Ты мне друг?

Уже которое их выступление вместе, а он все так же не волен подойти к нему. Хотя нет, подойти-то можно… Можно обнять и даже прижать к себе, чуть задержавшись рядом. Им позволены жалкие крохи – обрывки, сгораемых внутри него эмоций. Так, легкое отступление от заданной программы. Потому что они не парочка для игрищ во имя любви фанатов. Точнее, ему есть к кому подходить для этой самой любви, а у Донхэ есть своя половинка – для игрищ. И эти самые игрища, полугодовалой давности, он сейчас наблюдает, сидя в одиночестве в гостиной спящего общежития СуДжу. Вроде бы и не противно смотреть на то, как его наваждение тискает Шивон или тянется облобызать Хек, нет, он привык к этому. Только там, на сцене, все по-другому, а сейчас, смотря в монитор ноутбука, Сонмин ревновал. Кадры с «ЫнШиХэ» были повсюду, иногда рядом с ними мелькала и его, тогда еще темная, макушка. Никогда бы этого не видеть… Но, словно приклеенный, взгляд не желал опускаться ни ниже, ни выше, вцепившись в зажмуренные глаза и плотно сжатые губы, к которым тянулся одногруппник. Тяжелое и липкое чувство ворочалось внутри, тянуло свои мерзкие щупальца к разуму, навязывая мысль, что Донхэ приятно обжиматься с Хеком, а может и радуется, когда Шивон его раздевает, а толпа рукоплещет их выкрутасам… Боль в области сердца стала привычной за годы безответного чувства, что прячется в несмелых касаниях и взглядах из-под ресниц. Да сколько уже можно!.. Парень хлопнул крышкой ноутбука обрывая просмотр видео. Тянуло «под ложечкой», напоминая об отказе ужинать. Блондин чуть скривился и огорченно взъерошил волосы, нельзя… Ему нельзя терять форму. Уже задергали этим «Пышка-Мин». Только вот больному желудку было наплевать, и он требовал свое. Злость и голод - причины язвы, и заболеть можно серьезно. И вот это уж никак нельзя. Да и срыв графика наказуем… Маленькая баночка овощного пюре притупила разгулявшийся аппетит, но никак не улучшила самочувствие, и мрачный Сонмин, мысленно убивая того, кто придумал, что рыбные – парочка, а он – розовый кролик, годный лишь для экспериментов эвил-макнэ, побрел к себе. Фансервис, только фансервис, но… Все-таки хорошо, что они разъехались с мелким. Пусть Кюхен ни при чем и находится в таких же условиях, но одно только его наличие на соседней кровати, всколыхивало в Мине плохо поддающееся контролю раздражение. Уже личная комната встретила блондина спокойствием и прохладой. Лунный свет терялся в занавесках и нежно касался темных волос парня, лежавшего на его кровати. Сонмин замер, узнав гостя. Донхэ. Мечта… Сон… Или явь? Мин кашлянул и потер глаза. Видение село в кровати и улыбнулось извиняюще. - Прости, хен, я задремал, кажется… - Что-то случилось, Хэ? – голос старшего слегка дрогнул выдавая волнение. - Нет, ничего такого, - начал Донхэ, и блондин сфокусировался на светлой полоске зубов, блеснувшей в улыбке парня, почти забывая, что надо дышать. - Наверное, ты посчитаешь меня глупым, но мне кажется, в последнее время, ты меня все больше избегаешь. Мин рвано выдохнул. – Да не удивляйся так… и ответь, пожалуйста, мне на самом деле важно знать… Сонмин, мы еще друзья? - Играем «правду или что-то там еще»? – попытался отшутиться старший. - Значит, не показалось. Донхэ встал с кровати, одергивая смятую одежду дрожащими пальцами. - Я обидел тебя чем-то? Правду, хен, только правду. Ты мне друг? - Нет. Хэ застыл. Когда он шел к одногруппнику, то особенно не задумывался, как отреагирует тот на подобный поздний визит. К старшему накопились вопросы, и главный, что волновал парня, почему дорогой ему человек, упрямо старается не пересекаться с ним. Сколько раз Донхэ замечал, что Сонмин избегает его объятий на сцене, а иногда, намеренно играя на публику, сам прижмется и тут же отстраняется. И смотрит, смотрит так, что все внутри обрывается под этим взглядом. Будто без вины виноват… В эти мгновения Донхэ хотелось пнуть нагло лапающего Шивона и послать подальше Хека, а вечного макнэ, обнимающего Сонмина, вообще стереть с лица земли. Потому что сам, до дрожи в пальцах, желал взять за руку, вцепиться, притягивая к себе. - Что именно «нет»? – Донхэ хотел что-то еще добавить, но Сонмин, в пару шагов сокращая расстояние между ними, толкнул его обратно на постель. - Если правду, Хэ,- «будь, что будет, так больше нельзя…», - то все – «нет», - блондин навис над удивленно замершим парнем, выдыхая свой ответ в приоткрытые, чуть влажные губы. - Нет, не обидел. И, нет, не друг. Донхэ не отстранился, лишь опустил подрагивающие ресницы, и Сонмин боялся шевельнуться, стараясь сдержать себя, давая младшему возможность обдумать им сказанное. - Прости, Донхэ, я не могу, да и не хочу, быть «просто другом». Ты – Мое Восточное Море - и я уже тону в этих водах. Ты – Моя Золотая Рыбка – и у меня лишь одно желание. Не уплывай от меня, не оставь одного в этой пучине, дай шанс спастись. Дай нам шанс Донхэ… - Глупый, какой же ты глупый… - пробормотал Хэ, цепляя пальцами ворот рубашки блондина, - Мой самый романтичный хен, совсем-совсем не друг… - и, подавшись вперед, осторожно накрыл своими губы Сонмина, наконец-то притягивая его к себе…