Darkness inside

Наконец-то модуль почти сдан, и я смогла дописать главу) Мне нужно знать ваше мнение, так что буду признательна если вы оставите комментарии, большое спасибо :) Песня к главе - Akira Yamaoka – Acceptance (рекомендую читать эту главу под нее :З) Pov Наруто Холодно... Почему мне так холодно? Тело как будто окаменело, не желая слушаться, а разум отказывался соображать. Но самое страшное то, что холод был и внутри, покалывая внутренности, будто тысячи ледяных игл. Мне было трудно что-либо вспомнить, а тем более понять… Казалось, что я умер, хотя, может так оно и есть? Воспоминания начали медленно проявляться, и на душе стало еще холодней... Меня бросил Саске... Не понятно отчего, не понятно зачем... Может, он с самого начала так замышлял? Поигрался и бросил, а я понапридумывал всякой чуши о любви, которой на самом деле не было, по крайней мере, у Саске... Какой же я все-таки дурак, наивный влюбленный дурак. Но почему тогда он не разорвал наши отношения раньше? Зачем клялся в любви, если и так собирался бросить? И его лицо в тот момент... Ему было больно, но зачем тогда он так со мной поступил? Я не понимаю, ничего не понимаю... В ходе мышления сознание начало потихоньку просыпаться и я открыл глаза. Но из-за длительной отключки я не смог нормально увидеть ничего перед собой и мне пришлось снова прикрыть их. Единственное, что я понял, это то, что я полусидел, опираясь, судя по всему, о стену. Я попытался пошевелить рукой, но мне что-то мешало, с другой – тоже самое, плюс ко всему они у меня сильно затекли и я их почти не чувствовал. Но все же собравшись с силами, я опять открыл глаза, на этот раз картинка была более четкая, и я сумел разглядеть небольшое и довольно темное помещение, стены которого были из чистого металла. Медленно повернув голову в сторону, я увидел железную решетку, похоже, меня закрыли в камере, но зачем? Я думал, те создания просто убьют меня, а не притащат черт знает куда. Мне это все определенно не нравилось. Посмотрев на руки, я замер: они были прикованы довольно крепкими цепями к стене, на которую я опирался, и все бы ничего, если бы эти цепи не проходили насквозь через обе ладони чуть суженой частью, создавая немалую кровоточащую дыру. Только теперь я почувствовал, отчего-то незамеченную ранее боль не только в ранах, но и по всему телу. Хорошо, что они хотя бы не подвесили меня на этих цепях. Я попытался привстать, но острая боль с удвоенной силой пронзила мое тело в районе живота. Посмотрев вниз, я широко открыл глаза – прямо из моего тела, пропарывая мясо и кожу, торчала какая-то железная закругленная штуковина размером с ладонь, напоминающая паука. Она была дискообразной формы снаружи и, судя по всему, проходила глубже в живот, из-за чего вокруг меня образовалась немалая лужица крови. И как я ее раньше не заметил? Из железного диска торчало восемь отростков, которые на концах тоже входили в мое тело, правда не так глубоко, но больше всего меня удивила маленькая мигающая лампочка на верхушке этой штуки. Она ритмично зажигалась и гасла, напоминая ритм биения сердца. Теперь мне действительно стало страшно. Боль начинала постепенно нарастать, побуждая меня сильнее осесть и зажмурить глаза. Эти твари явно просто так меня не отпустят, похоже, им что-то нужно, и это меня совсем не радовало. Нужно было что-то делать и поскорее, ведь я не мог просто так сдаться, это не в моем духе. Я снова попытался встать, для начала нужно было осмотреться и понять, что это за место. Я медленно приподнялся на дрожащих и затекших от длительного сидения ногах и оперся о стену. Меня удивило то, что я остался жив, имея такую большую хрень в животе, и даже смог двигаться, хотя, может, это просто дело времени? Нет, нельзя