Провидица

Тем же вечером в спальне: После того, как церемония закончилась, был банкет. Гости всё время поздравляли нас со свадьбой. Я ушла практически самой первой. Не хотелось быть там. Я просто стояла в одиночестве в своей комнате возле раскрытого балкона и смотрела вдаль на звёздное небо. Я уже сняла мешающуюся длинную фату и сейчас была лишь в одном платье. Гости постепенно расходились. Наступила ночь. Этот вечер должен был стать моей первой брачной ночью, но Карл ведь обещал мне, что не прикоснётся ко мне даже после того, как я выйду за него, однако я ему не особо-то и верю. Теперь он мой законный супруг, и он имеет полное право на близость со мной. Никто не осудит его, даже если он возьмёт меня этой ночью силой. Поэтому я решила подстраховаться. Если он потянет ко мне свои загребущие ручонки, то я убью его. Я медленно крутила серебряный клинок у себя в руках. Главное попасть в сердце с одного удара. Я одним движением вытащила нож из ножен и, услышав скрип двери позади меня, тут же спрятала его за спиной. Это Карл пришёл ко мне. Мы стояли напротив друг друга примерно в пяти-шести метрах друг от друга, при этом я постоянно сжимала рукоять клинка. Мне было страшно. А что, если он действительно обманул меня? - Что ты здесь делаешь? – грубым тоном спросила его я, – Разве мы не договаривались с тобой о том, что… - Не переживай, – сказал Карл, резко перебив меня, – Я не прикоснусь к тебе. Между нами ничего не будет, если ты сама того не захочешь. - А между нами и не может ничего быть, Рейнхард! – резким взрывным голосом ответила я, – Запомни это! Между нами ничего не было, нет и быть не может. - Как скажешь, – абсолютно спокойным голосом ответил вампир. Он был черезвычайно спокойным, однако внутри у него бушевала буря ничем не меньше, чем ураган Катрин. Ему было нелегко слышать подобное от женщины, в которую он был влюблён. Он сделал несколько шагов мне на встречу, а я вжалась в стену и вновь сжала клинок у себя в руке. Он тут же остановился, когда заприметил мимолётный страх в моих глазах. - Я ведь сказал, что ничего не сделаю. Почему ты не веришь мне? - А я должна? – издевательски спросила я, – Разве можно доверять такому, как ты? К тому же, ты уже однажды обманул меня, так что тебе веры нет. Карл подошёл ко мне и, прямо глядя мне в глаза, уверенно сказал, – Убери клинок. - О чём ты? – претворятся дурочкой я умела, когда хотела. - Тот, что у тебя за спиной, – с ухмылкой уточнил он, – Поранишься ещё, – его глаза светились в темноте. Они были яркими, как свечи, как огни. Не выдержав, я с размаху резко достала нож и попыталась его ударить, но он в лёгкую остановил мою хиленькую атаку. Карл перехватил мою руку, но я не хотела так легко сдаваться и продолжала упорно стараться вогнать этот нож ему в грудь. Мы смотрели друг другу в глаза на протяжении всей борьбы. Было видно, что он даже и не напрягается особо. Несколько секунду мы боролись, но после Карл резко схватил меня за плечо той же руки, в которой я держала нож, и резко одним движением развернул меня к себе так, что теперь я была прижата к нему спиной. Его рука лежала у меня на животе, а вторая по-прежнему удерживала мою ладонь с клинком. Он явно был сильнее меня. Ещё секунда и этот самый нож в лёгкую был отброшен им же в дальний угол комнаты, после чего он отпустил меня, и я смогла вновь отойти от него на расстояние вытянутой руки. Всё произошло очень быстро я даже не успела опомниться, как уже стояла без своего единственного оружия. Клинок случайно порезал мой палец. Из него пошла кровь. Этих пары капель было достаточно, чтобы задеть острый нюх короля. “Чёрт, опять этот запах мёда и цветов, только теперь он намного ярче и сильнее. Как же приятно, но… я не хочу её