Не ангел и не демон

Без понятия сколько времени я проспала. Словно я растворилась в бесконечном потоке времени, затерявшись непонятно где. Но мне плевать на эту гнетущую пустоту перед глазами и на тишину… Меня рвет на части от безумной боли. Словно мои руки и ноги тянут в разные стороны, пытаясь их оторвать. Это настолько невыносимо, что мое желание умереть возросло как никогда прежде. Лучше умереть и не мучатся, потому что эта боль сведет меня с катушек. Я готова поспорить, что сквозь сон могу услышать то, как хрустят мои кости. Мне так жарко и душно, не хватает воздуха… Могу лишь только погружаться в свои мысли, чтобы не зацикливаться о боли. Мне больше ничего не остается. Снова и снова я должна задаваться вопросом: «Зачем я живу?» Чтобы разобраться в этом, мне нужно вернуться еще в те времена, когда я была человеком. С чего все началось? Мои родители отдали свои жизни ради того, чтобы я могла жить дальше. Вопрос: почему и кто решил меня преследовать? Возможно это Мефистофель решил отобрать меня у моих родных. Другого объяснения я найти не могу. Он не просто задел меня за живое, он разрушил мой мир иллюзий, в котором он был моим господином. Но я больше не чувствую с ним связи. Я даже не знаю… Жива ли я или же он. Я сильно привязалась к нему, почти поддалась его соблазну… А он просто копошился у меня в голове, и я даже не знаю были ли мои чувства к нему настоящими или же лживыми. Но одно я знаю точно: как бы сильно он не пытался стереть все воспоминания о Рейзеле, у него все равно ничего не получалось. Хотя если бы ему это удалось, я бы больше не терзалась прошлым и жила как обычный демон, погрязший в грехах и удовольствиях. Получается, что я какой-то неправильный демон, если хорошо подумать над этим. Почему я привязалась к человеку, почему я могу плакать, чувствовать боль или сожаление? Что со мной не так? Я почувствовала, что кто-то сел рядом со мной. Теплая и нежная рука с длинными пальцами прибрала локон волос с моего лица, а затем погладила меня по голове. — Ты долго спать собираешься? — именно этот голос я очень хотела услышать. Я должна решить для себя, что же мне важнее… Любовь или чувство долга? Они одинаково равны для меня — я люблю Себастьяна, но и избавиться от своего титула не могу, поскольку этот уклад жизни полностью отразился на мне — я никак не могу изменить себя. Я должна убивать — это мое предназначение. Но как бы я не скрылась от него, оно будет преследовать меня до конца жизни. — Перестань прикидываться мертвой, я знаю, что ты слышишь меня. Я не хочу с ним разговаривать. Не хочу даже чтобы он видел меня в таком жалком состоянии. Открываю глаза, но потом понимаю, что они уже были у меня открытыми. Я ничего не вижу. И правой руки у меня тоже нет. — Как рука? — Отрастет со временем, — морщась от боли, приподнимаюсь. Чувствую себя беспомощным ребенком. — Воды, — говорю тихо. — Сейчас принесу, — он быстро встал с кровати и через несколько секунд его и след простыл. С горя пополам встаю с кровати, но мои ноги не выдерживают и я падаю на пол. У меня будто переломаны все ребра и кости. Мне даже дышать тяжело. Начиная тяжело откашливаться, я почувствовала привкус крови во рту. Я знала, что все идет к этому, но не думала, что это наступит так скоро… Сколько я спала? Я слышу, как за окном опадают листья и идет тихий дождь. Нащупав левой рукой угол кровати, я вцепилась за него всеми силами и попыталась вставать. Сделать это получилось не с первого раза. Облокотившись плечом о стену, я направилась к балкону. Подойдя