думать о таком, я не умру, не смотря ни на что, я не слабак и смогу справиться со всем этим. Собравшись с силами, я оттолкнулся от стены и медленно, шатаясь и аккуратно держа руки, чтобы не разодрать раны цепями, подошел к решетке. Она была довольно крепкой и широкой на вид, что меня совсем не радовало. Я остановился возле нее, всматриваясь вперед и не замечая ничего полезного, лишь идентичную моей камеру напротив, только пустую. Я наклонился к решетке, чтобы посмотреть, что находится за ней в стороне от камеры. – Отойди оттуда. Я бы на твоем месте не касалась этой решетки, – послышался чей-то женский голос. – Она под напряжением. Я удивленно вздернул голову и увидел девушку, сидящую напротив, в той самой камере, которую я принял за пустую. Девушка была хрупка на вид, с длинными, запутанными, блондинистыми волосами, на ней была подранная и грязная одежда, да и сама девушка выглядела сильно уставшей и побитой. – Кто ты? – тут же выпалил я первое, что пришло мне в голову. – Кто я? Я такая же, как и ты, мое имя Шион, – девушка посмотрела на меня печальным взглядом, и я сглотнул – она была слепа. Это можно было понять по белым, немного покрасневшим глазам. Она легонько усмехнулась и спрятала прядь волос за ухом. В это время я заметил, что на руках у нее были такие же цепи как у меня, только раны у нее уже затянулись – похоже, она здесь довольно давно. – Как ты узнала, что я хотел дотронуться к решетке? Ты ведь слепа, верно? И что это вообще за место? – спросил я, садясь на пол подальше от решетки с током, в глубине души радуясь, что наконец-то хоть кто-то объяснит мне, что здесь происходит. Шион опустила взгляд и поджала под себя ноги, мне было ее жаль, хотя, по сути, мы и были в одном положении. Но эта девушка... Она не проста. – Я здесь уже давно, года два, наверное... – Услышав это, мои глаза удивленно расширились, и я сглотнул. – Да, ты прав, я слепа, но я не была такой раньше... – девушка грустно посмотрела прямо на меня, будто точно зная, где я нахожусь. – Эти люди сделали это со мной... Но за время пребывания здесь я научилась слышать то, чего не вижу. – Погоди, ты сказала люди? Здесь есть люди? – я не веряще посмотрел на девушку, а она лишь невесело усмехнулась. – А ты думал кто тебя сюда притащил? Хотя назвать их людьми трудно, они скорее были ими, когда-то. Я многого не знаю, но могу тебе сказать, что это место мертвецов, никто не выживает, побывав здесь, а те люди заботятся об этом, – Шион снова посмотрела на меня и я замер, у нее был взгляд полностью отчаявшегося человека, она потеряла надежду, и, похоже, давно со всем смирилась. – Что же нужно этим «людям»? И неужели отсюда совсем нет выхода? – спросил я, в душе боясь услышать ответ. – Они ставят эксперименты. Правда сами они называют это «созданием нового» и «усовершенствованием». Я так и не узнала, зачем они это делают, но они явно пытаются чего-то добиться. До тебя в этой камере сидело как минимум человек двадцать, и все они не выдержали, не подошли им. Кроме того в этом помещении, не считая наших, еще двадцать две камеры, и в каждой из них есть подопытный. На самом деле те, кто притащил тебя – ученые, они испробуют на нас свои вещества, которые зачастую являются радиоактивными и из-за длительной работы с ними даже сами эти ученые постепенно теряют свою человечность. Ты мог заметить у большинства из них наличие третьей руки или чего-то еще нечеловечного – это и есть результат их работы. Хотя то, что происходит с нами куда страшнее. – Страшнее? – мне становилось все хуже, я не мог поверить в то, что это происходит со мной, и я теперь «подопытный кролик». – Да. Эти люди приходят к нам по три – четыре раза в день и вкалывают что-то. Иногда уводят с собой в лабораторию, но меня