пугать.” – подумал блондин, при этом вдыхая столь сладостный аромат крови. Я думала, что он нападёт или захочет укусить меня, но нет, он всего лишь достал из своего пиджака платок и аккуратно вытер кровь с моей руки. - Будь осторожна, живя в этом доме, тебе следует быть более осмотрительной. Не все здесь живущие обладают такой же выдержкой, как я. Особенно мои сыновья. Они ещё дети, поэтому не могут до конца контролировать свою жажду, а я не могу быть с тобой рядом постоянно. - Это ты виноват в том, что я порезалась, – завопила я. - Не стоит винить меня во всех бедах, что с тобой происходят, – ответил он. Я старалась вырвать свою руку, но Карл вовремя её схватил, и теперь мы держались за руки. Он посмотрел мне в глаза, – Александра, – он сладко растягивал каждый слог моего имени, – Ты просто представить себе не можешь, как сильно я ждал этого мгновения, этого счастья, – я молча с каменным лицом и печальным взглядом слушала его, - Я знаю, тебе сейчас не очень уютно, тебе больно, но со временем ты привыкнешь к этому месту и ко мне, и поверь, ты будешь счастлива. - Я никогда не буду счастлива с тобой! – был резкий ему ответ, словно тротиловая граната. - Откуда ты знаешь? Ты же со мной знакома-то всего пару недель. Возможно, в будущем мы сможем стать хотя бы друзьями, а после…, - тут он замолчал. Он явно не желал продолжать предложение. Ну и что потом? Думает, что после я его полюблю? Наконец-то убрав платок обратно себе в пиджак, Карл надел на мой безымянный палец золотое кольцо с огромной жемчужиной. Теперь это моё новое обручальное кольцо, – Теперь ты замужняя женщина. Никогда не снимай его, – серьёзным голосом, смотря мне в глаза, произнёс он, – Никогда, – он сказал это таким тоном, что я даже возразить не могла, а лишь просто смиренно кивнула. Для него это так важно? – Помнишь, как однажды ты рассказала мне сказку о луне? – я снова кивнула, – О том, как однажды Ангел полюбил Дьявола. Я выбрал для тебя этот камень, потому что существует такая легенда о том, что жемчуг - это миниатюрная Луна. Для меня жемчуг олицетворяет любовь тех двух влюблённых, чьи судьбы были связаны даже после смерти. Вот почему я предпочёл именно этот камень для нас с тобой, – он подошёл ещё ближе ко мне и тихо прошептал, - Для меня он особенный, – я вздрогнула от его голоса, - Жемчуг – камень волшебной красоты! И, наверное, самый поэтичный камень на нашей планете. Есть в нём что-то невероятно, обаятельное, романтическое, завораживающее. Он напоминает мне о тебе. В нём я вижу тебя, – я посмотрела на его правую руку и увидела на ней кольцо и тоже с жемчужиной только с маленькой, – Помнишь, что ты сказала мне тогда на салоне у баронессы? Я отчаянно старалась вспомнить, что же я тогда ему говорила. В голове у меня всплыла одна лишь фраза, которая и приелась ко мне: “Не обольщайся Карл Хайнц, я никогда не выйду за тебя.” Блондин, увидев, что я действительно припоминаю тот момент, с улыбкой сказал, – Но я верил в то, что ты будешь моей, не сомневался в этом, – я с презрением посмотрела ему в глаза, – Тогда ты ещё не знала о моих чувствах, однако сегодня узнаешь, – я непонимающе посмотрела на него, будто спрашивая “что ты задумал?” Я заметила, что он что-то достаёт из кармана своих брюк. Я насторожилась. Вдруг это какое-то оружие. Как оказалось, это был небольшой флакон, больше похожий на пробирку. Он специально поднял её так, чтобы лунный свет освещал склянку. Это была небольшого размера бежевая бутылочка с маленькими камушками вокруг колпачка. Я очень внимательно рассматривала необычный пузырёк у него в руках. - Что это? - Карл ухмыльнулся, когда услышал мой вопрос. Он начал медленно вертеть склянку у себя в руках. Мне показалось или внутри неё что-то