Winning ticket

POV Emily — Ну что?! — бросившись к подруге, едва она показалась из-за двери, я забрала тесты из её рук и быстро начала перебирать их в руках. — Не может быть, — бормоча себе под нос, я лихорадочно вглядывалась в каждую из палочек. — Как видишь — может, — она скатилась вниз по стенке, о которую облокотилась прежде, и оперлась головой о колени, обхватив их руками. — Да что там такое, в конце концов? — не выдержав, Гарри забрал тест из моих рук и уже через секунду с удивленно-восхищённым взглядом подошел к Ханне и поднял её с пола. — Винстон, ты эгоистка, серьезно. Тут такие новости, а ты не хочешь осведомить своего пестика. Он взял её за плечи и заставил оторвать взгляд от пола. Потухший и раздосадованный взгляд без единой капли радости. — Гарри, мне девятнадцать. Я сама ещё ребёнок, — с её щеки покатилась слезинка, — я ничего не имею против, но, черт, это не вовремя. — Ну-ну, ты что, плакать стоит разве что от счастья, — он прижал её к себе и крепко обнял, ободряюще поглаживая по спине, — ты же не одна, Ханна, у тебя есть Луи, Эмили, я, если ты, конечно, не вычеркнула меня из своего круга общения после вчерашней угрозы налепить тебе пластырь на задницу. Думаешь мы не управимся с одним маленьким карапузом? — Это не хомячок, Гарри. Это ребёнок. А вдруг ещё и не один? — она захлюпала носом и продолжила невнятно говорить, уткнувшись Гарри в плечо. — Вот сходишь и узнаешь, а пока утри слезки и иди осчастливь своего паренька тем, что он покупал дырявые презервативы. — Гарри буквально передал Ханну мне в руки, тем временем отойдя на второй план и продолжая улыбаться. — Кстати, ты там поосторожней, не забывай о том, что он только что выпил. — Что я выпил?! — появившийся за спиной Луи, прикрывающий рукой промежность, странно подкосился сначала на Гарри с кучкой тестов в руках, а уже после на меня с Ханной, которая быстро ободрилась, утерев слезы и приведя себя в товарный вид. — Чего заткнулись-то?! Учти, курчавая падла, если я узнаю, что ты снова что-то где-то подмешал, я тебя как ведьму на костре сожгу. Ты затрахал уже со своими выкрутасами. На тебя надо табличку повесить, что приближаться к тебе ближе чем на метр — опасно для жизни. Луи продолжал бы, наверное, и дальше, если бы Ханна, и так будучи на нервах, не оборвала его характерным жестом. Оставив меня, она прошла к парню, прихватив из рук Гарри один из тестов, и всучила его Луи. — Поздравляю, Томлинсон, мы постарались на славу, — её голос сделался хриплым, и, не сказав ничего более, Ханна ушла обратно в комнату, оставив нас троих наедине с кучей неозвученных мыслей. Недолго думая, я припустила следом за ней и успела пересечь порог прежде, чем она собиралась закрыть дверь. Девушка прошла к кровати и, усевшись на край, молча уставилась в стену. Не зная с чего начать разговор, да и стоит ли в принципе заводить его, я осторожно присела рядом с ней и взяла её за руку. Продолжая негромко всхлипывать, она утирала свободной ладонью солёные слёзы, стекающие по щекам, и бесцельно перемещалась ленивым взглядом по комнате. — Ханна, ты же даже не знаешь, как все обернётся. Не стоит плакать, по крайней мере сейчас, — кажется, с ободряющей речью вышла небольшая проблема. Не ответив ничего на это, подруга лишь сильнее захлюпала носом и улеглась на мои колени, прижавшись горячей щекой. — Ты же никогда не была против детей? Ну, почти никогда. Только представь, что совсем скоро появится маленькая копия тебя и Луи. Разве это не потрясающе? — Эмили, я не готова к этому. Совсем. Никак. Луи тем более. Это как минимум должно было случиться лет через десять, — она уткнулась в мою коленку и теперь, немного успокоившись, перебирала в руках краешек одеяла. — Когда тебя бы разнесло во время беременности на километры в обхвате? Не говори ерунды, ты слишком озабочена своей