туда никогда не брали, а те, кого брали или не возвращались, или им отрезали языки, чтобы они не болтали лишнего. Кроме того, у нас есть смотрители, их всего два и они следят за нашим поведением. Сказать по правде это, наверное, самые ужасные люди, они совершенно нас не щадят, бьют, режут, калечат, даже если ты просто не так на них посмотрел, – Шион скривилась и сильнее прижала руки к груди. – Ты спросил, есть ли отсюда выход? Да, есть, но до него никто не доходил. Вон та кнопка на стене, – девушка указала на огромную кнопку слева от моей камеры. – Она открывает все камеры одновременно, ее в последний раз использовали, чтобы проверить наши способности. – Способности? – недоумевая, переспросил я, нервно поджимая губы. – Ага. После длительного принятия тех веществ, что в нас пихают, наши тела меняются, у одних очень сильно, у других почти не заметно. Это может как проявляться внешне, так и внутренне, но в любом случае ты уже не человек, – Шион замолчала и, медленно приподнявшись на коленях, подняла свою кофту, показывая живот. Посмотрев на него, я ужаснулся: из ее тела, так же, как из моего, торчала дискообразная штука, а по бокам от нее виднелись странные выросты из мяса, напоминающие открытые опухоли, из которых свисали чуть шевелящиеся куски кожи. Они напоминали небольших червей. Меня начало подташнивать и я невольно отвернулся. Девушка опустила кофту и села обратно, продолжая невидящим взглядом смотреть в стену. – Проверка заключалась в том, чтобы оставить самых сильных. Нас выпустили на огромную площадь и заставили сражаться друг с другом, обещая, что победителя они отпустят. Это была явная ложь, но люди были слишком истощены и напуганы, чтобы анализировать сказанное. Они просто слепо начали сражаться друг с другом, убивая, раня и разрывая. Ты даже не представляешь, какие монстры там были. Некоторые из них на то время уже почти совсем утратили человеческий вид, превращаясь в бездушных машин смерти. После того случая количество подопытных резко сократилось и вскоре прибыли новые, но они были слабы и слишком быстро умирали. – Многие пытались убежать отсюда, но ни у кого не получалось, они либо умирали, либо их возвращали обратно и жестко наказывали, бросая в яму с кислотной жидкостью, которая хоть и медленно, но болезненно разъедала их тела. Я сжался и побледнел. То, что говорила Шион, просто не укладывалось в моей голове, я слышал о таком только в фильмах и всегда считал чистой воды выдумкой, но сейчас... Этого просто не могло быть, это неправда, мне все это снится! Я сильно зажмурился и резко распахнул глаза – нет, это реальность, и я здесь, в этом странном непонятном месте со слепой девушкой напротив, которая рассказывала мне ужасные вещи. Я хотел было спросить у нее еще что-то, но вдруг справа от камеры послышался какой-то скрежет. Шион вмиг встрепенулась и быстро отодвинулась от решетки. Решив последовать ее примеру, я сделал то же самое, чувствуя, как мое сердце начало бешено колотиться в груди и страх наполнил мой разум. Со стороны слышались чьи-то тяжелые шаги и невнятное бормотание. Я прижал израненную руку к груди. Шаги становились все четче и громче, и с каждым шагом я чувствовал, как сердце ускоряет ритмы, к горлу подкатил тяжелый ком. Я боялся. Я дико боялся этих людей, ведь я ни разу в жизни не сталкивался с чем-то подобным, и вообще не мог представить себя в такой ситуации. Поэтому как любой другой нормальный человек я испытывал страх. Но сдаваться и показывать его я не собирался, я просто не мог, для меня это было слишком неестественно, поэтому кое-как взяв себя в руки и уняв дрожь, что уже распространилась по всему телу, я уверенно посмотрел вперед. За решеткой наконец появились те «люди», один в противогазе и с какой-то