Шаг в пропасть

      Сегодня я просыпаюсь со смутным предчувствием чего-то значительного. Прикрывая глаза, пытаюсь понять, хорошее это предчувствие или плохое. Не получается. Я решаю выкинуть эти мысли из головы. Ни к чему портить такой прекрасный день стремлениями выгадать, когда же на меня нагрянет несчастье.       Зная, что сегодня это важнее, обращаю внимание на время. Оказывается, не зря. Мне пора вставать, хотя очень хочется еще минут пять полежать. Но Марка уже нет рядом, что естественно говорит о том, что пора бы подняться с теплой уютной постели. Сделав над собой усилие, опускаю ноги на пол, тянусь за халатиком, по обыкновению висящим на спинке кровати, и поднимаюсь с постели. Судя по шуму льющейся воды, Марк в душе, поэтому я направляюсь на кухню, по пути раздумывая, что приготовить на завтрак.       — Не думал, что ты так рано проснешься, — проходя на кухню, говорит Марк и подходит ко мне, целует. — Доброе утро.       — Доброе, — с улыбкой откликаюсь я, но отстраняюсь, когда парень собирается углубить поцелуй. – Не сейчас, я даже не умывалась.       — Не имеет значения, — отмахивается муж и настойчиво прижимает меня к себе.       — Марк, я серьезно! Лучше позавтракай, а я себя приведу в порядок, — с не меньшей настойчивостью произношу я и выключаю плиту, давая понять, что яичница готова.       Пока Марк не передумал, выскальзываю из его объятий и отправляюсь в ванную. Моя главная цель – выглядеть безупречно, и ради этого я надолго задерживаюсь в ванной комнате. Но довести все до идеала не получается: на шее еще видны следы от поцелуев, и идти на собеседование со следами засосов не очень хорошо. Сколько раз говорила Марку, чтобы он не делал этого! Разве сложно прислушаться ко мне хоть раз?       Я огорченно вздыхаю, протираю ладонью запотевающее зеркало и смотрю на отражение. Лицо стало острее – похудела. И взгляд. Он совсем другой: потухший, утомленный. Отрываюсь от зеркала, не стерпев такого внешнего вида. Если сейчас выйду, муж начнет придираться, что я «кислая». Я вспоминаю плюсы восходящего дня. Работа для меня – глоток свежего воздуха, большой и долгожданный. Я стану свободнее, не придется постоянно бояться, что за мной пристально следят, смогу отвлекаться. И это сильно радует, улыбку невозможно сдержать.       — Ты бы поторопилась, максимум через пять минут я уезжаю, — когда выхожу из ванной, замечает Марк, убирая волосы в хвост.       — А мне незачем! — весело произношу я с улыбкой, заставляя мужа отвлечься от создания прически и удивленно посмотреть в мою сторону. — Я решила, что поеду сама, на метро.       — В этом нет необходимости, мне не сложно тебя подождать. К тому же, будет удобно, если мы сегодня поедем в офис вместе, сразу и собеседование пройдешь. — уже не с хорошим равнодушием говорит парень, поправляя свой внешний вид.       — Это будет выглядеть, как найм по блату. Причем, все. — осторожно замечаю я и подхожу к мужу, проводя ладонями по гладким лентам галстука. — Марк, я иду на собеседование не в твою компанию.       — Почему? — сдержанно спрашивает парень тихим голосом и отстраняет мои руки.       — Я не хочу, чтобы говорили, что ты сделал мне карьеру… — неуверенно признаюсь я и опускаю голову. — Мы постоянно будем отвлекать друг друга и…       — Сначала ты выбиваешь из меня разрешение на работу, потом сообщаешь, что поедешь в офис одна, теперь я узнаю, что работать у меня ты не собираешься. Ты что задумала? Решила кинуть меня, обвести вокруг пальца?! — вкрадчиво осведомляется Марк, пальцами поднимая мою голову, больно сжимая подбородок, и пристально смотрит в глаза.       — Ничего подобного. Я просто хочу самостоятельно достичь всего. А работать в одной компании не очень удобно… — говорю чистую правду и прямо смотрю в глаза мужу, чтобы он понял, что я не вру.       — Ну, конечно. Уже небось нашла себе любовника и решила прикрыться работой, чтобы было удобнее изменять, — не видя всей очевидности моих слов, в тихой ярости цедит парень, прожигая меня гневным взглядом.       — Если хочешь, можешь отвезти меня. Как маленькую девочку, доставь в офис, за ручку приведи к директору и просиди все собеседование рядом со мной, — откликаюсь я, но скрыть ноток сарказма не могу, слишком уж неразумно ведет себя супруг.       — Запомни раз и навсегда, если я узнаю о твоей измене, а я непременно узнаю об этом, голову откручу. Надеюсь, ты меня услышала и все поняла. — с шипящими интонациями грозит Марк и перемещает ладонь на шею, слегка сдавливая, притягивая к себе за горло.       Я крепко сжимаю зубы, зажимаю кулаки до боли в ладонях от врезающихся ногтей, напрягаюсь всем телом, лишь бы никак не показать, что мне больно. А парень пристально наблюдает за моим лицом, чуть сильнее сжимает руку, вызывая у меня сдавленный хрип. Воздуха начинает не хватать.       — Не смей, ясно? — шепчет мне на ухо, касаясь чуть сухими губами кожи.       — Да… — с трудом выдавливаю я, уже чувствуя, как постепенно заволакивается пространство. Еще чуть-чуть и я могу потерять сознание, если не умереть…       Марк меня отпускает, напоследок смерив презрительным взглядом. Я закашливаюсь, хватаюсь за шею, чувствуя неприятную пульсацию, где только что сжимались пальцы мужа. Хватаюсь за стенку, чтобы не упасть, жадно вдыхаю воздух, не обращая внимания на покатившиеся градом слезы.       — Приведи себя в порядок, — с брезгливостью приказывает Марк, возвращаясь к сборам на работу.       Сдерживая рыдания, срываюсь в ванную. Первым делом, когда закрывается дверь, закусываю губу, чтобы не взвыть от обиды, сердито стираю слезы, борюсь с желанием впасть в истерику. Не в силах сдержаться, иду к раковине, дрожащей рукой открываю кран, подставляю ладони под струю холодной воды. Умываюсь, брызгаю воду на лицо, дышу в успокаивающем темпе, но мысли, что сорвусь, прогнать не могу. Я должна терпеть. Уже сколько раз было и сейчас можно смолчать. Нельзя поддаваться слабости. Нужно держаться.       Успокоившись, выхожу из ванной. Марк осматривает меня, в его взгляде видно подобие довольства. Поборов себя, невозмутимо завязываю ему галстук, едва сдерживаясь, чтобы не затянуть ленты сильнее. Зная, как Марк не любит мое молчание, спрашиваю мужа, что приготовить на ужин. К счастью, спектакль быстро заканчивается. Марк уходит, как ни в чем ни бывало, поцеловав меня на прощание, я выдавливаю из себя улыбку и желаю мужу хорошего дня. Как только дверь закрывается, прислоняюсь к стене, сильно кусаю губу, чтобы не выть в голос, сжимаю кулаки. По щекам неконтролируемо струятся слезы, ноги меня не держат, я скатываюсь по стене, прячу лицо за коленями, сильно вжимаю ногти в кожу, не смея выражать раздирающие меня чувства.       Выпустив пар, с трудом поднимаюсь на ноги. Привычное чувство опустошения давит на сознание. Уже не обращаю внимания. Внутреннюю пустоту заполняет воспоминание о работе. Возможно, это маленькой шанс скрываться от семейных дел. Уже к концу сборов на работу я улыбаюсь. Хорошее настроение возвращается. Я с огромным облегчением и счастьем закрываю квартиру и иду к лифту. Из соседней квартиры выходит пенсионерка, Мария Федоровна.       — Добрый день, Василиса, — первой здоровается старушка.       — Здравствуйте! Как Ваше здоровье? — спрашиваю я, ожидая лифта.       — Потихоньку, — отмахивается соседка. — Веселая ты сегодня, что случилось такого у вас хорошего?       — Иду на собеседование, — отвечаю я и еще шире улыбаюсь. — Вам вниз, двери придержать?       — Нет, нет, я Никифоровну пойду проведаю, езжай. Удачи тебе, девочка! — отзывается Мария Федоровна и звонит в другую квартиру, а я нажимаю на кнопку лифта.       К счастью, до офиса мне удается добраться без происшествий. За три года мой круг походов на улице был не шире банальных «дом–магазин–дом» и сейчас, пройдясь и проехавшись по Москве, замечаю некоторые изменения. Так интересно все разглядывать было! Но я вовремя вспомнила, что могу опоздать на собеседование, так что сильно что-то разглядеть не удалось. Зато какое впечатление было, когда я за долгое время одиночества вновь прошлась среди толп людей!       — Здравствуйте, я на собеседование, — отвлекаясь от впечатлений, произношу я, подойдя к ресепшену в холле.       Записавшись в журнале посещений, я, как на крыльях, устремляюсь к лифтам. Чем ближе к мечте, тем больше чувствую подъем настроения, на душе так легко становиться! Никакие волнения даже не посещают меня, только чувство дежавю, очень сильное. Меня даже не волнует внезапно вспыхивающая мысль, что я что-то забыла.       — Молодой человек, пожалуйста, придержите дверь! — прошу я светловолосого парня, спеша к лифту, и облегченно захожу в кабину. — Спасибо!       — Не за что. Вам какой этаж? — спрашивает «попутчик» и нажимает цифру нужного ему этажа.       И тут я вспоминаю, что забыла сделать: не спросила о местонахождении компании!       – Не знаю, забыла спросить… — растерянно отвечаю я, счастливые эмоции в груди начинают гаснуть от первой оплошности.       — Не переживайте, возможно, я могу вам подсказать этаж, — утешающе произносит парень, заметив мое волнение.       Зная свою предрасположенность к неудачам, я не надеюсь на навигационные данные. Но сообщаю название компании блондину. Какое меня настигает счастье, когда он говорит, что нам, по пути! Времени познакомиться уже не остается: лифт останавливается, створки открываются. Я успеваю только крикнуть «Спасибо», после чего мы расходимся в разных направлениях. Прежде, чем входить, привожу себя в порядок и успокаивающе выдыхаю, пытаясь избавиться от волнения. Но предвкушение и одновременная боязнь все больше захлестывают меня.       Я решительно кладу ладонь на ручку и открываю дверь. В коридоре встречает приветливая девушка, секретарь, как я понимаю. Сообщая цель своего визита, я смотрю по сторонам, в то время, как секретарша проверяет информацию в компьютере и сообщает о моем приходе начальнику. Помимо кабинета директора, я замечаю две двери в другие кабинеты. Но пока интересуюсь самим начальником, поскольку совсем не хочется опозориться перед ним.Драгоций Фэшиар Диаман – гласит табличка на двери директора. Интересное имечко, точно не русское, может, он… француз, к примеру. При этой мысли у меня проскальзывает легкая улыбка.       — Можете проходить в кабинет, он вас ждет, — сообщает мне секретарь и возвращается к своим документам.       Вновь сделав вдох-выдох, я уверенно направляюсь в кабинет директора. За каких-то пару шагов нервы накаляются до предела. Страх провалиться полностью завладевает моим разумом. Даже дверная ручка, кажется, открывается тяжелее, как будто намекая мне, что не стоит входить. Вся моя напряженность просто каким-то немереным фонтаном выплескивается, как только я захожу в кабинет.       — Извините за опоздание, обычно я прихожу вовремя, просто… — виновато опустив взгляд, тараторю я и только сейчас обращаю внимание на начальника…       Его ярко-голубые, словно ангельские, глаза пристально смотрят на меня, завораживая в один миг. Я не могу пошевелиться, неожиданно залюбовавшись директором. А я думала, он будет престарелым дядечкой…Но передо мной молодой парень, чуть старше меня самой. Темноволосый, волосы слегка вьются, чуть не доставая до плеч; высокие очерченные скулы, прямой нос и чувственные губы… Все, я пропала!       — Извините… — бессмысленно повторяюсь я, зачарованно рассматривая мужественное лицо директора.       — Сомневаюсь, что мне нужны заторможенные работники, — с насмешливостью произносит бархатный голос начальника.       – Я не заторможенная! — обиженно возражаю я и смущенно отвожу взгляд.       — Как-то не видно, — продолжает директор и усмехается, из-за чего на его щеках появляются милые ямочки. — Может, приступим к собеседованию или вы сразу покинете мой кабинет, избавив меня от траты времени на нетрудоспособную работницу?       — Откуда вам знать, что я не умею работать? То, что я опоздала и вам удалось сбить меня с толку, еще ничего не значит! — не сдержавшись, огрызаюсь я, но тут же прикусываю язык, к лицу вновь приливает жар.       — Добавим к вашим минусам неумение держать себя в руках, — с долей веселости добавляет начальник, продолжая улыбаться. — Ну так что, отдадите мне своё резюме или отправитесь искать менее требовательного директора?       Едва сумев сдержать резкий ответ, хмуро передаю папку с документами директору и по приглашению сажусь на кресло перед начальником. Драгоций принимается изучать бумаги, а я молча рассматриваю свой примитивный маникюр, борясь с желанием посмотреть на директора. Но в моей голове он непрестанно существует. В мыслях только и бьётся один единственный вопрос о том, свободен ли директор. Вдруг он женат? Такие, как Драгоций, просто не могут быть свободными. Ответ на мучающий вопрос легок до смешного, так что я спешу узнать правду при первой же возможности, внимательно присматриваясь к безымянному пальцу правой руки директора. Кольца не обнаруживается, что меня сильно радует.       Я не сдерживаюсь, бегло рассматриваю начальника, когда он особенно сильно увлечен документами. Но и парень не все время занимается своими прямыми обязанностями. Как-то раз я особенно увлекаюсь изучением его лица, как будто запомнить хочу, и в это время он поднимает взгляд на меня. Его голубые глаза вновь будто замораживают меня. Я смущенно опускаю взгляд, пытаюсь дышать спокойнее и в то же время чувствую внимание на себе. Весь этот беспредел прекращает секретарь, появляясь в дверях с подносом.       Чашечка кофе сейчас самое то, чтобы отвлечься от ненужных мыслей. Не стоит думать о начальнике в таком ключе, ведь я замужем. Конечно, Марк не узнает, что происходит в этом кабинете, но я могу своим поведением выдать некоторые подробности. Я делаю маленький глоточек, вновь бросаю взгляд на парня. Он сосредоточенно изучает документы, изредка отвлекаясь на кофе. Меня вдруг начинает волновать работа. Сразу видно, что абы кого сюда не принимают. Вдруг он мне откажет из-за отсутствия опыта или обучение на дому помешает? Что, если мне действительно стоило вести себя сдержаннее? А если меня не примут, придётся идти в компанию мужа. Там он сможет полностью меня контролировать. Я вновь окажусь в рабстве.       Тишина в кабинете прерывается вопросами директора. За своими мыслями я не заметила, как он снял пиджак. Чтобы мне не пришлось ничего срочно снимать, отставляю кофе на стол и спешу ответить, ибо не видать мне рабочего места в этой компании. К счастью, голос меня не подводит. Я забываю о волнении и чётко отвечаю на вопросы, старательно избегая пересечения взглядов. Но то, что начальник за мной наблюдает, не могу не ощутить, как и не заметить того, что вскоре он слегка ослабляет узел на галстуке. Кажется, это признак волнения…       — Если честно, зачем вам место именно в этой компании? Можно без проблем устроиться в компанию вашего мужа. Думаю, там вам будет более… комфортно, — неожиданно замечает директор, неотрывно изучая моё лицо.       — Личные проблемы, извините, не могу объяснить, — сдержанно отвечаю я и отчаянно борюсь с желанием прямо взглянуть на начальника.       — А может, вам что-то нужно в стенах моего офиса? Действительно, куда логичнее жене устраиваться на работу там, где работает её муж, но не для вас. Осмелюсь предположить, что это все неспроста, — вдруг поднимаясь со стула и облокачиваясь руками на столешницу, тихо произносит Драгоций. — Признаюсь, что я не в лучших отношениях с вашим мужем. А ваше присутствие сразу наталкивает меня на мысль, что враг замышляет планы за моей спиной. И как раз вы подходите для их осуществления. Скажем так, шпионка…       — Я не шпионка! Хватит всякие небылицы выдумывать! — не выдержав, вскидываюсь я и сердито смотрю на директора, который сверлит меня не менее грозным взглядом.       — Эти небылицы мне могут боком выйти, если я приму вас в свою компанию. Не думаю, что вам нужно много времени, чтобы выполнить своё задание и смыться. Или постоянно шпионить за мной и докладывать все мужу. Так что возможность получить рабочее место в моей компании равно нулю, лично для вас. — без намека на шутки, продолжает начальник.       — Знаете что, если у вас какое-то там помешательство, это ещё не значит, что все так и есть! Никакая я не шпионка и слова мужу не скажу о чем бы то ни стало! Я вообще сюда пришла не из-за него! Только хотела самостоятельно успеха добиться, без всяких подачек со стороны мужа! И меня ни капли не интересуют ни ваши отношения с ним, ни какие-то документы, ни вы сам, ясно?! — подскакивая с места, высказываюсь я.       Начальник пару секунд смотрит на меня удивленно, после чего его взгляд становится недоверчивым. А у меня внутри все смешивается воедино: смущение, гнев, огорчение…       — Ладно, допустим, я поверил. Но пока можете и не надеяться на что-то большее, чем испытательный срок. Если через неделю вы не докажите свою правоту, вылетите, как пробка, — неожиданно идет на мировую директор и вновь устраивается на своём удобном месте.       Пару секунд я пребываю в прострации. Это мне показалось или меня действительно приняли на работу? Неверие, радость, страх – все вновь смешивается воедино. В связи с тем, что я все еще стою, ноги слегка подкашиваются от волнения.       — Подождите, вы хотите сказать, что, несмотря ни на что, принимаете меня на работу? — переспрашиваю на всякий случай, а то ведь мне от волнения и померещиться может.       — Пока да, но через некоторое время наверняка об этом пожалею, — вновь со всей серьезностью говорит начальник. — Работать начнете с понедельника, в девять необходимо быть на рабочем месте, я за этим прослежу. А пока документы, надеюсь, с формой заполнения вы хотя бы теоретически знакомы.       — Д-да, знакома, — сбивчиво отвечаю я, а про себя замечаю, что вообще ничего не знаю об этой форме.       — Если что, у меня есть бланки с примером, — заметив мое волнение на этот счет, с долей насмешки предупреждает директор и вновь поднимается с места, чтобы найти те самые бланки.       На автомате спешу подойти ближе к руководителю. Но неожиданно меня подводят ноги. Совсем рядом с директором чувствую, как ступню прорезает внезапной острой болью. Нога подворачивается, и я теряю равновесие. Напоследок мне остается тоненько вскрикнуть: ничего другого не успевают сделать. Но меня неожиданно крепко подхватывают за талию сильные мужские руки. В итоге картина маслом: начальник крепко прижимает меня к себе, а я испуганно вцепляюсь ногтями в его рубашку и смотрю на него широкими, от удивления, глазами.       — Спасибо… извините, я случайно… — растерянно и смущенно лепечу я под отчаянный стук сердца.       — Все в порядке? — совершенно другим голосом, с нотками обеспокоенности и нежности, спрашивает начальник и так же неотрывно смотрит на меня.       — Кажется, да… — шепчу я и все-таки немного отстраняюсь от директора, несмело становясь на ногу. — Ах-х, больно… ещё и каблук сломался…       — Ничего, сейчас посмотрим, настолько ли все серьёзно, — произносит Драгоций и направляет меня к дивану, крепко поддерживая за талию. Я могу опереться только на него, что и делаю, кое-как подпрыгивая на здоровой ноге. И начальник это замечает. — Так не пойдёт, можно с лёгкостью сломать и второй каблук.       И меня вдруг поднимают на руки. Я только изумленным вздохом и реагирую. Драгоций не только на галантность горазд. Когда я, для удобства обхватываю его плечо, он сильнее прижимает меня к себе. Тут моё сердце просто не может не растаять. Я сама таю в его сильных руках быстрее, чем мои негативные чувства после неприятной стычки. Завороженность и изумленность берут верх над затухшим разумом.       — А вы сильный… и внимательный, — не стерпев, благодарю комплиментом и с удовольствием позволяю себе утонуть в небесно-голубых глазах директора.       Он чуть улыбается и ни на секунду не отвлекается от моих глаз. Вскоре я оказываюсь сидящей на диване, начальник невозмутимо присаживается рядом, за колено поднимает мою ушибленную ногу. Туфля под его ловкими пальцами спадает на пол. Те самые пальцы лёгким касанием проходятся по ступне, мягко касаются ушибленного участка. Завороженная действиями Драгоция, я едва дышу. От его прикосновений чувствую лёгкие тёплые волны, отдающиеся от ступни к животу. Телом овладевает лёгкое возбуждение, ещё больше кружа голову.       — Здесь болит? — чуть придавливая пальцами болезненное место, спрашивает начальник, внимательно наблюдая за мной.       Не в состоянии говорить, согласно киваю. Незаметно провожу языком по пересохшим губам, мне очень хочется пить. Состояние странное, такое ощущение, что, если директор ещё раз прикоснется ко мне, это будет подобно хорошему разряду тока. Я ещё никогда не чувствовала себя так.       — Все в порядке, просто боль от резких действий. Но я бы посоветовал вам на всякий случай обратится к врачу, — советует Драгоций, видимо, закончив осмотр.       Я вновь киваю, позабыв про существование языка и голосовых связок. Начальник тем временем не спешит отстраниться. Его глаза продолжают удерживать мой взгляд, ладонь медленно поднимается выше, пальцы нежно ласкают кожу. Чувствуя, как внутри все сжимается от возбуждения, я едва подавляю стон. Колени сами собой раздвигаются, позволяя Драгоцию поднять руку выше. Моё хриплое прерывистое дыхание, кажется, раздается на весь кабинет. Мысли постепенно заполняются фантазиями о том, что будет дальше. Каждое новое продолжение краше и развратнее предыдущего.       Мой взгляд непроизвольно опускается на губы начальника, невероятно соблазнительные сейчас. В такой непозволительной для нас близости я чувствую его запах: свежий, с лесными нотками; глубокое дыхание Драгоция нежно касается моей восприимчивой кожи, ещё больше бросая в жар. Все мои чувства на пределе, как будто натянутые струны. Одно действие и все рассыплется на мелкие кусочки. И я жду этого с огромным нетерпением. Веки неожиданно тяжелеют, как перед сном, и я без сомнений закрываю глаза: и так весь мир сейчас ощущается осязанием, обонянием, слухом…       Губы чувствуют изменения пространства, посылая новый заряд волн по телу. Я едва держу себя в руках. Постепенно вторгаясь в моё личное пространство, начальник легко касается губ, оставляя невесомый поцелуй. Его горячие пальцы касаются щеки, нежно поглаживают кожу, губы касаются моих, на этот раз страстно и напористо. Я без возражений подаюсь на встречу, послушно приоткрываю рот, позволяя углубить поцелуй. Мои руки сами собой тянутся к непослушной шевелюре начальника. Слегка касаясь открытого участка его шеи, веду ладонь к волосам, запускаю пальцы в волнистые пряди. Он опускает ладонь на шею, второй рукой гладит щеку, его язык умело сплетается с моим.       