Наш фильм

Tick tock goes the clock Time is going so slow And I'm supposed to be fast asleep A couple hours ago* Он лежал в темноте и тишине, уже привычно глядя в потолок. Наверное, усталость, которая должна была свалить его с ног в тот момент, как его тяжелая после целого дня съемок голова коснулась подушки, была чрезмерной. И он не мог уснуть, безмолвно общаясь с тишиной… Он давно привык к этому странному чувству отторжения сна, когда силы на исходе, а тело продолжает бодрствовать, что-то додумывая, пытаясь до конца что-то пережить, завершить какие-то дневные внутренние дела, помешанные на эмоциях, чувствах, впечатлениях. В такие вот ночи, которые в последние три месяца стали повторяться все чаще, хорошо было бы сидеть у озера и слушать звенящий сон озера, шелест камышей, тихие вздохи воды и треск костра. Сидеть и смотреть на языки пламени, которое могло ненадолго отвлечь от медленного течения времени в бессонную ночь… Жаль, что нельзя сейчас взять спиннинг и уйти подальше от всех, посидеть у воды и подумать. А еще лучше было бы пробежаться пальцами по струнам гитары, слушая, как отзывается на звук его сердце, успокоенное привычными мотивами… Он уже давно не пел, хотя раньше, еще до этого странного состояния бессонницы, когда каждое мгновение ощущается как вечность, он часто пел, прижав к себе гитару и глядя на языки пламени в ночном сумраке… Давно он не находил в себе сил облечь в слова свои чувства, даже если эти слова давно сложились в песню и звучат в его голове вот такими одинокими, бессонными ночами… Наруто сел на постели, спустив босые ноги на прохладный пол. Поднес к глазам часы – светящийся циферблат безжалостно показывал лишь начало второго ночи. Наверное, все его коллеги по работе спят без задних ног, измученные долгим днем: сегодня они закончили лишь в начале десятого вечера. Он встал и босиком прошел в ванную, включил свет и открыл кран, глядя на свое бледное лицо в зеркале. Иногда его глаза бывали вот такими – угрюмыми. Редко, но бывали. Бледности позавидовал бы, наверное, даже Драко Малфой… Наруто умылся теплой водой, чувствуя легкую ломоту в теле – поиграл в баскетбол с Кибой. Нужно было хотя бы раз в неделю бывать в зале, но сейчас, при насыщенном графике съемок, он не мог себе этого позволить. Летом, когда почти все сцены с ним будут отсняты, появится больше времени… Возможно, он даже попытается поступить в колледж… Но до лета еще полтора месяца. Наруто вернулся в комнату, свет из ванной начертал желтую дорожку к постели, словно намекая, что ему нужно снова попытаться уснуть. Но он вернулся и выключил свет, оставаясь в почти полной темноте. Впрочем, почему нет? Раз он не может спать, то зачем мучаться? Даже если утром у него будут синяки под глазами от усталости, в чем он сомневался, гримеры справятся – они творили чудеса и не с такими лицами… Он натянул носки, джинсы, надел черный свитер и кроссовки, взял с тумбочки ключи и вышел из номера в тихий коридор. Ковер заглушал его шаги. Администратор сонно проводил его глазами. В машине привычно пахло кожей и его туалетной водой, на бардачке лежали солнечные очки, с зеркала заднего вида ему улыбалось странное синее существо неизвестной породы – подарок Ханаби. Большие голубые глаза игрушки начали хлопать, когда Наруто повернул ключи и вывернул с парковки. Когда он проезжал мимо освещенного входа в гостиницу, кто-то махнул ему рукой. Наруто не сразу сообразил, но потом нажал на тормоза, глядя в зеркало, как к нему спешит Инузука, в наскоро накинутой куртке и чуть сонным лицом. — Ты, надеюсь, не на свидание? — ухмыльнулся он, садясь и хлопая дверцей. Киба сладко зевнул: — Что-то не спится… Наруто хмыкнул, но ничего не сказал. Они молчали, пока он вел