маленькой коробкой, а другой просто в белой маске с двумя дырками для глаз, оба были одеты в белые плотные на вид скафандры. Подойдя к моей камере, человек в противогазе вытащил из кармана какую-то карточку и просунул ее в небольшую щель неподалеку от камеры. Решетка начала не спеша подыматься, пропуская «гостей». Я, молча-внимательно наблюдал за ними, нельзя было упустить ни единого нюанса, ведь я не собирался сидеть здесь вечно. Пройдя в камеру, эти двое остановились прямо напротив меня, всматриваясь и изучая. Я же в свою очередь тоже не сводил с них глаз, меня привлек тот факт что тот человек в противогазе был куда меньше ростом того, что в маске, и у него не было видно глаз из-за противогаза и это меня немало напрягало, ведь так я не смогу вычислить его эмоции. С человеком в маске все было лучше, у него были видны глаза, но в них не отражалось ничего, кроме насмешки и ненависти вперемешку с интересом, Я сглотнул и снова перевел взгляд на человека в противогазе. – Не смей отворачиваться от меня, сученок! – неожиданно выкрикнул человек в маске, отчего я сильно испугался и вжался сильнее в стену. Он же рывком подошел ко мне и с силой поднял вверх, держа за цепи на руках. Я зашипел от боли и закусил губу до крови, сдерживая вскрик. Цепь больно врезалась в свежую рану, разрывая ее сильнее и соприкасаясь с костью. Я еле держался, но показывать этим тварям свою слабость я не собирался. Человек в маске зарычал и сильно приложил меня к стене головой. Перед глазами все поплыло и я осел на пол, чувствуя соленую кровь во рту от прокушенной губы и на голове от сильного удара. О руках я даже думать не хотел. – Тише, он же еще не дозирован, ты можешь его убить, – вдруг заговорил человек в противогазе, сдерживая своего «напарника», когда тот в очередной раз собирался приложить меня, затем он повернулся ко мне. – Теперь ты. Слушай сюда, ты временный объект 9 12, по нашим сведениям твой организм должен идеально подойти на роль двенадцатого, но сведения есть сведения, а нам нужно знать, как оно будет на самом деле. Скажу тебе сразу, можешь даже не пытаться выбраться отсюда – это невозможно. С тобой никто не будет цацкаться, ты – наш будущий эксперимент, и мы надеемся что удачный, ведь все твои предшественники были «бракованными», и нам приходилось раз за разом все переделывать. Но ты ведь будешь хорошим мальчиком и не создашь нам проблем, верно? Запомни, ты – не человек, у тебя уже никого нет, и для тебя же будет лучше, если ты просто со всем смиришься и забудешь свое прошлое, – человек говорил спокойно и размеренно, а во мне все закипало. – Да пошел ты, – прошипел я сквозь стиснутые зубы, за что получил резкий удар в челюсть от человека в маске. – Ах да, я забыл сказать. Если ты все же решишь по своему, смотритель разберется с тобой, – ехидно проговорил человек в противогазе, чуть поворачиваясь к тому, что в маске, который, похоже, и был смотрителем. Затем он присел и приоткрыл коробку, вытаскивая оттуда три разных шприца. – А теперь мой тебе совет: лучше не двигайся, – он взял один шприц и наклонился ко мне. – Я сказал – да пошел ты, урод! – я резко оттолкнулся от стены и быстрым выпадом сбил человека в противогазе с ног. Я не знал, что на меня тогда нашло и откуда появилась эта энергия и уверенность, но я был благодарен за это всем и вся. Пока человек в маске соображал, что же произошло, я со всей силы заехал ему коленом в живот. Тогда меня не волновали ни рана на животе, ни на руках, единственное чего я хотел – это уничтожить этих существ. Человек в маске пошатнулся от моего удара, но не упал, и даже более того, он быстро нанес ответный удар мне в бок. Я зашипел от боли и свалился на колени, сжимая пораненное место. В это время человек в