Гермиона на слизерине

       В палате Гермиона пролежала ровно пять дней, после того как пришла в себя. Все это время ее тщательно осматривала мадам Помфри и делала какие-то заметки в своем блокноте, наверное, они были о ее здоровье и самочувствие. Чувствовала она себя прекрасно и бодро, поэтому в пятницу она уже была в своей комнате вновь совершенно одна, но зато ее не раздражали больничные стены и вечно переживающая медсестра. Столько много внимания она давно не получала, несмотря даже на то, что она героиня войны, все внимание было уделено ее бывшему лучшему другу - Гарри Поттеру, мальчику-который-выжил-уже-кажется-в-миллионный-раз. Во время того, как шатенка валялась в медицинской палате, ее несколько раз навещали ученики и даже несколько пару учителей. Самый ярый человек, который навещал ее из взрослых был - Хагрид, который частенько приносил ей свои кирпичи-пирожки, и от которых она любезно иногда отказывалась, ссылаясь на то что она уже объелась. Иногда она брала их для слизеринцев, подшучивая над ними. В первый раз, когда она предложила слизеринцам гостиницы Хагрида, девушка была на сто процентов уверена, что слышала, как скрипнул зуб Драко во рту, и как он кричал на нее после этого. Как в тот момент, она соврала ему, что без понятия почему пирожок-Хагрида на вкус как камень. Ей было смешно каждый раз, когда она вспоминала лицо Малфоя, после того как он подумал, что остался без своего драгоценного зуба. Она каждый раз подшучивала над ним, произнося уже заезженную, но такую тупую фразу: «- Ну что, Малфой, какого это теперь быть не таким идеальным?». Это было не смешно, вообще, но для Гермиона оно казалось безупречно-смешным, на что Драко лишь закатывал глаза и гадал насколько ей скучно, раз она произносит одно и то же чуть ли не каждую секунду. И кстати, неужели она называла его идеальным?        Из-за того, что Пэнси Паркинсон практически всегда тусила с новой грязнокровной подружкой, Драко Малфой чуть ли не прописался в больничном крыле. Пэнси буквально каждую секунду навещала гриффиндорку, постоянно спрашивала, как дела, самочувствие, как у девушки, так и у мадам Помфри, из-чего последняя часто уходила из палаты, когда на горизонте появлялась назойливая слизеринка. Персефона ужасно злилась, когда замечала гриффиндорскую подружку Грейнджер - Джиневру Уизли, она бесилась, когда замечала, как ее Гермиона смеется над тупыми шуточками Уизилеты, наверное, поэтому она обычно просила Малфоя или же Нотта сходить с ней, потому что знала, что те не дадут сделать ей какую-нибудь глупость. Обычно в компании Джиневры находился либо ее брат, либо Гарри Поттер. Пэнси видела, как подруге сложно находится рядом с бывшем парнем, а на немой вопрос почему она его терпит, шатенка - молчала, лишь изредка повторяя: «Я все еще не хочу, чтобы Гарри знал почему мы расстались». К чему было такое благородство слизеринка не знала и не понимала. Она бы сама пошла на такое благородство? Нет. Она не должна страдать одна. Наверное, в этом и отличаются гриффиндорцы от слизеринцев. Даже крутившись со слизеринцами, Грейнджер не переставала быть гриффиндоркой, не переставала быть собой. Эту часть Уизли не смог забрать у нее. - Как ты себя чувствуешь? - в сотый раз спрашивает у нее Пэнси, которая вот уже как полчаса находилась с ней в ее комнате. Кажется, она спросила, как у нее самочувствие раз десять, причем, как только вступила на порог комнаты. - Все нормально. Можешь не спрашивать о моем самочувствии, как только я один раз кашлянула или чихнула, потому что я прекрасно себя чувствую. Мне кажется, нужно было Малфоя позвать, он явно не беспокоиться обо мне. Он явно не будет спрашивать все ли со мной в порядке, а сейчас мне это и нужно. Нужно чтобы никто не спрашивал каждую секунду как у меня здоровье. - Гермиона тут же сжимает руки в кулачки, давая понять подруге, что ее уже реально начинает бесить то что, буквально все опекают ее. Она не маленькая девочка, если она несколько раз чихнула утром и после ужина тоже, то это ничего криминального и опасного не означает. Это нормально. Но почему все думают, что если это сделала она, то с ее здоровьем что-то случилось? Это бред. - Драко будет все равно даже если ты умрешь. - обидчиво кидает ей в ответ Паркинсон и тут же тяжело вздыхает. Глупо вообще пытаться их подружить. Малфой - это Малфой. А Грейнджер - это Грейнджер? Ну да, логично. - Я знаю. Но сейчас меня это не колышет. - коротко произносит шатенка, и тоже тяжело вздыхает, - Ты не понимаешь, Пэнс. Я не хочу, чтобы ты была одной из многих, кто спрашивает, как я себя чувствую. - кое-как она встает с постели и идет прямиком к окну, - За вчерашний день меня все достали этим. Я устала повторять всем, что прекрасно себя чувствую и я так же буду чувствовать себя через пять минут, и через десять, и через двадцать, о, господи. - она тут же шарахается от окна, а через секунду Паркинсон уже находится рядом с ней. - Что случилось? - Ничего.        Сдвоенный урок с гриффиндорцами не был теперь для Драко таким уж и ужасным, как было раньше, до войны. Теперь он не так сильно показывал свою ненависть к львам, он редко кого провоцировал, обзывал, унижал. Для него теперь это был не так важно, как было важно раньше, хотя если быть честным, то и раньше это не было таким уж важным. Ему просто это нравилось, нравилось унижать других, сейчас же все изменилось после того как его отца забрали в Азкабан. Нельзя было сказать, что относится он так же хорошо, как и к слизеринцам, с некоторыми гриффиндорцами он держался на нейтральном уровне. С некоторыми иногда здоровался, но так чтобы общаться и дружить не было ни с кем, кроме единственного человека. Гермиона Грейнджер и была тем человеком, с которым он уже общался две недели. Хотя нельзя было сказать, что две, потому что неделю грязнокровка провела в больничном крыле. Сначала он переживал за нее, а потом, через пару дней его переживание за Гермиону Джин Грейнджер улетучилось. Дело в том, что, когда Грейнджер стала сенсацией недели, когда все спрашивали, как она себя чувствует, даже те, с которыми она практически не общалась, он тут же перестал беспокоится о ней. Грязнокровка стала популярнее только благодаря ему, если бы не он, она бы до сих пор была никем, и такой популярности у нее бы не было. Его бесил тот факт, что она стала популярнее чем он. Даже после войны она не была такой популярной, чем сейчас. Несомненно, это его раздражало и бесило. - Как дела? - он один раз лишь спросил это у нее, только тогда, когда девушка вернулась вновь на занятия. Он просто хотел понять винит ли гриффиндорка его в том, что попала в больничное крыло из-за него или же нет. На что она лишь улыбнулась своей любимой улыбкой и произнесла уже заезженную фразу: - Все нормально, спасибо. Не винит. Или же винит, но не хочет подавать виду. Она слишком добрая, даже для гриффиндорки, тем более что он виноват в этом. Она же ненавидит его. Так почему не винит в случившимся?        После этого он не спросил у нее больше ничего, а она все так же продолжала молчать с ним. Зато с Паркинсон они протараторили весь урок, он частично слышал, о чем они беседовали, но в беседу не вступал. Весь урок он занимался зельеварением и слушал профессора Слизнорта, изредка поглядывая на улыбающуюся Грейнджер. Несомненно, он был рад что с ней все нормально, что она вновь улыбается и продолжает бесить его этим. Он скучал по грязнокровке Грейнджер, хоть и не хотел признаваться в этом даже самому себе. - У нее скоро день рождение. Она тебя уже пригласила? – спрашивает Блейз Забини, когда они уже сидят после всех занятий в Большом Зале. - Не, не думаю, что я вообще пойду к ней. - блондин откусывает яблоко, и смотрит на гриффиндорский стол, ища глазами макушку бывшей заучки, а не найдя ее за столом львов слегка пугается. Через секунду к нему кто-то подсаживается, и этот кто-то - гриффиндорка, к Блейзу же подсаживается Паркинсон, глаза у которой блестят как у дорогого бриллианта. Эта змейка явно замыслила что-то. - Что вы делаете в понедельник? - тут же спрашивает девчушка, косясь сначала на Драко, потом на Блейза, а позже и на Гермиону. - Ничего. - отвечает за Драко - Блейз, даже не дав и рта открыть ему. - Теперь заняты. - все еще продолжает слизеринка, слегка краснея, когда на нее смотрит Забини, каким-то непонятным для нее взглядом, - В понедельник ничего не планируйте, балбесы. - она целует Блейза в щеку, и они с Грейнджер тут же убегают из большого зала. Они точно что-то замыслили.