Чистота

      Он — слишком чистый. Она — слишком грязная. Адриан желает поделиться с ней своей чистотой. Маринетт боится его испачкать. Они — две противоположности, которым не суждено быть вместе.       Мари упрямится перед соблазном. Она смотрит на блестящие волосы Адриана, которые идеально подходят к его образу ангела. Только глаза у него немного демонические. Нет, не злые, но в них всегда плясали искорки озорства, а озорство и дурачество присущи лишь демонам.       Парень же неотрывно смотрит на Маринетт. С виду она сама кажется ангелом. Эти синие глаза в ярком свете дня наполняются самой настоящей загадочностью. И ему это нравится. Нравятся её волосы, её манеры, её привычки. Нравится любить её. Любить демона.       И он снова хочет нарушить правила. С того самого мига, как он её увидел, это желание не отступает. Он хочет стать демоном, грязным и грешным, искусителем людских душ. А Маринетт мечтает стать чище для Адриана, но не может.       Они рождены такими. Это — клеймо, сущность, которую нельзя из себя вытравить. Как сильно не хотел бы Адриан стать демоном, это — всего лишь мечта. Так же, как и мечта Мари очиститься.       Но они с трепетом ждут чуда. Они засыпают с этой мыслью. И просыпаются с ней. Идея эта, словно фантом, следует за ними неотрывно, соблазняя. Но ничего не поделаешь. Или ещё есть шанс?       Первым его находит Адриан. Он набрасывается на своего демона и тащит в пустой кабинет. Он не намерен отступать. Он поделит свою чистоту на двоих. Он замарается в грязи своей возлюбленной.       Адриан целует Мари. Она хочет уйти, убежать, но разум затуманивается. Сколько раз ей снился подобный эпизод? Если он сам этого хочет, то тогда и она сможет воплотить самые сокровенные мечты в явь. Она проваливается в бесконечную пропасть сладкой муки этого поцелуя. Разум затуманивается. Она следует зову сердца. А сердце велит продолжать.       Парень же не отпускает её. Он сам утопает в тягучей карамели этого греха. Теперь грешить — весело. Ведь он стал грешником вместе с ней.       Коварная тяга друг к другу пожирает этих двоих изнутри. Пожирает, словно паразит. Ведь две противоположности рождают одно целое. Одно вечное и настоящее.       И теперь их не волнует чистота собственных душ. Ведь они — одно целое.