Вишнёвые сладости

─ Всем привет! Я Ким Тэхён, и это мой рассказ. Я студент, и весьма прилежный. Что ещё… Мне двадцать лет. Зовут меня Ким Тэхён, а, чёрт, это я уже говорил, друзья называют меня Тэхой, Тэ… Могут Ви, сам придумал, круто же? Это мой сценический псевдоним, но об этом позже… Так же Вишней и, надеюсь, это лишь из-за цвета волос, а не из-за того, о чем намекает постоянно мой лучший друг ─ они у меня огненно-красные. Ещё могут назвать Лисёнком, думаю, это из-за моей хитрой моськи, хотя это не точная информация ... Живу в общаге, у нас комнаты на двух человек. Сосед ─ мой хороший друг, Пак Чимин, хороший, добрый и жутко сексуальный. Все за глаза его называют «сладкий мальчик». У него охуительная фигура, круглый крепкий зад, пухлые розовые губы и шоколадные глаза со взглядом, от которого текут не только все девушки, но даже самые непоколебимые натуралы-казановы. Я сам лично видел. Ну, есть у него эта ни с чем не сравнимая притягательность, и всё тут. Мне он тоже нравится... Но как друг и только! Только как друг! Та-а-ак… Ещё есть друзья в соседней комнате. Там живет наш хён и наш макнэ. Хён ─ это Шуга, он же Мин Юнги, он же Сахарок. Весьма крутой парень с противоречивой натурой и мозгами гениального учёного. Учится лучше всех на курсе, но классический раздолбай! Пьёт, курит и не всегда сигареты. Зависает в клубах и каждую ночь имеет новую девчонку, а порой и не девчонку… да, есть грешок, были и парни, так он и не скрывает этого. Мы дружим уже больше двух лет, он - первый человек, которого я встретил по приезду в университет, и который, кстати, нехило мне тогда помог, но об этом тоже позже. Ещё есть наш младшенький… Наша Печенька… Нет, так называем его только мы, его настоящее имя Чон Чонгук. Он наш макнэ и самый любимый Кролик. Почему кролик? Гы-ы-ы… Это прозвище к нему прилипнет немного позже, когда наш малыш чуток повзрослеет и вступит в пору гормонального взрыва. Наша компашка недавно создала музыкальную группу. Поём там, танцуем… Уже выступали на региональных конкурсах и выигрывали вторые и третьи места, так-то! У нас есть даже продюсер, который обещал подписать контракт с весьма знаменитым агентством. Что ещё… Да не знаю, что ещё рассказать… Люблю учиться, мне серьёзно нравится! Можете не верить, но это факт! Ещё люблю своих друзей, прям обожаю! Люблю животных всяких там: котиков-щеночков… Мороженное и фастфуд. Петь люблю! Ноут свой люблю и снимать забавные селфи на телефон. Ну не знаю, что ещё… Всё сами скоро узнаете! Не ждите чего-то там охрененно интересного, хотя трэш всякого рода точно будет присутствовать… Гы-ы-ы… Сейчас я нахожусь в том прекрасном и самом ужасном периоде жизни, который называют стадией взросления и гормонального взрыва. Ох, всякое может случиться в эту пору, и я представлял самое худшее, зная свой сумасбродный характер, но... но такого, я и во сне после клубешника и дури не мог представить… Вам всё ещё интересно? Тогда начнём!

