотнее прижимаясь губами к её плоти. Её стоны стали чуть глуше, и Чонгук, не отстраняясь, поднял глаза. Картина, которую он увидел, вспыхнула жар возбуждения в нём, что до сих пор не было . Жадные. Так можно охарактеризовать поцелуи хёна. Жадные и мокрые. То как он целовал эту девушку, с жаром, наверное, не увидишь нигде. И от этого хочется самому почувствовать его губы на своих. Самому сгорать в пожаре, в жаре его губ. И не удивительно, что девушка от удовольствия то и дело закатывает глаза и пытается ещё больше быть ближе к танцору. И тот позволяет ей это, целуя её губами, языком и играя пальцами с её сосками. Чонгук смущенно опускает глаза, встречаясь взглядом с ним, будто не имел права следить за ними, а Хосок разрывает поцелуй. Как он оказался полностью раздетым, макнэ не успел понять. Он лишь чувствовал проворные пальцы хёна, которые кажется, были везде. Эти пальцы разжигали в нём страсть и возбуждение лишь своими "невинными" касаниями. Одно лишь касание этих пальцев делало с ним такое, что не смогла сделать эта девушка своим видом. И не сможет... Чонгук не мог понять, почему танцор так действует на него. Ведь это же хён, его любимый хён, что всё это время был рядом. Так почему же сейчас, именно сейчас?.. Ему так хорошо от его близости... Младший чуть ли не скривился, когда эта девушка прикоснулась к его вставшему органу. Чтобы она не увидела выражение его лица, он откинул голову на плечо Хоупа, который опять встал за его спиной. Низкий стон вырвался из его губ, когда танцор прикоснулся губами к изгибу его шеи, одновременно надевая на него презерватив. Откуда он взялся в этот момент, да так, что он не заметил, макнэ не думал. Он лишь плавился от ощущения тёплых пальцев хёна на своём члене. Хосок ещё раз мягко прикоснулся губами к коже младшего, лизнув кончиком языка капельку пота и погладив пальцами лобковые волоски младшего, отстранился, вырывая из его губ еле слышный разочарованный стон. Если бы в этот момент спросили Чонгука, чего он хочет, он бы сказал - Хоупа. Без этой девушки. Она никак не возбуждала его. Ни своим телом, ни стонами, как только танцор начал ласкать её. Но макнэ никто не спросил. А эта девушка, не дождавшись инициатива с его стороны, сама подалась вперёд и, помогая себе пальцами, плавно "надела" себя на член младшего. И мир Чонгука взорвался на тысячи осколков. Потому что стало слишком тепло. Потому что стало жарко. Потому что с ним это впервые. И так влажно и тесно вокруг его плоти. И уже совсем не важно - возбуждает его эта девушка своим видом и голосом или нет. Ему просто хорошо. Он уже не ощущает мир вокруг себя. Лишь яркие пятна за закрытыми веками. Лишь запрокинутая голова. Лишь покрытое потом тело... Руки, ноги, и толчки, толчки... Вздохи и стоны... И пальцы хёна на своей груди, скользящие вниз... Всё. Больше ничего, кроме всплеска удовольствия... И мир поплыл... * * * Чонгук ничего не помнил после того, как испытал самое яркое удовольствие в своей жизни. Он даже не помнил именно этот момент, настолько ярким он был. Его просто вышибло из реальности. Буквально. Он очнулся лишь тогда, когда ощутил мокрое полотенце, скользящее по своему потному телу. Лениво открыв глаза, он встретился взглядом с темными глазами Хоупа. Тот усмехнулся и отошёл, исчезая с поля зрения макнэ. - Вставай, мелкий, пора возвращаться, - послышался уже у двери, и Чонгук нехотя и с большим трудом поднялся с места. Всю дорогу назад младший млел от странного чувства внутри, которое не мог