Ботанический сад Джуди Хоппс

Звонкий голос Джуди на секунду заглушил робкое «динь-дилинь» дверного колокольчика. – Здравствуйте, миссис Выдрингтон! – наугад позвала она. Где-то за стеклянной стеной оранжереи хозяйка небольшого цветочного магазина бросила перепачканный землёй совок и сняла рабочие перчатки, спеша навстречу посетительнице. Джуди приветливо кивнула появившейся выдре. – Мою фиалку уже доставили? – Вот она, красавица, – миссис Выдрингтон ласково опустила горшок с цветком на прилавок. – Как всегда в срок. Заказанное растение было редкого сорта, такие не везде купишь. На мгновение офицер Хоппс задержала странный взгляд на бархатистом соцветии. – Спасибо большое... – голос крольчихи едва заметно дрогнул. – Что-то не так? – обеспокоено взглянула на неё выдра. – Нет-нет, всё хорошо, – быстро ответила Джуди, принимаясь искать бумажник в сумке. Прозрачный холод неумолимо сковал воскресное утро. Джуди стояла за полицейской лентой, в сорока метрах от густо-кровавой сцены преступления и глубоко вдыхала режущий гортань воздух, не сводя взгляда с цветка примулы, что случайно вырос у края тротуара. Бледно-жёлтые лепестки были небрежно измяты покрывшей их коркой кристального инея. Маленький цветок казался ей упавшим с небес солнцем, свергнутым стихией. Без жалости, вдруг, – перед самым рассветом. Джуди невольно подняла взгляд на полоску розово-оранжевого неба, словно желая убедиться: вот же оно, настоящее солнце, слабо теплится сквозь утреннюю пелену, медленно будит сонный мегаполис... В этом году с весной приключилась досадная нелепость: после приятной оттепели неожиданно выпал снег. Ещё вчера звери ходили едва не в майках, а сегодня наверняка хлынут жалобы на отмёрзшие хвосты. Сотрудники ZPD уже сменили форму на летнюю, но дать обратное распоряжение никто не успел. В экстренных новостях объявили поломку системы климат-контроля, специалисты высказали предположения об угрозе вспышек беспорядков на улицах... Неожиданная «радость» к концу рабочей недели. А вдобавок, вместо выходного, – три трупа на обочине. Джуди постаралась выровнять дыхание. С её губ срывались лёгкие облачка пара и ни звука, хотя ей отчаянно хотелось кричать, взывать к небу, требовать отменить время, перекроить мир на идеальный... Такой, где никогда, ни при каких обстоятельствах, детёныш не может быть жестоко убит. Офицер мелко дрожала от холода и от увиденного (сама не зная, от чего больше), и упрямо буравила стеклянным взглядом убитый морозом цветок, украшавший простую городскую клумбу. Казалось, это всё, на что она сегодня собирается смотреть. В какой-то момент позади раздались лёгкие шаги, и знакомая рыжая лапа уверенно протянула ей кофе в белом пластиковом стаканчике. Ник сошёл с ума, если думает, что она способна что-либо в себя запихнуть; ещё бы сэндвич притащил. Офицер Хоппс нахмурилась, намереваясь испытать раздражение, но слишком быстро осознала, что ей хочется этого кофе: горячего, чуть сладкого и такого уютного напитка, родом из воскресных пробуждений под пуховым одеялом... столь далёких от нынешнего зябкого утра. Джуди чувствовала неясное тепло, идущее от хорошо знакомой близости, не сознавая, что потеплело ей вовсе не от дешёвого растворимого порошка с привкусом хлорированной воды, а от незатейливого, но столь необходимого ей сейчас поступка Ника. От самого присутствия, от ощущения напарника за спиной, по приближению которого – вокруг Джуди тактично и бережно сгустилась невидимая, но непроницаемая аура надёжности и защиты. На мгновение крольчиха невольно прикрыла глаза, инстинктивно, безотчётно ловя это нередкое, но неизменно желанное чувство. Ник, невыспавшийся и слегка помятый (что, впрочем, никогда не вредило его имиджу), посмотрел на неё оценивающе-испытующе. Джуди понимала, что выглядит не лучше (если не хуже), и догадывалась, что