Иллюзия и реальность

Учиха Обито был мертв. Он был мертв в течении этих долгих трех лет. Теперь ему должно быть шестнадцать. Сердце Обито перестало биться, легкие больше не поглощали кислород, вырабатывая углекислый газ, а его левый глаз ничего не видел…с тех пор, как он увидел своего бывшего товарища, проткнувшего своим Чидори грудь Рин. Он еще помнил страх на ее лице и едва скрываемые слезы. Ее лицо…ее прекрасное лицо все еще стояло перед ним. Рин не любила его, и Обито это прекрасно знал. Она любила Хатаке Какаши, молодого парня, что поклялся защищать ее. Именно он и убил ее. Обито закрыл глаза и попытался подавить гнев, что сию же секунду вспыхнул в нем. Он не был зол на Какаши. Он был зол на реальность. Почему-то его сердце знало, юный Учиха знал, его бывший друг был вынужден убить Рин. Он видел отчаянный крик Какаши, и не слышал раньше ничего подобного за всю свою жизнь. Обито был зол, что смерть Рин, как и его собственная «смерть», была жертвой за мир. Особенно четко вспоминались слова Мадары. «Ты был ранен, и потому другие были спасены…я прав?». Обито вспомнил боль, мучительную боль, сделавшую его бесполезным, неспособным защитить никого. Он был уверен, что он умер… но этого не произошло. Он жил, а Рин умерла. Обито сам бы умер вместо нее. Она не должна была умереть. Какаши…он должен был защитить ее. Слезы от ее смерти были на обоих лицах. Почему, он думал. Почему? Его гневом и горем были убиты люди. Обито никогда не думал, что сможет совершить нечто подобное. Обито был жив, но это никак не изменило исход. Рин была уже холодной. Они оба были пропитаны кровью. Кровью своих врагов. Он вспоминал, что удерживая ее, ее длинные волосы, покрытые кровью, он желал услышать ее голос. Иногда, в абсолютной тишине, Обито мог вспомнить голос Рин, ее смех и улыбку. «Рин…просто еще шаг… просто еще шаг, и я создам мир, в котором будешь ты» Обито создал бы мир, где будет царить мир и любовь, а не бессмысленные жертвы и смерти, необходимые тут. Скорбь и печаль запечатлелись в его голосе с того дня, что-то сих пор эхом отдавался в сознание. Реальность…я ненавижу ее, — думал Обито. Ты был прав, Итачи. Хотя Итачи и был ребенком, когда Обито в последний раз видел его, клан все же гордился им, видя величество в этом дитя. Но они не могли даже и представить, что Итачи станет пацифистом от войны, войны, которая забрала многое от мира шиноби. Обито отказывался верить в смерть Рин, даже когда не нащупал пульсирующей жилки на шее, и даже когда осматривал ее рану. «Люди живут, принимая свою жизнь как истину и реальность. Вот так они и называют „реальность“. Но что значит „правда“ и „истина“? Это просто общие понятия…их „реальность“ может быть всего лишь иллюзией. Можем ли мы говорить, что они просто живут в своем собственном мире, определенном их впечатлениями?». Часть Обито умерла, когда умерла его любовь, и эта часть никогда не вернется. Он стал Учихой Мадарой вскоре после Третьей Великой Мировой Войны Шиноби. Новая жизнь появилась, а старая жизнь без протестов ушла. Обито видел из далека свой старый дом, видя в нем забытую смерть и горечь, что иногда преследует его. Его клан забыл о нем. Минато-сенсей и Какаши забыли Рин. Обито вспомнил, что Мадара однажды ему сказал. «Чем больше ты проживешь…тем больше будешь понимать, что реальность состоит лишь из боли, страданий и пустоты… Ты понимаешь? Это относится ко всему в твоем мире. Там, где есть свет, там, безусловно, будет и тень» Я создам мир, где не будет ни мира, ни войны, ни горя, ни счастья. Все…все будет просто…просто существовать, никогда ни исчезнув. Обито стоял на вершине Монумента Хокаге. В детстве он хотел стать Хокаге, но эта мечта умерла с Рин. Смерть Рин заставила его увидеть реальность перед ним, и прошлое, за пределами иллюзии жертв и мира. Теперь его мечта была более простой, скромной…он больше похож на спасителя мира из-за нее. Жди меня, Рин. Ты будешь со мной, как и Какаши, как и все. Просто подожди…моя любовь.