маске вытащил откуда то огромный длинный кнут и со всей силы ударил меня им по спине. Здесь я не сдержался, и дикий крик боли вырвался из меня. Было такое чувство, что этим кнутом он пропорол мне все ребра и хребет, хотя, может, так оно и было. Но на этом смотритель не остановился, он продолжал избивать меня, в этот раз и в живот, оставляя на моем теле глубокие порезы. У меня уже не было сил даже кричать, горло горело, тело, будто разрывалось на части, а глаза видели только равномерно вздымающуюся руку смотрителя. Вдруг непонятно отчего избиения прекратились, и стало как то тихо. Я был не в состоянии что-либо понимать, но, кажется, я слышал голос человека в противогазе, затем почувствовалось прикосновение к руке и что-то острое – мне делали укол. Я знал, что все так закончится, но отдаваться этим тварям просто так я не собирался и не собираюсь. «Это еще не конец, я еще не сдался», – пронеслось в моей голове, перед тем как я потерял сознание. День за днем ко мне приходили эти уроды. Иногда они менялись сменами с другими, но отношение ко мне у них оставалось одинаковым. С Шион общаться мне запретили, но кто их будет слушать. Я не хотел подчиняться этим тварям, никому из них. Каждый день они вкалывали мне лошадиную дозу какой-то хрени, от которой у меня постоянно ныло все тело и болела голова. Из-за моего неподчинения они сильнее приковали меня к стене, но это мало помогало. Почему-то принимать кардинальные меры ко мне они не торопились, явно оставляя меня для чего-то большего, поэтому удовлетворились лишь полным лишением меня возможности передвигаться. Они буквально прибили мое тело к стене этой дискообразной штукой в животе, не давая возможности ни встать с колен, ни лечь. Это было моим наказанием на неделю. Я уже не обращал внимания на боль, дискомфорт, частое отсутствие пищи и воды. Однажды Шион мне сказала, что из-за воздействия этих странных препаратов, что нам колют, некоторые могут длительное время обходиться без воды или еды, но при этом ощущая дикую боль. Я не знал, что со мной происходит. В голове все смешалось, я не мог четко мыслить и что-либо понимать. Иногда я даже не замечал, как проходил день, я перестал чувствовать ход времени, для меня все остановилось. Смотритель, удары, боль, уколы, кровь, страх, уколы, смотритель – вот расписание моего дня. Но я все равно не сдавался. Каждый раз, когда приходили эти твари, я пытался хоть как-то сопротивляться, за что получал вдвойне. Шион говорила, что такое мое неосознанное состояние будет длиться до того момента, пока организм не привыкнет к препаратам, а затем оно пройдет, но кто знает, что случится с моим разумом за все это время. Саске... Каждый день, что я проводил в этом ужасном месте, я вспоминал Саске, вспоминал свой самый счастливый год в жизни, то, как я впервые завел друзей, впервые влюбился и впервые почувствовал, что дорог кому-то. Все это время какая-то частичка меня лелеяла надежду, что Саске все же вернется, вернется и вытащит меня из этого дерьма, поможет, поймет, успокоит. Но никто не приходил… С каждым днем я все больше убеждался в том, что никто не придет, даже бабуля и старый извращенец. Я никому не нужен. Я сам по себе, но даже если так, я не собирался оставаться здесь и быть послушной игрушкой чокнутых полу-людей. Саске, помоги мне... Как-то Шион сказала, что по ее расчетам прошло три недели. Я удивился, ведь мне казалось, что уже миновало как минимум месяцев пять, но Шион не могла врать. Она была единственной моей опорой и другом, без нее мне было бы куда сложнее. И когда я выберусь отсюда, а я обязательно выберусь, я заберу Шион с собой, я не брошу ее, она тоже заслужила на жизнь, а не на жалкое существование в прогнившей дыре с сумасшедшими. И мне все равно, что