Наруто. Разряд: Война

      Выброс чакры риннегана отразился на всех, кто находился в радиусе нескольких миль. Уши у Саске так пробило током, что он еле устоял на ногах. Взрыв говорил о том, что все кончено с риннеганом, он не попадет в руки Обито, однако это означало, что Нацуки ценой своей жизни спасла всех от неминуемой участи.       Впервые в жизни Саске чувствовал себя так паршиво. Внутри все сжималось от боли, не давая мозгу возможность соображать здраво. Сердце словно разбилось надвое, будто все исчезло, а вместе с Нацуки и разум Саске помутился. Он мог спасти её… Мог остаться и помочь. Ему нельзя было уходить и оставлять ее наедине с Нагато.       Слабость Саске передалась Сусаноо, поэтому оно стало слабеть. Кабуто решил воспользоваться этим и атаковал младшего Учиха. Итачи спохватился вовремя, став на защиту. Изо рта Кабуто появились змеи, которые отбросили старшего в сторону. Саске не мог никак прийти в себя, осознать, что больше нравоучений Нацуки он никогда не услышит…       «Неважно выглядишь, Саске» — знакомый голос заставил Учиху поднять глаза. Перед ним стоял призрак Нацуки. Она была побита, голова разбита, на лице живого места нет, а на животе глубокая рана.       — Нацуки, я…       «Ты слабеешь, твое Сусаноо слабеет, и ты можешь погибнуть!»       — Ты умерла по моей вине…       «Это твоё мнение, но не мое»       — Но это так!       «Мне пришлось рискнуть, и я рискнула. Жизнь скучна без риска! Кому, как ни тебе это знать?»       — Но, я…       «Нельзя всю жизнь спасать себя, Саске. Ты должен встать и бороться, как всегда это делал! Нельзя выиграть, если ты только защищаешься. Чтобы выиграть, нужно идти в атаку. Разве не ты учил меня этому?»       Призрак Нацуки испарился, оставляя лишь горький осадок на душе Саске.

POV Саске *Воспоминания: Месяц после миссии в Стране Волн*

      Я не мог заснуть, сна не было ни в одном глазу, поэтому мне пришла в голову мысль прогуляться по ночной Конохе, освежить голову и мысли, может тогда получится заснуть.       Ночью Коноха была такой пустой и мрачной, что мне было как-то не по себе. Утром и днем здесь так много людей, а у лавки со сладостями всегда куча детей, чтобы купить что-то вкусное. Фу! Ненавижу сладости. У меня от одной мысли уже сводит желудок.       Чтобы как следует очиститься, я направился в сторону полигона. Да…. Столько воспоминаний, связанных с этим местом… Господи, я как вспомню, КАК Нацуки наорала на меня на первой тренировке. Одно упоминание об этом заставляет появиться свист в ушах. Ну, вот опять! Тогда мы впервые узнали, что такое команда…. Но вот этот Усоратонкачи…. Иногда так хочется ему врезать, чтобы мозги на место вставить, что, аж руки чешутся. Останавливает меня лишь Нацуки, которая вовремя становится между нами. Знает, в какой момент остановить. Тоже мне, психолог!       — Чего не спишь? — я резко достаю кунай и оборачиваюсь, однако мое оружие блокирует атака «Мягкий кулак». Позади меня стояла Нацуки. — А, это ты, — я быстро убрал оружие, — что ты здесь делаешь? — Не спится, — вздохнула девочка, — захотелось пройтись. В комнате так душно, что там даже находиться невозможно — дышать нечем. — Ясно… — А ты чего не спишь? — Не важно, — на плечо мне легла рука. Я же сразу улыбнулся, — это запрещённый прием, Нац.       За столько месяцев совместной работы, я как следует, оценил деятельность Хьюго. Несмотря на ее некоторую меркантильность и застенчивость, Науки становится решительной куноичи, которая готова всем рискнуть ради товарищей. Это я понял еще в Стране Волн, когда Нацуки отчаянно защищала Тадзуну и помогала Какаши сражаться с Забузой. Помимо всего этого, она единственная поняла, что я не просто так спас Наруто, хотя я сам еще не до конца осознал, что сделал.       — В общем, … Я не понимаю, что произошло со мной, когда мы сражались с Хаку.       — Насколько я помню — ты спас Наруто, — сказала Нацуки.       — Это я тоже помню, но никак не могу понять свои мотивы… — услышав это, Нацуки рассмеялась. Я не понял, что сказал, не так и грубо откинул ее руку. — Что смешного?       — Ты такой весь из себя крутой и умный, а такую мелочь не смог понять и проанализировать? — улыбнулась Нацуки.       — Объясни же мне тогда!       — Я всегда вижу, как вы общаетесь со мной по отдельности. Это похоже на обычный товарищеский разговор, я бы сказала — приятельский. Порой мне кажется, что мы начинаем неплохо ладить. Однако ваше с Наруто персональное общение кардинально отличается.       — Чем же?       — Вы не можете нормально разговаривать друг с другом, — сказала Нацуки, — я это заметила еще в Академии, однако сейчас, когда мы проводим много времени вместе, мне все стало ясно.       — Что ясно?       — Для вас действия говорят за вас, — объяснила Нацуки, — я бы сказала — это ваш особый способ общения.       — Не вижу в этом ничего хорошего, — недовольно отозвался я, — это надоедает. Да и Наруто жутко бесит.       — Вы меня оба бесите, но я, же молчу! — недовольно сказала Нацуки. — Дело в другом. Общаться можно по-разному. Я думаю, что если бы вы общались, как НОРМАЛЬНЫЕ люди, между вами не возникло бы особой связи.       — Связь? Какая? — не понял я. Нацуки нежно пошерудила меня по голове, а потом отвесила подзатыльник.       — Дружба, болван!       — Какая, к черту, дружба? — возмутился Саске. — Мне она не…       — Знаешь, я раньше думала так же, как и ты, — задумалась Нацуки, — я ведь с Наруто начала общаться не так уж и давно. Однако, познакомившись с ним ближе, я увидела, что он очень экстравагантный паренек.       — В смысле?       — Он заражает своим позитивом, — сказала Нацуки, — с ним нельзя не подружиться.       — Я не хочу дружить с ним! — возмутился я, отвернувшись.       — Поздно, — улыбнулась Нацуки, — вы уже стали друзьями.

POV Автора *Настоящее время*

      Сусаноо Саске резко атакует, из-за чего Кабуто отлетает в сторону. Саске смело поднимается на ноги и вытирает слезы со щек, которые могут отвлекать от цели.       Рядом с младшим братом приземлился Итачи и посмотрел на него.       — Прозрел, наконец? — усмехнулся Учиха.       — Да, прозрел.       Воспользовавшись моментом, Кабуто атаковал. Используя свои способности, он вызвал резкое свечение и противный звук. Саске и Итачи пришлось закрыть глаза и уши. Звук был настолько нестерпимый, что контролировать действие Сусаноо было сложно.       «Черт! Словно кости трутся друг о друга!» — возмущался Саске.       «Он блокировать слух и зрением посредством света и звука!» — догадался Итачи.       У Кабуто было преимущество — змеиные роговицы, которым плевать на яркий свет, а рога, заменяющие обычные уши, даже не реагировали на скрежет. Намереваясь вновь подчинить себе Учиху, Кабуто приземлился прямо напротив Итачи и раскрыл змеиную пасть, чтобы атаковать. Старшему Учихе хватило секунды, чтобы вновь активировать Сусаноо. Кабуто пришлось ретироваться.       — Вероятно, ты слишком хорошо чувствуешь чакру, — сказал Кабуто, чем удивил Итачи.       — Я ощущал чакру лишь благодаря Нагато и его риннегану. А если Нацуки-сама удалось его запечатать, твоя техника Эдо Тенсей стала уязвимой! Однако твои действия я могу легко предугадать. Дай угадаю — ты попытаешься воспользоваться Саске, чтобы через него повлиять на меня? — судя по недовольной физиономии Кабуто, Итачи попал в точку.       — Почему через меня? — удивился Саске.       — Ты — моя единственная слабость!       Кабуто, воспользовавшись замешательством братьев, вскарабкался наверх и начал наблюдать за ними. Было довольно забавно видеть его в таком положении, учитывая то, каким этот мужчина был раньше.       — Итачи, слушай, — сказал Саске, — у нас с Нацуки и Наруто был один случай, когда наша миссия состояла в охоте иношиши (большой и опасный кабан). Конечно, идеальной эта охота не была, однако в принципе, её можно взять за основу.       — Что ж, если это будет эффективным против него — давай вводи в курс дела!       Кабуто хоть и знал, кто такой иношиши, но не совсем понимал, как это связано с ним лично. От Саске такое слышать было довольно непривычно, ведь он со всей серьезностью относится к миссиям, а тут какой-то кабан в серьезной схватке.       