Провидица

Через несколько часов, спальня Карла Хайнца: Александра лежала рядом со своим мужем, который слегка приобнимал её. Они разговаривали. - Ты знаешь, когда я понял, что болен, то я ничего не почувствовал: ни страха, ни боли, – сказал Карл. Девушка, положив свою голову на подушку рядом с ним, внимательно его слушала, – Однако, когда я увидел, что ты плачешь обо мне, то я испугался. Того, что ты останешься одна, что я сделаю тебя вдовой. Мне стало больно. - Прошу, не говори об этом, – сказала она и прижалась к нему, – Ты не умрёшь. Я не позволю этому случится, – он улыбнулся. - Ты и так слишком многое сделала для меня и моей семьи. - Это не так. Я о многом сейчас сожалею. Например, о том, что мы с тобой не встретились раньше, что я не поверила тебе, когда ты впервые сказал, что любишь меня. Сожалею о том, что не смогла родить тебе ребёнка. - Хех, ты хочешь от меня детей? – он не мог поверить своему счастью. - Ну~у, я оправдывала себя тем, что человеческая женщина никогда не сможет родить вампира. Ведь такие дети очень сильны, даже во чреве. Я бы просто его не выносила. Однако, однажды, возможно не сейчас, после, но я бы хотела этого, – из её глаз вновь полились слёзы. Она тихо всхлипнула. В последнее время она слишком часто плачет, – Но не подумай ничего, твоих уже родившихся детей я тоже очень люблю. Они для меня, как родные. - Я знаю, – ответил ей блондин. Его слегка длинные волосы были раскинуты по подушке, – Я бы хотел, чтобы ты родила девочку, - он улыбнулся своим же мечтам. - Хээ? А, чем мальчики плохи? - Ну, сыновей у меня много, хотя, если ты выносишь мальчика, я тоже буду не против. - Вот именно. Не жалуйся, – шутливо укорила она мужа. В него полетела подушка. Он улыбнулся. - Я хочу дочку, похожую на тебя. - Тогда точно не рожу! - Почему? – удивлённо спросил вампир. - Потому, что ты будешь всё своё свободное время проводить с ней, а про меня забудешь. Она заменит тебе меня, – шутливо ответила она. - Вовсе нет, – смеясь, сказал Того. - Да-да, всё так и будет. Всё, я передумала. Никаких детей, – она позёрский надула губки. После, они оба рассмеялись. - Поверить не могу, ты ревнуешь меня к ещё не родившемуся ребёнку, – всё ещё хихикая, сказал мужчина, – Ладно, я согласен на мальчика, лишь бы ты только успокоилась, – он вновь обнял её, – Кстати, как мои сыновья? Не хочу перелагать столь тяжёлое бремя короны на одного из них, если вдруг умру. Они ведь ещё дети. С ними ведь всё в порядке? Они же не заразились? - Нет, всё хорошо, – от её слов Карлу стало легче. Александра впервые сознательно ему солгала. Она умолчала о том, что маленький Субару так же, как и он, сейчас лежит совершенно один в её комнате под наблюдением врачей. Она не хотела, чтобы он узнал об этом в столь тяжёлое время. Сейчас он борется со смертью, а подобные новости могут заставить его волноваться и возможно, что это даже может ухудшить его состояние. Она его поцеловала, а после вновь дала ему своё запястье. Она понемногу поила его своей кровью, добавляла её в чай и в воду. Она смогла вернуться в свою комнату только ближе к утру, когда Карл уснул. Там её уже поджидал маленький Субару. Он выглядел очень болезненно. Всего за пол дня маленькие гнойнички красного цвета практически полностью покрыли его тело. Думаю, это всё из-за того, что он ребёнок. Он борется с оспой намного труднее, чем взрослые: Криста и Карл. Врачи уже давно ушли, оставив трёхлетнего умирающего мальчика совершенно одного. Александре даже казалось, что он перестал дышать. Слава Богам, что это не так. Она подумала, что, если дать младенцу её кровь так же, как и Карлу, то у него тоже появятся силы, чтобы бороться с инфекцией. Мальчик был уже полумёртвым. Болезнь слишком сильно развивалась в нём. Она разрезала себе палец и положила его ему в ротик, чтобы кровь стекла в его горло. “Странно, вроде изменений нет. Он всё по-прежнему не шевелится, да и температура ниже не стала. Значит, всё-таки не сработало.” Она печально опустила взгляд. Промокнув Субару мокрой тряпкой, в надежде сбить жуткий жар, она легла с ним в одну кровать и уснула. В комнате Шу, на следующий день: - Ну что, нашёл? – спросил мальчик с глазами цвета моря у своего младшего брата. Рейджи сейчас сидел в его комнате, и они вместе листали одну из книг по медицине, подаренные ему Александрой. - Да! – закричал вампир в очках. Он нашёл нужную