Winning ticket

POV Emily Проснувшись от легкого покалывания в области живота, я не спеша открыла глаза, щурясь от яркого солнечного света, который без преграды проникал в комнату сквозь занавешенное легким тюлем окно. Стоило мне окончательно разлепить веки, теперь я могла видеть причину своего пробуждения: крепко обняв меня во сне своей рукой, Гарри сильно сдавливал мою поясницу, вплотную прижавшись ко мне своим телом. Его тихое и негромкое сопение около моего уха щекотало кожу, а находящиеся, как ни странно, на моей щеке губы едва ощущались тёплым, но сбивчивым дыханием. Вызволив свою ладонь из-под его тела, я попыталась осторожно, чтобы не будить парня, убрать его руку с моего тела, которое стильно ныло после проведённой в скрюченном положении ночи; но легкого движения с моей стороны уже оказалось достаточно, чтобы он поёжился и неохотно открыл глаза. Почти с минуту Гарри пролежал в прежнем положении, но после, вероятно, теперь окончательно пробудившись ото сна, он неторопливо осмотрел сначала своё оголенное по пояс тело, а позже перевёл недопонимающий взгляд на моё лицо: — Эмили? — усилившаяся после пробуждения хрипотца в его сонном голосе ещё больше раскалила загоревшееся внутри желание его поцеловать. — Да? — Мы же не, — он сделал неуверенную паузу, немного приподнявшись и плавно убирая с поясницы мою ладонь, — у нас же ничего не было, да? — Нет, — затерявшийся среди редких вдохов ответ не казался таким уверенным, как предполагалось. — А тогда почему я без штанов? Или я приставал к тебе? — он натянул одеяло по пояс и осторожно потянулся ко мне, не без смятения заботливо вглядываясь в мои глаза. — Эмили? Не знаю стоит ли ему рассказывать всё то, что случилось вчера, когда он был в помутневшем сознании, но я просто обязана уверить его в том, что между нами ничего не произошло. Тяжело представить, что сейчас твориться в его мозгу, если он не может ничего вспомнить — пусть алкоголь и поспособствовал вчерашнему поведению парня вне его желания, но ему не удалось притупить его личностные качества. — Кроме того, что ты рухнул на кровать и уснул ничего не произошло, правда; а брюки с тебя стянула я, чтобы ты не запачкал чистую постель. И все, — в процессе разговора взяв его за руку, которая была непривычно тёплой, я переместилась в сидячее положение. — То есть, все? — спустя минуту напряженного молчания он наконец-таки спокойно выдохнул, рассеяно осматриваясь вокруг. Получив в ответ мой обнадеживающий кивок, Гарри вяло улыбнулся и крепче сжав в руку мою ладонь, приложил её к своей груди. — Прости меня за вчера, я правда ничего не помню. Я редко ухожу в подобный отрыв, просто я даже не понял, когда успел так накидаться. И спасибо за то, что ты стерпела все это… Луи говорит, что от меня пьяного много проблем, — он поднялся с кровати и двинулся к комоду, все ещё немного пошатываясь. Сейчас его чёрная рубашка уже не выглядела так, как вчера — помятая и с закатанными рукавами она болталась на его плечах, удерживаемая парой пуговиц в области живота — все остальные были расстегнуты. Все ещё находясь в боксерах, он не торопясь шагал по комнате, неуверенно переставляя ноги. — Знала бы ты сейчас, как я хочу тебя поцеловать, но не могу, — он рассмеялся, — я оставлю тебе ванную, полотенце возьми здесь