Космовампиролухи

Дэн испытывал двоякие чувства по поводу разделения команды. С одной стороны, он вообще не любил, когда «его люди» гуляли порознь, ему было гораздо спокойней охранять сразу всех. С другой же ему совершенно не хотелось идти в «Матушку-Крольчиху». Тед не раз зазывал его с собой поразвлечься, коварно твердя, что нельзя говорить, что тебе это не интересно, пока не попробовал, и что надо испытать соблазн, чтобы уметь с ним бороться. Дэн возражал, что для киборгов такие рассуждения не годятся. Поскольку выработку гормонов контролирует процессор, автоматически приводя организм к норме, без осознанного решения никакой «соблазн» и не возникнет. Это была правда, но не вся. Рыжему киборгу совершенно не хотелось, чтобы его касались посторонние люди. Все равно, с какими намерениями, и все равно, кто - особь ХХ, отвечающая стандартным параметрам красоты, или небритая и немытая крупная особь ХY. К прикосновениям «своих» он уже привык, но боялся, что не сможет это объяснить так, чтобы они не обиделись, поэтому предпочитал помалкивать. Накануне Дэн долго думал, на что ему ориентироваться, чтобы распознать вампира среди обычных прохожих. Если верить большинству источников информации, то задачи как таковой и не было – вампиры совершенно не переносят солнечный свет, даже рассеянный, подземные или крытые улицы в городе отсутствовали, следовательно, о встрече с вампиром на прогулке можно было не беспокоиться. Но Дэн уже успел убедиться, что под «просто погулять» девушка часто подразумевает поход по магазинам. Впрочем, по некоторым сведениям, вампиры были неопасны днем даже в закрытых помещениях – с рассвета до заката они должны были пребывать в беспробудном и беспомощном оцепенении. Однако другие исследователи вообще сомневались в опасности для вампиров солнечного света. Кроме того, от Дэна не ускользнула и одна существенная подробность. Везде речь шла не о дневном светиле планеты вообще, а об одной конкретной звезде – Солнце Старой Земли. Обладали ли антивампирскими свойствами все желтые карлики, не говоря уж обо всех звездах Галактики, было неясно. Обычно герои фильмов ближе к середине научались распознавать врагов по характерной внешности, но вот беда – в каждом отдельно взятом произведении эти самые общевидовые особенности существенно отличались или варьировались в зависимости от обстоятельств. Например, вампиры бледны и холодны, но только что поевшая особь – наоборот, отличается противоестественно ярким румянцем и живостью. Возможность же использования декоративной косметики и технических средств типа специальной одежды с подогревом еще более усложняет задачу. В конце концов Дэн решил сделать ставку на способ, который не предлагался ни в одном из обработанных им произведений. Хотя смешением жанров люди развлекались давным-давно, все-таки киборги и вампиры «сталкивались» вместе редко. А может быть, создатели сюжетов над некоторыми особенностями организмов, улучшенных с помощью имплантантов, попросту не задумывались. Даже создатели «черных» комедий ни разу не ставили боевого декса на четвереньки, чтобы он шел по следу подобно древним собакам-ищейкам. А ведь нюх киборга во много раз острее человеческого, кроме того, специальные анализирующие программы служили не только для распознавания летучих ядовитых веществ, но и лежали в основе знаменитого «детектора лжи». Люди пахнут не только своим вчерашним ужином и сегодняшним завтраком, своим шампунем и стиральным порошком, своей кожаной курткой и своей живой кошкой, вечером в баре или прогулкой по лесу, но и своими болезнями и своими эмоциями. Дэн и без хвастливых рассказов Тэда всегда знал, провел ли тот вечерок в баре в мужественной компании других космолетчиков или еще и пообщался с особью женского пола, и ему не требовалось глядеть на календарь, чтобы предвидеть скорый приступ сонливости, дурного настроения и особой любви к шоколаду у Полины. При этом люди запросто обсуждали внешность или голоса друг друга, но молчали о запахах. Логическому обоснованию это не поддавалось, это можно было только принять, как одно из правил странной людской игры в отношения. Рыжий киборг был совершенно уверен, что существо, имеющее внешнее сходство с человеком, но явно другой обмен веществ, должно по-другому пахнуть, особенно в стрессовых ситуациях. И надеялся на то, что вампиры, привыкшие иметь дело именно с людьми, об этой части маскировки не задумываются. К сожалению, на карте города не значился парк, а то бы любительница природы Полина, возможно, ограничилась бы прогулкой туда. Но, судя по виду улиц, жители Сильванийской столицы были настолько сыты изобилием природы в иных местах планеты, что здесь желали насладиться стеклом, бетоном и асфальтом. Редко попадающиеся газончики и клумбочки были такими маленькими и чахленькими, что наводили на мысль о «наименьшем зле». Мол, положение обязывает, приличному городу положено иметь упорядоченные зеленые