Sweet Desire

      В ожидании ответа я внимательно изучала смотрящую на меня барышню. Ее длинные светлые волосы выглядели шикарно, переливаясь на свету. Зеленые глаза были до жути ядовитого цвета, и у меня от них побежали по спине мурашки. На ее лице не очень много макияжа. А тело обтянуто мини-платьем явно какого-нибудь дорогого бренда. На ее фоне я почувствовала себя серой мышкой, и в голову начали закрадываться не самые приятные мысли. — Я Джессика, — с улыбкой произнесла и, кажется, ничуть не расстроилась моему присутствию. — Уходя в пятницу утром, я забыла свои трусики из дорогого комплекта белья. Могу я забрать?       В пятницу… Ее слова болью пульсировали в голове. Я не могла поверить! Зачем он мучает меня? Значит, ночь Кристиан провел с этой барби, а затем полетел ко мне в Нью-Йорк?! Для него у меня было только одно очень подходящее слово — кобель! По-другому его назвать никак нельзя. Я испытала жгучее чувство злости и ярости. Как я могла полюбить его? — Нет, — выпалила я внезапно для себя, — приходи в другое время, ладно? Я передам Кристиану, что ты заходила, — с этими словами я захлопнула перед ее носом дверь.       Из глаз хлынули слезы, полившиеся нескончаемым потоком. Я рванула в комнату, рукой закрывая свой рот от всхлипов и громких рыданий, чтобы собрать свои вещи. Не хочу его видеть и знать. Хочу забыть его навсегда! Я собирала вещи, давясь своей истерикой. Даже не стала переодеваться, ведь хотела быстрее уйти из этого места.       Перед выходом я судорожно вынула сим-карту из телефона и оставила устройство на прикроватной тумбе. Пусть сам догадывается, где накосячил. Я больше ничего не буду слушать, впредь буду умнее и не поддамся на его сладкие речи. Бросив взгляд на него спящего в последний раз, я выбежала из квартиры, вошла в лифт и, наконец, смогла дать волю своим эмоциям. Мне было плевать, что в лифт входили другие люди и смотрели на меня. В основном их взгляды были наполнены жалостью, кто-то даже пытался узнать, все ли у меня в порядке. А я не могла ничего сказать, просто рыдала.       Я вышла на улицу и меня намочил проливной дождь, начавшийся ранним утром. Подойдя к краю дороги, я пыталась поймать такси, но как на зло никто не останавливался. К моему счастью, через пару минут одна машина все же подъехала к тротуару и подобрала меня. Забравшись на заднее сидение, постаралась достаточно внятно сказать водителю, что мне нужно в аэропорт, и мы двинулись с места.       Трудно поверить, что все вчерашнее оказалось разрушенным; прошлый день теперь казался чем-то воздушным и испарившимся, хотя было вполне реально. Мне казалось, что между нами возникает нечто большее, но снова это оказался мой самообман. Я внушила себе все, что между нами было. С самого начала, с первой нашей встречи. На деле же не было ничего более, чем просто животный инстинкт к спариванию и удовлетворению желания. По крайней мере, с его стороны.       Прилетев в пятницу ночью в этот город, я никак не могла подумать, что буду вот так уезжать. Я восхищалась Сиэтлом, однако это было вчера. Сейчас же это место кажется мне чересчур мрачным, дождливым и унылым. Я поняла, что никогда не смогла бы жить здесь. Я хочу домой, в свой Нью-Йорк, который, несмотря на всю его загруженность, очень уютный и родной для меня. — Спасибо, — буркнула я, расплатившись с таксистом, и вышла из машины.       Я вошла в аэропорт и проследовала к кассам, чтобы купить билет. Слезы немного утихли, но я все еще продолжала всхлипывать, поэтому с паузами говорила девушке, что мне нужен билет на ближайший рейс до Нью-Йорка. Разочарованием стало известие, что на самолет, который отправляется через час, все билеты уже выкуплены. Да и на последующие сегодня тоже. У меня есть один вариант — рейс завтра в пять утра. До тех пор мне придется провести день здесь. Что же, выбора у меня большого нет, ведь идти мне некуда.       Словно все против меня. Мне открылась правда, что Кристиан не кто иной, как бабник. Я в чужом городе, где никого не знаю. Я промокла до нитки. А добраться в ближайшее время домой у меня не получится. Более того, я еще и опоздаю на работу! Просто прекрасно. Даже позвонить не могу ни маме, ни подруге, ни Хосе.       Решив, что мне ничего не осталось делать, я направилась в комнату ожидания со своим билетом в руках. Времени у меня было предостаточно, поэтому я зашла по пути в туалет, где сменила мокрую одежду на сухую. Стало в разы приятнее и комфортнее, а мир показался чуточку добрее.       