Наруто. Разряд: Война

      Это словно был какой-то сон, будто внутри что-то оборвалось и не хотело соединяться в одно целое. Наруто чувствовал такую слабость, которую не ощущал никогда, казалось, что из него высосали всё, что можно было высосать и именно это разрывало юношу изнутри.       Дикий крик товарищей заставил Узумаки открыть глаза. Он лежал на чем-то мокром в странном помещении, если это можно было так назвать. Всё ещё лежа на спине, парень понял, что всё-таки умер. Воспоминания ещё были свежи, и он не мог забыть, что Курама был из него извлечен.       — Значит, я умер, — догадался парень.       — Почему сразу умер? — послышался чей-то голос. Наруто приподнялся и обратил внимание на парящего в воздухе мужчину пожилого возраста. — Твое отношение к самому слову «смерть» разительно отличается от представлений моего времени.       — Кто ты такой? — удивляется Наруто. Мужчина хмыкает.       — Наконец-то, уместный вопрос, — сказал незнакомец, — не думаю, что мое имя что-то изменит. — он повернулся к парню лицом, и Наруто ахнул от удивления. — Я тот, кто принес мир на землю, меня зовут Хагоромо Ооцуцуки.       Это был высокий бледнокожий человеком, обладающий глубокими морщинами и четко выраженной линией челюсти. У него остроконечные бледно-красные волосы до плеч, а также одна косичка длиной до подбородка, висящая перед левым ухом. Кроме того, он носит козлиную бородку. Хагоромо имеет пару роговидных выступов, простирающихся по обе стороны от его лба, белые ясные глаза, невыразительные брови и красный круговой символ с двумя волнистыми узорами в центре лба. На нем белое кимоно во весь рост с узором из шести чёрных магатам вокруг высокого воротника, под которым ожерелье, которое составлено из шести чёрных магатам. На обратной стороне его кимоно большой чёрный символ Риннегана с узором из девяти магатам, расположенных в три ряда.       — Дедуль… — протянул Наруто. — Ты меня извини, но…       — Почему-то я не удивлен, что твоя реакция именно такая, — прервал его старик.       — Твои глаза! — заметил Наруто. — Это же риннеган!       — Что ж, ты весьма наблюдателен, — заметил Хагоромо, — полагаю, что тебе хватит ума, чтобы оценить свое состояние в реальности.       — Я мертв?       — На грани, — ответил Хагоромо, — Мадара слишком силен, так что Нацуки Хьюго пришлось выступить против него в одиночку, — Узумаки удивился.       — В одиночку? — возмутился парень. — А как же…       — Боюсь, что тебе мой ответ не понравится, — вздохнул Хагоромо, — так же, как и ты, Саске был убит Мадарой Кусанаги прямо в грудь.       — Но, как же…       — Не время! — сказал старик. — Сейчас ты находишься в своем подсознании. Я понимаю, что тебе не терпится вернуться, однако это бессмысленно. Тем более…       «Вряд ли он — мой враг, — задумался Наруто, — Нацуки и Саске выслушали бы его, даже если хотели вернуться в реальность»       — Правильно соображаешь, — сказал Хагоромо.       — Ты читаешь мысли?       — Немного. Прежде чем ты вернешься обратно…       — ДА ХВАТИТ! — возмутился Наруто. — Говори ясно и понятно! У МЕНЯ МОЗГИ ПЛАВЯТСЯ!       — Я проделал долгий путь через пространство и время ради этой встречи…       — ДА ЗАМОЛЧИ ТЫ, УЖЕ! — крикнул Наруто. — Мне некогда слушать твой бред!       — Может быть тебе будет проще, если рядом будет кто-то с более здравой оценкой происходящего?       — Кого?       Внезапно, послышался за спиной свист. Наруто и понять ничего не успел, как вдруг кто-то отвесил ему хорошего такого подзатыльника. Узумаки уже было подумал, что Нацуки здесь оказалась, но нет — за спиной стоял Саске. Он был явно зол и недоволен, тем более, Хагоромо разговаривал и с ним тоже, а теперь придется всё слушать вдвоем.       — Усоратонкачи, выслушать нельзя было спокойно? Пока не выслушаем, всё равно назад не вернемся!       — Уже лучше, — кивнул Хагоромо, — так как из вас двоих есть тот, кто сильно не соображает, придется говорить примитивно.       — Ты — пришелец? — удивился Наруто. — Есть в тебе что-то…       — Неужели соображаешь…       — Да понял я, понял! Ты быстро поменял манеру разговора.       — Наруто, — разозлился Саске, — это тот, кто создал ниндзюцу! Я ведь прав?       — Верно, — кивнул Хагоромо, — только не ниндзюцу, а ниншу. Мои техники были созданы, чтобы давать людям надежду. Не стоит сравнивать его с ниндзюцу, созданным для войн.       — У меня к тебе куча вопросов, — сказал Наруто, — но сперва…       — Нару, что это?       Саске обратил внимание на то, что, когда Хагоромо дотронулся до воды кругло частью своего посоха, отражения напарников изменилось. Это было очень странно, так как Наруто и Саске не знали ниндзя, явившихся в виде отражений. Парни переглянулись, затем посмотрели на Хагоромо.       — Вы мне напоминаете моих сыновей — Ашуру и Индру, — сказал Мудрец, — время выбрано удачно, так что я должен вам кое-что отдать.       — Отдать? — одновременно спросили друзья.       — Всё зависит от Нацуки, — сказал Хагоромо, — от неё зависит — вернетесь вы назад, или нет.       — Почему от неё?       — Она сражается с тем, кто убил вас, а остальные сражаются за ваши жизни. Возможно, вам будет интересно узнать о первородной чакре, которой обладал первый ниндзя. Ооцуцуки Кагуя? — рядом с Хагоромо появилось отражение какой-то странной женщины с бьякуганом. Она выглядела так же странно, как и Мудрец Шести Путей. — Моя мать пришла сюда из далеких земель, чтобы сорвать плод священного дерева и обрести силу. Это была чакра. Кагуя съела плод и вместе с могуществом смогла получить власть над всеми этими землями.       — А откуда она пришла? — спросил Наруто.       — Болван, — огрызнулся Саске, — какая разница.       — Верно. Это не столь важно, — кивнул Хагоромо, — она была самой сильной. Люди называли её «Богиня Мао», а некоторые дали кличку демона. Она завоевала их преданность посредством страха, а не доверия.       «Как Мадару и Обито напоминает…» — подумали Саске и Наруто.       — Позже у неё родились два сына, — продолжил Хагоромо, — я и мой брат-близнец — Хамура.       — Отец Асидзуки-сама?       — Да. Мы не разделяли её взглядов на мир, поэтому, чтобы искупить её грехи, сразились с Десятихвостым, который стал реинкарнацией древа-бога, и запечатали в себе. Древо-бог был в ярости и попытался вернуть всю чакру себе. Когда пришло время, я и Хамура также обзавелись потомством. У меня было два сына: старший — Индра, младший — Ашура, а у Хамуры дочь — Асидзуки. С самого детства эти трое были неразлучны, так что мы обучали их совместно. Несмотря на мои усилия, я видел, что между моими сыновьями разгорается пламя каждый раз, когда они сходятся в поединке. Равновесием между ними была моя племянница, которую и Ашура, и Индра очень любили, поэтому прекращали свои ссоры. Конечно, разница между парнями была колоссальная. Один унаследовал мощную чакру, а другой нет. Разница в генах проявила полное различие между ними.       — То есть, один бы гением, а другой ничем не примечательный, — уточнил Саске.       — Несмотря на то, что оба были сыновьями Мудреца, — заметил Наруто.       — Однако, разве ты, Наруто, не знаешь, что не столь важно, какие у тебя родители. Ребенок далеко не всегда получает ту же силу, что и взрослые. Кому, как не тебе это знать? В некоторых аспектах вы оба напоминаете мне сыновей, особенно решениями и поступками.       — Поступками?       — Индра и Ашура шли абсолютно разными путями. Первый от рождения обладал мощнейшей чакрой, силой глаз и жаждой битвы. Его называли гением. Он добивался всего силой, также пришел к убеждению, что именно силой можно добиться всего, что угодно!       — Как на тебя похож, — заметил Наруто.       — Отвали!       — Ашура же был полной противоположностью. У него с малых лет всё валилось с рук. Ничего самостоятельно не мог достичь. Чтобы стать равным брату, он вынужден был прилагать ещё больше усилий, объединяясь с другими людьми, и….       — А какую роль в их жизни сыграла Асидзуки? — спрашивает Саске.       — В их ссорах она не принимала участие, лишь старалась сглаживать углы и не доводить до критической ситуации. Хамура поддерживал её в этом, однако советовал сильно не вмешивать в отношения братьев. Асидзуки была такой же по силе, что и мои сыновья, была искусным медиком и ниндзя, не принимала поспешных решений…       — Кого-то она напоминает… — усмехнулся Наруто.       — Да, точно, — согласился Учиха       — В какой-то момент, пути Ашуры с Индрой и Асидзуки разошлись. Она путешествовала по миру в поиске своего потенциала, стала достаточно сильной и даже унаследовала чакру Хамуры. Совместными усилиями Ашура, Индра и Асидзуки построили храм, где собрали все известные на тот момент техники и обряды. Там же была спрятана легендарная золотая стрела, принадлежащая сейчас тебе, Наруто.       — Я помню, — кивнул парень.       — Наконец, в какой-то момент сила Ашуры вырвалась наружу и его потенциал стал таким же, как у брата. Заботясь о других, он обрел силу, ведь те, кто находился рядом, делал его невероятно сильным. Это не понравилось Индре и однажды это привело к катастрофе.       — Что случилось?       — Сражение между братьями было страшным. Ни я, ни Хамура не могли их отговорить от этого. Подогревал спор ещё и я, сам того не осознавая, ведь в пути Ашуры я видел будущее, ибо в единстве таится настоящая сила. Перед схваткой я сделал Ашуру главой ниншу, надеясь, что Индра поступит так же. По традиции нашего клана, с 18-ти лет, дети помогают главам обеспечивать порядок в мире, всеми возможными способами. Дабы предотвратить новые распри, Асидзуки, с позволения моего брата, образовала небольшое поселение, названное страной Водоворота, которое находилось рядом со священной землёй, названная мной и братом «Долина Смерти». Несмотря на мрачное название, долина была, светлой и как уже было сказано — священной. Именно в этой долине, которая была больших размеров, произошло сражение между нами и Кагуей. Асидзуки знала историю клана и оградила священную долину от своей страны, хотя та считалась её частью. Индра и Ашура также основали две деревни недалеко от Асидзуки и нашей с Хамурой деревни, чтобы вовремя прийти. Как бы я не хотел, чтобы наследие матери вылилось в моем, Индра всё-таки стал владельцем особого меча, который был настолько острый, что мог разрезать даже воздух. Ашура от рождения имел большой запас чакры. Хамура был такого же мнения, что и я, однако с детства Асидзуки владела особой техникой, которая позволяла ей сохранять молодость и оставлять внешность восемнадцатилетней девушки, хотя с того момента прошло практически 10 лет. Такой же способностью, по слухам, владела и Кагуя.       — Их связывали крепкие узы, — заметил Наруто, — что же изменилось?       — Правление Индры, Ашуры и Асидзуки было процветающим, жители их деревень были ими довольны, земли были плодородными, жители накормлены и т.