Гермиона на слизерине

       Возможно, она заслужила все то, что ей сказал Рональд Уизли. Возможно, она действительно, последняя сука после всего, но, ей, как и всем, довольно неприятно было это услышать. Возможно, слышать правду о себе, не совсем приятно, как она думала.        Лаванда Браун осталась совершенно одна, и возможно, именно так ей и надо. Особенно после всего, что она сделала за этот учебный период, а он, между прочим, еще не закончился. Можно сказать, что она подвела небольшой итог своих пакостей, или она даже не знает как это назвать        С Гермионой она все еще не помирилась, хотя эта мысль была с ней каждый раз, когда она видела ее в компании слизеринцев. Но, наверное, девушка просто трусила сделать это. Боялась того, что та ее не простит или выльет помои. А гриффиндорка еще не совсем отошла от помоев Рональда Уизли.        После своего признания, Рональда Уизли она так и не видела, а Падма Патил отчего-то ее избегала и приходила в их общую спальню только поспать. И как бы она не пыталась с ней заговорить, рассказать все то, что накопилось за эти пять дней, подруга либо игнорировала ее, либо отмазывалась. А ведь ей казалось, что она ее единственная лучшая подруга и останется ею навсегда. Но и та ее кинула по неизвестной причине.        Сначала ей показалось, что это был бойкот. Потому как все гриффиндорцы, с которыми она хотела пообщаться, игнорировали ее. Возможно, Уизли подговорил их, и если остальные однокурсники его вполне могли послушать, то Падма Патил никогда не послушала бы Рональда Уизли. Для нее он не авторитет, у нее вообще нет авторитетов среди однокурсников, ну разве, что ее парень.        Эти пять дней были словно в аду. Она ходила с грустным лицом по школе, размышляла о том, почему с ней не разговаривает единственная лучшая подруга, мысленно проклинала саму себя, пыталась перебороть себя и помирится с Грейнджер, ну или хотя бы объясниться, почему так с ней поступила.        На шестой день игнорирование среди Гриффиндора и подруги ее полностью заколебали. На шестой день, она, наконец, решила поговорить с Грейнджер, и ее уже не останавливала мысль, что бывшая подруга не захочет с ней говорить, или же она будет не одна, а в компании своих новых друзей. Ей надоело, что она сходит с ума от одиночества и уже лезет на стены, от безумства. - Грейнджер! Гермиона, можно с тобой поговорить? – спустя розыска Гермионы Джин Грейнджер, Лаванда все же наконец ее нашла в Большом Зале, в который зашла уже в самый последний момент, от безысходности. И почему она вначале не подумала именно о том, что она может просто завтракать с утра, как и все нормальные люди.        Рядом сидящие слизеринцы с Грейнджер, явно не были рады присутствию гриффиндорки, тем более ее присутствие, но признаться, Лаванде не было никакого до этого дела. Она просто хочет с ней поговорить, и попросить прощения, хоть это весьма трудная и непосильная задача.        Подняв копну каштановых волос, Гермиона как-то презрительно на нее посмотрела, но все же встала из-за своего места. Следом за Грейнджер, встала и ее верная собачонка – Паркинсон, и Лаванда явно была удивлена такому повороту события, когда увидела как Гермиона, лишь покачала головой. Это и вправду было неожиданно. - Ну, давай поговорим. – лишь коротко отвечает девушка, все еще зло смотря на свою бывшую подругу.        Лаванда Браун выходит из Большого зала, за ней следом идет Гермиона, которая, явно не совсем была уверена в том, что делает. Ведь, по сути, Лаванда Браун довольно непредсказуемый человек, и совершенно неизвестно, что она хочет с ней сделать сейчас. В любом случае, Грейнджер готова ко всему, наверняка она сможет дать отпор какой-то глупой девчонки. Краем глаза, Гермиона Грейнджер замечает своего хвостика в виде слизеринки, на душе становится совсем спокойно. Теперь ей точно не страшно, потому как Пэнси в случае чего надерет Лаванде Браун зад, как бы глупо и смешно это не звучало. - Долго мы собираемся еще идти?- Гермиона останавливается напротив лестницы наверх на второй этаж, и Браун, наконец, поворачивается к ней лицом. По правде говоря, она и сама не знала, зачем им так далеко заходить. Да и возможно, эта ситуация выглядит довольно странно и подозрительно. Грейнджер скрещивает руки на груди и тяжело вздыхает,- Ну и? О чем ты хотела со мной поговорить, Браун? – она произносит это с нотками яда, и Лаванда удивляется этому. Она никогда ни с кем так не разговаривала. Дружба с слизеринцами дает свои плоды и Грейнджер это явно идет на пользу. Наконец, она может постоять за себя.        Лаванда лишь молчит, будто проглотила язык. Это слишком сложно. Она не сможет. Желчь слишком сильно уже в ее организме. Она не знает, как правильно это сказать. - Слушай, если это очередной твой безумный план как сломать мне жизнь, то я пошла. У меня и без тебя проблем хватает. – девушка тут же разворачивается и пытается от нее уйти, как вдруг, сама того не ожидая, Лаванда крепко хватает ее за запястье.        