Мои тело и разум полностью во власти начальника. Лёгкое покусывание губ в купе с нежными поглаживаниями сводят меня с ума необычайно сильно. Я не пытаюсь сдерживать стоны, доверительно прижимаюсь к директору, желая поскорее отдаться его воле. Он не спешит, медленно изучая мой рот, даря нежные прикосновения, все больше распаляя моё желание. Его ладонь покидает пределы шеи, не спеша скользит по изгибам тела, не задерживаясь долго на одном месте, опускается к колену. Он вновь лёгким движением поднимает мою ногу, скидывая вторую туфлю. Я быстро понимаю, к чему идёт дело.       Через пару секунд я лежу на диване, а Драгоций нависает надо мной. Мы смотрим друг другу в глаза, восстанавливаем дыхание после беспрерывного поцелуя. Пару секунд и меня настигает порывистый поцелуй, страстный, но короткий. Наше дыхание смешивается, языки на мгновение сплетаются, губы едва соприкасаются. Мы дышим в унисон, хрипло и прерывисто, я не сдерживая тихих стонов, чуть впиваюсь ногтями в шею начальника. Он опускает ладонь на бедро, не спеша задирая юбку выше. Проводит носом по изгибу шеи, глубоко вдыхая аромат моих духов, чуть касается губами кожи. Я чувствую лёгкую усмешку на шее, когда пальцы директора достигают кружевной резинки чулков. Сама не знаю, зачем сегодня надела их, но сейчас не жалею об этом.       Новый громкий стон разносится по кабинету, когда Драгоций целует шею. Чувствуя его страстные поцелуи, кусаю губы, извиваюсь волной, веду ногтями по шее Драгоция, чуть царапая кожу. Он медленно расстегивает на мне блузку, оставляя поцелуи на открывающихся от одежды участках кожи. Я судорожно дергаю пуговицы на рубашке начальника, расстегивая мешающую вещь, с упоением провожу пальцами по его крепкой груди, ощущая отзывы за прикосновения на себе. Драгоций на мгновение отвлекается от меня, окидывая проделанную работу потемневшим от желания взглядом. Ему есть, чем довольствоваться: я лежу под ним с распростёртыми ногами, освобожденными от юбки, блузка распахнута, демонстрируя все, что не скрыто бельем. Я дышу урывками, чуть приоткрыв губы, грудь тяжело вздымается.       Губы директора оказываются там, где блуждал его взгляд. Мягко лаская шею, медленно спускаются к ключицам, постепенно переходят к груди. Ладонь начальника накрывает левую грудь, легко лаская через шёлковую ткань бюстгальтера. Низ живота сладостно тянет, выбивая из меня ещё один стон. Я отчаянно кусаю губы, чтобы не пропустить звук, от напряжения цепляюсь ногтями в плечи Драгоция. Начальник не собирается прекращать сладкой пытки. Проводя языком над краем лифа, он как бы случайно проникает глубже, задевая напряженный сосок. Мой вскрик с лёгким эхом отскакивает от стен, будоража сознание. Тело беспрекословно отвечает на каждое касание Драгоция. Ещё никогда я не испытывала ничего подобного.       Неожиданно, разбивая все на мелкие осколки, со стороны двери раздается шум. Громкий вскрик, сбивчивое извинение, хлопок двери – это отвлекает нас друг от друга. Начальник отрывается от меня и смотрит на закрывшуюся дверь, я лёжу в непонятном состоянии. Осознание происходящего медленно отвоёвывает пространство в опьяненном мозгу. Я с ужасом понимаю, что лежу на директорском диване в весьма развратной позе, едва не раздетая до белья и безумно возбужденная от действий Драгоция. Такое положение меня немало смущает.       