Призвав Сусаноо, братья перешли в наступление. Саске, выпрыгнув недалеко от Кабуто, запустил в него стрелу («Нацуки ловко обращалась с луком и стрелами, поэтому первой атаковала нужного зверя»), в то время как Итачи ловко, управляющийся с кунаями и сюрикенами в прошлом, запустил что-то подобное, сотворенное из чакры («Саске быстро ретировался и, чтобы отвлечь иношиши, атаковал его оружием»). Кабуто ловко уклонился от них, в то время как стрела Сусаноо Саске промазала (на первый взгляд), однако так только показалось. Сконцентрировав в руках чакру, Саске сотворил шар и запустил его в свою же атаку («Наруто, когда Нацуки запустила вторую стрелу, ударил Расенганом и вовремя атаковал зверя. В стреле был усыпляющее средство»).       «ЭТО НЕВОЗМОЖНО!» — раскрыл глаза от удивления Кабуто.       Шар выбил из стрелы вторую, которая по инерции размножилась, и ударила мощным толчком по опоре Кабуто под ногами. Опоры начали рушиться, вызывая мощный взрыв. Кабуто, чтобы не упасть в лапы врагу, удлинил змею в своем животе и повис на ней. Тут в поле его зрения попал ранее запущенный Саске Кусанаги. Нукенин решил им воспользоваться.       — Итачи, он хочет использовать мой меч и сбежать! — воскликнул Саске.       Старший Учиха вовремя среагировал и атаковал Кабуто, используя Сусаноо, однако нукенин, дотянувшись до меча Саске, проткнул грудь Итачи насквозь. Саске ужаснулся и уже собирался прийти брату на помощь, но он совершенно забыл, что старший брат никогда просто так не идет в нападение. Кабуто и сообразить не успел, как тело Итачи превратилось в стаю воронов, которые разлетелись в разные стороны. Затем, пока ирьёнин был в замешательстве, Итачи появляется буквально из воздуха, атакуя Кабуто мечом брата, отрезая часть рога. Саске улыбнулся, понимая, что недооценил своего брата. Якуши приземлился на землю напротив Итачи.

*Четыре года назад*

      Всё-таки поймав злосчастную свинью, троица сообщила об этом Какаши, и он согласился их встретить у выхода из леса. Это была победа! После назначения Цунаде на должность правителя деревни, первая миссия показалась им легкой, однако, лишь на первый взгляд. Погоня за такой огромной свиньей выматывает, да и поймать её оказалась трудная задача. Саске шел чуть впереди, попутно собирая по дороге кунаи и сюрикены.       — Болван, если бы ты лучше концентрировал чакру, нам бы не понадобилось использовать ещё оружия! — недовольно буркнул Саске. Наруто, который нес свинью, был ужасно зол, что товарищ снова к нему придирается.       — Кто бы говорил, придурок! — возмутился Узумаки. — А сам-то?! Нацуки ведь неспроста запустила ещё одну стрелу! Ты ведь промазал несколькими кунаями!       — Ничего я не промазал! — откликнулся Саске, даже не поворачиваясь. — Это тактика такая!       — ТАКТИКА?!       Наруто снова кинулся на Саске, и между ними завязалась драка. Нацуки, идя позади, лишь недовольно вздохнула. Ей пришлось использовать ещё одну дозу усыпляющей сыворотку, чтобы иношиши уж точно раньше времени не проснулся. Схватка между Саске и Наруто никогда к хорошему не приводила — сейчас не исключение. Мальчишки были побиты: у Саске — синяк под глазом, несколько порезов на щеке, костяшки кулаков красные; у Наруто — нос разбит, губа подбита, руки исцарапаны, словно его кто-то царапал когтями. Они стояли перед Нацуки и злобно поглядывали друг на друга, в то время как Нацуки спокойно и разочарованно наблюдала за ними. Они ещё бурчали что-то друг другу, но в драку больше не лезли.       — Ну, и что мне с вами делать: сразу убить, или вначале залатать?       — Сразу убить! — одновременно сказали Саске и Наруто.       Девушка всё-таки решила их вначале подлатать. Ран было немного, так что управиться можно было быстро. Холодной водой она сделала примочку для разбитого носа Наруто, затем перекисью обработала царапины и порезы обоих генинов, а ссадинами решила заняться чуть позже. Даже, когда Нацуки их лечила, парни умудрялись перекидываться колкостями. В конечном счете, это привело к тому, что они получили одновременный удар от Нацуки прямо в живот. Откинувшись на землю, мальчики схватились за больное место.       — За моральный ущерб! — спокойно сказала девочка, пряча аптечку в сумку.       — Кому?! — в унисон спросили Саске и Наруто.       — Мне!