меня уже никто не ждет, мне все равно, что Саске наплевать на меня и мне все равно, что я его до сих пор люблю. «Я выберусь отсюда, я не сдамся. – Сердце сжалось от боли. – Ни за что. – Где-то в груди стало до невозможности горько. – Вот увидишь, – и по щеке скатилась одинокая слеза, – Саске...» End Pov Наруто *** На улице шел сильный ливень. Это было и неудивительно, конец весны все-таки. Хмурые облака затянули небо, скрывая землю от теплых лучей весеннего солнца. Кое-где был слышен гром, но его быстро поглощали звуки машин на улицах и он вливался в общий шум вечернего города. Люди шли серой толпой, не останавливаясь и унося за собой частички тепла. Снова прозвучал еле слышный раскат грома и черноволосый юноша остановился посреди тротуара, всматриваясь в небо. Он был одет в длинный черный плащ и темные брюки. Черный зонт частично скрывал от людей его аристократическое лицо с красивыми черными глазами, взгляд которых был холоднее льда. Юноша выглядел спокойным, но в тоже время вокруг него чувствовалась аура напряжения. В последний раз взглянув на небо, он, засунув одну руку в карман, пошел дальше по улице, скрываясь под зонтом. Было такое чувство, что этот парень был чем-то опечален, хотя внешне это почти и не сказывалось, но в прикрытых челкой глазах плескалась боль. Пройдя очередной переулок, юноша подошел к небольшому, но ухоженному дому и, открыв ключом дверь, вошел внутрь. – О, братец, ты уже вернулся, – Итачи вышел к младшему брату в домашних штанах и приветливо улыбнулся. Саске в ответ даже не посмотрел на него, молча кивнув. Старший Учиха на это лишь вздохнул и, грустно посмотрев на брата, покачал головой. – Нельзя так себя убивать, Саске, уж поверь, все равно с этого не выйдет ничего хорошего, – Итачи смотрел, как младший брат молча повесил плащ и взглянул на старшего Учиху пропитанным болью взглядом. – Уже год прошел, Саске. Тебе нужно попытаться как-то забыть все это и жить заново, ты ведь сам так говорил. На секунду взгляд младшего Учихи изменился. В нем мелькнула злость и угроза, а затем они снова сменились безразличием и горечью. – Мы с тобой об этом уже говорили, Итачи, это мои проблемы, – Саске в последний раз посмотрел на брата, и, отвернувшись, медленным шагом пошел наверх. – Такими темпами он вскоре загнется, – их кухни вышел Какаши и задумчивым взглядом окинул лестницу. – Прошел целый год, а он до сих пор себя корит. Похоже, он действительно сильно любит Наруто. Итачи тяжело вздохнул и, помассировав переносицу, взглянул на Хатаке. Он был прав, если так и дальше пойдет, Саске превратится в ходячий труп. Нужно было срочно что-то делать. Саске зашел в свою комнату и сразу же завалился на кровать. Он понимал, что Итачи прав, что он должен, наконец, взять себя в руки, но, как говорится, легко сказать. Со дня исчезновения Наруто прошел целый год и за все это время Саске честно пытался забыть голубоглазого блондина, разбившего его сердце, но каждый раз, когда он смотрел на проходящую мимо блондинку или просто парочку влюбленных, перед его глазами представало красивое улыбающееся лицо с чуть прищуренными, чисто-голубыми глазами. Он прекрасно помнил тот день, когда увидел целующихся Сая с Наруто, помнил те режущие душу слова, слетевшие с уст уже не его блондина. Помнил, как потом испугался, услышав от Какаши, что Наруто пропал, как искал его по всему лесу двое суток без сна и все безуспешно. А потом.