Не тратя времени на крики, немедленно отпихиваю от себя начальника и подскакиваю с дивана. Драгоций смотрит на меня с изумлением, он сам не мало ошарашен происходящим. Из меня вырывается писклявое извинение, ещё больше смущая меня. Спешно застегиваю блузку, поправляю юбку и хватаю туфли, желая скорее уйти. Я выскакиваю из кабинета, как ошпаренная, не думая ни о рабочем месте, ни о своих неожиданных чувствах к директору. Главное, скрыться подальше от того, что произошло между нами. Я бегу как можно дальше от этих воспоминаний, смущающих меня до глубины души.       Неожиданно мне преграждают путь. Я это замечаю не сразу, только тогда, когда сталкиваюсь с этим человеком. Вновь спешно бормочу извинения и собираюсь обойти препятствие, чтобы поскорее закрыться в своих четырёх стенах, от которых так упорно бежала сюда. Но меня неожиданно хватают за руку. Я пробую вырваться, что весьма безуспешно, и лишь потом заинтригованно поднимаю взгляд. На меня пристально смотрят темно-карие глаза в обрамлении светлых ресниц. Нежелательное появление мужа запускает по коже жгучие мурашки. Я нервно сглатываю и тут же пытаюсь состроить на лице беззаботное выражение.       — Ой, и ты здесь! Не ожидала тебя увидеть… ты как раз вовремя! У меня каблук сломался… можешь отвезти меня домой? — с напускной лёгкостью щебечу я и стаскиваю с ступни испорченную туфлю.       — Вот, значит, где ты собираешься работать, — пропуская мои слова мимо ушей, задумчиво произносит Марк и переводит взгляд за мою спину. — Устроилась в стане врага… И как прошло собеседование?       — Нормально, но я передумала работать. Лучше дома посижу, найду новое хобби! — продолжаю тем же тоном, про себя только что понимая, что за время в кабинете Драгоция почти не вспоминала о муже.       — Что с тобой? Ты какая-то… нервная, — вдруг замечает моё состояние парень и вновь смотрит на меня внимательным взглядом.       — Я просто переволновалась. Первое собеседование, начальник строгий… представляешь, у меня при нем каблук сломался! Попробуй после такого не нервничать! — лгу я, отчаянно хватаясь хоть за какую-то нейтральную тему.       — Что между вами было? Ты спала с ним?! — резко спрашивает Марк и морщится от отвращения, рассматривая моё лицо.       — Я с ним?! Не говори глупостей! Это полнейший вздор! Я же говорю, каблук сломался… — под гулкий аккомпанемент тревожно бьющегося сердца, отговариваюсь я и вдыхаю глубже: страх того, что может последовать, сковывает лёгкие, не давая дышать.       — Ты выглядишь растрепанной, у тебя бегает взгляд, неровное дыхание, лицо покраснело… Решила меня обхитрить? — шипящим шепотом осведомляется муж и больно хватает меня за лицо, заставляя смотреть на него.       — Нет, вовсе нет. Я… я просто… Говорю же, каблук… — смятенно лепечу я, хотя понимаю, что меня раскрыли.       — Я иду к Драгоцию, жди меня у кабинета. — сухо сообщает Марк, но взгляд его горит от гнева.       — Подожди, это совершенно лишнее… выслушай меня… Просто ситуация глупая вышла… — пытаюсь остановить мужа, но меня безжалостно отпихивают в сторону.       Я чуть не падаю, чудом удержав равновесие. Марк быстро удаляется. Стянув второй туфель, бегу за ним и тщетно прошу выслушать меня. Он непреклонен. Дверь злополучного кабинета захлопывается перед моим носом, отдаваясь глухим рикошетом по телу. Меня пробивает дрожь. Сердце бешено стучит в груди от страха, горло сжимает ледяными тисками. Едва добравшись до диванчика, безвольно падаю на мягкое сидение. От представлений, что со мной сделает муж, если узнает правду, начинается истерика. Страх, боль и паника соединяются в безумное трио, сводящее меня с ума. Я не могу спокойно дышать, не чувствую, как больно впиваются ногти в кожу ладоней, игнорирую невольные слёзы, струящиеся по щекам. Ещё чуть-чуть и я не смогу держать себя в руках.