Противостояние зверя

      Они знают.       Они знают, кто он. Они знают, что он лгал им в течение года. Римус Джон Люпин никогда в жизни не был так сильно напуган. Он сел на свою кровать, крепко обнял колени, прижав к груди, и сильно зажмурил веки.       Они знают.       Римус не мог точно определить момент, когда они поняли, кем он является, но уже осознавал, как давно они начали, по крайней мере, подозревать его, и насколько был глуп, не заметив этого раньше. Как они бросали взгляды на него, когда думали, что он не смотрит. Как они всегда казались нервными рядом с ним. Как они слегка, осторожно отодвигались от него во время обеда. Люпин был уверен, что собирался потерять самых близких друзей, которые у него когда-либо были.       «Чем я заслужил это?» — горько размышлял он.       «Ты монстр,» — прошептал голосок на задворках сознания. — «Ты с самого начала не заслуживал их дружбы».       Обычно он старался не обращать внимания на голос, но на этот раз его было сложно не замечать.       «Ты подвергал их опасности,» — продолжал тот. — «Ты мог даже убить их. Или хуже, превратить в такое же грязное животное, как ты».       Римус почувствовал, как слёзы навернулись на глаза. Даже если мальчик и заслуживал то, что вот-вот произойдёт, это не значит, что от этого становилось легче. За дверь вдруг послышались шаги. Сердце ёкнуло, когда дверь открылась, представив взору Джеймса Поттера и Сириуса Блэка с поднятыми волшебными палочками, указывающими прямо на него. Он ахнул и снова ощутил слезы, угрожающие пролиться. Ничто в мире не могло подготовить его к страху и ненависти на лицах друзей.

***

      Питер предпочел не идти с ними, и Джеймс не винил его в этом. Он чувствовал, как бешено колотится его сердце, когда думал о столкновении с оборотнем. Однако не только страх испытывал Поттер этой ночью. Он повернулся к Сириусу и посмотрел в его пылающие яростью глаза. Мальчик понимал, как именно тот себя чувствовал.       — Ты готов? — прошептал друг. Тот в свою очередь кивнул, и оба вытащили палочки из мантий, медленно продвигаясь к комнате, которую они делили с Люпином.       «Которую они делили с оборотнем», — пронеслось в голове. Он вздрогнул, задаваясь вопросом, как много ночей провёл рядом с кровожадным существом, того не зная.       Быстрее, чем хотелось Поттеру, они достигли двери. Медленно и слегка дрожа, он потянулся к ручке. Глубоко вздохнув, открыл дверь. Через секунду он заметил мальчика, но увидев его, Поттер внезапно ощутил очередную волну страха. Они лицом к лицу столкнулись с оборотнем.       — Римус, — начал Джеймс, как можно спокойнее и холоднее, взглянув в испуганные глаза юноши.       «Испуганные?» — подумал он, слегка опешив. Нет, это не может быть правдой. Он оборотень, монстр. Конечно, Римус не боялся.       Но Джеймс смотрел на него, как на когда-то лучшего друга, и не мог не почувствовать небольшой приступ сочувствия к выглядящему жалко Римусу, который сидел на кровати, слегка дрожа и прижимая колени к груди.       «Прекрати!» — думал Поттер, пытаясь совладать с собой. Он, вероятно, просто притворяется, пытаясь обмануть снова. Лживый ублюдок.       Однако прежде, чем тот успел собраться с мыслями, Сириус продолжил разговор за друга.       — Мы знаем, кто ты, — сказал он, серые глаза пылали от ярости. — Мы знаем, ты оборотень! — выплюнул он последнее слово с такой злостью, что даже Джеймс вздрогнул.       Сириус приоткрыл рот, чтобы начать говорить снова, но прежде чем успел произнести хоть слово, Римус разразился рыданием. Потрясенный Поттер оступился назад. Он ожидал бурной реакции Люпина, что тот попытается напасть на них в попытке сбежать. Вот почему они нацелили палочки на него. Тем не менее это была совершенна не та реакция, которую предполагал. Гриффиндорец оглянулся через плечо Сириуса и увидел, что тот был не меньше его удивлён внезапной истерикой. Двое из них стояли, слишком потрясенные, чтобы говорить, наблюдая, как слезы текли по его щекам. Вдруг молодой оборотень посмотрел на них.       — П-пожалуйста, — запинался он. — Я-я не хочу больше л-лгать вам. Я-я… — Юноша в очередной раз разразился рыданиями.       «Мерлин, что с тобой не так, Джеймс?» — негодующе размышлял он. — «Это же Римус!»       Юноша не понимал, как смог убедиться в том, что заботливый Римус, который никогда б и мухи не обидел, был каким-то кровожадным монстром. Прежде чем он понял, что произошло, Поттер опустил палочку и забрался на кровать к другу. Он притянул дрожащего мальчика в объятья и почувствовал, как тот напрягся. Люпин посмотрел на него, смущение перемешалось вместе со страхом и печалью в его больших зелёных глазах.        — Римус, — мягко начал Поттер, — извини. Не знаю, что со мной произошло. Я вел себя как идиот, думая, что если ты оборотень, то это меняет что-то. Пожалуйста, прости меня.       — Да, — заговорил Сириус, хотя Джеймс заметил раздражение в его голосе. Он смотрел, как темноволосый мальчик покачал головой, как будто избавлялся от какой-то абсурдной мысли. — Извини меня, такого засранца. Я, я не должен был… Я просто думал… — Сириус затих, и Джеймс почувствовал, что раздражение в его голосе исчезло. Он взглянул через плечо Римуса в серые глаза друга, наблюдая лишь сдерживаемое беспокойство и вину. Тот понимал, что чувствует оный.

***

      — В-вы не ненавидите меня? — Римус Джон Люпин никогда не был в жизни настолько смущенным.       — Конечно же нет! — воскликнул Джеймс, обнимая его ещё крепче.       — Ты наш друг! — добавил Сириус, забираясь на кровать и присоединяясь к объятиям. — Это ты должен ненавидеть нас за нашу реакцию. Друг. Римус резко оторвался от объятий и посмотрел в глаза ребят. Он больше не видел в них страха или ненависти. Вместо этого видел только теплоту и сострадание. В третий раз за ночь тот почувствовал бегущие по щекам слезы. Но на этот раз он улыбнулся, и понял, что это слёзы радости.