фигурой для этого. Не забывай, Винстон, в отличие от тебя я учила биологию. И я знаю, что женщина не всегда будет здоровой и способной быстро вернуться в форму. Всему отведено своё время. — Хочешь сказать, если рожу в девятнадцать, то все будет зашибись, да? — Ну, по моим предварительным подсчётам тебе уже будет двадцать — это раз, а во-вторых, да, зашибись. В конце концов, о чем мы с тобой можем говорить, если… Она перебила меня: — Это конец нашим отношениям, Эмили. Отношениям с Луи. За дверью спальни послышался грохот, который и отвлек Винстон, а следом на всеобщее обозрение появилась фигура Томлинсона. Его боксеры существовали отдельно от его туловища, паря в воздухе ввиду подействовавшего средства, и только когда я удивленно устремила своё внимание, куда не следует, он все-таки решил вновь прикрыться собственной ладонью. — Не конец. Что за чушь я слышу?! Мало того, что тот дегенерат не мог толком ничего объяснить, так ещё и ты тут такие глупости говоришь. Ну-ка, давай, иди ко мне, — Луи забрался на кровать и нагло перетащил подругу на себя. Почувствовав себя немного лишней, когда он попросил «свою зайку прижаться к папочке поближе», я поднялась с кровати и покинула комнату, оставив их вдвоём. Так как Гарри в коридоре не оказалось, я уже почти на автомате засеменила в его спальню и не ошиблась. Что-то разыскивая в комоде, он увлечённо и сконцентрированно перекладывал с места на место свои немногочисленнее футболки. Осторожно подойдя к нему сзади, я обвила его руками за талию и прижалась к широкой спине. — Тебе помочь с поисками? — Я уже все нашёл, — Гарри вызволил на свет маленькую овальную коробочку, обитую кожей, которая больше смахивала на шкатулку. Он открыл крышку, и теперь мне представилась пара поблёскивающих на свету серебряных колец. Стянув со своей левой руки два украшения, Гарри нанизал на длинные пальцы массивные кольца, которые отличались от прежде надетых большими камнями, вживлёнными в дорогой металл. — Они такие красивые, — аккуратно взяв одно из сброшенных им в коробочку колечко, я повертела его в руках, удивляясь тому, как искусно были выгравированы маленькие инициалы. Обернувшись ко мне, парень забрал кольцо из моих рук и аккуратно, удерживая в своей ладони мою, примерил серебро на мой безымянный палец. Так как кольцо было несколько больше моего истинного размера, оно сразу же рухнуло на нижнюю фалангу, и теперь болталось как обруч. — Мне кажется, что ему место на среднем, или даже большом. — Т-с-с, я тренируюсь, — он поправил кольцо и с довольно странной улыбкой глянул на меня, — как думаешь, серебряные обручальные кольца не сделают нас стариками в глазах остальных? — Снова планы на будущее? — Как видишь, у Ханны они уже воплотились в жизнь. Так что, можно сказать, да, я просто представляю то, как это будет выглядеть. Мне нравится думать об этом. — О чем — «Об этом»? — О тебе, о жизни с тобой, о браке, о детях. Двоих, если ты все ещё не передумала, — он засмеялся, — о нашем с тобой счастливом будущем и совместной старости где-нибудь на окраине Лондона. Гарри снял кольцо с моей руки и, убрав его в коробочку ко всем остальным, потянул меня на себя, расположив большие ладони спине. — Я чувствую себя счастливым рядом с тобой. Ты даже представить себе не можешь, как я жалею о том, что не могу сделать того, о чем говорю. Все это требует времени. Парень прикоснулся губами к моему лбу и еще крепче заключил меня в свои обьятия. — Сейчас, глядя на Ханну, на эти тесты, на ее слезы, которые она потом будет вспоминать с улыбкой, я понимаю для себя, как сильно мне не хватает чего-то подобного. Я таю от одной лишь мысли, что когда-то появится такой же маленький человечек, которого я буду любить так же, как и тебя. А если это будет дочь? — он мечтательно закатил глаза, и я увидела, что в них