***

— Ты почему не спишь? — Юнги бесцеремонно плюхнулся на кровать в чужой комнате, нагло отвоёвывая побольше места для своей тушки. — А сам чего? — не отрываясь от монитора, поинтересовался Тэхён, от усердия высунув язык. — Подбери свой аппарат, не нарывайся на грех! — заржал хён. — Чё? — Говорю, язык убери, соблазняешь, — перевёл на нормальный, Юнги, удобнее устраивая зад на покрывале. — Отвали, озабоченный, — гоготнул Тэхён, на секунду посмотрев на довольно лыбившегося старшего. Тот достал пачку сигарет и закурил, вальяжно откинувшись на подушки. — Сколько раз я тебе говорил, не дымить у меня?! Я потом пол ночи выветриваю твой «аромат». — На что ты там пялишься? — слова младшего пролетели мимо хёна как дуновение ветерка, едва затронув его уши. Он расположил свои стройные ноги на его плече. Тэхён их тут же скинул, отвесив тумак. Юнги обиженно поджал их под себя. — Да так, нашёл одну программку, вот теперь осваиваю, ─ продолжил пялиться в экран Тэхён. — Не надоело? Пошли лучше в клуб, скучно, ─ не унимаясь, Мин стал ковырять большим пальцем ноги его бок, пытаясь отвлечь от ноута. — Говорю, отвали, хён… Хочешь ─ езжай, никто не держит. — Сука ты, Вишня. Когда тебе нужно, я тащусь за твоим задом! — Ага… — Чё «ага»? — Да, ты всегда тащишься от моего зада, — придал иное значение предложению Тэха, мысленно себе аплодируя, за что получил подушкой по огненно-красной башке. — За что?! — взвыл Тэхён, отбиваясь от Юнги. — Нарываешься, мелочь! — хрипел тот, проклиная его чёртов острый язык, с досадой признавая, что он прав. «Допрыгаешься когда-нибудь, прикушу я его тебе, ох прикушу…» Спас Тэхёна неожиданно вошедший сонный Чимин. Видать он только что принял душ и сейчас собирался на боковую. Оба, замерев, проводили Пака взглядом. Сладкий мальчик, в одном полотенце, вальяжно проследовал к своей кровати, играя очевидными мышцами, и сбросил ткань с обольстительной задницы, абсолютно не заботясь о том, что не один в комнате. Еле слышный стон сквозь сжатые губы со стороны наблюдателей… Чимин неторопливо натянул просторные шорты и футболку для сна и плюхнулся моськой вниз на пушистое покрывало. Юнги затянулся, выпуская колечками дым, оглядывая лежащую в позе морской звезды фигуру, мысленно уже кончая в этот упругий зад. Он давно задался целью оттрахать младшего, но не хотел торопиться, давая ему ещё чуток подрасти. Взгляд Тэхёна тоже гладил крепкую спину друга, стесняясь спуститься ниже, избегая участи быть застуканным. — Чима-а, — заискивающе пробасил Тэ, подзывая его к себе. — Да? — Посмотри, что я сделал. — Не хочу… — Ну Чим-Чима-а! — Отвали! — Ну пожа-а-лу-уйста-а-а! — канючил Тэхён. — Вот липучка! Ты не отстанешь, да?! — Ну! — признался Тэхён, интригующе улыбаясь. Пак демонстративно медленно встал и прошлёпал босыми ногами к постели друга. Тэха, довольно лыбясь, подвинул к нему монитор и заёрзал от нетерпения, предвкушая реакцию на подкол. — Что это такое, блядь?! Ты совсем ёбнулся, извращенец грёбаный?! — завизжал, словно девица, Чима, швыряя на пол ноутбук Тэхи. — Эй, вообще-то я на это половину вечера убил, неблагодарный! — творец нежно прижал к груди чудом уцелевшую технику. — Псих и извращенец! ─ не унимался парень, взъерошивая чёрную копну волос. — Повторяешься. «Извращенец» уже было! Чё не понравилось то? — Издеваешься, извращенец?! У тебя мозги совсем потекли, что ли? Или спермотоксикоз развился?! — Вот, опять это слово! Знаешь, это заставляет задуматься о твоём словарном запасе… — Шизанутый! — перешёл