ладно? — он указал ногой на нижний ящик. — Просто если я сейчас нагнусь, то непременно случится конфуз, тем более, я, кажется, все ещё не протрезвел. — Да, ты все ещё немного странный, -не в силах оторвать глаз от его расстёгнутой почти до конца рубашки, сквозь которую виднелась бабочка, я внаглую пялилась на его тело, для полноты зрелища натянув на лицо идиотскую улыбку. Не позволяя взгляду опускаться ниже, мысленно я уже ругала себя за такое неприемлемое поведение, но, к сожалению, необузданная и придирчивая натура не смогла побороть свои слабости. Оперевшись руками об комод, парень обернулся в мою сторону и, заметив мой пытливый взгляд, улыбнулся, выпустив смешок: — Я люблю тебя, Эмили. Сначала сказанные им слова не вызвали во мне должной реакции, пролетев мимо ушей в тот момент, когда я все-таки опустилась ниже, но после они догнали мой помутневший разум и отдались в голове настоящим шквалом всевозможных эмоций, с трудом сдерживаемых в себе. Без каких-либо посторонних мыслей в следующую же секунду с моих губ слетело ответное признание, на что Гарри улыбнулся и двинулся к кровати. Нагнувшись ко мне, он быстро оставил мимолетный поцелуй на вмиг покрасневшей щеке. — Прости, не удержался, — снова отойдя на шаг назад, он попятился к двери, прихватив полотенце с комода. Все время улыбаясь и двигаясь спиной к выходу, он чуть ли не врезался в появившуюся в проходе Ханну. — Притормози, кролик Роджер, — выставив руку вперёд, подруга заставила Гарри чуть ли не подпрыгнуть на месте от неожиданности. — А вот и похмелье не заставило себя долго ждать, — он указал рукой на Ханну, на что та закатила глаза. — Очень остроумно, мистер Зюзя. Скажи лучше, где у тебя таблетки от головы. — Если бы ты не тарахтела так громко, то и таблетки бы не понадобились, — Гарри потёр затылок рукой, немного нахмурившись, — спроси у Луи. — Причём тут Луи-то? — Таблетки там же, где и презервативы. Дальнейшие пояснения? — усмехнувшись, он вышел из спальни и свернул по коридору, оставляя меня в компании Ханны с дергающимся глазом. Пройдя ко мне и присев на край кровати, предварительно обматерив моего «приятеля», девушка сначала осмотрела царивший на постели беспорядок со сбившимися в кучу простынями и одеялом, а после задержала своё внимание на брюках, валявшихся у подножия кровати. Появляющаяся на её лице улыбка сразу выдала возникшие в её подпорченном воображении мысли: — Что? Что ты улыбаешься? — Ничего, видимо, у Стайлса не спроста сегодня такое хорошее настроение, — свесив одну ногу, она поудобнее расположилась на краю матраса и не сводила с меня выжидающего взгляда. — Ты опять?! Мы не спали, Ханна! — Как? А то, что он… — она обвела рукой весь, творившийся в комнате хаос, — Хотя, да, и ты в одежде… — Вот именно, — поправив вновь поднявшуюся юбку, я привстала и решила провести дальнейшую беседу в вертикальном положении, так как от постоянного просиживания за последние сутки у меня скоро будут впадины на пятой точке. — И долго ты его мучить будешь? Парень, бедный, еле держится — вон, боксеры какие классные одел, готовится небось похлеще нас с тобой перед первым свиданием. Даже презервативами запасся, — Ханна поерзала на кровати, подминая под себя одеяло. — Когда между вами уже свершится чудо? — Вчера он сказал, что готов ждать