… Потом пришла пустота и разочарование. Выходит, Наруто просто бросил его, не удосужившись даже слова сказать в прощание, хотя он уже достаточно сказал. Сначала все были уверены, что Наруто просто решил где-то побыть один, но когда его не нашли и на третий день, уже стало понятно, что с Узумаки что-то случилось. Саске тогда не находил себе места. Хоть он и знал, что Наруто его не любит, что это была просто игра и обман, все равно Саске не мог просто так забыть блондина. Он поднял на уши всех, кого мог, даже Итачи, и вскоре после обыска квартиры Наруто там обнаружили записку, написанную самим Узумаки, в которой говорилось, чтобы его не искали и что он не вернется. Тогда Саске во второй раз испытал боль и обиду. Он даже поначалу не верил, что эту записку написал Наруто, но после тщательного анализа было установлено, что подчерк принадлежал именно Узумаки Наруто. На то время Какаши был привлечен к суду, как ответственный за несохранение безопасности ученика, и по сути Саске должен был переживать и за него, но, как он не старался, в голове был только Наруто. Все, о чем он думал, был только голубоглазый блондин, предавший и бросивший его. Какаши оправдали, правда для этого Итачи пришлось не слабо потрудиться и вложить немалые деньги. А Саске никак не мог прийти в себя. Целый месяц он не выходил из дома, целыми днями сидя у себя в комнате. Ему было больно и он постоянно корил себя за доверчивость и глупость. Каждый день, просыпаясь первой мыслью у него было: «Как там Наруто? страдает ли он так же, как и я? Нет, конечно...» Это был самый ужасный месяц его жизни со дня смерти родителей. Но вскоре Учиха кое-как пришел в себя. Он решил, что лучше постараться начать все сначала, и, несмотря на душевные раны, лучше забыть Наруто и никогда не доверять никому так, как сделал с ним, он больше никогда не повторит такой ошибки. Учиха Саске снова превратился в замкнутого, отчужденного парня без эмоций и чувств, он снова потерял тепло. «Холодно... Почему мне так холодно?» Даже Киба стал каким-то унылым. Он больше не улыбался так беззаботно как раньше, Шикамару стал еще больше спать и уделять меньше внимания учебе, а Сакура перестала клеиться к Учихе и потеряла всю свою веселость. Видимо, Наруто изменил не только Саске, а теперь забрал все обратно. Все было вроде бы как всегда и в то же время как-то не так, было слишком пусто. И Саске это понимал, он прекрасно чувствовал эту пустоту внутри себя, чувствовал насквозь пробирающий холод. На то время прошло уже полгода. И если вначале Саске еще как то держался, то теперь он снова начал чувствовать недавно остывшую боль. В голове засел червь сомнения, отчего-то все случившее стало казаться ему слишком странным и неестественным, и он удивлялся, как не замечал этого раньше. Но другая его половина твердила, что стоит все забыть, что из этого все равно ничего не выйдет, и Саске послушал ее, он снова попытался откинуть все воспоминания и сомнения, но вскоре они опять вернулись. Был уже конец учебного года и по подсчетам со дня исчезновения Узумаки прошел год. Ровно год назад Саске сидел за этой партой вместе с Наруто и улыбался, слушая его нелепые шутки, он был счастлив и даже не представлял, что может произойти что-то ужасное. Ровно год назад он в последний раз по-настоящему жил. Но сейчас... В последнее время Учиху стали посещать странные мысли. Хоть это и было невозможно, но почему-то ему начало казаться, что что-то не так, что Наруто не мог такого сделать, но ведь факты были на лицо... Саске не знал что делать, он окончательно запутался. Совсем недавно он даже попытался снова поискать Наруто через связи брата, но опять-таки безуспешно. «Наруто...» – Учиха понял, что до сих пор любит этого блондина, и насколько бы сильным он не был, все равно, если так пойдет и дальше, он не выдержит. Поддавшись воспоминаниям, младший Учиха не заметил, как возле него что-то зашуршало и по комнате прошелся легкий прохладный ветерок. Лежа на кровати, Саске не замечал, что творится вокруг, он был слишком погружен в себя. Вдруг на всю комнату прозвучал