есть? Там, кажется, какая-то жидкость. - То, что находится в этом флаконе, Александра, принадлежит тебе, – он взял аккуратно меня за руку и вложил в мою ладонь этот самый флакон. Моё непонимание лишь усилилось. Это было видно по моим глазам, в которых так и горел один единственный вопрос: “Что это?”, – Внутри моё сердце, Александра. - Что? О чём ты? Какое ещё сердце? Объясни толком. - В этом флаконе зелье, сделанное на заказ одной очень могущественной ведьмой. Его приготовили ещё триста лет назад. Той женщины, что сделала его для меня, уже давно нет в живых, но зелье, что хранится в этой банке, все эти годы было со мной. Оно сделано из моей крови, Александра, – пояснил Того, – Тот, кто выпьет его, будет связан со мной. Оно всегда предназначалось моей королеве, той, кого я однажды полюблю, и теперь, когда у меня есть ты, мне нету смысла хранить его при себе. Я отдаю зелье тебе, – я смотрела на него ошарашенными глазами и даже не знала, что и сказать. Впервые мне признаются в любви в такой форме, - Легенда гласит, что, выпивший это зелье, человек будет обладать душой партнёра. Выпив это, моё сердце будет всецело принадлежать лишь тебе одной, – что? Он, что отдаёт мне своё сердце? Впервые вижу, чтобы вампир, тем более первородный отдал сердце смертному, ведь это значит, что он буквально признался мне в том, что я его единственная любовь, и что никого другого он не любит и любить не может. Вампиры влюбляются всего лишь один раз за всю свою долгую бессмертную жизнь – это известный факт. Неужели он готов сделать меня своей единственной любовью всей жизни? Ведь однажды я умру, а он будет жить дальше вечно. Получается, что даже после моей смерти он не сможет никого больше полюбить, ведь его душа и сердце уже будут принадлежать мне. В таком случае он обречёт себя на страдания. Неужели он так сильно меня любит? Это то же самое, что принести мне клятву в вечной и безграничной любви. Когда вампир отдаёт кому-то своё сердце, то это происходит навеки вечные. И даже смерть не может разорвать цепи этой любви. Вампир продолжает любить, даже если его партнёр уже давно скончался. Очень редко вампирам удаётся влюбиться в кого-то по-настоящему, – У тебя на теле должна появится метка – это, как доказательство того, что именно ты владелица моей души и сердца. Правда, я не знаю, какая именно это метка, ведь я ни разу его не использовал. Ведьма мне об этом ничего не говорила, знаю только, что она появится в районе твоей груди прямо там, где находится твоё сердце, – он ещё раз посмотрел на меня и уверенным тоном ещё раз сказал, - Я отдаю тебе моё сердце, Александра. - Я думала, что, когда вампир влюбляется, то метка не появляется. Они просто любят и всё, разве нет? Впервые слышу, чтобы в таких случаях пили зелье, – негодование читалось в моей речи. Я всё ещё никак не могла отойти от его слов. Я была в шоке. - Да, обычно мы этого не делаем, так как вампирам не нужны наглядные доказательства любви. Мы просто любим, вот и всё, – если вампир влюбляется, то ему незачем пить какое-то зелье, зачем же он тогда мне его даёт? – Однако, я хочу, чтобы эта метка была знаком моей любви к тебе. Она будет у тебя на теле и каждый раз, когда ты будешь смотреть в зеркало, ты будешь видеть его и вспоминать о том, что душой и сердцем я всегда с тобой. Я сделал это зелье для того, чтобы однажды отдать его моей возлюбленной. Об этом будем знать лишь мы двое. Остальные увидят лишь бесполезный рисунок у тебя на груди, однако для нас двоих он будет иметь безраздельный смысл. Этот знак – материальное доказательство моей вечной любви к тебе. Пусть это зелье будет у тебя. - А что, если я не хочу? – спросила его я. Мне не нужна такая ответственность. - Делай, что хочешь. Можешь