Дочка Мародера

      Казалось, что никто до конца еще не поверил в победу. Но оставшиеся в живых сторонники Волан-де-Морта бежали, а некоторые просто сдались, как только до них дошло, что их повелитель мертв. А все, кто сражался против Волан-де-Морта и выжил этой ночью, кричали от радости, поздравляли друг друга с победой. Останки Волан-де-Морта вынесли из замка, решив позже закопать их где-нибудь подальше от школы и деревни. Мадам Помфри бегала от одного тяжело раненого к другому, стараясь оказать первую помощь тем, кому это было больше всего необходимо. МакГонагалл вернула факультетские столы на места, но сейчас все сидели как попало. Учителя, ученики, родители и привидения смешались за длинными столами. Те, у кого в крови еще бурлил адреналин, собирали всех погибших и укладывали их вдоль стен в Большом зале.       Солнце стояло прямо над Хогвартсом, и Большой зал был полон жизни и света. Без Гарри не могли обойтись ни восторги, ни горе, ни празднование, ни траур. Все хотели, чтобы их лидер и знамя, спаситель и вождь был сейчас с ними; похоже, никому не приходило в голову, что он страшно устал и что ему страстно хотелось сейчас побыть лишь с несколькими близкими. Он должен был говорить с родственниками погибших, пожимать их руки, глядеть на их слезы, принимать их благодарности, он должен был выслушивать поступавшие целое утро новости о том, что по всей стране люди, пораженные заклятием Империус, пришли в себя, что Пожиратели Смерти бежали или были арестованы, что невинно осужденных сию минуту отпустили из Азкабана.       — Извините, но я, пожалуй, заберу у вас своего крестника, — неизвестно как оказавшись за спиной Гарри, сказал Сириус.       — Ты мой спаситель, Сириус, — прошептал Гарри, когда они отошли от тех, с кем он разговаривал.       — Теперь ты мне должен, — ухмыльнулся Сириус.       — Куда мы идем? — спросил Гарри, когда крестный вывел его из Большого зала.       — Хочу кое-кого найти, — сглотнув, ответил Сириус.       Гарри нахмурился, но больше ничего не спросил, понимая, что мужчина явно говорил о ком-то погибшем.       — А где Нерисса? — через пару минут спросил Гарри.       — Доре стало плохо, а Нерисса убежала за ней, — рассеянно ответил Сириус. — Лунатик тоже побежал бы за ними, если бы мог. Но его мадам Помфри сейчас осматривает, он сидит с каким-то несчастным видом.       Сириус выдавил из себя улыбку, когда крестник вновь внимательно посмотрел на него, но ничего не сказал. Заметив впереди знакомую фигуру, мужчина нервно сглотнул и замер в двух метрах от тела, лежащего на полу.       — Это Беллатриса Лестрейндж? — удивленно воскликнул Гарри.       — То есть, смерть моей кузины тебе кажется необычнее смерти Волан-де-Морта? — нервно усмехнулся Сириус, присев на корточки рядом с женщиной. — Ее убил Долохов.       — Долохов? Они же союзники, — растерялся Гарри.       — Долохов хотел убить… Нериссу, но в последний момент Белла ее оттолкнула, — пояснил Сириус. — Не задавай этот вопрос, я не знаю на него ответа, — прибавил он, заметив, что Гарри открыл рот.       — Ты хочешь ее похоронить? — наконец спросил Гарри, пытаясь понять, зачем они сюда пришли.       — Да, я хочу ее похоронить, — кивнул Сириус. — Она погибла, спасая мою жену, пусть это будет моей благодарностью.       — Одна спасенная жизнь не делает ее лучше, — буркнул Гарри.       — Ты не понимаешь, Гарри. Никто не поймет, — снисходительно улыбнулся Сириус. — Я всегда думал, что либо она меня убьет, либо я ее. И не было других вариантов. Но, думаю, она не была готова дать мне победить ее, а жить ей уже давно надоело.       — Мне казалось, ты ее ненавидишь, — нахмурился Гарри.       — О мертвых говорят либо хорошо, либо никак, — хмыкнул Сириус, рассматривая знакомые черты лица.       Губы женщины были растянуты в улыбке. Не в безумной улыбке, не в злобном оскале, это была счастливая улыбка, которую последний раз он видел так давно, что это кажется просто сном, а не реальностью. Не было безумно-веселого взгляда серых глаз из-под тяжелых век, потому что глаза были закрыты. А длинные бледные пальцы все еще сжимали волшебную палочку.       