объяснить. Такое чувство, будто он пьян, будто весь мир вокруг плывет. Хочется всё время улыбаться. * * * Уже два дня прошло с "памятного" для макнэ дня. Не сказать, что были самые трудные дни в его жизни, потому что ничто не сравнится с трудностями, когда он был ещё трэйни, но и эти два дня ужасно его измотали. И если во время трэйни у него был Хосок, который всегда был готов помочь, то теперь хёна рядом нет. Нет, конечно, он был где-то рядом - тренировался, шутил, вместе завтракали... Но... Если отношения Хоупа не изменились к макнэ, то нельзя сказать того же о младшем. Теперь младший по другому смотрел на старшего, не как раньше, не как на старшего брата. Потому что, вряд ли старшему брату скажешь, что хочешь поцеловать эту манящую родинку на его верхней губе. Вряд ли будешь задерживать взгляд на открытой шее, не уставишься на длинные пальцы, вспоминая, как они скользили по твоему телу, а его смех... Смех Хосока действовал на людей ровно 50:50. У половины он вызывал резкое раздражение, недовольство, порыв заткнуть рот танцора тем, что есть поблизости. А другая половина начинала счастливо улыбаться, и у них поднималась настроение. И видимо нуна-стилистка принадлежала ко второй половине. Потому что когда Хоуп рассмеялся какой-то шутке Чимина, она на миг замерла и улыбка чуть ли не до ушей затянулась. И никто это не заметил, кроме Чонгука. Да и он бы не заметил, если бы она не загородила обзор на любимого танцора. Заметив её улыбку, макнэ не смог сдержаться и, закатив глаза, поморщился. Какое-то неприятное и давящее ощущение появилось внутри, из-за чего он неосознанно поерзал на месте. Но ощущение никуда не исчезло. Он несколько раз глубоко вздохнул и, не выдержав, подскочил с места и вышел, чувствуя удивленный взгляд Хоупа спиной и совсем не замечая понимающее хмыкание Юнги. * * * - Чонгук странно себя ведёт, - сказал Юнги, останавливаясь у умывальника и смотря на Джей-Хоупа, который склонился над вторым умывальником. Танцор поднял взгляд и посмотрел на старшего. В голосе Мина послышались какие-то намеки, и Хоуп вопросительно посмотрел на него. - Я видел, что в клубе вы вдвоём ушли наверх, - продолжил Шуга, пристально следя за танцором. Он заметил, как Хосок на миг замер, потом моргнул, отвернувшись от старшего и потянувшись за полотенцем. В тишине он вытер лицо и руки, и повесив полотенце на место, повернулся в сторону двери. Поняв, что танцор не собирается не только что-либо отвечать, так ещё и уходит, Юнги снова заговорил : - Не думаешь, что для него ещё рано заниматься таким сексом? - спросил он серьёзным тоном. - Не было ничего из ряда вон, - повернувшись к старшему, ответил Хоуп, чуть не добавив "как было с тобой вместе", но сдерживает себя. Шуга лишь недоверчиво поднял бровь, потом пожал плечами, как бы говоря "что хотите - делаете, не моё дело". - Но всё равно он ещё молод для таких развлечений, - покачал головой старший, тоже направляясь к двери. - Может он и делает такие вещи, чтобы казаться взрослее, но он всё ещё слишком невинен. Хосок сжимает пальцы в кулаки и пытается решиться - довериться или нет? Всё же сделав глубокий вдох, он выпаливает на одном выдохе: - Это был его первый раз. Юнги, который уже держался за ручку двери, ощутимо дернулся и резко повернулся к Хоупу, посмотрев на него расширенными глазами. - Что ты сказал? - заглянув в глаза младшего, спросил он стальным голосом. - Ты что, с ума сошёл? Мозги совсем про*бал? - Успокойся, - раздраженно бросил Хосок, нахмурившись. - Всё