машину по небольшим улочкам, неплохо ориентируясь на темных перекрестках. Минут через пятнадцать они выехали за город. Вскоре они повернули с главного шоссе, по которому можно было попасть к Ханаби, потом на небольшую проселочную дорогу, идущую плавно вниз по склону. После очередного поворота машина выкатилась на берег небольшого озера. Спокойная темная вода почти сливалась с дальним берегом, где, как помнил Наруто, густо росли деревья. Кажется, к озеру можно подъехать только по этой дороге. Берег был хорошо укрыт склоном, по которому они спустились, песок начинался почти у самой кромки, трава здесь росла буйно, в некоторых местах переходя в высокие камыши. Наруто подошел к лежащему у воды стволу дерева, сел и по старой памяти нащупал небольшую трещину в нем. Да, ничего не изменилось – когда в последний раз они с братом ездили сюда, то оставили в бревне коробок спичек и кусок газеты. Киба сел рядом, наблюдая за тем, как Наруто разводит небольшой костер из сухих веток, сваленных поблизости. — Хорошее место, — наконец, заговорил Киба, глядя на воду. Узумаки согласно кивнул, следя за языками пламени. — И недалеко… — Да, хорошо, — он понял, что имел в виду шатен. Лучше места, конечно, сейчас не найти, да и искать будет некогда. Наруто знал, что если чуть пройти влево по берегу, то там есть тихая заводь с чуть выступающим из воды мысом, где можно было спокойно порыбачить. Инузука усмехнулся, сорвал длинную травинку, прикусил ее. — Сакура разделала меня сегодня под орех, — заговорил он. Блондин не удивился – Сакура тоже со школы увлекалась спортом. — Тебе полезно, — откликнулся Наруто, осторожно кладя в костер толстые ветки. — Ты поэтому не спишь? Жаждешь реванша? Киба фыркнул, травинка выскочила у него изо рта и упала в огонь. — Разговаривал долго по телефону, а когда решил, что пора спать, услышал, как ты крадешься по коридору… — Ничего себе слух… — усмехнулся Наруто. — Ты звенел ключами, есть у тебя такая привычка, — Шатен подобрал камешек и бросил его в воду. — У тебя была какая-то конкретная причина приехать сюда ночью или тоже услышал какой-то призывный звук? — Инузука, ты когда-нибудь способен просто помолчать? — глухо откликнулся голубоглазый, чувствуя тепло, исходящее от костра. Он перехватил руку Кибы, когда тот собирался снова запустить камнем в воду и нарушить почти стеклянную гладь. — Не надо… Киба пожал плечами. — А спросить можно, господин егерь? — А разве я могу тебя заткнуть? — Наруто слабо улыбнулся. Он совсем не жалел, что взял с собой этого говоруна, хотя еще днем избегал не только разговора с ним, но и его взгляда. — Ты почему тогда смылся с вечеринки? Ну, когда мы отмечали премьеру «Кубка Огня»? Наруто изумленно посмотрел на Кибу: — С чего это ты вдруг вспомнил? — А я и не забывал, просто подходящего момента спросить не было, — пожал плечами Инузука, усмехаясь. — Тем более что та вечеринка была примечательной – это был последний наш сбор, который ты удостоил своим присутствием… — А я думал, что ты и не заметил, что я ушел… ну, или, по крайней мере, потом не вспомнил… — Но-но! Я, кстати, не такой уж и невменяемый был, — хмыкнул Киба, оседлав бревно, чтобы видеть лицо Наруто. — И ты, кстати, так и не допил свою штрафную… — Если бы я допил, то сейчас в роли Драко Малфоя был бы другой человек, а мое имя шло бы в титрах в черной рамке, — Наруто нарочито избегал взгляда Кибы. Опять он лез не в свое дело и, кажется, совсем этим не тяготился. — Итак, ты ушел из-за того, что не хотел пить… Или были другие причины? Узумаки пожал плечами, не отводя взгляда от огня. Вот теперь он начинал жалеть, что не оставил Инузуку у гостиницы… — С тобой так приятно поговорить, — ухмыльнулся Киба. Наруто надеялся, что