Сириус осторожно провел подушечками пальцев по ее щеке. Кожа была обжигающе холодной, белой, словно это мраморная статуя, одетая в длинное черное платье. Сириус осторожно поднял ее на руки и выпрямился. Не говоря ни слова, он двинулся обратно к Большому залу. Гарри поспешил следом, пытаясь понять, что же было между двумя представителями рода Блэк.       Многие с удивлением посмотрели на Сириуса, когда он вошел в Большой зал. Но мужчина не обратил ни на кого внимания, осторожно опустив тело женщины на пол, подальше от остальных павших в бою. Он аккуратно положил руки женщины ей на живот, оставив волшебную палочку под ее ладонью.       — Что ты делаешь, Блэк? — несколько удивленно спросил проходивший мимо Снейп.       — Пусть лежит, она уже никому ничем не помешает, — пробормотал Сириус, накрыв тело черной простынью. — Не видел Риссу?       Зельевар отрицательно покачал головой, окинул Блэка внимательным взглядом и продолжил свой путь. Сириус устало опустился на пол. Гарри, немного помедлив, сел рядом.       — Все Уизли живы. Большая часть Ордена тоже уцелела, все профессора живы, — прикрыв глаза, сообщил Сириус.       — Есть кто-нибудь важный для тебя, кто не выжил? — быстро спросил Гарри, боясь передумать.       — Аластор Грюм, — шепотом ответил Сириус. — Остальных я знал слишком плохо.       — Так странно. Мне почему-то казалось, что его нельзя убить, как и Дамблдора, — пробормотал Гарри.       — Не тебе одному, — вздохнул Сириус. — Думаю, хорошо, что он погиб. Мир без войны не для него. Он не сможет спокойно жить в таком мире, слишком много сражений выпало на его долю.       — Никто из нас не сможет спокойно жить, — раздался рядом немного хрипловатый мужской голос.       — Лунатик, неужели тебя перестали пытать? — открыл глаза Сириус. — Какой ты… перевязанный, — прибавил он, рассматривая забинтованную руку и перевязанное колено друга.       — Очень смешно, — буркнул Римус, осторожно присев на скамью напротив анимага. — Ты не знаешь, куда делись Нерисса с Дорой?       — Мне бы самому хотелось узнать ответ на этот вопрос, — отозвался Сириус. — Не сидится им спокойно.       — Ты как, Гарри? — спросил Римус, оглянувшись на вход в зал.       — Нормально, устал только, — честно ответил Гарри. — А вы?       — Неплохо, мадам Помфри вечно все преувеличивает, — фыркнул Римус.       — Вот когда-нибудь у вас загноится рана, мистер Люпин, и вы поймете, что я ничего не преувеличиваю, — недовольно фыркнула пробегающая мимо медсестра. — Мистер Блэк…       — У меня нет никаких ран, честно, — тут же заявил Сириус.       — Не ведите себя как ребенок. Как только у меня выдастся свободная минутка, так и проверим, насколько вы честны, — сказала ему мадам Помфри. — Вас, мистер Поттер, это тоже касается!       — Я могу хоть каждый день убивать самопровозглашенного Темного Лорда, но мадам Помфри на это не обратит никакого внимания, — вздохнул Гарри.       — Женщины все такие, — отмахнулся Сириус. — Ты можешь быть Министром Магии, но ты все равно будешь подчиняться женщине. Матери или жене, уже не так важно.       — Неужели ты жалуешься, дорогой мой? — насмешливо спросила Нерисса, подходя к ним.       — Нет, тобой можно только хвастаться, но лучше я воздержусь от этого, — улыбнулся Сириус.       — Дора, все хорошо? — обеспокоенно спросил Римус, тяжело поднявшись на ноги.       — Просто прекрасно! — светло улыбнулась Тонкс, подходя к мужу. — Сядь обратно, не строй из себя героя, — опуская его, прибавила она.       — Где же вас носило? — наклонив голову, спросил Сириус.       — Выясняли кое-что, — пожала плечами Нерисса, усевшись на пол между Гарри и своим мужем. — Гарри, ты чего сидишь с таким кислым видом?       Гарри пожал плечами и тяжело вздохнул.       — Что вы выясняли? Какие проблемы вы уже успели найти? — обреченно вздохнув, спросил Сириус.       — Если это и проблема, то явно не наша, — усмехнулась Нерисса, положив голову ему на плечо. — Пусть с ней разбираются Люпины.       Римус перевел взгляд на свою жену, которая почему-то с интересом рассматривала пол у себя под ногами. Но ее волосы медленно принимали нежно-розовый оттенок.       — Дора, что случилось? — все больше нервничая, спросил Римус.       