было хорошо. - Хорошо? Блядь, Хосок, я же знаю тебя! Ты совратил невинного ребёнка! - Я никого не совращал, - выпалил Хоуп, жалея, что вообще заговорил об этом. - Этот, как ты говоришь, ребёнок сам захотел, чтобы я был рядом и... "помогал, если что". Юнги сжал губы, всё также грозно смотря на танцора. Хосок мог догадаться, о чем думает старший. Чонгук был самым младшим среди них, и долг каждого заботиться о нем. Из-за этого они упускают из вида тот факт, что макнэ повзрослел. И проблемы у него стали как и у взрослых. - Прости, - выдохнул Шуга, на несколько секунд прикрыв глаза. - Просто, знаешь. .. Чонгук, он же слишком чувствительный, хоть и старается выглядеть взрослее, чем есть. - Знаю, хён, - улыбнулся Джей-Хоуп, сжав пальцы на плече старшего. - Ох, блядь, - выругался Шуга, покачав головой. - Ему бы в первый раз на своей кровати, при свете свечей и, желательно, с любимой девушкой. Хосок рассмеялся слишком громко, вызвав смешок и у Юнги. - Вряд ли бы мелкому понравился бы такая... Ванильная ваниль. * * * Сказать, что Хоуп и Шуга были в шоке от увиденной картины в комнате Хосока, ничего не сказать. Да и Тэхен сам был в шоке, и кажется вообще не дышал. После их разговора двое друзей направились в комнату Хоупа, который делил её с Чимином и Тэхеном, и никак не ожидали увидеть то, что увидели. А именно Чонгука, который целовал замершего Тэхёна, как-то слишком крепко вцепившись пальцами в его плечи. Тэхен издал какой-то странный, слишком высокий для своего голоса звук, а Чонгук отпрыгнул назад, испуганно смотря на вошедших. Он даже не услышал, как Тэ выругался, вытерев рот и сконфуженно смотря на него. Взгляд макнэ был прикован к Хоупу, который всё так же стоял и пытался придти в себя. Предательская влага накопилась в уголке глаз, и младший быстро опустил голову, чтобы никто не заметил. Он совсем не планировал устраивать такое шоу перед глазами других, тем более перед Хоупом. Да и Тэхёна кажется испугал. Хосок заметил подавленное состояние макнэ, и это вывело его из ступора. Он не мог видеть младшего в таком состоянии. Повернувшись к Юнги, он кивнул в сторону беспрерывно говорящего - из-за шока - Тэхёна и одними губами выдал «Уводи его отсюда». Дважды повторять не пришлось, потому что Шуга тоже понял, в чём дело. Особо не церемонясь, он схватил Тэ за запястье и потянул за собой. Оставшись одни, Хосок осторожно, чтобы не спугнуть, сделал шаг в сторону младшего, не сводя с него взгляд. - Чонгук-а, - мягко позвал он, остановившись на два шага от макнэ. - Хён... - сказал младший заплаканным голосом, и танцор не выдержал. Сделав эти два шага , он заключил младшего в объятия, притянув к себе. Макнэ тут же доверительно прильнул к нему, опустив голову на его плечо и уже громко всхлипывая. Он цеплялся за хёна подрагивающими пальцами, как утопающий, а старший поглаживал его по спине, успокаивая и чуть качая из стороны в сторону. - Хён, то что ты увидел... - всё таким же голосом, полным слёз, начал Чонгук, но тут же замер, почувствовав тёплые губы старшего у своего виска. - Тише, - сказал Чон старший и, отстранившись, посмотрел в заплаканные глаза. - Ну вот, глаза покраснели. Чонгук негодующе нахмурился. - Хён... - Давай сядем, - так же мягко предложил Хосок и, не дожидаясь ответа, присел на свою кровать, потянув макнэ к себе, поближе, обняв за плечи. Видимо, Юнги был прав. Для макнэ его первый секс стал чем-то вроде шока, и пора поговорить об этом. А то младшего уже на эксперименты потянуло.