Делать мне было особо нечего, поэтому время тянулось мучительно долго. Спать на креслах было не удобно, где-то неприятно давило. Но к трем часам мой измученный страданиями организм немного все же отключился. Я пришла в себя от громко объявляющего голоса посадку на мой рейс и сонно поторопилась к проходу в самолет, где уже смогла, наконец, расслабиться на удобном сидении и поспать целых пять часов.       В Нью-Йорк самолет приземлился в час дня. На работу ехать уже смысла не было, да и я была уставшая и не в состоянии выполнять любую работу. Я слишком погружена в себя. Поэтому, выйдя из аэропорта, я села на такси и отправилась домой. По дороге я думала о том, что ко мне будет много вопросов: во-первых, от мамы, которой я сказала, что вернусь в воскресенье вечером, во-вторых, от Кейт, которая, наверняка, раз двести мне звонила, и, наконец, в-третьих, от начальства из-за того, что я сегодня не посетила работу. В общем, сегодня мне устроят разнос как минимум мама и подруга.       Я вошла в квартиру и вдруг меня озарило! Все, что происходило на прошлой неделе… Мое повышение, оплаченный счет на год вперед… Это связано со слежкой за мной! Кому это было нужно? Кто так сильно беспокоился обо мне? Это все сделал Кристиан Грей. Но его поступки не умаляют моего гнева за то, что он плетется за каждой юбкой. Я не могу так жить. Если между нами что-то есть, то это только между нами, и других в этих отношениях быть не должно. — Энни, это ты? — я вздрогнула от внезапного голоса внутри квартиры, выронив ключи. Черт, я не ожидала, что дома кто-то будет! Я же думала, что мама на работе, как это и оказалось. А в коридор вышла бабушка. Она же обещала приехать на следующих выходных! — Привет, милая, — она меня поцеловала в щеку и принялась разглядывать. — Привет, ба, — сказала я, поднимая ключи, — а ты давно приехала? — В субботу утром. Карла сказала, что у тебя появился новый молодой человек и он увез тебя в Сиэтл на выходные, — с коварной улыбкой щебетала бабушка. — Я хочу знать все! Это он тебя задержал? Признавайся!       Знала бы я, что рассказать ей. Мне больно вспоминать о том, что оказалось лишь моей иллюзией, а сказать, что между нами все кончено — только расстроить Софи. Поэтому я ограничилась лишь малой частью информации о своей личной жизни. Я поведала бабушке об ужине с Хосе, с дедушкой которого у нее еще в студенческие годы был роман. Когда я узнала об этом, была поражена тому, как тесен этот мир. Надо сказать, что она одобрила мой выбор. — Я рада, что ты рассталась с этим Джошем, — вздохнула Софи, когда мы пили с ней на кухне чай. — Я не удивлена, что он так поступил. А вот Хосе очень даже хорошая партия для тебя.       И почему-то я сама в это начинала верить. Я решила, что все же попробую построить с Родригесом отношения. Не зря же говорят: стерпится-слюбится. Бабушка у нас останется на немного, а поживет она пока в моей комнате. Я попрошусь к Кейт на некоторое время. Так будет даже лучше, потому что Кристиан может меня искать. Когда я включила телефон, сразу посыпался шквал сообщений и оповещений о не принятых вызовах. Меня не удивило то, что были и от Грея. Но ему я перезванивать не собиралась даже. Я занесла его номер в черный список, чтобы он меня вовсе не беспокоил.       Выговор от подруги я получила, естественно, конкретный. Она за малым не побила меня. Придя на работу и не обнаружив меня там, Кейт начала трезвонить на мой мобильник, который не отвечал. Знаю, что она крыла меня трехэтажным матом. По-началу она даже отмазывала меня от мистера Дюбуа, но вскоре поняла, что это бесполезно. В итоге, досталось и ей из-за меня.       Однако, несмотря на злость из-за моей пропажи, Кавана с радостью приняла меня в своей двушке. За что я была благодарна ей. И если маме и бабушке я не могла рассказать о случившемся в Сиэтле, то, закрыв дверь квартиры подруги, я больше не могла сдерживать свои эмоции и разревелась. Сначала она отпоила меня успокоительным, а после принялась аккуратно выспрашивать меня о том, что приключилось. И я все рассказала. — Я люблю его, но я ему не нужна, понимаешь, Кейт? — сказала я, снова умываясь новой порцией слез. Сколько литров я уже выплакала из-за него в последнее время? — Понимаю, детка, — но от ее слов мне стало больнее. Он называл меня детка. И как сладко звучало это из его уст! — Что мне делать, Кейт? — моя голова упиралась в ее плечо, а рука подруги гладила мою голову. — Хосе о тебе спрашивал, — вздохнула Кавана. — Знаю, я обещаю, что попробую с ним, но как мне забыть Кристиана? — меня снова накрывала истерика. — Мое сердце должно сначала оправиться от этой потери, а потом я постараюсь… — Ладно, я скажу ему, что ты приболела. Побудь пару дней дома, приди в себя, потому что на работе от твоего существа легче не будет. Марселю я передам, что ты болеешь. Твои обязанности возьму пока на себя, — закатив глаза, произнесла она. — Спасибо тебе, — я крепко обняла Кэтрин.       