даже вылить содержимое флакона прямо сейчас, можешь выпить его или просто сохранить у себя. Это не имеет значения. Я сделал то, что хотел сделать. Как бы там ни было, теперь оно принадлежит тебе, поэтому распоряжайся им, как пожелаешь. Однако, даже если ты и избавишься от зелья, то это всё равно ничего не изменит. Ты всё равно будешь самой большой моей любовью. А зелье… зелье лишь ставит метку подтверждающую то, что моё сердце принадлежит тебе, не более. Это всего лишь знак. Мои чувства к тебе не изменятся, даже если ты его не выпьешь. Ты ведь не можешь запретить мне любить тебя. Это мой выбор, кого любить и насколько сильно, – с ухмылкой заметил Рейнхард, - Однако… если однажды я всё-таки увижу на твоей груди этот знак, то я буду знать, что ты приняла меня, как своего мужа. И, что ты принимаешь мою любовь к тебе. “Метка, подтверждающая его безграничную любовь ко мне. Неужели он думает, что однажды я поставлю нечто подобное себе на тело? Однако, он прав, я действительно не могу ему запретить любить меня. Хоть я и не люблю его, но это же не значит, что и он тоже должен меня ненавидеть. Он так сильно любит меня, что даже отдал мне своё сердце. Вампир, тем более чистокровный, сам король отдал такой смертной, как я, свою душу и подарил всю свою любовь. Уму непостижимо! Я и не думала, что он готов зайти так далеко. Я считала, что он устроил эту свадьбу лишь для того, чтобы овладеть мной, ну или для того, чтобы напакостить церкви. Я и помыслить не могла, что он и правда в меня влюбится, да ещё и настолько сильно!” Сказав всё, что он хотел, Карл развернулся и потопал к рядом стоящему креслу, при этом одновременно стягивая с себя бабочку и расстёгивая пуговицы рубашки. - Что ты делаешь? Почему ты раздеваешься? - Ну, вообще-то у нас с тобой сегодня первая брачная ночь. Как думаешь, что о тебе подумают, если я сейчас выйду из твоей комнаты посреди ночи, да ещё и полностью одетый? – с ухмылкой спросил Рейнхард, – Хоть я и пообещал тебе, что не притронусь к тебе без твоего позволения, но другим жителям этого дома об этом знать не обязательно. Ты же всё-таки моя жена. Твоя репутация будет подмочена, если кто-то узнает о нашей с тобой маленькой вражде. Если я сейчас уйду, то некоторые могут подумать, что либо ты так плоха в постели, что я сбежал от тебя, либо ты меня вообще туда не пустила. И то и другое очень плохо скажется на твоей репутации. Как ни как но, ты всё-таки женщина, – он сел на диван и в полулежащем состоянии начал рыскать на столике, который стоял рядом с ним. Там лежали книги. Он взял одну и них и, раскрыв на первой странице, приготовился читать, – А ты можешь спать между прочим, – как бы невзначай добавил вампир. Я присела на кровать и, ещё раз глянув на уже читающего вампира, прилегла на подушку. Мне было неловко в его присутствии, видимо он это заметил, – Я ничего тебе не сделаю, поэтому спи спокойно. Я, конечно, тот ещё подонок, но я не насилую женщин, когда те спят. - Как ты можешь читать в такой темноте? – негодующе спросила я. Он вообще хоть что-нибудь там видит? - У вампиров хорошо развито ночное зрение. Мы – дети ночи, поэтому именно после захода солнца мы наиболее сильны. У меня идеальное зрение в темноте. Даже будь здесь абсолютная темень, я бы всё прекрасно видел, а сейчас и подавно, – он сверкнул глазами в темноте. Это единственное, что я могла увидеть. У меня, к сожалению, не было такого зрения, как у него. - Что, даже не предложишь лечь с тобой? – спросил умоляюще вампир. Я улыбнулась. - А ты что, хотел поспать рядом? - Конечно, – моментальный ответ. - Обойдёшься, – ещё один моментальный ответ. - Между прочим, это весьма грубо с твоей стороны оставлять влюблённого в тебя мужчину в брачную ночь