страницу, посвящённую страшному заболеванию под названием оспа. Они хотели узнать о нём, как можно больше, в надежде отыскать лекарство, – Но тут написано, что лекарства простив оспы не существует, потому что смертность очень большая. Эту болезнь мало изучили. - Вот как, – блондинистый мальчик понуро опустил голову, – Значит, надежды нет. - Не говори так! – возразил мальчик в очках – Надежда всегда есть! Так говорит “мама”. Нужно верить в то, что отец выживет. Он сильный и обязательно победит эту инфекцию, как и тётя Криста, как и наш братик Субару. - Да, ты прав, – согласился Шу. Ему хотелось в это верить. В комнату вошла Беатриче, – Рейджи, иди к себе в комнату. Мне нужно поговорить с твоим братом, – женщина вежливо попросила мальчика уйти. Он не стал возражать. Встав, он забрал с собой энциклопедию и вышел из спальни, однако он не ушёл, а, слегка приоткрыв щёлочку в двери, стал подслушивать. - Что такое? – спросил блондинистый мальчик, смотря на лицо своей матери, которое казалось ему почему-то странным. - Шу, мой славный сынок, очень тяжело говорить об этом, – она наигранно шмыгнула носом, будто плача. Жуткий спектакль, – Но ждать нам больше нельзя. Надо действовать и как можно скорее. - Что ты хочешь сказать этим? – у мальчика было плохое предчувствие. Он уже давно понял, что от его родной матери ничего хорошего ждать не приходится, поэтому был готов ко всему. - Говорят, что Карл не сегодня так завтра покинет этот мир, – Шу не желал слышать подобных речей. Он всё ещё отчаянно верил в его чудесное исцеление и не желал думать о чём-то ином. Он скрючил в недовольстве своё лицо и, поднявшись со своей постели, подошёл к окну, а Беатриче тем временем изо всех сил старалась “обработать” своего сына и настропалить его, – Шу – ты старший сын своего отца. Ты унаследуешь престол. Ты взойдёшь на трон. Ты будешь править всем великим родом вампиров. Ты готов к этой великой обязанности? – она стояла прямо посередине его комнаты и ничуть не стесняясь величественно отчеканивала каждое сказанное ею слово. - Не могу поверить…, - тихим голосом сказал блондинистый мальчики, при этом даже не удостаивая свою мать взгляда. Он к ней даже не повернулся, – Отец лежит в агонии, мой младший братик, которому и четырёх годков нет, сейчас при смерти, Тётя Криста тоже больна, неизвестно сколько она продержится, а ты в этот момент о власти думаешь, – в его голосе можно было прочесть лёгкие нотки обиды и… отвращения? - Думаешь, я не переживаю? – Беатриче подошла к Шу со спину и положила ему на плечи свои ладони, – Мне очень горько. Только разве я могу спорить с судьбой? Никто не может, сынок! Шу от злости резко повернулся к ней лицом, – Что ты такое говоришь? Отец не умер. Он жив, а ты его уже похоронила! – Беатриче смотрела на своего старшего отпрыска с толикой испуга в глазах. Она впервые видела, чтобы он смотрел на неё такими злыми глазами, – Где твоя любовь?! Ты же любила его раньше, мама!! - Как ты можешь так говорить? – с придыханием начала играть вторую часть спектакля женщина, – Ты же знаешь, что я вынесла. Как я страдала. Он лишил меня жизни, живую похоронил, заставил прислуживать этой Александре. Я годами молчала, ждала, надеялась, что он опомнится, но только, где уж там. Для меня больше не существует Карла Хайнца. Меня волнуешь лишь ты – Шу. Ничто меня не заботит, кроме твоей судьбы, твоего будущего. Все свои надежды я всегда возлагала лишь на тебя. Я думала, что однажды ты, взойдя на трон, сможешь осчастливить меня, помочь своей матери обрести достаточно силы, чтобы я смогла противостоять своим врагам, – видимо она хотела выставить себя жертвой. Да и о каких врагах она сейчас говорит? - Молчи! – крикнул мальчик на всю спальню, – Не падай в моих глазах ещё больше, мама, – Беатриче, увидев взгляд полный отвращения, направленный на неё, машинально сделала шаг назад. Почему её никто не понимает? Почему её осуждают? Она не могла понять этого, - Ни стоит обвинять в своих ошибках невинных. Это именно ты разрушила всё хорошее в своей жизни. У тебя был муж и дети, но теперь ты осталась одна. Наш отец больше не смотрит на тебя, а в моих глазах и глазах Рейджи, ты уже давно перестала быть нам матерью. Это ты виновата в том, что сейчас ты совершенно одна. И, если сейчас ты по какой-то причине страдаешь, то только из-за своей собственной алчности и глупости. - Н-но Шу, я ведь твоя мама. Я