блеснуло несколько слезинок. — Луи сказал, что я буду крестным, если Ханна не окажется против. — Правда? — Да, мы еще давно договаривались стать крестными отцами наших детей. Как видишь, он свое обещание сдержал, — Гарри вновь улыбнулся и, немного ослабив свою хватку вокруг моего тела, толкнул освободившейся рукой открытый ящик комода. — Ну что, сходим к ним, или дадим время свыкнться с мыслью о ребенке? Прислушавшись к тишине, которая появилась между нами лишь сейчас, я уловила несколько иные звуки, нежели доносящиеся обрывки слов. — Знаешь, мне кажется, мы чуть-чуть опоздали с этим, — еще раз навострив уши и уловив явные мужские стоны, я не смогла удержать улыбки. — Это ваше средство? — Это уже гормоны. — Ты теперь все будешь к этому сводить? — Именно, — на его лице растянулась пошлая ухмылка, которая никак не вязалась с его последним настроением, — может устроим марафон? Мм? Или тебе сегодня нельзя? — Уже можно. Но не слишком ли это..? — Пошло и грязно? — Ага, — не смотря на то, что его развязанная ухмылка уже давно оборвала во мне все ниточки, на которых держалось приличие, я стараюсь всеми силами не выдавать истинных намерений. Все-таки, я же приличная девушка. Была когда-то. — Но я же знаю, что ты не против. Я старше, Эмили, и без проблем читаю тебя насквозь, — он выпустил мои волосы из пучка, наспех затянутого в коридоре, и, не растягиваясь на разговоры более, поднял меня в воздух, а после усадил на тот самый комод, с которого когда-то все и началось. — Иди сюда, котик, у нас с тобой есть около часа — в одиннадцать у Ханны узи. — Прости, а она об этом знает. — Ещё нет, но разве это что-то изменит? — он крепче ухватился за мои бёдра и буквально вдавил мой зад в деревянную крышку. — Разве потенциальный крестный папа не может позаботиться о будущем малыше, если его мама немного подтормаживает. — Она убьет тебя, — обвив руки вокруг его шеи, теперь я наслаждалась его мятным от жвачки дыханием, которое приятно щекотало кожу. — Знаю. С грохотом захлопнув ногой дверь спальни, Гарри в спешке стянул с себя джинсы, которые никак не поддавались моим рукам, и с жадностью зарылся руками в мои волосы.

***

Теперь, когда на часах было уже заветные одиннадцать, и мы находились в просторной комнате, ожидая врача, Ханна, я, Луи и Гарри — инициатор нашего здесь присутствия — сидели как на иголках. Так как каждый из нас сейчас был озадачен своими мыслями, причиной которым служило одно и то же событие, мы не сразу заметили, как прикорнула подруга. — Иди сюда, — Гарри облокотил Ханну о себя и приобнял её, чем вызвал явное негодование друга. Но, судя по всему, парню было на это, грубо говоря, наплевать. Кажется, дружба этих двоих приобрела более тёплые оттенки: да, пусть они не могут прожить и дня без того, чтобы не принизить друг друга, но зато их взаимная поддержка выше всего этого. Гарри прекрасное понимает все тонкости того, как и когда стоит острить, а когда действительно выслушать и обнять. Когда из-за арки появилась фигура врача в по-непривычному розовом халате вместо белого, Гарри осторожно дал знак Ханне, чтобы она поднялась и встал вместе с ней. — Мистер Стайлс? — она мягко улыбнулась и посмотрела в его сторону. — Да, здравствуй, Бэтти, — он протянул ей руку в знак приветствия, — это Габи — подруга Джеммы, я тебе говорил по телефону. Он подвёл Ханну поближе и кинул ободряющийся взгляд ей вслед. — Отлично, очень приятно, — девушка кивнула Ханне, а следом и Гарри, после чего удалилась с ней вглубь хорошо освещенного коридора. И вроде все должно было закончиться хорошо, если бы не услышали роковую фразу, произнесённую подругой. Так как на момент своего разговора они ушли от нас недалёко, мы отчетливо слышали их с врачом диалог. — Какие планы на будущее, если все-таки подтвердятся результаты тестов? — Никаких, аборт.