*Настоящее время*

      Кабуто внимательно смотрел на своих соперников, оценивая их шансы хотя бы выжить в схватке с ним.       — Забавно, — улыбнулся Кабуто, — смотрю на вас и диву даюсь — спелись так спелись. Хоть ты, Саске, и привык его ненавидеть, но со спокойной душой работаешь с ним вместе. Я могу это понять — что-то явно произошло, когда ты убил Итачи. Но я никак не могу сообразить, что тебе нужно от него узнать! — Саске внимательно посмотрел на брата.       — Ничего такого, только правду, — ответил парень. Итачи посмотрел на него.       — Хм, судя по тону, ты всё ещё ему не доверяешь.       — Ты прав, — кивнул Саске, — единственные, кому я всецело доверяю — Нацуки, Наруто и Какаши. Одной уже… — Учиха вздохнул. — К сожалению, она пожертвовала собой, чтобы я победил тебя.       — Твой брат — лжец, Саске, ты, впрочем, и сам прекрасно это знаешь, — развел руками Кабуто, — однако, вот, что странно… — Кабуто указал на Итачи. — Итачи, защищая Коноху, которая была твоим домом многие годы, убивал всех близких и даже родных людей. Неужели в стремлении победить ты также пожертвуешь…       — Нет, — перебил его Саске, — ты сделал неправильный вывод.       — Ну, ты ведь простил Итачи.       — Я этого не говорил, — Итачи вопросительно посмотрел на Саске, — конечно, я узнал правду, что произошло, и кто виноват в том, что брат вырезал весь клан. Однако это не значит, что я поступлю так же, как и он.       — Мы с Итачи похожи.       — Чем же?       — Оба работали на Коноху под прикрытием: убивали, шпионили, жертвовали всем, взамен получили лишь презрение и изгнание. Я много лет скитался по странам шиноби в поисках себя настоящего, однако так и не смог ничего найти. Даже если ты и продолжаешь защищать Коноху и работать на Хокаге, ты не можешь в глубине души не презирать всех, кто заставил твоего брата так страдать.       — Ты прав, — согласился Саске.       — Тогда тебе выгоднее присоединиться ко мне и сразиться с Итачи, — сказал Кабуто.       — Не слушай его, — сказал Итачи.       — Почему?       — В отличие от меня, Кабуто дольше был шпионом, значит, научился так лгать, что даже Нацуки-сама — лучшая в определении лжи, поверила бы ему. Кабуто тот ещё лжец, значит, соврет лучше. К тому же…. У любого селения есть своя темная сторона, со всей её непосредственностью, противоречивостью, однако, несмотря на это, я все еще считаюсь ниндзя этой деревни. Я рад, что в тот раз ты всё-таки не ушел к Орочимару и послушался совета Какаши Хатаке, оставшись в деревне. Не забывай, что именно Коноха и стремление вернуть Нацуки-сама в деревню сделало тебя таким, какой ты есть сейчас.       — И какой же я? — недовольно отозвался Саске.       — Ниндзя, — ответил Итачи, — Кабуто, как бы ты не восхвалял свою технику Эдо Тенсей, посредством жертвы Нацуки-сама, она стала уязвима, значит, её можно развеять.       — Даже если так — убив меня, вы сделаете Эдо Тенсей вечным! Вы можете ранить меня, однако моя регенерация сведет ваши попытки на «нет». Ваши гендзюцу не сработают, потому что мои глаза защищены. У вас нет шансов! Эдо Тенсей вы не разрушить!       — Итачи, его доводы…       — Я знаю, — прервал брата Итачи, — несмотря на все его речи, даже Нацуки-сама и Нагато не знали, какой силой я овладел, чтобы достичь всего, что планировал!       — О чем ты?       — У глаз Учих есть сила, способная воздействовать на врага, не затрагивая его, пять чувств. Взамен — потеря света.       — Ты об Изанаги?       — Знаешь его?       — Наслышан, — сказал Саске, — говорят, что Данзо владел им до казни.       — Хорошо, однако, я использую другую, парную ей технику.       — Парную?       Кабуто кинулся к Итачи, выпуская все свои возможности. Он невероятно силен, и противостоять ему сложно, учитывая регенерацию и Режим Отшельника, однако любую технику можно прервать.       «Саске, ты знал, что как бы не сильна была техника, есть хотя бы одни способ ей противостоять?» — вдруг вспомнил Саске слова Какаши.       «Даже самой сильной?»       «Да. Если ты хочешь обратить технику на противника, не уподобляйся глупцам, используя сильные техники в арсенале. У тебя должна быть такая техника, которая будет равная той, которую ты хочешь перенаправить!»       «Я не знал…»       «Есть в клане Учиха парные техники, которые используются крайне редко. Я не смогу тебя им научить в полной мере, так как не являюсь выходцем из вашего клана».       «Что за техники?»       Предельное додзюцу, управляющее судьбой, которое способно отразить любую известную миру шиноби технику. Та, которая способна практически на всё, благодаря Мангекьё Шарингану…       — ИЗАНАМИ!       «В отличие от Изанаги, которая изменяет судьбу, Изанами — вторая, не просто изменяет или корректирует какой-то отрезок времени. Изанами управляет судьбой!»       Итачи, используя меч брата, поставил перед Кабуто блок, который нукенин не смог пробить и отскочил в сторону, а сам Учиха приземлился рядом с Саске, который был поражен, понимая, что Итачи использует не просто ниндзюцу или гендзюцу — эта техника относится к разряду запрещенных — киндзюцу.       «Не могу поверить, что Итачи использует эту технику. Она невероятно сложная!» — удивился Саске. Стоит отдать старшему брату должное, он — действительно гений.       Кабуто, сложив руками печать быка, рассмеялся прямо врагам в лицо.       — НЕВАЖНО, ЧТО ТЫ ПРЕДПРИМЕШЬ, ИТАЧИ! МЕНЯ ТЕБЕ НЕ ПОБЕДИТЬ! Я ДОСТИГ ИСТИННОГО СОВЕРШЕНСТВА, КОТОРОГО ДАЖЕ ОРОЧИМАРУ-САМА НЕ СМОГ ДОСТИЧЬ! Сенпо: Муки Тенсей!       Колья на потолке начали быстро опускаться, атакуя тем самым братьев. Саске успел частично активировать Сусаноо, чтобы обезопасить себя от ран, а вот Итачи повезло меньше. Его проткнуло насквозь, прибив к земле.       — ИТАЧИ!       Кабуто дотронулся руками до земли, и Саске понял действие этой техники.       «Наруто тоже как-то использовал её. Она позволяет оживлять неживую природу вокруг себя и манипулировать ей» — сообразил Саске.       Итачи оказался обездвижен, так ещё и распадаться на части начал. Его лицо, словно гравий, начало осыпаться, оставляя невредимыми лишь глаза Шарингана. Кабуто в это время призвал змею, которая изрыгнула ему кунай. Понимая, что брат в опасности, Саске решился атаковать одной из своих лучших техник.       — АМАТЕРАСУ! — Кругом черное пламя защищало братьев, не подпуская Кабуто к ним.       — Интересно…. Выходит, что сильнейшая твоя техника может служить и защитой. Жар от пламени вернул всё назад. Победа за мной… — решительно сказал Кабуто, наслаждаясь победой. — Я подбираюсь к цели как никогда близко. Ничто меня не остановит! Все знания о законах природы, что постиг Орочимару-сама, сейчас собраны во мне! Я ближе всех подобрался к Мудрецу шести путей. Клан Учиха ничто по сравнению со мной.       — ЗАТКНИСЬ! ЧТО ТЫ ВООБЩЕ О НАС ЗНА… — Саске собирался атаковать его, однако освободившийся от пут Итачи преградил ему дорогу.       — Смотря на тебя, Кабуто, я вижу себя в прошлом, — сказал Итачи, — именно поэтому ты проиграешь.       — Итачи, ты переоцениваешь себя, — рассмеялся Кабуто, — в отличие от тебя, я не сижу в тени и не прячусь за спиной так называемой Нацуки-сама.       — Возможно, мы и разные, однако не приплетай сюда Нацуки! — Итачи явно был оскорблен его словами. — Саске не даст соврать, что Нацуки, впрочем, как и Наруто — лидер, она прекрасно умела повести за собой. В Акацуки, даже если она и не была близкой к Пейну, уважали и даже боялись её, понимая, на что она способна. Тем более, ты тоже когда-то был шпионом, а, как ты понимаешь — шпионы мыслят одинаково. Я не понимал, кто я есть, но, возможно, признать себя — это и есть путь к успеху.       — Стандартное описание неудачника, — хмыкнул Кабуто, — признать что-то невозможны для себя — это равносильно белому флагу.       — Нет! — теперь отозвался Саске. — Возможно, я не был шпионом, как ты или Итачи, однако ты не имеешь никакого права утверждать, что человек способен на всё! Есть то, чего ты никогда не сможешь понять, Кабуто.       — Чего же я не пойму?       — В отличие от тебя, я могу себя простить за то, что когда-то сделал, — сказал Саске, — несмотря на мой характер, я могу признать ошибки и даже пожертвовать собой, если понадобится. Единственное, что я всегда считал правильным — работая в одиночку больше шансов на победу, так как ты полагаешься лишь на себя, однако… — Саске вспомнил Наруто. — Никто не способен справиться со всем самостоятельно. Для этого и существуют друзья! Они помогут тебе, когда ты нуждаешься в их помощи и ударят, если…       «Ну, и что мне с вами делать: сразу убить, или вначале залатать?»       — …если ты неправ, вправят, как следует мозги.       — Саске, — отозвался Итачи, — жаль, что в свое время у меня не было рядом друзей, которые бы могли это сделать.       — Почему?       — Я не признавал себя. А те, кто этого не могут никак сделать — проигрывают, как проиграл я!       — Ты не имеешь права мне что-то говорить, не зная, кто я!       — Совсем не важно, кем тебя считаю Я, главное, кем себя считаешь ТЫ!       — У тебя было всё, Итачи, — сказал Кабуто, — уважение, семья, любящий брат, даже легендарный Шаринган, а у меня лишь моя голова и сердце. У тебя же много техник и силы. Всё это и делает тебя Итачи Учихой. Однако сейчас ты просто пешка.       — Хм, Кабуто, ты меня переоцениваешь, — сказал Итачи, — мои планы ведь провалились.       — Ты меня так и не понял…       — Я завидую тебе, потому что ты родился в клане Учиха.       — Это всего лишь имя, — сказал Итачи. Кабуто вновь начал складывать печати, которые могли помочь ему со всем покончить.       — Чёрт! — возмутился Саске. — Может, его всё-таки прикончим? Он ведь не успокоится! Ты не можешь ещё раз использовать Изанами? Я знаю Кабуто — он уже что-то задумал и обязательно доведет дело до конца.       — Нужно ещё немного времени!       — Орочимару-сама однажды сказал мне кое-что…. Если хочешь узнать «кто ты», выучи все техники в мире! Изучи этот мир вдоль и поперек!       Из живота Кабуто появилось чье-то странное лицо. Используя стихию земли, нукенин спровоцировал землетрясение, из-за чего братьям пришлось сменить положение. Сзади образовалась пропасть, через которую Саске и Итачи перепрыгнули. Следующей атакой стала огромная паутина, против которой даже Райкири не подействует, поэтому братья использовали Аматерасу одновременно, что разрушила планы Кабуто. Далее с помощью одного из подопытных Орочимару — ниндзя с улучшенным геномом, Якуши использовал его кости для атаки. Только повернувшись, Саске и Итачи поняли, что этими атаками Кабуто перекрыл им выход.       — Чёрт! Нам больше не выбраться этим путем! — крикнул Саске. — Я отвлеку его, а ты делай то, что задумал! Сусаноо сможешь вызвать?       — Да!       Создав Сусаноо, Саске и Итачи удалось пробить себе путь наружу, что позволило убежать. Однако это не значит, что у Кабуто не было запасного плана. Он использовал чакру Таюи, чтобы вызвать мелодию ужаса, которая заставила Саске и Итачи погрузиться в гендзюцу. Это были ужасные картины: кровь, боль, уничтожение… Смерть… Учихи осознали, что далеко им уйти не удалось, что совсем не радовало.       — Сусаноо защищает вас от моих физических атак, но… — Кабуто ухмыльнулся. — От звуков не спасает. ВАМ КОНЕЦ! — из груди Кабуто появился, что ненаесть настоящий Орочимару. Увидев его, у Саске перехватило дыхание. В последний раз он видел его на миссии по спасению Цунаде, после парень даже добраться до его убежища не успел, а потом и вовсе сообщили, что его убили.       — Господи, хватит мнить себя Орочимару! — возразил Саске. — Трансформируй свое тело столько, сколько захочешь, но им ты никогда не станешь!       — Саске, кому как не тебе знать, что прежде чем стать всесильным и великим, люди кому-то уподоблялись. Разве не Итачи был твоим кумиром? А до этого старший братец копировал своего отца…. Почему же я не могу стать Орочимару?       — Потому что вы — разные! — сказал Итачи.       — Нет, мы как раз таки одинаковые.       — Не сравнивай два несвойственных понятия, Кабуто, — сказал Итачи, — Саске не копировал меня, а ровнялся — это не одно и то же. Ты же надел костюм Орочимару и хвалишься им. Это как минимум знак твоей трусости и слабости. Даже если ты хочешь быть ближе к тому, на кого хочешь быть похожим — это не сделает тебя сильнее, уж точно не станешь. Не ври хотя бы себе.       — Я иду не тем путем — ты заблуждаешься, … Итачи… ВЫКУСИ! — Змея в облике Орочимару кинулась к братьям. Итачи быстро среагировал.       — Саске, посмотри мне в глаза!       Как только младший это сделал, они наложили друг на друга новое гендзюцу, с помощью которого разрушили предыдущее. Это позволило им активировать Сусаноо и спастись от атаки Кабуто. Бой можно было заканчивать, так как Итачи восстановил большую часть чакры, и последнее Изанами можно было использовать. Итачи уже сложил руки в боевой печати, как вдруг между Учихами появляется Кабуто и разрубил тело старшего пополам. Его тело начало рассыпаться, как и в первый раз.       — Ты — гений, Итачи и не представляешь, КАК тебе повезло в жизни! У меня на пути ты не станешь!       Саске решил сразу действовать. Когда Кабуто отскочил в сторону, Саске запустил в него меч, однако его сразу же поймала змея нукенина и не позволила даже ранить хозяина. Нижняя половина Итачи упала на землю. Кабуто же вновь оказался на потолке, вооруженный Кусанаги своего врага. Саске среагировал быстро, скрестив несколько печатей, чтобы использовать одну из своих самых лучших техник.       — Катон: Техника огненного шара! — в Кабуто полетел огромный огненный шар, но Якуши это предвидел.       — Элемент воды: Великий водопад!       Огненный шар был погашен, а сильная волна смела всех, на кого была направлена. Саске мог захлебнуться, благо, что вовремя успел задержать дыхание. Кабуто пронзает Итачи мечом, и он разлетается стаей воронов. Нукенин всё-таки выхватывает оружие и срезает у Кабуто часть рога на голове, после отталкивает в сторону и приземляется на землю. Кабуто был зол, что Итачи так предсказуем, ведь он снова повторяется, значит, предугадать его действия всё легче и легче.       «Отлично…. У меня получается…»       — Ты повторяешься, великий Учиха, — улыбнулся Кабуто, — прочитать тебя проще простого. Наноси ран, сколько хочешь, однако особого вреда они мне не принесут.       — Что ж, я закончу этот бой прямо сейчас, используя свою самую мощную технику! — капля приземлилась Кабуто на плечо, после чего Якуши рванул прямо к Итачи. Они столкнулись в поединке, противовесом в котором был меч.       — Изанами! — оттолкнувшись от Кабуто, Итачи приземлился рядом с Саске. — Стой, где стоишь, брат.       — У меня словно дежавю…. Этот бой пора заканчивать!       — Твоя судьба уже в моих руках, как ни крути. Тебе решать — какой она будет. Запомни мои слова и не забывай их.       — ХВАТИТ МОЛОЧЬ ЧЕПУХУ! — крикнул Кабуто, запустив в братьев змею-Орочимару.       Змея столкнулась с сильным Сусаноо. Из пасти Орочимару появился Кабуто, затем Саске сжал его горло, однако и это был не конец: Кабуто выхватил у Итачи меч, проткнул его, и он вновь превратился в стаю ворон.       «Какого черта… — удивился Кабуто. Итачи перехватывает атаку и обрезает Кабуто рог, отталкивая врага в сторону. Нукенин щупает его и не находит на месте. — Рог ведь отвалился ещё в тот раз…. Как?! Мои глаза ведь защищены от гендзюцу! Что творится со мной?!» — Кабуто еле успел вызвать водопад в ответ на огненный шар Саске.       — Что ты со мной сделал?! — Итачи ухмыльнулся.       — Ты попал в моё гендзюцу.       — ЭТО НЕВОЗМОЖНО!       — Изанами! — они снова столкнулись в поединке, и снова повторилась та же самая сцена. — Ты в моей власти…       — УЧИХА!