ни с чем, – насмешливо прозвучал мужской голос. - Я тебя сегодня поцеловала, – противопоставила я, – На сегодня хватит открытий. Тебе и этого достаточно. - То есть завтра я могу рассчитывать на большее? - Нет, – резко ответила я. Не знаю почему, но я прямо спинным мозгом чувствую, как он расстроился. Я несколько минут думала, а после спросила, – Скажи, а почему ты сделал меня своей королевой? - Тебя, что потянуло поболтать на ночь глядя? - А почему бы и нет? Ты всё равно ерундой занимаешься, а мне не спится, – промычала я в ответ, – Так почему? Или это секрет? - Не то, чтобы секрет… я просто так захотел, – вот был мне ответ. - И всё? – удивлённо спросила я. - Ты, что все мои сегодняшние слова пропустила мимо ушей? Я ведь сказал, что влюблён в тебя. Поэтому ты и стала моей королевой. - Нет-нет, я не об этом, – тут же протараторила я, – Я имею ввиду, что быть королевой это не просто быть твоей женой или возлюбленной, разве нет? Неужели ты не руководствовался политикой, когда принимал такое решение? Речь ведь идёт о твоём собственном народе, расе. Ты ведь король! И не мог дать смертной девушке такое звание просто так. Должна быть ещё другая причина, почему ты так сделал. - Хмм… другая причина, да? – насмешливо повторил вампир, – Кто знает, может быть и есть какая-то. - И ты мне не скажешь? - Думаю, лучше тебя королевы не найти, – рассудительно произнёс тихо Карл, но после, увидев моё слегка испуганное лицо, спокойно добавил, - Не переживай, я не давлю на тебя. Ты ею станешь, когда сама почувствуешь, что готова. - Готова, к чему? Хочешь, чтобы я помогала тебе в твоих грязных делишках? – раздражённо спросила я, глядя в темноту. - Со временем ты сама поймёшь, что нужно делать и как правильно. Твоя собственная совесть покажет тебе путь. - Боже, неужели ты стал философом? – с иронией спросила я. - Ну, как-ни-как, но я уже очень стар. - Прекрати, ты всё ещё молод, – я отмахнулась от его слов, как от назойливой мухи. - Только внешне, – послышался ответ из темноты. - Старше, чем Папа Римский? – как бы невзначай спросила я. - Да, – коротко ответил король. - Намного? - Да. - А можешь назвать точную дату? - Я не помню. - Как это? – я очень сильно удивилась. Как можно не помнить год своего рождения? - Это было слишком давно. - И тебе не скучно? - Ммм? - Я про то, что ты ведь бессмертен… Тебе не скучно? – вновь повторила свой вопрос я. - Ну, меня как бы никто и не спрашивал особо, – насмешка была слышна в его голосе, – Я просто живу, при этом не имея возможности умереть. Я не старею. - Совсем? - Ага. - Кстати, и долго ты будешь ещё тут ошиваться? - До утра, – пропел блондин, – А ты что, не рада? - А, почему это я должна быть рада? – ответила ему той же монетой. Язвительность и колкий язычок хорошенько прошлись по самодовольности Карла. - Завтра я уезжаю, – а вот эта новость меня слегка поразила, я даже подскочила с подушки, на которой лежала. - Что? Как? Куда? - Ну-ну, не стоит так на меня набрасываться, – и снова усмешка в голосе, – Война с оборотнями ещё не закончена. Мне нужно работать. У меня много дел. Не бойся, я вернусь сюда через пару месяцев. - Хех, а я и не боюсь. Можешь катиться на все четыре стороны, мне то что? Ты вообще не обязан мне ни о чём докладывать, – ишь чего, размечтался! И вовсе я не волнуюсь, – Почему-то у меня плохое предчувствие. Что-то должно произойти, – шёпотом произнесла я. Моё лицо стало очень серьёзным. Внутри было ощущение дискомфорта, будто что-то очень страшное надвигается. Такое чувство посещало меня, когда большая беда должна прийти не сразу, позже, но масштаб бедствия так велик, что сама судьба делает мне заранее предупреждения. - И, что же это за предчувствие такое? - Это предчувствие спасло не