Тонкс бросила быстрый взгляд на Нериссу, которая ей подмигнула. Нервно сглотнув, она придвинулась ближе к мужу, надеясь на то, что он воспримет новость нормально, насколько это вообще возможно в данной ситуации. Подняв глаза, она встретилась с внимательным и настороженным взглядом золотисто-карих глаз. Осторожно положив руки на плечи мужчины, она мягко произнесла:       — Римус, кажется, у нас скоро будет малыш.       Ей казалось, что время просто остановилось, пока она ожидала хоть каких-то ответных действий. Она видела, как в его взгляде промелькнуло недоверие, затем удивление, которое сменилось паникой, место которой тут же заняла радость. Уголки его губ дрогнули в улыбке.       — Не думаю, что это проблема, — прошептал Римус, прежде чем впиться в ее губы поцелуем.       — Это, конечно, не проблема, пока этот малыш не родится, — пробурчал Сириус, крепче прижимая к себе жену.       — Может, ты знаешь, кто будет у них? — со смешком спросила Нерисса, явно намекая на его уверенность в том, что у них будет дочь.       — Без понятия, — улыбнулся Сириус. — Но их ребенок просто обязан быть метаморфом!       — Поживем, увидим, — пробормотала Нерисса.       — И почему Бродяга уже знает о нашем ребенке больше нас? — тихо спросил Римус, обнимая до неприличия счастливую Тонкс.       — Собачье чутье, — расхохотался Сириус.       — А когда Лили была беременна, ты что предполагал? — с интересом спросила Нерисса, заметив, как насторожился Гарри.       — Он был уверен, что это будет мальчик, хоть Джеймс очень хотел девочку, — ответил Римус. — Сохатый потом твердил, что это Сириус им сына напророчил, говоря об этом каждый день.       — Пф… Как будто это от меня зависело, — фыркнул Сириус. — В любом случае, этот олень был явно не против сына.       — Да, именно поэтому он чуть не потерял сознание, когда впервые увидел Гарри, — хмыкнул Римус.       — Надеюсь, он не держал меня в тот момент на руках, — пробормотал Гарри.       — Нет, на руках тебя держал Сириус, — отозвался Римус.       — Потому что акушерка решила, что отец я, — передернул плечами Сириус.       — А что ей еще делать? Перед ней стоят трое бледных идиотов, а она и так уставшая…       — Отец в полуобморочном состоянии, а ты еще после полнолуния не лучше Сохатого выглядел, вот она и отдала его тому, кто по ее мнению выглядел лучше остальных, — закончил Сириус.       — Видишь, Гарри, у тебя жизнь веселой была с первых минут жизни, — хохотнула Нерисса.       — И почему я не удивлен, — пряча улыбку, вздохнул Гарри.

***

      Нерисса закусив губу наблюдала за мужем. Они сейчас были на кладбище рода Блэк. Могил здесь было много, одни выглядели совсем запущенными и никому не нужными. Те, что были посвежее, еще хранили свое величие, которое не покидает представителей этого рода и после смерти.       Сириус медленно отошел от могилы и встал рядом с женой. Чуть в стороне от них стояли Нарцисса и Андромеда, обе явно не знали, как лучше воспринимать смерть сестры. Раньше они ее, безусловно, любили. Но можно ли сейчас вспомнить о той Белле, когда на надгробии ясно написано имя — Беллатриса Лестрейндж.       — Я ее так и не победил, — грустно усмехнулся Сириус. — Но и она меня не одолела!       — Нет, не одолела, — согласно кивнул Нерисса. — Но она погибла так, как сама захотела. Она тебя перехитрила!       — Я ей за это благодарен, — честно сказал Сириус. — Никогда бы не смог простить себе, если бы убил ее. Странно, конечно! Но это факт!       — А как она погибла? — осторожно спросила Нарцисса, до этого хранившая молчание.       — Я была уверенна, что ее убил именно ты, — прибавила Андромеда.       — Она спасла меня, — ответила Нерисса. — В нее попало Убивающее проклятие, которое предназначалось для меня.       Сестры несколько удивленно переглянулись. Явно не такого ответа они ожидали. И они, видимо, тоже понятия не имели, почему их сестра так поступила.       — Цисси, я так понимаю, ты собираешься вернуться в Малфой-мэнор? — спросил Сириус, когда они шли к выходу с кладбища.       — Почему ты так решил? — слишком поспешно спросила Нарцисса.       — Я ведь не слепой, — усмехнулся Сириус.       — Тогда, может, ты скажешь, почему Дора и Римус такие счастливые? — спросила Андромеда.       — Понятия не имею, — с широкой улыбкой соврал Сириус.       — Нарцисса, а ты не боишься наступить вновь на те же грабли? — серьезно спросила Нерисса.       — Думаешь, не стоит верить Люциусу? — нахмурилась Нарцисса.       — Я бы на твоем месте не торопилась. Сначала убедись, что он изменился и действительно хочет, чтобы ты к нему вернулась, — просто ответила Нерисса. — Но решай сама! Мои советы лучше игнорировать, — прибавила она.       — Если, конечно, хочешь оказаться в глупом положении, — со смешком прибавил Сириус. — Единственный совет, который от нее не стоит слушать, это то, что ее советы нужно игнорировать. Ко всему остальному лучше прислушиваться.       — Я подумаю! — вполне серьезно сказала Нарцисса, прежде чем трансгрессировать.       — Так, ты не ответишь на мой вопрос? — снова спросила Андромеда.       Сириус снова улыбнулся и покачал головой.       — Нерисса? — женщина перевела взгляд на его жену.       — Знаете, я всегда хотела братика, — улыбнулась Нерисса.       Миссис Тонкс с минуту внимательно смотрела на нее, словно надеясь узнать, о чем же она думает. Потом медленно кивнула, попрощалась и исчезла с негромким хлопком.       — Какая же ты лисица, — прошептал Сириус, прижимая ее к себе. — Объясни, зачем ты подталкиваешь Малфоя к Цисси, даешь ему советы. А Нарциссу наоборот отталкиваешь от него?       — А чтобы Малфой понял, что за свое счастье надо бороться, что в этом мире ничто не достается просто так, — ответила Нерисса. — Вот и посмотрим, сможет ли он добиться желаемого или же отступит при первых же трудностях.       — И все-таки тебе стоило бы учится на Слизерине, — вздохнул Сириус.       — Тебе это не нравится? — вздернула бровь Нерисса.       — Мне все в тебе нравится, особенно твое желание во всем добиваться самой высшей отметки. Будь это всего лишь письменная работа или простая помощь, — прошептал Сириус, опалив щеку горячим дыханием. — У меня есть к тебе лишь один вопрос, ответ на который я так и не получил, — заглядывая ей в глаза, тихо прибавил он.       — Так задай его, — попросила Нерисса, невольно напрягшись, что-то в его взгляде ее насторожило.       — Почему я? — выдохнул Сириус. — Ты могла выбрать любого. Каждый был бы счастлив иметь такую жену. Так, почему повезло именно мне?       Нерисса задумчиво прикусила губу, пытаясь придумать ответ. Она ведь и сама не знала, почему он. Разве можно приказать себе влюбиться, разве можно решить, кого любить? Что ее могло привлечь в грязном, тощем преступнике, пусть и невинно осужденном, который жил в пещере вместе с гиппогрифом и питался крысами.       — Сначала это было любопытство, — тщательно подбирая слова, начала Нерисса. — Я просто хотела понять, почему нет никакой опасности, если все кругом твердят, что ты сумасшедший, что ты убийца. Потом желание хоть как-то помочь человеку, на долю которого выпало столько испытаний. Я не знаю, как так получилось, что я влюбилась в тебя. Но тогда я уже многое о тебе знала. Ты сам мне рассказывал, да и я сама довольно наблюдательна. Это была всего лишь первая влюбленность, которая быстро прошла. — Она тяжело вздохнула. — Но стоило увидеть тебя снова, как эта влюбленность вновь дала о себе знать. Я ни на что никогда не рассчитывала. Единственное, чего я хотела, это быть для тебя хотя бы другом. Стать человеком, которому ты бы мог доверять, мне бы этого хватило.       — А потом я сорвался, — усмехнулся Сириус.       — Да, я тоже сорвалась. Мне хватило одного твоего взгляда, чтобы понять, что ты меня не отпустишь, но и не подпустишь больше настолько близко. А я все равно ребенок, я всегда иду напролом, мне говорят: «Нельзя!» — я делаю наоборот. Наверное именно после той первой ночи я точно решила, что не дам тебе отступить. — Нерисса положила руки ему плечи. — Кто же знал, что тебя нужно было лишь немного подтолкнуть в нужную сторону.       — И все же, это не ответ, — заметил Сириус.       — Я люблю тебя, потому что я так хочу! Люблю вопреки всему! Я лиса, Сириус, но мою любовь заслужить так же сложно, как и любовь волка. И я однолюб, мне нужен только ты, потому что я чувствую себя нужной рядом с тобой! — Она немного приподнялась на носочках. — Такой ответ сойдет?       — Более чем, — улыбнулся Сириус, прежде чем наклониться и поцеловать ее.

