Часть 1
14 июля 2016 г., 01:02
«Если так вышло, что ты открыл это письмо, значит, я все еще тебе дорога. Наверное, ты понял все слова, что были сказаны когда-то давно.
Ты поднимешься на крышу. Помнишь, именно туда, где так много провели времени в детстве? Там, где постоянно гулял ветер, и потому мы брали с собой теплые куртки даже летом.
Ты поднимешься на крышу и поймешь, что время-то наше уже прошло. Больше никогда не будет так, как раньше. Мы больше никогда не будем мечтать вслух, рассуждать, как нам казалось, по-серьёзному подходя к проблеме, учитывая все. Мы гнались за призрачной целью — стать взрослыми, а когда догнали, она предательски растворилась в руках.
Ты поднимешься на крышу и поймешь, что мы остались всё теми же детьми, как и раньше. Только проблемы, которые мы так упорно придумывали раньше, теперь самая настоящая реальность.
Ты все поймешь. Подойдешь к краю крыши, вдохнешь грязный воздух. Ты чувствуешь, как он безжалостно раздирает что-то внутри, царапает пылью стенки носоглотки и уверенно сжимает твоё существо в маленький и беззащитный комок? Сядешь на край и свесишь ноги. Чувствуешь холод бетона, который всё равно проникает сквозь одежду, но не сможет перекрыть душевный холод? Я — да, несмотря на то, что пишу сейчас в теплом помещении.
И именно в этот момент кто-то скажет тебе:
— Здравствуй, друг.
Почему-то я знаю, что ты улыбнешься, так радостно и тепло, как будто вернулся назад, как будто ты снова тот парнишка, которого я знала. Но не повернёшься на голос, а всего лишь ответишь. Неважно что, ведь ты будешь рад видеть меня снова.
И когда я сяду рядом, мелькнёт всего мгновение невыносимой тоски о безвозвратно утраченном прошлом, мгновение безграничного стыда, и тогда ты поднимешь голову вверх. Ты вспомнишь все взлеты и падения, все радости и печали, все наши детские мечты.
Тогда ты услышишь смех, льющийся из глубины сердца, а по щеке скатится слеза счастья. Ты поймешь, что изменить ничего нельзя.
Что ты и я, и мы — это все один человек…»
Сидя на краю крыши, ты поднимешь голову вверх и вспомнишь чудесное время, когда так хорошо было вместе. Сидеть, прижавшись друг к другу, и мечтать о вечной жизни, дружбе и таком холодном, как бетон под ногами, космосе, что хранил в себе много удивительных секретов.
— Здравствуй, друг, — скажешь ты в туман.
И улыбнешься. То ли от сожаления, то ли от непреодолимой печали, которую носил в себе на протяжении многих миллионов лет. Ты вспомнишь, как вместе бегали под дождем и веселились от души.
И тогда ты и правда услышишь детский смех, но все, о чем тебе он напомнит, — это холодный дождь и угрюмый прохожий под зонтом, та самая картина, которая навсегда осталась с тобой. Но не потому, что настолько впечатлила радость в ее глазах, а потому, что и хмурое утро, и каждая морщина на лице незнакомца — это и есть ты. Внутри вечный дождь, сырость и глаза, полные сожаления о потраченном, упущенном времени. И жалел он не себя, этот странный прохожий, а кого-то другого. Только вот кроме тебя там, в глубине души, никого больше и не было.
По щеке скатится слеза. Или это первая капля начинающегося дождя? И именно тогда ты поймешь, что ничего уже не вернуть. Повертишь в руках конверт — все, что у тебя сейчас есть. Детство закончилось, вместе с ним растворилась уверенность в обещаниях, надежда встретиться снова и вера, вера друг в друга настолько сильная, что затмевала светом все вокруг. И когда открывал письмо, призрак далекого прошлого, ты знал, что никто уже не придет.
И только сейчас ты понял, что ты и она — один человек.