в перилам, я стала на них, и, взмахнув крыльями взлетела. Но через несколько секунд пожалела об этом. Порыв ветра сбил меня с толку, а еще ногу сковала судорога и я стала падать прямо на землю с довольно-таки большой высоты. Учитывая крутой спуск, я кубарем покатилась вниз, и сделать что-либо мне было не по силам. Удар, второй, третий… И так до тех пор, пока я не скатилась до подножья скалы. Снова закашлявшись, я услышала шум волн, которые коснулись меня своим холодным прикосновением. Холодно. Больно. Я абсолютно беспомощна — раз даже пошевелиться не могу. Это смешно — но так было всегда. Все ждут от меня чего-то, но им не понять… Что испытываю я, осознавая, что меня не сможет понять никто. Даже Амон, которого я считаю своим старшим братом… Он не сможет понять меня. Я всегда была одна, словно в том темном и мрачном мраморном гробу в самой отдаленной и глубокой пещере. Холодная вода парализует, но и в тоже время успокаивает и усыпляет… Волны все дальше оттягивают меня от берега. Вода нежно ласкает мои волосы и ткань одежды. Еще немного, и вода перекроет доступ к воздуху, хотя он мне не особо нужен. — Ты с ума сошла? — крикнул испуганный голос, после которого я услышала, как кто-то быстро заходит в воду, и берет меня на руки. — О чем ты думала? — Себастьян выпрыгивает из воды и приземляется на суше. Снова откашливаюсь, и с каждым разом кашель все громче и болезненнее. — Ты меня слышишь? Астарта? Скажи что-нибудь! Я стала трястись не от холода, а от страха… Страха снова потерять его. Если я перестану слышать его голос, то я сойду с ума. — Пожалуйста, не прекращай говорить, хорошо? — произнесла я тихо, цокая зубами. Какая же я глупая. Я ведь жила ради него. И пусть я считала что он умер, он все равно жил в моем сердце, и поэтому мой хозяин не мог разрушить связь между мной и Себастьяном. Потому что даже демон не может разрушить эти узы. — Все хорошо, — тихо прошептал он и крепче прижал к себе, — я рядом. — Как смеешь ты, бескрылый демон, прикасаться к ней? — кто-то злобно прошипел позади. — А как ты, кто отобрал её у меня, смеет вообще подавать признаки своего существования? — ехидно ответил он. — Я убью тебя… Уничтожу… И плевать что ты королевской крови, ты не чистокровный, раз твоя мать была ведьмой… Что было дальше я слышать не смогла. Сознание снова покинуло меня. Ведь эту сокрушающую рассудок боль я была больше не в силах терпеть. В этот раз я очнулась от кашля, который словно разрывал мои легкие. Себастьян был рядом, он постоянно протирал меня мокрой и холодной тканью, пытаясь хоть как-то сбить жар. — Все хорошо, я с тобой, — я услышала как он скрутил ткань и выжал её, а затем положил её мне на лоб. Мне было очень тяжело дышать, в ушах был какой-то шум, похожий на жуткий скрежет. Снова откашливаюсь кровью, подогнув ноги и вонзив согнутые пальцы ног в кровать, как можно сильнее надавив ними. — Ты же лекарь, сделай что-нибудь. — Я совершенно бессилен. Я зашиваю раны, помогаю ускорить регенерацию, достаю инородные предметы, но с подобным я сталкиваюсь впервые. Я даже не знаю как облегчить её адскую боль. Я просто… Бесполезен… — Ну так и катись отсюда, — сказал граф, зайдя в комнату. — Пока вы болтаете, она умирает, — сказал Кроули, сжав зубы. Какой от тебя будет толк, если ты умрешь? У меня на тебя большие планы. Это голос повелителя? Ты нужна мне. Позволь помочь тебе достичь совершенства, но этому будет своя цена. Тебе придется пройти через ад, но есть вероятность того, что ты сможешь жить дальше, став настоящим демоном.

