Семеро на одного

Рыцари собрались в ангаре, готовые ступить на борт своих разнообразных кораблей, которые развезли бы их по разным углам галактики. По сравнению с тем, что Хакс видел утром, их было не узнать. Тогда они обнимались во сне, лениво выползали в освежитель, наслаждались кафом, хвастались своими техниками по уходу за телом… Если бы Хакс не видел это сам, он вряд ли бы в такое поверил. Он шел по ангару, а они зловеще маячили темными фигурами у него за спиной и совсем не были похожи на тех шумных и чудноватых утренних себя. После спонтанной битвы подушками Хатор пригладил ему волосы каким-то сортом воска, о котором Хакс никогда не слышал. Он не был уверен, что они теперь ощущаются правильно. Его лицо все еще ощущалось как-то неправильно после того, как его терли теми странными жидкостями. И должно быть, он сам выглядел по-другому, судя по взглядам, которыми его награждали встречные, и тому, как злобно смотрел на них Кайло в ответ. Еще одна вещь, в которую он никогда бы не поверил. Он нравился Кайло Рену и тот хотел сделать его счастливым. Более того, Кайло чувствовал к нему что-то, по ощущениям похожее на солнечный свет. Хакс не имел ни малейшего представления о том, какое обозначение дать этому чувству, но оно ему нравилось, как нравился и Кайло, который хотел сделать его счастливым и осознанно пригасил свою деятельность по разрушению корабля. От этого Хакс тоже чувствовал что-то чуточку большее, чем просто радость, но не совсем тот солнечный свет. Но он не знал, как ему следует звать это чувство. — Что ж, а куда вас распределили сейчас? Или у меня нет к этому доступа? — спросил Хакс. — Засекречено, — синхронно отозвались Хатор и Мако. Мако добавил: — Простите нас, о сияющий рубин войны. — Полагаю, у вас есть свои причины. А что остальные? Сигурд ответил: — Дагоба, предположительное место упокоения мастера-джедая Йоды. Ходят слухи, что во время тренировок там Люку Скайуокеру было видение Дарта Вейдера. Если это правда, планета будет превосходным местом для медитации. В этом месте Сила должна быть велика. Гаюс засеменил вперед и взял Хакса за руку: «Арканис. Я остановлюсь там, а потом отправлюсь во Внешнее кольцо для тренировок». — Там вам понадобится что-нибудь влагонепроницаемое. Четыре дня из стандартной недели там идет дождь.* Солнца практически нет, — сказал Хакс, не обращая внимания на странные взгляды со стороны группы рабочих. Это действительно выглядело странно, как будто он шел, держась за руку с Рыцарем Рен, и разговаривал сам с собой. «Ваши эмоции… вы оттуда родом, да? С Арканиса?» — спросил Гаюс. — Да, я жил там когда-то, — ответил Хакс. «Это объясняет, почему вы представляете чувства Кайло как солнечный свет», — задумчиво сказал Гаюс. — Я отправлюсь прямиком на фронт покорять своих врагов и попирать их ногами! — провозгласил Э'Чон. — Я должен был догадаться, — кивнул Хакс. — А вы? — Я вернусь на нашу ближайшую конспиративную квартиру. Там я работаю кое над чем, ваши пушки подали мне пару идей, — сказал Элео. При входе в отсек с шаттлами, Хакс пропустил рыцарей вперед. Они остановились и развернулись к нему, он пожал плечами: — Я могу идти только до этого места. Дальше позволено находиться только механикам и экипажам шаттлов. Желаю всем безопасного и успешного путешествия. Некоторое время рыцари просто смотрели на него, и Хаксу захотелось, чтобы на них не было масок. Он совсем не понимал, с каким выражением они глядят на него. Через несколько секунд к нему подбежал Гаюс Рен и обхватил руками в районе пояса. «Я буду очень по вам скучать…» Хакс чуть нахмурился. Скучать по нему? Это было для него ново. Он погладил Гаюса по шлему: — Ну же, не надо из-за меня так расклеиваться. Вы же солдат, верно? — Вы забываете, с кем говорите, — с негодованием сказал Сигурд. — Наши чувства делают нас сильнее. Их отрицание делает нас слабыми. Я полагаю, что вы из тех, кто верит в противоположное, генерал. — Выставление себя в ложном свете проводит незримую черту, — согласился Хатор. Из-за черных одежд, в которые были облачены все рыцари, никто издалека и не разглядел бы, что его рука переплелась пальцами с рукой Мако. — Я с надеждой смотрю в будущее, чтобы вновь узреть ваш светлый лик, генерал, — обратился к Хаксу Мако. — И вашу задницу, — прибавил Элео. Хатор легонько его пнул. — Да! Мы увидим его снова через две недели! — воскликнул Э'Чон. Хакс замер на месте: — …что? — Мы согласились, что было бы неплохо встретиться еще раз через пару недель. Потренироваться и… помедитировать? — сказал Кайло, пусть и с некоторой неуверенностью. — Ага. Ну, увидимся через две недели, — Элео изобразил двумя пальцами что-то вроде салюта, развернулся и ушел. — Я расстаюсь с вами, милый генерал, хотя скорее умер бы, — произнес Мако, пытаясь упасть в обморок от избытка чувств. Хатор начал подталкивать его к шаттлу и прибавил: — Вам следует тщательно ухаживать за вашими волосами. Я сразу пойму, если вы не будете этого делать. — Я вернусь и принесу вам головы моих врагов как извинение за мою несдержанность! — заявил Э'Чон. — Ваша ненависть сильна, но не дайте ей уничтожить вас… это будет ненужной растратой других ваших прекрасных качеств, — сказал Сигурд с долей неловкости и тоже развернулся уходить. Хакс крикнул им вдогонку: — Вы не можете просто решить собраться здесь, не предупредив меня! Это звездный разрушитель Первого Ордена! Военный корабль! Не отель для космических колдунов! Он мог бы поклясться, что различил искаженные модуляторами смешки, а потом рыцари исчезли в своих шаттлах. Гаюс по-прежнему крепко его обнимал. «А вы можете попробовать обнять меня в ответ?» Генерал огляделся, понадеялся, что за ним наблюдает не слишком много его людей, и обвил руками плечи маленького рыцаря. — Вот так? Я правильно это делаю? «Вы все делаете правильно, — ответил Гаюс, прежде чем отстраниться. — Теперь мне нужно идти… до свидания, генерал». — До свидания, Гаюс, — сказал Хакс. Он наблюдал за тем, как шаттлы отбывают один за другим, а Кайло стоял рядом с ним. Хакс чувствовал себя как-то необычно, и чувство было неприятным. Внутри была какая-то пустота, словно он не ел почти целый день. Это было немного похоже на сожаление, но он не мог вспомнить ничего конкретного, что он забыл сделать или сказать. Почему-то из-за того лишь, что он стоял здесь, он ощущал… грусть. Ему было печально видеть, как все они уходят, несмотря на тот факт, что ему стоило бы радоваться — он был избавлен от головной боли, которую они рано или поздно вызвали бы, оставшись. Хакс вздохнул. Ну и как же ему это называть? Да как только эти рыцари посмели вызывать у него такие странные чувства.

