LittleTale

      Плохими привычками могли похвастаться все. Все прятали их, но чем больше прячешь, тем больше хочется раскрыться. Именно поэтому Ториэль погасила в комнате свет, а потом они таинственно замолчали. Это была Ночь Тайн. Им всем предстояло рассказать что-то, о чем не знал никто. Такие Ночи всегда сами по себе были тайнами — никогда не узнаешь, чего ждать — невинных привычек, которые не очень хочется рассказывать или страшные и глубокие секреты. Фриск присутствовала тут впервые и завороженно молчала, сидя на кровати. — Когда я говорю, что читаю научные книги я почти всегда смотрю аниме и ем замороженный йогурт, — шепнула Альфис, которую сжимала в объятиях Андайн. Эта парочка стала удивительно близка в последнее время. Рыжеволосая хихикнула. — А я люблю играть на рояле. Ну, это, наверное, не совсем тайна, скорее, тайна между двумя. Альфис тоже знает, — остальным удалось более или менее расслабиться. Самое страшное всегда можно оставить на потом. Санс ухмыльнулся. У него — нет, у них — появилась новая тайна. Ровно три дня назад. ***       Фриск направлялась в Сноудин, напевая под нос какую-то песню и даря улыбку всем встречным монстрам. Она шла в библиотеку, чтобы найти несколько интересующих девочку книг. Это было недолгое и умиротворяющее занятие — выискивать нужные книги, читать названия на корешках и радостно вздыхать, находя необходимое. Из здания она вышла со стопкой книжек. Фриск задумчиво замерла, думая, куда пойти. В Руинах снова собирались все её друзья, но было еще рано и она пошла к «Grillbyʼs». Тамошний бармен — пятнадцатилетний огненный монстр. Они не слишком много общались, но парень был достаточно симпатичным, а ещё знал много интересных историй и изредка угощал бесплатной газировкой. Единственный минус — разговорить Гриллби было если и возможно, то невероятно сложно.       Бар почти пустовал, поэтому девочка набрала много еды для себя и своих друзей, а потом слово за словом вытянула бармена на короткий разговор. Она похвалила себя за подобное достижение и направилась в Руины. Куча книг давно переместилась в рюкзак за плечами, а бургеры и картошка фри нашли место в пакетах, которые Фриск взяла с собой, следуя интуиции.       Монстры поблагодарили девочку, а потом принялись за трапезу. Санс бросил на скромный пакетик кетчупа унылый взгляд. — Так мало кетчупа… Гриллби пожадничал, — хмыкнул он. — Без проблем, возьми мой, — пожала плечами Фриск, протягивая скелету упаковку с соусом. Санс благодарно поцеловал её в висок. — Спасибо, малая. ***       Он и раньше целовал её, но совсем редко, а эти три дня словно с цепи сорвался. Постоянно — в знак благодарности, чтобы разговорить или попросить о чём-то, чисто ради того, чтобы избавиться от скуки — Санс уже изучил поведение своей подружки. К её губам он не прикасался — может, стеснялся, а может просто не смел. Фриск пищала что-то, краснела, но не сопротивлялась. Ей это нравилось. Им это нравилось.       Делали они это только наедине, хотя Санс честно утверждал, что и на монстрах удержаться сложно. Особенно когда Фриск заливалась чистым смехом или была слишком близко к нему. Это было уже как-то не по-детски и сегодняшним утром он спросил у своего отца: — Пап, если ты как бы ребёнок, но делаешь что-то, что больше тянет на подростковый возраст, то это плохо? — Гастер не подал вида, что услышал сына, но задумался и через минуту хмыкнул. — Не-а. Ты просто взрослеешь. Это нормально. Тебе же двенадцать — не маленький. Сам разберёшься, что целоваться со своей подружкой можно и сейчас, ничего непристойного в этом не вижу.       Санс смутился. Он был уверен, что об этом никто не знает, но все равно кивнул. — Ясно, спасибо, ты даёшь окостенные советы иногда, бать. ***       Фриск и Санс фыркают одновременно, а потом садятся ближе к друг другу и поджимают ноги. Они не расскажут об этом в эту ночь. Точно не расскажут. Скелет ухмыляется. — Козлоцветик, у меня есть кое-что для тебя… — он выдерживает интригу, видя в глазах Азгора интерес, а потом надевает на его голову… — Обещанный венок безнадёжности! Пам-пам-пам!