***

Я сделала тот выбор, о котором пожалела. Вновь очнувшись, я почувствовала, как меня окатили ледяной водой. Я сидела привязанной к стулу. Не чувствую ни рук, ни ног. В моем распоряжении остался лишь слух и восприятие на запах. И я слышала чью-то женственную натуру, а вместе с ней какой-то зловонный мужской запах, от которого мне становилось дурно. От него несло тьмой, в прочем, как и от неё. — Не пойми меня не правильно, — услышав голос, я впала в шок, — это приказ повелителя демонов, но не более. Это был голос Анны. Что она здесь делает? Что происходит? — Я не понял саму суть поручения нашего повелителя, — сказал мужской голос. — Мы должны хорошенько поработать над ней, чтобы сделать из неё истинного демона без каких-либо изъянов, — женские пальцы с длинными когтями скользнули по моей щеке. — Черное в белое, день в ночь… — А слабость в силу, сомнения в решимость, а боль в наслаждение… Меня подвергли пыткам. Я постоянно теряла сознание, то приходила в себя и даже не понимала то, что происходило. — Прости меня, — сказала демоница, а затем послышался звук рычага, после чего мое обездвиженное тело окунули в святую воду. Кожа стала печь все сильнее и сильнее, ведь эта жидкость словно яд для таких как я — демонов. Меня пытали, пытали, пытали и пытали… Мой голос охрип, и я даже забыла как меня зовут. Я даже не знаю где я и за что меня пытают. Я сделала что-то плохое? Когда мои глаза развязали, я увидела полуобнаженную женщину с белыми длинными волосами, смотрящей на меня с сожалением. Раз ей меня жалко, зачем она делает это? А кто этот мужчина в очках с жутким взглядом? — Зачем вы делаете это? — спросила я хрипло, смотря на них. — Мы помогаем тебе. Пройдя через боль, ты сможешь очиститься и пройти через обряд инициации. Что за бред? Какой обряд? И единственную боль которую я чувствую… Это то, как раскаленное железо раз за разом пронзает мое тело. — Вы хотя бы понимаете что делаете? — прошипела я, ненавистно смотря на них. Но это их не остановило, они продолжали пытать меня, будто ожидая от меня чего-то. — Вы хотя бы знаете кто я? От этого вопроса они мгновенно замерли. Переглянувшись, они довольно ухмыльнулись. — Ну и кто же ты?  — Кто я? Я… Верно… Я реинкарнация демона Корнелии, жившей много столетий назад. Я первый рыцарь. (Far East Movement Ft The Cataracs — Like A G-sex) Высвободившись, я схватила их обоих за горло и приподняла вверх от земли. — С пробуждением… — задыхаясь, прохрипела Анна. Я бы с удовольствием полакомилась кем-то из них, но у меня на это нет времени. Отшвырнув их в стороны, я решила привести себя в более подобающий вид, достойный аудиенции у правителя. Большие высокие двери распахнулись и я предстала перед всеми в своем величественном виде. Надменно улыбнувшись, я медленно направилась вперед, кокетливо поглядывая по разным сторонам, где столпилось куча народу. Демоны, ведьмаки и ведьмы… Всякая прочая нечисть собралась здесь и ошарашенно смотрела на меня. Виляя бедрами и слегка покачиваясь из стороны в сторону, игриво перебирая пальцами свои длинные волосы, я посмотрела вперёд. — Вы решили устроить шабаш в мою честь? — обратилась я к удивленной мужской физиономии, чей обладатель сидел на троне и явно был не готов к нашей с ним встрече. — К…К-Корнелия? — заикаясь от изумления, спросил кто-то позади. Сделав реверанс, я одарила повелителя хитрой ухмылкой, а затем посмотрела на высокого черноволосого юношу, стоящего подле него. — Мое почтение, ваше высочество. — Отец, что ты наделал? — с широко распахнутыми глазами, тот обратился к правителю. — Я просто помог ей. Она больше не будет мучиться или терзаться. Ты считаешь, что я принял неверное решение? — он встал с трона. — (Обращаясь ко мне) Все-таки ты воистину та, которая достойна носить этот титул. Я не ошибался. — Кто как не первый рыцарь может обмануть саму смерть, ваше темнейшество, — улыбнулась я, низко поклонившись ему. Это моя судьба — быть первым рыцарем. Это мое бремя, моя миссия и задача, которую я должна безукоризненно выполнять, даже если умру. И в мои обязанности входит то, что я должна быть подле наследника Люцифера… Быть его опорой во всем. Но мы встретили друг друга намного раньше, разве это не судьба? Подойдя ко мне почти вплотную и жадно осмотрев меня с ног до головы, Себастьян быстро снял с себя мантию и накинул мне на плечи, а затем ревниво вцепился в меня руками и прижал к себе как свою собственность, которая забыла свое место. — Как ты смеешь разгуливать в таком виде, когда все смотрят на тебя? — прошептал он мне на ухо. — Пусть реками льется кровь и вино, а наш пир будет доноситься даже до ушей ангелов! Да начнется великий шабаш!