одну империю, Рейнхард, – грубо ответила я, – Я никому не позволю сомневаться в моём даре! Даже тебе. Я потратила на это всю свою жизнь, и хоть она была не так велика, как твоя, но не смей думать, что всё, что я говорю, пустой звук! И, если я говорю, что что-то случится, значит, это случится! - Я и не сомневаюсь в тебе, – послышался уверенный твёрдый ответ, – Я полностью уверен в том, что ты говоришь правду. Так, что ты “видишь”? - Пока ничего, – коротко ответила я, – Это событие произойдёт не сейчас, после, поэтому я не вижу деталей. Я знаю лишь то, что эта беда связана с этим домом, – Карл насторожился, – Я вижу алый огонь… повсюду горит это пламя… и дикие крики звучат повсюду. Больше я ничего сказать не могу. Рано. Нужно, чтобы прошло больше времени. Карл не мог пропустить её слова мимо ушей. Он взял их себе на заметку, – Ложись спать, тебе нужно отдохнуть. Свадьба тебя сильно утомила. Я без лишних пререканий легла и заснула. Свадебная процессия действительно очень сильно меня вымотала. Когда я проснулась на утро, то Карла уже рядом со мной не было. Он уехал, оставив после себя только свой неповторимый запах и одеяло, которым он меня укрыл, пока я спала. Поднявшись, я подошла к туалетному столику, где висело небольшое зеркало. Я всё ещё была одета в свадебное платье. Сев на пуфик, я взяла в руки то самое кольцо, которое я вчера же и сняла с себя. Сейчас у меня было время поплакать обо всём несбывшемся, о чём я мечтала. Слёзы сами полились из моих глаз, обжигая мою кожу, будто кислота. Я и мечтать не могла о такой роскошной свадьбе, которая была у меня вчера, о таком дорогом обручальном кольце, которое подарил мне Карл. Я всего лишь хотела обрести свободу. Я мечтала выйти замуж за Жоэля и быть супругой простого бродячего музыканта. “Я уже замужняя женщина и не имею права носить и уж тем более хранить это кольцо у себя.” – я медленно начала крутить металлическое колечко у себя в ладони, – “Почему же я не могу его выбросить? Почему постоянно думаю лишь о Жоэле?” Я взяла колечко и положила его в небольшого размера шкатулку с тайником, чтобы никто лишний раз не смог найти его среди остальных украшений. Пусть у меня теперь и есть законный муж, но люблю я всё ещё только Жоэля. Пусть я и не сумела стать его женой, но хранить память о нём я могу. Я хочу сохранить это кольцо, как напоминание о наших с ним чувствах друг к другу. Кинув взгляд в сторону, я увидела лежащее на тумбочке зелье, то самое, которое отдал мне вчера ночью Рейнхард. Он сказал, что внутри находится его сердце. Я поднялась и, взяв бутылочку с эликсиром, замахнулась рукой, чтобы разбить его “сердце” вдребезги. “Не нужна мне его любовь! И сердце мне его тоже не нужно! Пусть катится к чертям со своей безграничной любовью! Никогда в жизни я не полюблю его!” Вся в слезах, находясь уже на грани истерики, я уже хотела кинуть пузырёк на пол, чтобы отомстить ему. Пусть тоже лишиться всего так же, как и я. Я хотела сделать ему больно так же, как и он мне, когда насильно заставил выйти за него. И не важно почему он это сделал, будь он даже трижды влюблён в меня, он не имел права разрушать мою уже устоявшуюся жизнь. У меня был жених, давняя подруга и Ватикан – три вещи, которые были для меня смыслом жизни, а теперь всего этого нет и всё это из-за него. Это он виноват во всём. Однако, в самый последний момент я остановилась. Ко мне в комнату постучали. Это была моя служанка. Я с силой сжала мензурку с зельем и зажмурилась, словно пытаясь очнуться от своей же истерики, но тем мне менее мысль о том, чтобы разбить флакон, была отложена в дальний ящик. Я быстро убрала зелье в маленькую шкатулочку и запрятала её себе в шкафчик туалетного столика. Уничтожить его я всегда успею.