А колбы лучше!

— И вот зачем ты столько всяких бесполезностей с собой понавезла? Куда мы их поставим, а? Только о себе думаешь, бестолковая твоя голова, а о бабушке своей позаботиться — так это пускай валькирии с небес спускаются, клумаки твои разбирают. Так, да? Ну конечно так, как же иначе! Эх, вот молодёжь нынче пошла совсем бесстыжая: к старшим уважения нет, послушание не в почёте, хлам в дом стаскивают со всех окрестных гор... Этрель привычно пропускала слова бабушки мимо ушей, хотя в глубине души копилась обида. Ну да, конечно, «со всех гор»! Со всего Невендаара, чего мелочиться-то? Но объяснить старой друидке, что мир состоит не только из её разлюбезных ступок и пестиков, заполонивших, к слову, всё их невеликое жилище, совершенно невозможно. Так же, как и выкинуть хотя бы десятую часть потрескавшихся горшочков, сломанных лопаток для помешивания зелий («Подумаешь, ручка отломилась! Для чего-нибудь ещё наверняка сгодится, не смей трогать!») и прочих абсолютно никому не нужных вещей. А ведь если б ну хоть немного в доме прибраться — то сразу бы нашлось место и для алхимических колб, и для препаратов, и для увесистых томов с многоучёными инструкциями... Для всего того, что обязана держать под рукой выпускница алхимического Дома тайных знаний. Бабушка Онтра всё продолжала бурчать, и Этрель не выдержала: — Я взяла с собой только самое необходимое, — отчеканила она, вызывающе поблёскивая из-под длинной чёлки зелёными глазами. — Это у тебя тут понапихано всякого хлама столько, что если из твоего мусора лестницу возвести, то она до чертогов Вотана достанет! И разобрать это самое необходимое я, между прочим, не могу только из-за тебя! Кто обещал подготовиться к моему приезду? — Я подготовилась! Я тебе много места выделила! — Освободила две жалких полочки, да и на тех оставила кучу свои вещей! Это ты называешь «много места»? Бабушка, ну вот давай честно — зачем тебе эти запасы трав? Ты их в каком году собирала? Они же ещё молодость короля Стурмира помнят! Старая Онтра насупилась: — Не трогай золотарник! А если неурожай — откуда мы его брать будем? — Да уж не из твоих осыпавшихся веников! А этот горшок? У него же дна нет! — Я его для выпечки использую, лепёшки из теста вырезаю. Сама мои лепёшки любишь, неблагодарная ты девчонка! Они у меня самые круглые получаются в Сердитых горах — и всё благодаря горшку без дна. Когда мой срок придёт, оставлю его тебе в наследство, вместе с рецептом лепёшек. — Бабушка! Ты мне этот рецепт рассказывала, когда я ещё маленькой была! — Ну и что? Наверняка ты забыла. Знаю я вас, молодёжь, ветер в голове свищет, никакого понимания. Вот ты поживи с моё — тогда научишься вещи ценить... Этрель закатила глаза и страдальчески вздохнула: — Ничего я не забыла. Ну хоть порошок из володушки-то выкинуть можно? Ты что, не чувствуешь, что ли, как он смердит? Он ведь сгнил уже! Онтра подскочила к горшку, на который обвиняюще указывала пальцем внучка, нюхнула, поморщилась: — Ладно, выкидывай. Но только порошок! А горшочек помой и на место поставь. Всему-то вас учи, молодёжь... Вытаскивая из хижины горшок, Этрель только и могла, что сердито моргать. Ну почему бабушка такая... такая... вот такая? И как ей, Этрели, со всем этим жить? Может, расколотить проклятый горшок? Ну вот якобы случайно... Но бабушка тогда так раскричится, что Этрели плохое настроение на месяц будет обеспечено! Хотя оно и так обеспечено... Этрель страдальчески поглядела на злополучный горшок. Тот безмолвствовал и вонял. Как и положено дурацкому глиняному уродцу. Скорей бы уже её приписали к какому-нибудь отряду да выдали направление в гарнизон, желательно самый-самый дальний! Туда, где не будет друидок, застрявших умом в где-то в доалхимической эпохе. Где никто не будет подвергать сомнению простой и неоспоримый факт: колбы прочней, прозрачней и вообще всячески лучше горшков. Эх, если б удалось объяснить это бабушке — как бы здорово тогда они зажили вдвоём! Все полки возле входа можно было бы заставить колбами, а в сенях водрузить большой перегонный куб; ну а пакеты с порошками заняли бы... наверное, тот здоровый ларь, где сейчас хранятся просроченные притирания... Мечты, прекрасные мечты. Бабушка Онтра непробиваема. Этрель горько покачала головой и отправилась мыть проклятый горшок.