столько, «сколько потребуется», — самодовльно улыбнувшись, я облокотилась об стену. — Ну, а если серьёзно, ты готова? Все-таки Гарри тоже не железный, и самому стойкому терпению есть предел, — её голос принял более серьёзную окраску, — это ведь и в твоих интересах, — она подмигнула. — Понимаешь, я-то, вроде, и не против, но…не знаю… — Не хочешь, чтобы он был первым? Не доверяешь? — Он, наверное, не знает, что будет первым. Я не готова к тому, чтобы объяснить ему это… — Такие вещи не объясняют, Эмили. Они выясняются, скажем прямо, в процессе. И поверь подруге, в сексе уж точно нечего бояться: все получится шикарно, а тем более с ним, и не спрашивай, откуда я это знаю, — она показательно отвернулась в другую сторону, пригладив рукой волосы. — Честно, мне даже не по себе от догадок, — боюсь представить, откуда у неё подобная информация. — Чтобы ты не мучилась, скажу одно — это Луи и его болтовня с бывшей Гарри по пьяне. Так что, давай, хватит тянуть Гарри за… ну ты поняла, и начинай действовать — не сочти меня за развязную девку, но мне кажется, что откладывать подобное в долгий ящик не стоит, как минимум, в твоём «почтенном» возрасте. Тебе скоро двадцать, Браун, не 16 и даже не 18. Ты уже взрослая, и не девочка, — Ханна поднялась и, подтянув узкую юбку на талии, двинулась к двери. — Ты пока что обдумай, а мне пора — там Луи, наверное, уже проклинает меня в своём полупьяном бреду. Быстро покинув комнату и напоследок послав мне воздушный поцелуй, подруга удалилась, оставляя за собой мой в пух и прах разворошенный мозг. Вот что теперь думать? Манера Ханны сваливать кучей все и сразу не даёт возможности даже трезво переварить сказанное по частям, но нет, теперь в моей голове творится абсолютная каша и ничего, кроме как согласиться с ней я сделать не могу. И нет, это не от того, что я не могу найти аргументов против её точки зрения, или от того, что я не разделяю её мнения, или ещё чего-то. Конечно, что касается любви и прочего — в этом она гуру, потому что количество её прошлых романов хорошо сказалось на её избирательности в подобных вопросах. Наверное, надо все-таки последовать её совету и прежде разобраться в самой себе, чтобы не наломать дров по ошибке. Вошедший в спальню во время моих раздумий Гарри сразу же отвлек меня своим эффектным появлением: стекающие по торсу капельки воды уклончиво вели к повязанному на бёдрах полотенцу, а после опускались ниже, не успев осесть на ворсистой ткани. Вероятно, опять поймав меня за не самым приличным занятием, когда я пялилась на его тело, Гарри улыбнулся, направляясь ближе ко мне. Остановившись буквально в паре сантиметров, он взглянул на меня снизу вверх, удивленно вскинув брови: — Эмили, а ты разве не в душе? Я специально оставил в твоём распоряжение ванную и даже любимое полотенце, — он присел рядом, не забыв откинуть плед. — Здесь была Ханна, поэтому я не успела, да и тем более, как я пойду, если у меня нет чистой одежды, — указав на свою юбку, которая некрасиво смялась и собралась в складки, я развела руками. — Это не проблема, — я дам тебе свою чистую рубашку, — он вновь развернулся и ушёл в ванную. Через пару минут он, с белой рубашкой в руках, вернулся в спальню, протягивая мне вещь, — буду ждать тебя здесь, хорошо? Все что нужно найдёшь на полках.