он, наконец, успокоится и отстанет с допросом. Почему Киба вдруг вспомнил о той вечеринке? Почему так настойчив в этом? Почему вообще поехал с ним, а не спал в своей постели, видя приятные сны с участием Сакуры? Столько вопросов, а у главного героя «Поттерианы» всего один, кажется… — Скажешь или мне начать тебя пытать? — Я не люблю вечеринки, и ты это прекрасно знаешь… — И давно не любишь? Наруто внутренне застонал, понимая, куда клонит этот неугомонный парень. — Помню, было время, когда ты не пропускал ни одной, веселился с нами и был душой компании… У тебя были такие замечательные галстуки всегда, я даже завидовал… — Инузука, отстань, я тебя прошу… — Значит, ты выбираешь пытки? — Киба поднялся, огляделся, нашел какую-то ветку, чуть укоротил ее и направил на Наруто с чересчур серьезным лицом: — Или говори, или тебе придется испытать на себе Круциатус. Выбирай! Наруто усмехнулся, глядя на «оружие» Кибы малфоевским взглядом, который после нескольких лет легко давался, потом поднялся, хватая с земли ветку и тоже наставляя ее на Кибу. — Если вспомнить сценарий, то Круцио у тебя не ахти какой, так что лучше бы убрал свою палочку в карман, чтобы никому не выколоть глаз… — А что, идея! — рассмеялся Киба, взмахивая веткой, как шпагой. — Ты сможешь тогда играть дублера Глисона, причем без всякого грима… — Болтун, — Наруто взмахнул своей «палочкой». — Силенцио на тебя, так что молчи. Иначе я применю еще и любимое заклинание Сакуры, узнаешь, что чувствовал Менма-Невилл на первом курсе… — Ничего, Узумаки, рано радуешься… В шестой книге я овладею невербальными заклинаниями, вот тогда ты у меня попляшешь, — фыркнул Киба, откинув ветку и садясь обратно на бревно. — Ничего не знаю, я еще только четвертую до середины дочитал, — Наруто подкинул «волшебные палочки» в костер и стал смотреть, как пламя пожирает их с новой вспышкой. — Думаю, пора возвращаться, иначе Шеф завтра съест нас живьем, начнет поить снотворным и привязывать к кроватям в гостинице… Блондин пожал плечами. Он принес из машины термос, зачерпнул воды – она была еще очень холодной, почти обжигающей – и потушил костер, глядя, как меркнут угольки, издавая сердитое шипение. Он убрал на прежнее место спички и бросил последний взгляд на озеро. На обратном пути у Кибы то и дело слипались глаза, но он мужественно держал их открытыми и даже пытался болтать, но, видимо, у Инузуки усталость была иной, чем у Наруто, и она требовала сна и отдыха для измученного тела. Они поднялись по лестнице, молча дошли до дверей Кибы. Наруто уже собирался уходить, когда Киба окликнул его. — Что? — Наруто нехотя повернулся. — Будет мучить бессонница – только постучись… Я смогу рассказать тебе много интересного, особенно о той вечеринке, которую ты так поспешно покинул… Дверь в номер Кибы закрылась, а Наруто побрел к своей комнате, покачав головой. На губах его была рассеянная улыбка. Странно, но он никак не мог понять, в какую игру играет Инузука. А главное – в нем никак не могла умереть надежда на то, что все совсем не так, как кажется на первый взгляд… Наруто вошел в номер, бросил ключи на столик, снял обувь и упал на кровать, закрыв глаза. Одежда пахла костром и озером, усталость накатывала волнами… Что ж, Киба, тебе повезло: я, кажется, смогу заснуть и тебе не придется коротать со мной ночные часы, которые часто тянутся так медленно… So I, I need to exercise A right I've got to rest these eyes And I, I need to knock on some doors Then I won't have to lie here by myself anymore** * Тик-так. Стрелки в такт. Время тянется вновь. А я один без сна лежу опять, Хоть давно уже ночь. И мне, мне надо отдохнуть, Глаза закрыть и все ж уснуть. И я, я постучал бы в ту дверь, Лишь б мне не быть одному как теперь