на фальцет Пак, выскакивая из спальни, словно ошпаренный. — Ты куда? А спать? ─ Тэхён растерялся от такого поворота событий. — Я буду спать сегодня у Гуки, а ты не смей теперь со мной даже здороваться! — донёсся удаляясь по коридору его голос. — Вернётся, — ухмыльнулся Юнги, его позабавила эта сценка. — Конечно, вернётся, куда он от меня денется? — подмигнул Ким, откидывая назад шелковистое пламя волос. — Так что ты там ему показал? Колись! — Ну-у… Может, не нужно? — Дай сюда, придурок, пока по-хорошему прошу! Юнги, крепко вцепившись в ноутбук, потянул его на себя. — Не-е-ет! — всё ещё сопротивлялся младший. — Да-а-ай! — протянул хён и, коварно улыбнувшись, неожиданно лизнул его пальцы. Тэхён взвизгнул, брезгливо дёрнулся и отпустил свою прелесть. Довольный Юнги открыл экран и охнул от увиденного. — Пиздец! Ну ты и правда извращуга! — восхищённо цокнул языком старший. В его глазах заиграли бесята, когда он принялся детально рассматривать фотошопленные иллюстрации «Камасутры». К фигурам, совокупляющимся в сложных позах, были приделаны лица Чимина и самого Тэ. Причём Чим-Чиму в основном отводилась женская роль. — Наверное, я пойду извинюсь. Кажется переборщил. — Да нормально, мне нравится! — заржал Мин Юнги. — Хён… А такое ты делал? —  Тэхён ткнул пальцем в экран на определенно абсурдную по его мнению позу. — Ты думаешь, что я чего-то из этого не знаю или ещё не умею? — Просто спросил, извини. — Поехали в клуб, всё равно делать нечего! А там первокурсницы будут свеженькие, — Юнги облизнулся и силком потащил младшего за собой. — Дай переодеться, хён, я что, по-твоему в этом должен переться?! — Только быстро, я пока машину подгоню! — Можно, я за руль, а? — попробовал Тэхён, натягивая новые и весьма дорогие джинсы. — Я только отремонтировал её после твоего прошлого выебона перед той блондиночкой! Ты хочешь окончательно добить мою старушку?! — Хорошо-хорошо, я просто спросил!

***

Вечер выдался насыщенным и продуктивным для обоих парней. Юнги, окружённый стайкой глупеньких подвыпивших первокурсниц, в позе падишаха восседал на огромном диване, покуривая кальян, а в кармане Тэхёна хранилась уже пара-тройка номеров новых милашек. Он любил ходить в клубы с хёном, хотя и не признавался в этом. С ним было всё намного проще: халявная выпивка (бармен был его знакомым и ещё кем-то, о чем Тэ пытался не думать), знакомство с девушками вообще в лёгкую! Сахарок становился центром любой тусовки и находиться в кругу его свиты было весьма привилегированно. — Поехали домой, а? Завтра к первой паре… Хён, я к тебе обращаюсь! — младший потряс за плечо Юнги, который ни в какую не хотел отрываться от губ пышногрудой девицы. — Я спать хочу, злыдень озабоченный, ну сколько можно сосаться?! — Тэхён ущипнул его за ухо, чем вызвал, наконец, ответную реакцию, но совсем не ту, на которую рассчитывал. Юнги зарычал и сорвался за ломанувшимся в страхе Тэхёном, шугая посетителей, и расталкивая стулья, пытаясь пнуть при первой же возможности мечущегося по клубу беглеца. Впрочем, погоня продолжалась недолго - обессиленный хён сполз по стене на пол, стирая со лба стекающий по обесцвеченной чёлке пот. Не менее запыхавшийся Тэ подкрался сзади к ослабевшей гончей и на адреналине никак не в силах образумиться отвесил лёгкий подзатыльник. Юнги обернулся и уничтожающе посмотрел на бессмертного. — Жить надоело, долбодятел?! — Хочу домой, ну, поехали-и, ─ Тэхён скорчил самую невинно-умоляющую физиономию и Юнги растаял.

