Новые жизни или Дневники тетушки Амнезии

— Так, приготовилась? Я кивнул. Второй час мы, с моим новым «папочкой» делали упражнения для мышц ног. И, к слову сказать, я никогда так к етунам не выматывался, как сегодня. Если вернусь домой, прокляну Тора, потому что я на него нереально зол! Четыре подхода по двадцать раз я должен был подтянуться на таком приспособлении, как «турник», и я бы сказал, что девчонка была в этом плане очень хорошо физически подготовлена. Затем было что-то унизительное, больше похожее на женскую растяжку, но несмотря на это, я к концу занятий стал чувствовать мелкие покалывания по всей поверхности ног. Это обнадеживало. Такими темпами к концу недели я попробую встать!  — Сколько еще это будет продолжаться?! — зло крикнул я в лицо этому мужчине.  — Ты сама этого захотела, — спокойно отозвался он. Если бы знал этот человечишка, с кем он говорит! Короче говоря, этот изверг скоро оставил меня, потного и злого один на один со своей злостью и коляской. Я с ненавистью посмотрел в зеркало напротив. О Один! Как же я ненавижу…себя! Хотя я все чаще замечаю, что я сам не причина своей ненависти. Как все сложно! Как же я хочу уснуть и не проснуться больше! И пусть этот старый пердун из Асгарда подавится моей смертью! Я не могу так… больше не могу… Я подкатился ближе к зеркалу и в бессилие прислонился к нему лбом. Каждая моя косточка ныла, каждая клеточка болела! Я снова посмотрел на себя и не увидел ничего хорошего! Спутанные иссиня черные волосы, мешки под зелеными глазами, острые скулы, сведенные на переносице брови и сжатые в полоску губы… А я и не замечал, что девушка так похожа на самого меня, и я решил сам себя проверить и откатился подальше. Да, так и есть! Из зеркала на себя смотрюсь настоящий я… НЕТ! Это не я! Я уже смирился с положением дел, а это етунское зеркало все портит! В отчаянии я занес свою, вполне мужскую руку, и разбил это исчадие Хель вдребезги! Весьма крупные осколки упали на пол с просто отвратительным звоном. Я увидел один крупный и заостренный с одного конца осколок, и у меня возникло мимолетное желание перерезать себе шею. Я повертел эту стекляшку в руках, и мне в глаза случайно попал отраженный луч солнца. Я от неожиданности закрыл глаза и глубоко поранился осколком. Проморгавшись, я опять глянул в этот кусок стекла, и увиденное ввергло меня в ступор. Там опять отражалась девчонка!

***

Прошло около недели Я сделал это! Я стоял! Ну почти… почти сидел. Повиснув на спинке кровати, как какаха на заборе, я, наконец, смог опуститься на полную ступню и напрягать икроножные мышцы, которых три недели назад я вообще не чувствовал. Это Победа, враги мои! Маленькая, но Победа! Я медленно, но верно поднимался, и эта боль в ногах доставляла мне какое-то извращенное удовольствие. Минут через двадцать я уже стоял, и мои «родители» сделали фотографию меня на ногах. Я еще тогда придурковато улыбнулся. Потом я много раз в альбоме видел эту фотографию, и мне кажется, что на снимке у меня одна сторона лица девчачья, с карим глазом. А вторая, такая сильная и волевая смотрела на меня зеленью моих собственных глаз.