***

      В Большом зале было шумно, все веселились, празднуя победу. За месяц Хогвартс был восстановлен, мертвые оплаканы, и теперь все было готово к новому учебному году. И все благодаря общим усилиям. В Министерстве Магии тоже произошел переворот. Пост Министра занял Кингсли, что сильно никого из участников войны не удивило.       А сейчас веселились все, даже Снейп, который, к великому удивлению самого зельевара, оказался в компании Мародеров и их потомков, сбежать он не пытался, поскольку первые три попытки окончились неудачей. А Дамблдор лишь улыбнулся, встретив просящий о помощи взгляд своего бывшего шпиона.       Нерисса передала дочь мужу, сказав, что скоро вернется. Встав, она направилась прямиком к директору. Она знала, что тот хочет о чем-то ей сказать. Откуда она могла это знать? Просто чувствовала, поняла по его взгляду, брошенному на нее поверх очков-половинок. Директор медленно брел между столами, даже не взглянув, на девушку, идущую рядом.       — Мне недавно прислали результаты из Академии за твои работы, — как бы невзначай сообщил Дамблдор.       — Признаться, я о них уже и забыла, — хмыкнула Нерисса.       — Да, с такой насыщенной жизнью мелочи всегда исчезают из виду, — улыбнулся Дамблдор. — Но мне казалось, учеба никогда не была для тебя чем-то важным, всего лишь возможностью узнать что-то новое.       — Верно, я всегда стремлюсь к знаниям только ради того, чтобы удовлетворить любопытство, — согласно кивнула Нерисса. — Я человек дела, но никакое дело нельзя сделать без знаний. Так, что вы хотели мне сказать?       Дамблдор на мгновение замер, окидывая ее оценивающим взглядом, после чего продолжил свой путь дальше.       — Ты уже знаешь, чем займешься после окончания Академии? — наконец спросил директор.       — Стану частным адвокатом, — сразу же ответила Нерисса. — Посмотрим, чего я смогу добиться своими силами.       — Правильно ли я понимаю, ты заранее отказываешься от любой помощи? — несколько удивленно спросил Дамблдор.       — Да, так будет интереснее. Хочу всего добиться своими силами, ведь это намного сложнее, чем пользоваться дружбой с Альбусом Дамблдором и Министром Магии, — невозмутимо пояснила Нерисса. — Может, теперь вы скажете мне, чего добиваетесь? Зачем помогаете мне?       — А разве ты не заслужила помощь? — лукаво сверкнул глазами директор. — За два года ты сделала больше, чем я за тридцать лет противостояния Волан-де-Морту.       — Нет, я не заслужила помощь, — отвернулась от него Нерисса. — В этих двух войнах участвовало много людей, каждый достоин поддержки и помощи, но почему-то их никто не видит. Зато тех, кто находится выше, тех, о ком говорите вы, Альбус, или же кто-то еще, замечают. Но никто не смотрит дальше. Зачем, если герои уже есть? — Она тяжело вздохнула. — За нашими спинами стоят простые люди, которые просто пошли за нами, и у каждого были на это свои причины. Было бы намного лучше, если бы их хоть как-то отблагодарили за помощь, за которую они ничего не требуют.       — Из тебя действительно вышел бы неплохой Министр Магии, — снова улыбнулся Дамблдор. — Ты видишь то, что все остальные считают само собой разумеющимся, а потому и не видят обратной стороны.       — И почему все считают, что я должна кем-то управлять? — вздохнула Нерисса. — Я уже говорила, что не стремлюсь к власти.       — Совершенно верно, ты об этом уже говорила, — утвердительно кивнул Дамблдор. — Ты уже человек не безызвестный, а потому сможешь добиться желаемого даже без чужой помощи. — Он остановился и перевел на нее взгляд лучистых глаз. — Но когда тебе все это наскучит. А оно тебе наскучит, когда ты добьешься необходимых тебе высот. Знай, тебя будут ждать здесь, — с хитрой улыбкой произнес старый маг.       — И что это означает? — нахмурилась Нерисса. — Кто и зачем будет меня здесь ждать?       — Всему свое время, — покачал головой Дамблдор. — А пока, передай Римусу и Сириусу, что их работу никто не отменял и завтра они должны быть здесь вместе с остальным преподавательским составом.       — Передам, Альбус! — все еще хмурясь, кивнула Нерисса и поспешила обратно к самой шумной компании в этом зале.       Странные слова Дамблдора не давали ей покоя, но она решила подумать о них позже. Ведь теперь у нее на это предостаточно времени.