***

— Ну, и где мне теперь спать? — Мин Юнги недовольно закрыл дверь в спальню, разглядев, что его кровать занял Чимин. — Пошли к нам! Можешь спать на моей постели… ─ Тэхён цапнул его за руку и поволок в соседнюю комнату. — А ты? — Я? А я рядом. Прости, но если Чим узнает, что я пустил кого-то на его кровать, он меня придушит ночью подушкой. — Вы стоите друг друга, психи! - проворчал Юнги, однако соглашаясь. Усталое тело однозначно требовало уже горизонтальной поверхности. — Он просто любит порядок и чистоту. И бесится, когда трогают его вещи! - стягивая с себя клубный аутфит, защищал друга Тэхён. — Ладно, не на полу же мне спать, — пробурчал Юнги, следуя его примеру, быстро скинул рубашку и брюки на стул, и забрался под одеяло по привычке в одних боксерах. Тэхён, пошатываясь от усталости и выпитого, запихнул свои вещи шкаф, натянул пижаму и нырнул в уже согретую постельку, тесня гостя. — Будешь лапать - покалечу! — предупредил хён, откидывая нагло протянутые для объятий руки. — Ты не в моем вкусе, парниша! — хмыкнул Тэхён, удобно устраиваясь рядом на спине и натягивая одеяло до самого носа. — Да кто вообще в твоём вкусе, придурочный?! Я ни разу не видел тебя в чьих-то объятиях. — Просто я не блядствую, как ты, и жду свою любовь. — Пока ты будешь ждать божественное создание, я перетрахаю всех девственниц и тебе никого не достанется! — Юнги насмешливо щёлкнул по густой огненной челке. — Сотрёшься! ─ парировал младший, потирая лоб. — Ты хоть с кем-нибудь уже того? — Отвали… - пробурчал Тэхён, поворачиваясь к нему спиной. — Не, то, что ты до сих пор целка, я в курсе. Ну, а там... потискать, пальцами, языком? - не унимался Юнги. Сон, так тянувший его в кровать ещё пять минут назад, куда-то запропастился. — А в глаз хочешь? — зыркнул из-за плеча Тэхён, становясь лицом того же цвета, что и волосы. — Ладно, прости, не хотел тебя обидеть, - миролюбиво сменил насмешливый тон на дружеский Юнги, поворачиваясь на бок, и явно намереваясь продолжить беседу. - Но с этим нужно что-то делать! Ты уже большой мальчик! Ты хоть целовался с кем-то? — Ну, было пару раз в том году, но как-то не задалось, — разоткровенничался, снова разворачиваясь на спину, попавшись на развод Юнги, пьяный Тэхён. — О, боги! Да ты ещё девственней, чем я думал! — пробормотал с каким-то недоверием Мин. — И что?! ─ стушевался Тэ. — Да так, ─ закусил губу хён, решив, что нужно завязывать с этим разговором. Они замолчали, каждый думая о своём. В тишине, наконец, к Юнги вернулся сон, и он, отвернувшись от младшего, уютно закутался в одеяло. Он почти уснул, когда его осторожно потрясли за плечо. — Шуга, — прошептал Тэхён над самым ухом. — Чего тебе, неугомонный, кто-то спать хотел, нет? - еле шевеля губами и не разлепляя век, проворчал Юнги. — Скажи, а что ты чувствуешь, когда целуешься? ─ так же тихо бухтя над ухом и задумчиво рисуя пальцем узоры на тонкой бледной коже плеча перед собой, поинтересовался Тэхён. Юнги повернулся и уставился на друга не моргая. — Расскажи, — тихо попросил Тэ, привстав и облокотившись на локоть. — Ну, это очень приятно и… блядь, не знаю, это не объяснить, тут показывать и самому чувствовать нужно. — Покажи, — робко произнёс вконец закосевший то ли от выпитого на голодный желудок алкоголя, то ли от первого столь откровенного разговора с другом Тэхён. — Чего? — Юнги поперхнулся от просьбы младшего, не веря своим ушам. Он всегда был уверен, что Ким Тэхён - натурал до мозга костей, а сейчас с чего-то сам просит его поцеловать! «Та-ак… Нужно запомнить и не давать столько пить этому ребёнку!» — Научи меня… очень нужно... ─ Ты серьезно? ─ не