правда ближе к последнему (не догадываясь, насколько). – Морковка, у тебя нос зелёный, – нейтрально заметил лис, в пробной попытке её расшевелить. Джуди без лишних слов взяла стакан, слишком горячий даже для покрытых шерстью лапок, и медленно глубоко вдохнула-выдохнула. – Что сказал судмедэксперт? – спросила она, выдав тень напряжения в голосе. Ник с чувством искривился, ему было морально тошно произносить ответ. – У нас маньяк, похоже... Джуди мрачно кивнула. «Хуже не придумаешь.» – А Шеф что?.. – крольчиха запнулась, скомкав конец вопроса. Прямо сейчас ей не хотелось говорить о делах, даже о важных и срочных. Особенно о них. Хотя бы одну благословенную минуту... Ник коротко глянул на группу полицейских, снующих туда-сюда вокруг места преступления, и потёр заледеневшие лапы. Коллеги заканчивали работу, в синий микроавтобус грузили завёрнутые в пластик трупы. Часть улицы была отграничена стандартным оцеплением из ленты яичного цвета с чёрными надписями. Искомый взглядом Буйволсон разговаривал по телефону. Судя по выражению морды лица – с мэром. А судя по физиономиям остальных - даже бывалым копам сегодня не по себе. Впрочем, большинство держалось прилично, кое-кто даже поглядывал в их с Джуди сторону. Ник отвернулся от зрелища и неловко развернулся к Джуди. Её время заканчивалось. Ещё секунда – и пойдут разговоры. Офицер Хоппс рискует репутацией. Но офицер Хоппс этот нюанс успешно пропустила мимо. Ник не пытался шутить по этому поводу, потому что в некоторые моменты не шутит даже Уайлд. Тот случай, когда лис не хочет острить, а кролик не плачет. – Ты как? – осторожно спросил Ник с пониманием во взгляде и сомнительной надеждой, что напарнице всё-таки стало лучше. Джуди отозвалась явно неуверенно: выдала «эм-м..» с неопределённой интонацией. – Ну, всё-всё, прекращай, – нахмурился Ник и, убрав расстояние между ними в два шага, обнял молодую крольчиху со спины. Плевать кто что подумает. Джуди вскоре успокоится, она по-настоящему сильная. Просто ей требуются несколько минут, всего каких-то несколько грёбаных минут, и не смейте её в этом упрекать. Буднично постоять вот так, позабыв о любых ужасах, иногда такой неправильной жизни... А после, она нацепит привычный решительный вид и целеустремлённо понесётся ловить ту сволочь. С Уайлдом на пару. Как всегда. Нику и самому муторно от вереницы намертво впечатавшихся в память образов. Любому нелегко оставаться хладнокровным, повидав тело мёртвого бельчонка с застывшим в глазах предельным ужасом. Но лису и в голову не пришло разрешить себе расклеиться, когда Морковке нужна опора. Делать для неё хорошие поступки получалось настолько естественно, что Ник давно не удивлялся. Ни себе, ни её реакциям в духе «так и надо», ни происходящему между ними в целом... Чем бы оно ни было. – Мы его поймаем, – спокойно и твёрдо пообещал он. И тут же сам поверил в сказанное. От голоса Ника, от его тёплого дыхания за ухом, Джуди слегка вздрогнула и чуть заметно расслабила плечи. Она затылком ощущала мягкую лисью шерсть, чуяла слабый аромат пижонски-модного одеколона и биение родного сердца – всем телом. Потихоньку уплывая в иную реальность... на несколько коротких минут, а может быть на всю вечность. Офицер Хоппс до сих пор, но уже отстранённо глядела на крохотный бледно-желтый цветок у края бетонной городской клумбы. Неделю спустя, они обнаружат целых две новых зацепки. Два месяца спустя будет совершено покушение на следующее убийство. Полгода спустя, очередное покушение окажется снова успешным. Год спустя, Ник и Джуди вновь на передовицах и в эфире, а опасный маньяк – успешно пойман. Год и неделю спустя – у Джуди в квартире появится маленький вазон с бледно-жёлтыми цветами и вторая зубная щётка. Пять лет спустя – в её доме семьдесят четыре вазона, и трое приёмных детей. The end. 25 марта 2016г.