*Настоящее время*

      Кабуто был обездвижен. Напротив него стоял Итачи, а позади — Саске, смотревший на то, как старший брат всё глубже и глубже погружает врага в мощнейшее гендзюцу клана Учиха.       — Из этой петли просто так он не выберется, — спокойно говорит Итачи, дотронувшись до его лба, — вот, что значит Изанами — «техника, определяющая судьбу».       — Как ты смог? Его глаза…       — Стоило ему попасть в петлю, иммунитет к гендзюцу перестал быть проблемой.       — Выходит, Кабуто застрял в этой петле? Но когда ты успел?       — Помнишь — он первый раз проткнул меня мечом?       «В тот миг?»       — Но… Как ты смог задействовать её так быстро?       — Эта техника особенна тем, что основой является ваше с противником восприятие.       — В смысле?       — Я выбрал случайный момент, я использовал Шаринган, чтобы сохранить телесные ощущения и те, что были у Кабуто.       — То есть, это та же самая копия техники, только здесь ты запомнил и самого себя?       — Верно, словно фотоснимок. Затем мне пришлось намеренно повторить эти ощущения и таким же образом запомнить этот момент. Исключительность Изанами в том, что она позволяет наложить друг на друга и связать подобно нити эти идентичные телесные ощущения, и, соответственно, течение времени между ними. Я также мог бы использовать свой Шаринган, чтобы запомнить множество ощущений, и они тоже были бы использованы, как только Изанами активировалось, но я не стал этого делать. Мне не пришлось копировать каждый отрезок заново — я сделал это одновременно. Чем больше ощущений мы с Кабуто зафиксировали, тем больше у меня был шанс инициировать Изанами на нем и тем больше ощущений Кабуто будет испытывать каждый раз, когда временная петля будет повторяться.       — Достаточно жестокая техника.       — Согласен. Однако она возникла не просто так. И в разряд киндзюцу была включена не просто так.       — Что в ней такого опасного?       — Ты знаешь, что были времена, когда члены нашего клана начали злоупотреблять способностями, дарованными Изанаги, применяя технику с целью попросту уклониться от нежелательных результатов собственных действий?       — Да, многие считали это лицемерием и надменностью, а в Конохе, насколько я знаю, чтят равенство кланов.       — Всё верно. В общем-то, проблема была несущественной, если только ОДИН человек использовал Изанаги, однако клан Учиха перешел все границы, и желающих становилось двое или больше, они начинали сражаться друг с другом за наиболее благоприятный для себя исход. Таким образом, учитывая, что пользователи додзюцу практически не поддавались воздействию каких-либо гендзюцу, Изанами было создано как средство наказания подобных членов клана, а также для того, чтобы спасти их от собственного высокомерия. При попадании в неизменный круговорот событий, жертва поневоле должна была принять реальность, которую сама создала, если хотела вообще когда-нибудь выбраться из иллюзии. Тем не менее, из-за опасности, связанной с использованием техники, несущей в себе встроенную возможность освобождения, в настоящем бою, Изанами была переведена в разряд киндзюцу. Если Кабуто примет себя настоящего, освободиться из этой петли.       — Смысл тогда, если он сможет выбраться!       — В том, что Кабуто не принимает себя настоящего — он только верит в то, кем стал. Суть Изанами в том, чтобы понять, кто ты есть, и принять себя. Это просто лишь на первый взгляд, страшное то, что столкнувшись с реальностью, ты возвращаешься и понимаешь, что назад вернуться уже не сможешь.       — Теперь понял…       — Что ж… — Итачи дотронулся до груди Кабуто. — Пора остановить Эдо Тенсей.