***

Кайло чуть повернулся, чтобы посмотреть на Хакса, и его глаза изумленно расширились. «Он… ему одиноко…» «Что?» «Ему одиноко. Я не думаю, что он понимает это, но это все, что я сейчас ощущаю в нем». «Он скучает по нам? Я принесу ему наилучший из черепов!» «Мако! Разворачивай корабль! Нужно позаботиться о нашем бедняжке». «Дражайший брат моего сердца, наша миссия…» «Может подождать!» «С ним все будет хорошо. И ему все равно нужна пара недель для того, чтобы все обдумать и обсудить с Кайло». «Магистр Рен, позаботьтесь о нем. Он такой беспомощный…» «Чем больше он будет принимать свои эмоции, тем сильнее может стать его тьма. Отслеживайте его прогресс для меня, Магистр Рен». «Если он грустит, может, стоит взять его за руку». «Я хочу, да, но я не хочу его смущать. Он считает это очень личным». «Личным?» — хором спросили шесть голосов. «Ну вы же помните, каким был я, когда только присоединился. Как пытался все скрывать. Он тоже такой». «О небеса… тогда у нашего бедного генерала впереди долгий путь». Кайло перевел взгляд на Хакса, который пристально смотрел на двери в посадочный отсек. Они начали закрываться, отрезая от него рыцарей. Он продолжал смотреть в никуда. Кайло слегка толкнул его локтем: — Вы скучаете по ним? — Я буду рад вернуться в нормальный рабочий ритм, — ответил Хакс. И это не было полностью ложью, но не было и полной правдой. Кайло вздохнул и нервно потеребил край рукава: — Вы им понравились. — Да… они выразили свои чувства предельно ясно, — тихо сказал Хакс. — А мне… вы нравитесь больше всего, — очень по-детски сказал Кайло. Хакс развернулся к нему, и Кайло увидел, что генерал смотрит на него с недоумением. Он негромко добавил: — Это солнечное чувство… называется привязанность. Я… очень привязан к вам. — О… — выдохнул Хакс и сложил руки за спиной. Это слово, кажется, удивило его и привело в замешательство. — Я хотел бы… поцеловать вас. Может быть, где-то в уединенном месте. Если вы позволите, — прошептал Кайло, — сделать это официально… — Если вы хотите, — ответил ему Хакс еле слышно, — думаю, мне бы это понравилось. «Тили-тили-тесто…» «Кайло и Хакс — жених и не…» «Ох, да свалите вы наконец!»