всегда заботилась о тебе. Я вложила в тебя столько сил, – возмолила она из последних сил. Кажется, её надежды начинают потихоньку рушатся. - Месть затуманила твой взор, – спокойным голосом сделал вывод мальчик, – И посадить меня на трон отца ты желаешь не из большой любви ко мне, а из-за власти, что я смогу тебе дать, как матери короля. Ты хочешь отомстить за то, что с тобой когда-то плохо поступили в молодости, за то, что тебя насильно выдали замуж за моего отца. Однако,… прошло больше тридцати лет с тех пор, мама. Кому ты собираешься мстить? Ты пропитана злобой и накапливаешь её до сих пор. С кем ты воюешь? Твоя “война” уже давно окончена. Ты уже как тридцать лет жена короля, у тебя двое детей. Все, кого ты когда-либо знала в молодости, уже давно гниют в могиле, но ты всё равно продолжаешь жить прошлым. - Я лишь хочу, чтобы та, кто причинила мне столько боли, заплатила за всё! - Матушка… - Шу! – женщина резко его перебила и подошла к нему уверенной походкой, – Ты не должен щадить ни эту прохвостку Александру, ни отпрысков Корделии. Забудь о милосердии. Корделия и её дети, как и Александра, должны страдать. - Они – мои братья, а Александра мне, как мать, – мальчик видел, как глаза его матери светятся недобрым огнём. В ней горело пламя ненависти, которое просто невозможно было потушить. - Я – твоя мать! – крикнула на всю комнату злая Бетариче. - Уже нет, – спокойным, ровным тоном сказал блондин, – Моя мама сейчас совершенно другая женщина, не ты. Мои братья уже давно позабыли о том, кем были рождены на самом деле, и я тоже. Я не желаю помнить, в чьём чреве я рос. Если потребуется, я отдам жизнь за каждого из братьев. - Что ты такое говоришь?!! Они ведь рождены от совершенно другой женщины. Вы не родные братья! - И, что с того? Меня так воспитали. Как ты и сказала, я самый старший из всех. Александра научила меня, что я должен брать на себя ответственность, если потребуется, и я думаю, что сейчас именно такой случай. Пока отец не поправится, я возьму ответственность за их жизни и, если вы попытаетесь им навредить хоть как-то, то я самолично убью вас, – Беатриче была так поражена его резкими речами в её сторону, что даже потеряла дар речи. Шу единственный раз назвал её на “вы” в официальной форме, так ещё и убить грозится, – И вообще, я не собираюсь становиться королём. Я хочу быть музыкантом. Мне нравится музыка, и мама-Александра одобрила мой выбор. Вы даже не знаете об этом, потому что вовсе не интересуетесь ни мной, ни Рейджи. Вас интересует только трон! Шу в порыве гнева убежал из собственной комнаты, при этом оставив Беатриче в спальне совершенно одну. Подслушивающий в сторонке Рейджи, который спрятался за антресолем, чтобы, выбегающий, старший брат его не заметил, теперь вновь с интересом наблюдал, что же в данный момент делает Беатриче. На самом деле он не ожидал от своего нелюбимого братца подобных слов. Он вообще думал, что тот ни на что, кроме, как спать, больше не годен, но после того, что он сегодня увидел и услышал, он теперь думал о Шу иначе. В спальне появился силуэт личной служанки вампирши. Её звали Сисилия. Мальчик стал вслушиваться в их разговор. - Сисилия, будь внимательней, – в приказном тоне сказала Беатриче. - Что такое, Госпожа? – спросила обеспокоенно, ещё не до конца вникшая в смысл её слов, служанка. - Мой старший сын запутался, – на её лице появилась хищная улыбочка. Кажется, она ничего так и не поняла, - Он так великодушен, так любит своих младших братьев. Если Карл умрёт, возможно, потребуется наше вмешательство. Мой старший сын должен быть единственным наследником престола, – Рейджи от испуга даже рот ладонью закрыл. Такого даже он предположить не мог. “Она хочет убить всех моих братьев, оставив в живых только Шу. Она даже меня не собирается щадить.” - Госпожа, о чём вы? – осторожно спросила Сисилия, – Александра-сама ни за что не допустит подобного. - Со смертью Карла она потеряет свою власть. Ты не понимаешь? Наступает моя эпоха! Я стану королевой. Я буду управлять всеми вампирами. Из глаз мальчика, что стоял за дверью, полились слёзы. Он сорвался с места и быстро побежал по направлению к той комнате, в которой в данный момент находилось его единственное спасение. Он узнал такую тайну, что молчать просто был не в силах. “Ну, уж нет, я должен предупредить маму об опасности. Я разрушу все планы Беатриче и спасу своих братьев!”