Огонь

- просто не верится, что уже совсем скоро мы покинем школу и выйдем в большой мир, - пробормотала я. - а, казалось бы, вот только недавно мы учились в первом классе…- задумчиво произнесла Лисса. На следующей неделе у Лисы был день рождения, и мы говорили о том, как хотим отпраздновать его, однако со стороны стадиона к нам подошел Стэн, мой давнишний инструктор, и прервал наше беседу. - Хезевей - рявкнул он. – Наконец-то ты соизволила появиться. Быстро на место! Лисса торопливо обняла меня. - удачи,- прошептала она. – Хотя ты и сама прекрасно справишься. Наше прощание длилось всего десять секунд, но, судя по выражению лица Стэна, все же показалось ему слишком долгим. Я улыбнулась Лиссе в благодарность за поддержку и торопливо зашагала вслед за инструктором, а она отправилась на трибуны искать наших друзей. - тебе повезло, что ты не среди первых, - проворчал он. – На трибунах уже заключают пари, появишься ты или нет. - правда? И каковы ставки? Я ведь еще могу передумать, поставить на то, что не приду, и загрести целый карман денег. Его предостерегающий взгляд с прищуром говорил красноречивее всяких слов. Мы вошли в зону ожидания рядом со стадионом, напротив трибун. Меня всегда изумляло, сколько труда вкладывается в проведение этих испытаний, а сейчас, на близком расстоянии, я была поражена еще больше. Барак, где ожидали новички, представлял собой деревянное сооружение с крышей и выглядел так, будто стоял тут всегда, но, тем не менее, по окончании испытаний его уберут так же быстро, как и собрали. Довольно широкий дверной проем позволял видеть часть площадки, где один из моих одноклассников с волнением ожидал, когда назовут его имя. На площадке были установлены разнообразные препятствия, призванные проверить координацию и способность сохранять равновесие, одновременно борясь со стражами, которые могли выскочить из-за любого угла, или ускользая от них. На одном конце поля был сооружен сложный лабиринт из деревянных стен, в других местах висели сети и шаткие платформы. Несколько новичков сгрудились у двери, рассчитывая посмотреть, как проходят испытания у идущих первыми, в надежде воспользоваться их опытом. Но только не я. Я была настроена действовать вслепую и принять все, что меня ждет. Если я стану подглядывать, как проходят испытания другие, то могу поддаться панике, а важнее всего для меня сейчас было сохранять спокойствие. Поэтому я прислонилась к стене барака и огляделась. Похоже, я и впрямь тут появилась последней; интересно, насчет меня и правда заключают пари? Некоторые мои одноклассники перешептывались, собравшись небольшими группами; другие разговаривали, делая упражнения на растягивание; третьи стояли со своими инструкторами, выслушивая последние наставления. То и дело раздавались слова «сосредоточься» и «успокойся». А где сейчас шлялся мой инструктор, одному Богу известно. Не так давно я рисовала в воображении этот день, представляя себе, как мы стоим с Дмитрием, и он советует мне настроится серьезно и, оказавшись на поле, не утратить хладнокровия. Ну, наконец-то! Я увидела, как он, немного пригнув голову, вошел и встал рядом со мной. - боишься? – поинтересовался он. - нет, почему та, у которой есть звезда на шее за убийство стригоев, должна боятся каких-то финальных испытаний!? – он усмехнулся, то была ложь, и он это прекрасно знал, но решил не заострять на этом внимания. – Не волнуйся, товарищ, я справлюсь и с завязанными глазами. Черт, может мне так и сделать? У тебя есть какая-нибудь повязка? Если будешь хорошо себя вести, я даже позволю тебе завязать её. – Шутливым тоном произнесла я. В моей голове промелькнула мысль, что по завершении испытании он снял бы с меня не только повязку, но и все прочее… Он укоризненно покачал головой. - Роза, клянусь, каждый день с тобой можно считать испытанием. Он ободряюще улыбнулся мне, потом взял мою руку в свою. Эта улыбка и его прикосновение – вот все, в чем я нуждалась, чтобы выдержать этот экзамен. Я закрыла глаза и наслаждалась. Тут Дмитрий резко отдернул руку, я не поняла, что случилось, но потом открыла глаза. - Медитируешь? - Мама, что ты здесь делаешь? Передо мной стояла моя мать, Джанин Хэзвей. На несколько дюймов ниже меня, она обладала таким боевым духом, что могла одолеть любого противника, даже вдвое крупнее, чем я. Само выражение ее лица заставило бы любого хорошо подумать, прежде час бросить ей вызов Упираясь рукой в бедро, она улыбнулась мне. - ты всерьез полагаешь, что я могла не приехать в такой важный для тебя день? - ну, не знаю. Мне стало чуточку стыдно за то, что я усомнилась в ней. - просто я думала, что у тебя найдутся более важные дела. - такое событие я ни при каких обстоятельствах не пропустила бы. Затем она сказала мне почти то самое, что говорил в моем воображении Дмитрий, и я невольно улыбнулась. Я обняла маму. Сначала все ее тело напряглось, но потом она расслабилась, тоже быстро обняла меня и отодвинулась. – Я рада, что ты здесь. — Розмари Хэзевей! Голосом громким и ясным, будто звук трубы, возвещающей начало сражения, Альберта вызывала меня, и все мысли выскочили из головы. Думаю, мать пожелала мне удачи, но я уже ничего не слышала, делая шаг на поле, навстречу Альберте. Адреналин вскипел в крови, все внимание сосредоточилось на предстоящем испытании, по окончании которого я стану стражем.