насаждения. - Небось у них в городском штате есть штатный вредитель, следящий, чтобы все росло как можно хуже, - фыркнула Полина при виде этого безобразия и добавила, - должность как раз для Теда. Вот выйдет на пенсию и с большим знанием дела… - А как же вампиры? – рассеянно поинтересовался Вениамин Игнатьевич. Накануне доктор пообещал капитану «выгулять» Полину, если девушка захочет покинуть корабль. Впрочем, ему и самому было интересно посмотреть в лица прохожих. С утра он по давней привычке успел скачать и бегло пролистать несколько местных медицинских журналов, и был неприятно удивлен обилием статей о способах повышения уровня гемоглобина в крови. Сторонники «естественности» предлагали различные диеты, приверженцы традиционных методов – витаминно-минеральные комплексы, а приверженцы «новейших научных методов» предлагали пациентам подвергнуться воздействию магнитных и не только полей. О причинах же недуга все они дружно умалчивали. Скорее всего, это означало, что она-то как раз всем участникам дискуссии давно прекрасно известна и сомнений и споров не вызывает. Вениамин Игнатьевич пол-утра мучительно вспоминал, как такая ситуация называется. Что-то связанное со школьными уроками литературы и почему-то одеждой, но вот какой… «Халатность» – не то… «Сарафанное радио» - тоже не то. Наконец, когда в памяти нарисовалась загадочная «полушинель», он полез в сеть за уточнениями и быстро выяснил, что она не «полу-», а «поли-», и вообще имя собственное. Разобравшись, что такое «секрет Полишинеля», доктор принял решение больше уделять внимание литературной классике, а не всякой развлекательной ерунде про вампиров. Вот разве что напоследок… Кроме медицинских статей ему попался очередной фильм, в анонсе которого говорилось, что пытливый алхимик, желая даровать людям бессмертие, много лет пытается разгадать тайну происхождения вампиров и после многих опасных приключений преуспевает. Пожалуй, его стоит посмотреть… напоследок. Взгляд Вениамина Игнатьевича упал на большой плакат, рекламирующий крайне полезное блюдо в традициях Старой Земли – гречневую кашу со свеклой и семечками. Выглядело очень по-вампирски, доктора аж передернуло. - Оставим Теда на съеденье? – ехидно продолжил он вопрос. - А… - отмахнулась Полина. – Это ж через сколько лет будет. К тому времени мы во всем благополучно разберемся и проблему решим. Кроме неаппетитной рекламы полезного железосодержащего блюда буквально на каждом перекрестке попадались стрелки с надписью «Убежище». Судя по их разнообразному направлению либо это был очередная местная шутка-квест, либо убежищ было много. Когда они проходили мимо очередного дома, Дэн вдруг метнулся в сторону и подергал полуподвальную дверь. Здешнее «Убежище» было заперто. Табличка на двери гласила, что оно открывается автоматически при фиксации датчиками надлежащего состояния атмосферы или по общей команде из Центрального Городского Пункта Управления. Вполне приятный по новобобруйским меркам теплый погожий денек «надлежащим» не являлся. - Они открываются в сумерках, чтобы запоздалые прохожие могли спрятаться от вампиров, а на день закрываются, - прошептала Полина, округлив глаза. - Нелогично, - быстро возразил доктор. – Что мешает вампиру тоже войти вслед за людьми в открытое на ночь убежище? А если первый же спрятавшийся блокирует дверь изнутри… По одному убежищу на каждого слишком роскошно получается. Нет, здесь что-то иное. - Тогда может быть это наоборот убежище для вампиров, чтобы они могли переждать день в безопасности? – Хладнокровно предположил Дэн. - Ага. И ровно в полдень по команде с Центрального Пульта все двери можно открыть и запустить местных Ван-Хельсингов, - сердито буркнул Вениамин Игнатьевич. Дэн еще раз подергал дверь. - Нет. Предположение неверно, потому что ровно полдень по местному времени – сейчас. - А вдруг за этим Центральным Пультом сидят как раз вампиры, а не люди?! - Полине не хотелось отказываться от столь многообещающей гипотезы. - Надо просто у кого-нибудь спросить, - бредовый разговор начал доктору надоедать. Как назло, маленькая улочка была пустынной. - Вот прямо так и спросить?! Про вампиров?!! – возмутилась девушка. - Ну зачем же так… Полина обиженно надула губки, но тут же просияла, указывая на большую вывеску на противоположной стороне улицы. - «Сувениры». Пойдем туда! Сувенирная лавка торговала примерно той же малопрактичной ерундой по странным ценам, что и ее аналоги на прочих цивилизованных планетах Вселенной. Например, простецкие неровно прокрашенные футболки. Надпись на ценнике гласила, что они сделаны из волокон местного растения и окрашены вручную экологически чистыми природными красителями также местного происхождения. Дэн осторожно принюхался. Похоже, странноватый запах в магазинчике исходил как раз от красителей, а не от продавца. Воспрявший духом при появлении посетителей коренастый загорелый блондин-крепыш с пушистой бородкой ни одному из