веря, вглядывался в глаза напротив Юнги, всё еще пытаясь понять, не очередной ли это развод от младшего. — Угу… Я наверное, что-то не так делаю, надо мной девушки смеются, говорят, что я бревно, и ничего не умею! — чуть не плача пожаловался Тэхён. На несколько секунд повисла тишина. Юнги всё ещё недоверчиво оценивающий происходящее, решился. — Ну, хорошо, иди сюда. М-м... а тебя не смущает, что это буду я, и я очень сильно не девушка? — Нет, наверное. Я тебе доверяю. Только никому не говори, ладно, хён? А это отличается, ну… когда с мужчиной? — Не говори херни! Губы есть губы, у всех одинаковые. — Тогда давай! — сжигая все мосты, Тэхён решительно потянулся к лицу хёна, сложив губки трубочкой. Тот усмехнулся, оценивая милашность мордахи напротив, и толкнул Тэхёна на подушки, нависая над ним. Так же улыбаясь, он осторожно провёл по его губам большим пальцем, расслабляя их. И, чуть помедлив, наклонился, касаясь своими губами нежно и очень аккуратно. Через секунду Мин отстранился, проверяя реакцию ─ в рожу получить он точно сегодня не планировал. Лицо младшего располагало к продолжению: глаза приоткрыты и смотрят сквозь тёмные ресницы с интересом. — Ну, хорошо-хорошо, — сдался Юнги и прильнул к его губам, совершая роковую ошибку. Он обвёл их языком, раздвигая для дальнейшего проникновения. Тэхён затаил дыхание, пытаясь понять, что же сейчас чувствует. Это было как-то совсем необычно, но жутко приятно… Его нижнюю губу уже посасывали, отчего в голове начали путаться мысли. Он почувствовал, как в него проникает горячий настойчивый язык, тут же отключая напрочь мозг. Юнги на правах ведущего мастер-класса искренне старался оставить самые приятные впечатления о первом для Тэхёна поцелуе. Постепенно тот начал неловко отвечать, жадно повторяя движения за ним. И поцелуй стихийно кажется перешел из категории «первый нежный почти невинный» в категорию «ебать, я его сейчас трахну». Юнги уже не сдерживал себя, вовсю терзая губы Тэхёна, сам сходя с ума от столь наивно-доверчивого тонсена. Тот застонал во весь голос от дикого возбуждения, и хёна это резко привело в себя. Опомнившись, он отстранился и выдавил из себя ехидную лыбу. — Ещё… — не замечая насмешки, простонал КимТэ, притягивая его за шею. — Харэ! Всё, тормози, придурок! Я тебе не тренажер, азы я тебе показал, теперь ищи себе девушку и оттачивай мастерство на ней, а я - спать! Пытаясь сам успокоиться и отгородиться, Юнги закутал младшего в одело, создавая вокруг кокон с наглой пьяной гусеницей внутри. — Юнги… — послышалось через минуту. — Спи, пьянь. — Ну Юнги… Мне понравилось. — Ещё бы тебе не понравилось, — самодовольно хмыкнул Юнги. — Не-е, правда, понравилось… ─ Тэхён загадочно заулыбался. — Да я в курсе, что хорошо целуюсь! Смотри, не влюбись в меня, мне твои щенячьи глазки нахер не нужны! — Не смеши, хён, — глупо захихикала одеяльная гусеница, уютно утыкаясь в грудь Юнги носом. — Ага, пиздец, как смешно! — грустная улыбка в ответ. — Спокойной ночи, Юнги-хён, — счастливо вздохнул младший, в который раз облизывая свои губы, не веря, что с кем-то по-настоящему целовался. — Да, спокойной, — вздохнул гуру поцелуев, оценивая дубовый стояк у себя в трусах. Он откинулся на спину, изнывая от желания и отодвигаясь от соблазна, зажмурил глаза, но Тэхён, как на зло, принялся барахтаться в своей смирительной рубашке-одеяле и, выпростав руку, обнял его за плоский вздрагивающий от напряжения живот. — Хён, ты классный… Такие губы. Как сахар, — бормотал засыпая Ким. — Да спи уже, Вишня, — улыбнулся Мин, чмокнув младшего в огненную макушку. — Спи. И, очень надеюсь, завтра ты этого не вспомнишь.