д. Однако, отношения между Индрой и Ашурой не просто были подорваны, а накалились до такой степени, что однажды, Индра пошёл на брата чуть ли не с войной. Войну удалось предотвратить, вмешался я, не позволив старшему сыну совершить непоправимую ошибку. Последней каплей стало то, что на сторону Ашуры стала и Асидзуки, которая была искренне любима Индрой. Тот счёл это предательством, что и послужило выстроенной стене между двумя деревнями братьев. Асидзуки пыталась подавить распри между братьями, но и Ашура её уже не слушал, не то, что Индра. Битвы между братьями накалялись до предела. Исход настал в тот день, когда Индра лично пришёл к Ашуре, вызвав брата на поединок. Конечно, Ашура согласился. Битва была настолько жаркой и ужасной, что жители прозвали её: «Битва над адской бездной», ведь столкнулись не абы кто, а два кровных брата, которые в прямом смысле могли уничтожить друг друга. Узнав о битве, Хамура и я отправились туда, чтобы предотвратить начало войны, однако нас опередила Асидзуки и прибыла на место битвы первой. Братья не знали, что она может сделать, поэтому продолжали сражение. Создав две непобедимые техники, Ашура и Индра намеревались атаковать друг друга. Видя, что братья могут совершить поступок, о котором будут жалеть всю оставшуюся жизнь, Асидзуки стала между ними и две сильнейшие в своём роду, атаки, обрушились на бедную девушку. Когда мы с братом прибыли, было уже поздно. Несмотря на атаку, Асидзуки держалась, поставив мощный барьер, используя всю чакру бьякугана, которая у неё только была. Ашура и Индра были готовы остановить свою ярость, но было слишком поздно. В конце битвы, Асидзуки, упала прямо в руки братьев, и они, придерживая её за спины и голову, присели на колени, медленно положив тело сестры на землю. Хамура подбежал к телу дочери, пока та была в сознании. На руках Асидзуки были ужасные ожоги, которыми она остановила атаку братьев, на теле были ссадины, а бьякуган…       — А что случилось с бьякуганом? — спросил Саске.       — Он превратился в тенсейган — это эволюция бьякугана, которую не каждый бы из клана Ооцуцуки со стороны Хамуры мог бы получить.       — То есть, посредством жертвы…       — Да. Асидзуки получила силы тенсейгана прямо перед смертью. Несмотря на то, что Асидзуки умоляла их прекратить войну, они её не послушали. Последняя схватка была ещё опаснее предыдущей. Даже когда тела Ашуры и Индры были уничтожены, чакра никуда не исчезла, впрочем, как и силы любимой сестры. Веками их сила была во Вселенной, передаваясь из поколения в поколение.       — Похоже на одержимость призраком, — заметил Наруто.       — Согласен. Кто же одержим сегодня?       — Вы оба, — ответил Хагоромо, чем удивил обоих, — вы — реинкарнации Ашуры и Индры. Их чакры крепко связаны с вашими, так же, как и чакра Асидзуки, преследовавшая вас двоих на протяжении стольких лет.       — Ведь мы не враги, как таковые, скорее…       — Соперники, — намекнул Хагоромо, — Индра и Ашура тоже не были врагами. Они сражались, чтобы превзойти друг друга. Учитывая то, что вы не сильно удивились, догадывались, что что-то с вами явно не так… Асидзуки, пока Нацуки не было рядом, присматривала за вами, наведывалась, но не вмешивалась.       — То есть, тот визит… — ахнул Наруто.       — Да, это была Асидзуки в облике Нацуки. Чтобы сильно тебя не напугать, она приняла её обличие и рассказала всё о похищении тел ниндзя-защитников, — кивнул Хагоромо, — это был первый раз, когда она вмешалась в происходящее. Конечно, уход вашей подруги был предначертан, но… Тем более, учитывая всю историю вы прекрасно понимаете, кто является перерождением третьего ребенка — дочь Хамуры?       — Нацуки, — одновременно сказали Наруто и Саске.       — Всё верно.       — Саске, помнишь мы что-то подобное изучали в Академии, — вспомнил Наруто, — название не могу припомнить… Когда что-то во Вселенной обязательно повторяется…       — Вынужденное повторение.       — Да! — кивнул Наруто. — Точно!       — Если это так, то до нас должны были быть ещё реинкарнации, — догадался Учиха.       — Это были Хаширама и Мадара, — сказал Мудрец, — их история вам известна.       — А как же Асидзуки?       — После её смерти наши с братом дороги разошлись навсегда. Он переселился на луну и отгородился от Земли. Брат полагал, что не допустит, чтобы Асидзуки переродилась в моем грешном мире войн.       — Лицемер, — сказал Наруто.       — Он слишком любил единственную дочь, — сказал Мудрец, — прежде чем передать дух Индры другому, Мадара совершил достаточно много плохих поступков. Он вживил себе клетки Хаширамы. Объединив в себе силы Ашуры и Индры, он пробудил риннеган.       — Саске, поправь, если я ошибся… — гневно сказал Наруто. — Этот старикашка спокойно наблюдал за битвами своих потомков и ничего не предпринимал?       — Всё верно, — отозвался Саске, — да и Хамура хорош — если бы перерождение Асидзуки было…       — Это всё было предначертано, — сказал Хагоромо, — чакра связывает людей друг с другом. Её нельзя использовать, чтобы завладевать сердцами людей. Покончив с войнами, моя мать стала править миром. Единолично.       — Анархия, — сказали Саске и Наруто.       — Сила делает душу черствой и лишает каких-либо эмоций, поэтому Кагуя довольно быстро стала высокомерной. Она стала демоном, внушающим страх и ужас. Обладая невероятной силой, люди совершают глупости, как и Мадара сейчас. Пока вы были здесь, он запечатал в себе хвостатых и стал Джинчурики Десятихвостого, так что с огромной вероятностью сейчас Нацуки пытается его остановить, но без вас ей это не удастся сделать. Вам стоит знать, что Бесконечное Цукиеми не создает гендзюцу, заставляя человека жить иллюзиями, а позволяет пользоваться их чакрой. Цукиеми создает вечных рабов. Кагуя, помимо бьякугана, обладала также шаринганом. Она использовала силу своих глаз, чтобы наложить на людей ужасное гендзюцу. Если вся чакра вернется к древу, появится новый плод из чакры. Это приведет к концу мира! — Хагоромо внимательно посмотрел на Саске и Наруто. — Несмотря на ваши различия, в вас обоих есть капля безрассудства, что может стать отправной точкой.       Из-под земли появляются образы хвостатых, включая Девятихвостого, только его окрас был темнее, чем раньше. Оказалось, что именно Обито запечатал часть чакры хвостатых в Наруто, чтобы спасти ему жизнь.       — Как-то всё слишком странно, не находишь? — спрашивает Саске.       — Согласен. Мы будем идти дальше, с любовью и ненавистью, мы не оставим тех, кто верит в нас!       — Это ваш ответ?       — Да!       — Что ж… — Хагоромо взял свой посох и протянул концом с кругом к Наруто, а с месяцем — Саске. — Эта сила позволит запечатать силу Древа-Бога назад в Луну, третья грань печати — звезда, сейчас передана Нацуки — реинкарнации Асидзуки, так что советую вам поторопиться! Однако помните, что последствия ваших действий полностью зависят от вас.       — Хм, — усмехнулся Наруто, — возможно между нами и нет кровного родства, но мы…       — Друзья, — закончил Саске, и они вместе стукнулись кулаками, после чего дотронулись до посоха.       Попадание в одну команду можно рассматривать, как судьбу, но Нацуки, Наруто и Саске никогда не верили в неё. Судьба, рок, предначертание… Это удачные слова для тех, кто не любит принимать решения. Не важно, как их назовут другие. Решить, кто они, смогут только они сами.