***

(Please Donʼt Make Me Love You) — Я тебя не отпущу. — Мне нужно поговорить с ним, — настойчиво твердила я, пытаясь выпутаться из его крепких объятий. — А меня это ни капельки не волнует. Я тебя и на метр от себя больше не отпущу, — его алые глаза запылали огнем. — Ваше высочество, вы превышаете свои полномочия, — засмеялась я, посмотрев на этого ревнующего эгоиста. — Я даже мнения твоего спрашивать не буду. По праву, ты полностью и целиком принадлежишь мне, — он полностью окутал меня своей черной мантией и взял на руки, поспешно и как можно быстрее и дальше отдаляясь от шумной толпы, начинавшей пировать. Себастьян решил увести меня по тайному коридору, при том неизвестно куда. — А как же твой господин? — я пыталась хоть как-то его затормозить. — Он и мой господин, и мой близкий приближенный, но он дал мне право самому распоряжаться своей жизнью… — Мне нужно поговорить с герцогом, отпусти меня сейчас же, — перебила его я, уже говоря более серьезно. — Приказы отдаю я, а ты лишь слушаешь меня. Так что не смей мне перечить. Теперь мои обязанности в прямом порядке связанны именно с этим демоном. Это без всяких сомнений теперь дает мне возможность больше не терзаться в выборе. — Как твоя рука? — спрашивает, пытаясь отойти от темы. — Она в порядке, а я нет. Мне нужно поговорить с Мефистофелем. В один миг мы оказались в какой-то комнате. Швырнув меня на кровать, этот несносный демон сел сверху на меня и недовольно посмотрел сверху вниз. — Не смей произносить при мне его имя. — Уж лишком больно ты вжился в свое положение… От демона дворецкого до второго по значимости демона, — ехидно смотрю на него. — Ты хоть понимаешь, что мне пришлось пережить за эти несколько последних месяцев? — он упал на меня. — Я не отходил от тебя, я просто… Я… Я наверное чуть с ума не сошел, боясь, что ты умрешь. Я чувствовала, как он дрожит. Он снял с себя эту надменную маску и полностью открылся передо мной. Закусив губу, он пытался держать себя в руках чтобы не закричать то ли от боли, то ли от радости. Он снова обнял меня мертвой хваткой. — Однажды ты пообещала мне, что всегда будешь со мной. Так сдержи свое слово, таков долг рыцаря. — Себастьян, ты… Невыносим, — говорю, обняв его. Неужели этот миг настал? Время, когда мое сердце трепетно забилось, радуясь тому, что оно может биться. Неужели после всех мои страданий… Я заслужила быть счастливой? Я могу прикоснуться к нему, могу обнять, могу почувствовать его запах или услышать его голос. Он прямо здесь — передо мной. Мы смотрим друг на друга и не можем оторвать глаз. — Я люблю тебя, — сказал он внезапно, — а ты меня? — Ну… Эм… Так это… — его вопрос сбил весь мой настрой на серьезный разговор. — Судя по тому, какое у тебя смущенное личико, ответ мне уже не нужен, — он нежно посмотрел на меня. Чтобы я так поддалась мужчине… Совсем на меня не похоже. Но этот демон так дорог мне, что просто хочется обнять его так крепко и ни за что и никогда не отпускать. Всеми словами мира не передать как я соскучилась по этой улыбке, пусть и немного пошлой, по этим объятьям… Его руки такие же теплые как и прежде. И в данный момент я теряю всякую волю и свободу, потому что я не в состоянии контролировать эту бурлящую радость и страсть, которые лишают рассудка. Я просто хочу отдаться этому мгновению, которое затеряется в вечности. Приятное и теплое чувство внутри груди будто снова пробудило меня к жизни, заставляя радоваться каждой её секунде. Я больше не стремлюсь умирать, я хочу быть именно с ним — с тем, кто так жарко согревает мое сердце. Страсть доходит до пьянящего безумия, когда любое движение скатывается до уровня инстинктов. Так кружится голова, а губы горят от нескончаемых поцелуев. Тело дрожит и содрогается как в горячке — оно уже забыло насколько приятны прикосновения любимого человека. И это буквально сводит с катушек, когда подушечки длинных пальцев, словно дразня, мучительно медленно гладят кожу, заставляя её покрываться мурашками. Мы скрылись от всего мира, лишь только мы одни… Словно нас никогда не было и вовсе. Кромешную тьму рассеивала тонкая и бледная полоска лунного света, которая прокрадывалась сквозь плотные шторы в большую и темную комнату. Я будто опьянела и не понимала вовсе что твориться вокруг. Все что я могла чувствовать — это горячие поцелуи, которые оставляли после себя влажные следы на моем теле. Я слышала, как он тяжело дышит, словно задыхается от нахлынувшего волнения. Его руки дрожат, да и сам он тоже, чем заставляет меня все время улыбаться. Он не просто дрожит, а трепещет, целуя и гладя меня так, словно я фарфоровая, требующая нежного обращения. — Ты только моя и ничья больше… Помни об этом.