***

Так как чистая одежда у меня в качестве мужской сорочки все-таки появилась, я с удовольствием освежилась под прохладными струйками воды в душе и, обтерев себя пушистым махровым полотенцем, накинула на себя рубашку, больше похожую на блузу, шелковая ткань которой свободно струилась с плеч, прикрывая все, что нужно. Застегнув все пуговички до одной и заплетя волосы в косу, я открыла дверь и прошла к кровати. Следом за мной в комнату повалил водяной пар, от чего перемещение из теплой ванной в прохладную спальню стало менее заметным, но все-таки мурашки успели пробежаться по изнеженной коже. Забравшись на кровать, где сидел Гарри и что-то печатал в своём телефоне, я, недолго думая, потянула на себя одеяло и быстро завернулась в него, дабы хоть немного согреться. Заметив то, как оно ускользает из-под его ног, парень обернулся и, отложив телефон в сторону, присел рядом со мной: — Замёрзла? — Немного, — поуютнее закутавшись, я облокотилась об изголовье, — просто непривычно без недостающих элементов одежды. Ещё раз осмотрев с ног до головы мой «тулуп», он подался вперёд и приспустил уголок одеяла, от чего я ещё сильнее вжалась в спинку кровати. Ничего не говоря, Гарри обвил одной рукой мою талию, а другую расположил чуть ниже того места, где кончалась рубашка. Мои предположения насчёт объятий сразу же опроверглись, когда он плавно приподнял меня над постелью и, удерживая на руках, расположил на своих коленях. — Я согрею тебя быстрее. Он крепче прижал меня к своей груди, от чего на коже чувствовался холодный металл его цепочки. Переместив свою ладонь на моё оголенное бедро, он заставил мои щечки вмиг сделаться пунцовыми, от чего Гарри вновь негромко рассмеялся и ещё сильнее приблизил меня к себе. Сейчас я могла заметить что с его некогда спутанных кудрей падали капельки воды и приземлялись прямо на меня, оставляя влыжные разводы не только на рубашке, но и в моем сознании. Нормально соображать, когда твоя пятая точка соприкасается с мокрым полотенцем на его бёдрах, а прямо сверху на тебя смотрит самая желанная в мире пара зелёных глаз, просто невозможно. Особенно тяжело становится после того, как его тёплые губы осторожно и не спеша тянутся к твоим, в один момент мастерски будоража и без того закипевшую кровь. Последнее время я без какого-либо стеснения и опаски целовала его в ответ, иногда даже проявляя собственную инициативу, так как удержаться в некоторых случаях бывает очень сложно. Высвободив одну руку из-под меня, Гарри начал подниматься выше, добравшись до злосчастных пуговиц на этой чертовой тонкой рубашке, которая выдавала все то, что я чувствую сейчас. Его длинные пальцы потянулись к верхней пуговке и, расстегнув первую, уверенно опускались ниже, оставляя за собой мурашки на похолодевшей коже от отсутствия одежды кожи. Когда он подобрался к третьей по счёту пуговице, я мыслено уже не раз пожалела о том, что не надела бюстгальтер, оставленный вместе с блузкой и юбкой на сушке для белья у него в ванной. Не в силах противиться подступившему желанию, от чего внутри разлилось непередаваемое чувство тепла и беспечности, я негромко выдохнула ему в губы. Не знаю что двигало мной в тот момент, когда я самостоятельно решила сменить полулежащее положение и невольно поерзала на его бёдрах, но это что-то однозначно притупило всё моё приличие и скованность. Обвив руками его шею, я позволила своим пальцам зарыться в его влажные волосы, от чего вода ещё сильнее закапала вниз, смачивая сомкнутые пересохшие губы. Нечаянно пошевелившись на нем ещё раз, мне снова довелось почувствовать то, что и вчера, но только на сей раз я не буду убегать. Нет. За эти несчастные минуты я прикипела к нему настолько, что от одной мысли, что когда-нибудь это закончится становится грустно. — Эмили., — тихий шёпот в перемешку со сбивчивым дыханием вывел меня из мыслей, — я, кажется, вспомнил, что было вчера. Он переместил свои ладони с моих ягодиц на талию и, негромко выдохнув, продолжил: — Будучи нетрезвым я сказал тебе лишнего, но это то, что я действительно думаю. У меня нет сил сдерживаться более при виде тебя, и ты это знаешь, — он переместил взгляд с лица на вырез рубашки, прикусив и без того кровоточащую губу, — но я люблю тебя. И не хочу, чтобы в первый раз все вышло именно так. Считай меня древним, но я не поступлю с тобой так — ты сама поймёшь, когда будешь готова. И я это обязательно почувствую, — он сделал паузу, — а пока я просто поцелую тебя. Рухнув на спину вместе со мной, он вновь прильнул к моим губам, но на сей раз помимо полу-прикрытых век и учащённого дыхания на наших лицах появились ямочки, а страстный поцелуй так и не начавшись завершился нашим звонким смехом и тёплыми объятиями.