Я всю ночь давилась собственными слезами, а заснула лишь под утро. Проспав до десяти часов, я, наконец, поднялась с постели. На кухне я обнаружила оставленный завтрак, приготовленный подругой с любовью и заботой. Однако аппетита не было совсем, поэтому я убрала еду в холодильник. Мне же не давал покоя тот тест, который я сделала в субботу вечером. Меня пугала мысль, что он мог быть неправильным. Поэтому я решила съездить на прием к врачу.       К часу дня я уже стояла у кабинета гинеколога и боролась с собственным страхом перед правдой. Хотела ли я знать? Определенно — да. Но какой результат я ждала на самом деле? Ответ именно на этот вопрос меня пугал. Все же я решилась и вошла. Объяснив свою проблему, доктор Нора Спенсер осмотрела меня и сделала УЗИ. По результатам всех процедур она диагноза «беременность» мне не вынесла. То ли я обрадовалась, то ли огорчилось, не знаю. Но чувствовала я себя потерянной.       Домой к подруге я добиралась словно в трансе. Не помню дорогу, знаю только, что очнулась уже когда забралась в постель и снова заплакала. Я боролась со жгучим желанием увидеть Кристиана и дикой ненавистью к нему за его поведение. Я сама себе противоречу! Снова и снова я задавалась вопросом: зачем он вернулся за мной в пятницу? Ведь вполне возможно, что уже сегодня я могла бы быть с Хосе, если бы выходные провела с ним. Я бы радовалась жизни, узнавала парня с другой для себя стороны, веселилась бы с ним на очередном свидании. Но я здесь, в постели, реву. — Ана? — вечером вернулась Кейт. — Ты в порядке? — спросила она, входя в комнату. — Ты чего, снова плачешь? — она села на кровати. — Почему ты не съела завтрак? Пойдем, поужинаем вместе. — Я не хочу, Кейт, спасибо, — всхлипывала я.       Больше она ничего не сказала. Только оставила меня одну, выйдя из комнаты. Мне нужно время, чтобы придти в себя, чтобы забыть его. Но я могла лишь упиваться слезами из-за несбывшихся мечт. За что судьба свела меня с этим человеком? Этого я понять не могла. Сказать, что Кристиан Грей — подарок, это все равно, что посмеяться над своим разбитым сердцем. Он скорее был чем-то роковым…       На следующий день подруга была дома, у нее сегодня выходной. Только лишь поэтому ей удалось меня уговорить вылезти из кровати и немного перекусить. Но делала я это без особого энтузиазма. После чего я молча ушла обратно в комнату и уставилась на свою любимую голубую стену. Так я сидела долгие часы, обняв себя руками и умываясь слезами. Когда, вдруг, вечером ко мне зашла Кавана. — Ана, — на ее лице играло какое-то волнение. В чем дело? — Ты не в себе, так дальше продолжаться не может. Прости, но вам нужно поговорить…       Что? С кем поговорить? — Нет, ты не сделаешь этого! — я уставилась на нее, судорожно мотая в стороны головой. — Ты посмотри на себя! Ты сидишь в комнате, у тебя красные глаза, словно у наркомана. Ты же зависима от него. И пока вы не выясните отношения, тебе легче не станет, — с этими словами подруга вышла на мгновение из комнаты и завела Кристиана. — Нет, я не хочу его видеть! — на глазах снова выступили слезы. Как же я от них устала! — Я оставлю вас, — Кэтрин предательски ушла. — Ана, — начал было Грей. — Нет, я не хочу тебя слушать. Убирайся! — истерила я. — Хватит мне рассказывать всякие сказки о беспокойстве за меня! Уходи! — Почему ты убежала, ничего не сказав? — возмутился мужчина, подходя ближе к постели. — Я искал тебя по всему проклятому Сиэтлу! Я искал тебя по Нью-Йорку! Твои мама и бабушка не говорили мне, где ты. Пришлось искать твою подругу в отеле… — Мне все равно, Кристиан, уходи! — я не выдержала и встала с кровати, ухватила его за руку и потащила прочь из комнаты. — Оставь меня в покое! — выставив его в коридор, я захлопнула дверь. — Ты должна меня выслушать! Пойми, Ана, я не оставлю все так. Я буду бороться! Потому что ты нужна мне… — я слышала его голос из-за двери, к которой прижалась спиной и медленно опустилась на пол, закрывая рукой рот и заглушая свои рыдания.