громкий, но чуть низкий женский голос. – Йо, Учиха Саске! У брюнета от испуга чуть сердце не остановилось, и он рывком подорвался с кровати, умудряясь при этом сохранить почти невозмутимое лицо. Перед ним на подоконнике у распахнутого окна на корточках сидела молодая девушка с блондинистыми, собранными сзади заколкой волосами, которые при этом торчали во все стороны, и дерзко ухмылялась. Она была одета в черную кожаную куртку и темные джинсы, обрамленные поясом с какой-то эмблемой. Также на девушке были солнцезащитные очки, что было довольно странно, учитывая дождливую погоду. Более-менее успокоившись, Учиха собраться и с вызовом посмотрел на девушку. – Кто ты? – спросил он, нахмурившись. – Тебе имя говорить, или кличку? – спросила блондинка, наклоняя голову вбок. – Имя, – эта особь явно не нравилась Саске. – Я не помню своего имени, – усмехаясь, проговорила девушка, чем вызвала у Учихи подергивание глаза. – Да ну? – саркастически спросил тот в ответ. – Да, – эта девка явно издевалась над ним. – Не беси меня, – угрожающе прошипел Саске, сужая глаза. – Ой, какие мы грозные! Не кипятись ты так, – еще шире ухмыльнулась блондинка. – Я действительно не помню своего имени, но друзья зовут меня Калипсо. – Что за дурацкая кличка, – не сдержался от колкости Учиха, не сводя уверенного взгляда с девушки. – Пф, кто бы говорил! «Саске», – если бы меня так звали, мне бы с людьми было бы стыдно знакомиться. Правду он говорил, что ты теме… – чуть надулась девушка. Саске на секунду напрягся, так его называл только Наруто, неужели... – Что тебе от меня нужно и откуда ты знаешь мое имя? – серьезно спросил он, чуть нервничая, точнее испытывая легкое беспокойство. – Фи, как грубо, – скривилась Калипсо. – По тебе не скажешь, что ты хочешь узнать, где Наруто, – хитровато усмехнулась блондинка, а Саске застыл. Эта девушка знала, где Наруто? Или может просто пыталась его куда-то заманить? – Почему я должен тебе верить? – спросил он. – А кто тебе сказал, что ты должен мне верить? – тут же ответила девушка, ухмыляясь еще шире. – Тц, – вырвалось у Учихи и он отвел взгляд. – Нет, ну я, конечно, могу отвести тебя к нему... Правда, он не разрешал, но если подумать... – Калипсо спрыгнула с балкона и начала ходить туда-сюда, заложив руки за голову и жутко напоминая при этом самого Наруто. Саске же не знал что делать. К нему в дом через окно является странная особь и заявляет, что может отвести его к Наруто, при этом не давая никаких гарантий, что не обманет, причем открыто говоря об этом. К тому же хочет ли он сам увидеть Наруто? Хочет... Черт, да он бы согласился на что угодно, лишь бы встретиться с ним, пусть это даже и будет унизительно, но Саске был просто обязан выяснить для себя, что к чему. Ведь в прошлый раз он вспылил и был просто не в состоянии что-либо выслушать. Но сейчас... Сейчас ему нужно выбрать, по сути, свою судьбу. – Послушай, у тебя тут, конечно, круто, но я не могу торчать здесь до старости, давай резче, – недовольно проговорила блондинка, смотря на Саске. Тот никак не отреагировал, он впервые в жизни был настолько не уверен. Идти, не идти, идти, не идти, черт! – Так, ладно, вижу, это было бесполезно, так что я пошла, удачного дня. – Калипсо ловко запрыгнула на подоконник, но сзади ее остановили, хватая за руку. – Постой. Я согласен. А вот мои арты к 19 главе, и один к этой, они не очень удачны, так что извините ^^ http://cs410521.vk.me/v410521813/56e9/G32sOtiHnUM.jpg - 19 глава. Стриптиз от Наруто ;) http://cs410521.vk.me/v410521813/56f3/6VeQUSuL13g.jpg - 19 глава. Поцелуй Саске с бабулей :D http://cs410521.vk.me/v410521813/56fd/EiTDsSXIu9g.jpg - 21 глава. Калипсо) http://cs421624.vk.me/v421624813/3644/Uav_BKBBgM0.jpg - существа в противогазах