Из комы?

Темнота. Вокруг нет ничего, кроме мягкой и окутывающей со всех сторон темноты. Она хозяйка бала, а я приглашенный гость. Я не хочу ничего знать, не хочу ничего слышать, видеть, ощущать, чувствовать. Я помню, что до Темноты было что-то еще, но именно матовое черное полотно кажется мне правильным и незыблемым, основой бытия. Я не знаю, как давно я здесь. Может, всего мгновение, а может так долго, что даже несопоставимо ни с чем, даже с возрастом Темноты. Внезапно раздался оглушительный звук. Темнота испугалась и сжалась в комок и теперь была похожа на маленького беззащитного зверенка. Стук повторился. Темнота беззвучно заскулила, и я физически ощутил ее страх, ее боль и отчаяние. А потом Темнота исчезла. Так появился Свет. —…бя чувствуете? — спросил меня кто-то. Я не понял, что от меня хотят, я не знал, что делать. Темнота не требовала слов и действий, всего лишь мысли и чувства. Но разве Свет — это не изнанка Темноты? Я что-то промычал в ответ.  — Вы знаете, где находитесь? К тому времени мое зрение пришло в относительную норму. Я оглядел пространство вокруг. Белая мебель, куча проводов, маска на лице. Прислушался к запахам. Резко пахло спиртом и отчаянием. Я мог четко сказать одно:  — Я в больнице.  — Вы помните, как вас зовут? Я задумался. Ко мне постепенно начали возвращаться воспоминания. Они становились все тяжелее и вот-вот должны были накрыть всей своей мощью.  — Томас! — выкрикнул я. Медсестра подпрыгнула от неожиданности. По выражению лица было прекрасно видно, что она не знает, что делать в таких случаях. Я немного стушевался, но возбуждение в крови продолжало расти.  — Извините. Медсестра смутилась не меньше меня. Поправив очки, она взяла папку с документами и повторила вопрос:  — Как вас зовут?  — Ричард Стивенсон. 1991 год рождения. Мать — Ребекка, отец — Льюис, брат — Мартин. Сообщите, пожалуйста, Томасу Морти, что я очнулся. Если у вас есть контакты.  — Это тот молодой человек, который ходит к вам раз в неделю?  — Наверное…  — Сейчас. А вы не беспокойтесь, все самое худшее позади. *** Загорелся зеленый свет. Я снял трубку зазвонившего телефона.  — Слушаю, — достаточно громко сказал я, чтобы на другом конце провода меня могли услышать за ревом машин.  — Вас беспокоят из больницы номер восемь. Ваш друг, Ричард…  — Что с ним? — спину покрыли мурашки. Я встал как вкопанный. Это конец?..  — Он очнулся от комы.  — Что? Как? Это правда, да? Чудесно, когда я могу… Послышался визг шин. Я повернул голову в сторону и понял, что столкновение с машиной неизбежно. Жизнь пролетела перед глазами в доли секунд. Но единственное, о чем я смог подумать перед ударом, было то, что Рик, старый прохвост, черт возьми, жив!..  — Абонент временно недоступен, — прозвучало в трубке у молодой девушки.  — Неблагодарная свинья, — фыркнула она и отключилась от линии. ***  — Ваш друг, Томас Морти, мертв. Мои соболезнования, — медсестра, наконец, переборола вставший ком в горле. Вот уже несколько дней я ждал друга, спешащего ко мне. Но минуты тянулись словно года, а Тома все не было. Вот, дождался. Я надеюсь, Темнота станет тебе лучшим другом, брат. Я знаю, она не предаст тебя, как случилось это со мной, она не сбежит больше. И подарит в награду самое заветное: крылья, которые помогут взлететь высоко, выше неба и звезд, выше всего, что мы знаем и во что мы верим. Крылья, которые когда-то так давно манили к тебе.