классических вампирских образов не соответствовал, но мало ли. Полина сразу прилипла к небольшой витринке с местными морскими ракушками и только раздраженно отмахивалась от назойливо предлагаемого «женского товара», то есть украшений из них же, уже обработанных блестящим лаком, и местного жемчуга. Профессиональными ювелирами-оценщиками экипаж «КМ» пока что не стал, но на первый, а в особенности на второй и последующие взгляды, жемчуг, которым торговали аммы с Хаммасура был гораздо красивее. А когда в ответ на заявление девушки, что ее бы наоборот гораздо больше заинтересовал аквариум с живыми моллюсками, продавец изумленно пожал плечами, мол, какому идиоту впридачу к аккуратной симпатичной чистой и неподвижно лежащей на полке штучке захочется иметь так и норовящую уползти, оставив за собой жирный слизистый след, противную скользкую тварь, которую к тому же еще и придется иногда кормить, Полина обиженно надула губы, всем своим видом показывая, что вообще не желает больше с ним общаться. Зато пухленький доктор охотно вступил в разговор, приобрел пакетик очень полезного (а если добавить побольше сахара, то и вкусного) мармелада из местных водорослей, а заодно и разузнал, что таинственные «Убежища» нужны для спасения от внезапно налетающих сильнейших ураганов, сопровождаемых ливнями и грозами, и открываются при резком скачке атмосферного давления. Впрочем, вовремя вспомнив о сохранении репутации родного городка, продавец принялся горячо уверять, что стихийные бедствия в этой части планеты на самом деле крайне редки, так что спасательные средства больше нужны для отчетности, как показатель меры заботы правительства о населении и в особенности инопланетных гостях. Девушка, старательно отворачивающаяся от продавца, но украдкой прислушивающаяся к разговору, была в душе крайне разочарована столь прозаическим объяснением. Дэн все это время вдумчиво изучал главную витрину магазина с изделиями из малахитового дерева. Вещички были небольшими: украшения в основном из собранных узором мелких бусинок разных оттенков, скульптурки на манер головоломок из нескольких отдельных частей и парочка отполированных дощечек с простецки оплетенными торцами. Обычно такие вещи именуются «подставками под горячее», но эти вполне могли украсить интерьер, заменив картины на стенах. Рыжего озадачили цены. Не их дороговизна, он давно уяснил, что люди порой ценят совершенно бесполезные вещи типа того же жемчуга гораздо дороже, чем необходимую для поддержания жизнедеятельности еду и одежду. На каждом ценнике внизу более мелко было приписано еще одно число, вполне сопоставимое с основной суммой – таможенная пошлина за вывоз данной вещи с планеты. Логично было предположить, что она назначается за грамм или кубический сантиметр ценной субстанции – но нет. Дэн на глаз прикинул, что объем картины-подставки и широкого ожерелья примерно одинаков, вытачивание и сборка множества мелких деталей явно требовало гораздо больших затрат рабочего времени и сил, но первая вещь обошлась бы им в значительно дороже. На витрине присутствовал и плакатик: несколько сложных математических формул в затейливой рамке. Не вдруг и скажешь, где кончаются просто завитушки и начинаются интегралы. Многомерные, если авторы сего шедевра не решили повторить «крючочек» несколько раз просто для красоты. Навигатор осторожно потянул за рукав доктора, привлекая его внимание к новой загадке. Вениамин Игнатьевич удивлено поднял брови. Видимо, они были не первыми удивившимися туристами, поскольку объяснения продавца звучали на редкость отрепетировано. Да, малахитовое дерево – пока самый известный и дорогой товар планеты. Слово «пока» было выделено голосом особо. Многие местные растения Сильвании съедобны для человека и даже весьма вкусны, но не так известны в большом космосе, как знаменитый процыркулыр, поэтому экспортеры закупают их мало и неохотно. Здешние полезные ископаемые вполне обычны. Промышленности молодой колонии хватает только на местные нужды, и ничего уникального в галактических масштабах она не выпускает. Но позиционировать себя только как поставщиков сырья недостойно сильванцев, посему был принят политический курс прославиться как творцы уникальных произведений искусства, тем более в их распоряжении есть уникальный материал исключительной красоты. Вывоз малахитового дерева в виде бревен или досок с Сильвании категорически запрещен, но дальновидные сильванцы пошли еще дальше. Ушлые конкуренты ведь вполне могут додуматься купить большую скульптуру или, скажем, шкаф из массива, переделать покупку в несколько более мелких изделий и продать уже под своей торговой маркой. Посему пошлина исчисляется в зависимости не от общего объема изделия, а от величины и даже формы его отдельных деталей. От дискуссии о влиянии долгосрочных политических планов на теперешний бизнес экипаж «КМ» уклонился и сбежал, пообещав на прощание вдумчиво продегустировать сладости.