Гермиона, замечает, как Пэнси Паркинсон готова выскочить из своего укрытия, но та отрицательно качает головой, как бы говоря ей, что еще не время, и она в случае чего, она сама справится. Разумеется, Лаванда этого все не замечает. - Чего тебе еще? Что ты от меня хочешь? – шипит Гермиона, стараясь не показывать того факта, что она немного боится свою однокурсницу. По правде говоря, Браун не так много выпила ее крови, но вся эта ситуация с Уизли, ее немного бесит. Избранным был Поттер, а сейчас избранным стал Уизли. Какого хера? - Я. Мне. – лепечет Браун, все еще не веря тому, что собирается ей сказать,- Слушай, мне не просто такое говорить.        И почему, ей казалось, что все будет так просто? Наивная девка. В ее случае никогда не бывает просто.        Грейнджер послушно молчит, скрещивая руки на груди. Она до сих пор не может понять, что хочет ей сказать Лаванда, да и вообще, что она от нее хочет. Их пути давно разошлись. Все это похоже на план, как ее отвлечь, чтобы сделать что-нибудь плохое ей или ее друзьям, но когда дело касается Лаванды Браун, то можно смело сказать, что плохо будет Гермионе, только ей.        Наверное, проходит от силы минут пять а такое ощущение, что прошла целая вечность, а Лаванда все еще стоит, молчит и потупляет взгляд. - Браун, если это все, что ты хотела мне сказать, то я пошла. – тишина, как и всегда, убивало Гермиону и ей совсем не нравится эта игра. Возможно, такие игры и уместны, но не в их случае.        И наконец, собрав всю свою волю в кулак, Лаванда произносит:- Прости меня, Гермиона.        Сказать, что Гермиона встала в ступор от такой неожиданности, это ничего не сказать. Что? Шок, контент.        Гермиона не ослышалась, Лаванда сказала «Прости»? Это что, очередная тупая игра от Лаванды Браун? Если это так, то она не смешная и Гермиона вообще отказывается в нее играть. С каких пор, Лаванда стала школьным клоуном?        Теперь очередь Грейнджер молчать, а Браун пусть ожидает также долго, как и она сама.        Гермиона Грейнджер несколько раз хлопает глазами и щипает себя за руку. Все еще не может понять реальность это или нет, но ее чувства говорят, что все это реальность и ей это не послышалось. Но блин, в это так сложно поверить. - Прости, что ты сказала?- произносит, наконец, она, замечая, как Браун готова сейчас убить ее. Вряд ли она произнесет это еще раз. - Не заставляй меня повторять это еще раз, Грейнджер. – если бы Браун могла испепелить взглядом, она давно бы это сделала. Если бы ей дали что-нибудь сейчас железное, она бы погнула это своими хрупкими ручками,- Я завидовала тебе, и, наверное, всегда буду это делать. Прости за то, что разрушила твою жизнь, и, наверное, до сих пор это делаю. Мне очень стыдно за свое поведение и отношение к тебе. – девушка резко переходит на плачь, а Грейнджер, явно не веря в услышанное, лишь хлопает глазами, будто вообще не доверяет, что перед ней стоит настоящая Лаванда Браун Бывшая подруга, которая, на минуточку, ненавидит ее, наверное, с тех самых пор, как увидела. - Я,- начинает вдруг гриффиндорка, все еще изучая однокурсницу,- Даже не знаю, что сказать. – признается девушка, но при этом протягивает ей руки для дружеского объятия. Немного посмотрев на Гермиону, как на чокнутую, Лаванда все же кидается в ее объятия, все еще истошно рыдая. - Ты, наверное, никогда не простишь меня? – хнычет она. Гермионе становится даже жалко ее, но она до сих пор не понимает, почему Браун вообще решила извиниться. Ведь раньше ее не волновало, что чувствуют другие, а сейчас Лаванда просто подавлена. На нее просто больно смотреть. - Глупости, каждый совершает ошибки, и я рада, что ты ее признала. – произносит гриффиндорка, поглаживая бывшую подругу по голове и плечу. - Да, наверное, ты права. – щебечет Лаванда, всхлипывая,- Так это значит, что ты простила меня? - она поднимает наконец свою копну блондинистых волос, и глядит на нее как котенок, который только что провинился, и который хочет, чтобы его простили. У нее был такой же взгляд, как у кота в сапогах. Без слез не взглянешь.        Грейнджер тут же задумывается и проваливается в очередную пропасть с головой. В мыслях тут же врываются все воспоминания с однокурсницей – Лавандой Браун, абсолютно все моменты, которые каким-то боком касались ее.        Из-за нее она поссорилась со своими мальчиками, настроила гриффиндорцев против нее, изменила с ее парнем, но и благодаря ей, она подружилась со слизеринцами, со всеми, кроме как, наверное, Астории Гринграсс но это не так важно. Она встретила Драко Малфоя и узнала его немного с другой стороны.... влюбилась и кажется, скоро потеряет голову, да и кажется не только ее.        Чтобы не сделала ей Лаванда в прошлом, она получила намного больше радости, чем несчастье.        Лаванда в ожидании смотрит на Гермиону, а та все еще продолжает молчать, кажется, что блондинка сейчас закатит скандал, но нет, она молчит, лишь наклонив голову в бок.       Гермиона, наконец, загадочно улыбается, вновь вспоминая своих новых друзей, парня, и людей, которые ее окружают. На душе становится спокойно и легко,- Да, Лаванда, я тебя простила.