Sweet Desire

Два года спустя       Первые полтора года мы специально предохранялись, хотели побыть вдвоем. А потом он сам попросил меня прекратить пить противозачаточные таблетки. А еще спустя шесть месяцев я, наконец, поняла, что у меня уже приличная задержка. В тот самый день, когда я сказала об этом своему мужу, он повез меня в больницу, чтобы подтвердились мои слова. Помню, лежала на кушетке, доктор Грин делала УЗИ и внимательно смотрела на экран. Я уже было подумала о том, что что-то не так, как вдруг заговорил Кристиан. — Док, это сердцебиение? — спросил он, держа меня за руку. — Верно, мистер Грей, — согласилась доктор Грин. — И их два? — снова спросил Кристиан. — В каком смысле — два? — я посмотрела на врача широко раскрытыми глазами. — У нас будет два малыша, детка, — повернув мою голову рукой, Кристиан едва коснулся своими губами моих. — Поздравляю, у вас двойня, — радостно проговорила доктор Грин. — Я сделаю вам запись. — Спасибо, — хихикнула я.       Конечно, не обошлось без волнений и переживаний, ведь мне приходилось сдавать многочисленные анализы, результатов которых мы очень ждали. Кристиан делал всё, чтобы я чувствовала себя хорошо, чуть ли не на руках носил. А время бежало неумолимо быстро, со всеми хлопотами и переездом в Сиэтл я не заметила, как подошел срок, и наши малыши появились на свет. Мучительные двадцать часов родов показались мне вечностью, но я выдержала их с помощью моего любимого мужчины. — Ты знаешь, — тихо произнес Кристиан, держа на руках крошечную мисс Грей, пока я кормила мистера Грея младшего, — сейчас я жалею о том, что не могу увидеть их. — О, Кристиан, — всхлипнула я. Во мне все еще очень много гормонов, которые не могут утихомириться. При любом чувственном моменте я начинаю плакать; когда что-то меня не устраивает, я злюсь; а когда что-то у меня получается в качестве мамы, меня одолевает неописуемый восторг. — Я не хотел тебя расстраивать, детка, прости. Но я действительно очень хочу хотя бы самый маленький шанс на долю секунды взглянуть на них и тебя. На кого они похожи? — На нас обоих, — улыбнулась я, — но больше на тебя. — А еще я очень рад, что хотя бы пока что они полностью здоровы, — хмурился Грей. — Иначе и быть не могло, — тепло сказала я, — уж мы с тобой заслужили того, чтобы наши дети не были ни в чем ограничены. Нам ведь еще нужно дать им имена. — Над этим нужно подумать, потому что эти малыши особенные. Нам надо что-нибудь уникальное, — Кристиан ворковал над спящей дочерью.

***

Семь лет спустя — Сильно волнуешься? — с выдохом спросила я, держа за руку мужа. На моих коленях сидел наш сын, играясь со своей игрушкой, а у Кристиана сидела Фиби. Конечно, он волнуется, и я не меньше него. Вполне возможно, что после сегодняшнего дня он будет ко мне относиться по-другому. — У меня трясутся руки, Ана, — ухмыльнулся мистер Грей, — естественно я переживаю. Ты первая, кого я увижу в своей жизни. — Но ты ведь уже различаешь цвета, — я пожала плечами. — Да, однако это не то же самое. Одно дело смотреть на цветные карточки, а другое — на свою жену, с которой я прожил уже девять лет, — его голос немного подрагивал. Если честно, мне даже страшно. Вдруг я ему не понравлюсь? — Наверное, ты прав, — вздохнула я. — Если ты думаешь, что я разочаруюсь в твоей внешности, ты очень крупно ошибаешься, — Кристиан погладил меня по щеке. — Я люблю тебя вне зависимости от того, как ты выглядишь. Это всего лишь на несколько минут, потом я вновь погружусь во мрак. — Фиб, не ерзай, — я предупредила дочь, — папе нужны силы, — но малышка меня не слушала, и, зацепившись за сидение, с ее личика упали маленькие очки для зрения. Пару лет назад ее зрение немного ухудшилось. Мы сразу же пошли к врачу, чтобы выяснить причину. Офтальмолог сказал, что это наследственное, но вероятность того, что она полностью ослепнет очень мала. Кристиан по-прежнему очень переживает о ней, проводит с ней много времени. Я поняла, что значит «папина дочка». — Держи, Фиби, — подняв с пола очки, Теодор подал их сестре. Мой маленький защитник и помощник. — Спасибо, — она забрала свои очки и надела их. В них она такая смешная. — Мы приехали, мистер Грей, миссис Грей, — остановив автомобиль, оповестил Тейлор. — Так, ребята, вылезаем из машины, — скомандовала я, — через папину дверь. Туда, — я направила малышей вслед за их отцом и сама вылезла после них всех.       Тедди и Фиби взялись за ручки, а другие их маленькие ладошки взяли мы с Кристианом и направились ко входу в огромное большое здание Офтальмологического Центра в Сиэтле. Как и говорил мой муж, лечить слепоту еще не научились, однако пару лет назад мы узнали, что разрабатывают специальные очки, которые позволят видеть.       Датчик — миниатюрная камера, которая принимает изображение объектов, находящихся перед человеком. Для удобства она вмонтирована в тёмные очки, самые обыкновенные на вид. Полученное изображение обрабатывается и превращается в тактильные импульсы. На первом этапе обработки специальный алгоритм определяет очертания объектов — то есть, идентифицируются их края. На втором происходит широкополосная фильтрация меняющейся во времени информации. В процессе обработки изображение разбивается на «пиксели», которым будут соответствовать заряды на матрице с электродами. Наконец, обработанный визуальный образ трансформируется в электрические импульсы. При этом электроды в матрице заряжаются в таком порядке, что они повторяют упрощённый контур изображения. Разряд раздражает рецепторы кожи лба, и человек «чувствует» форму объекта безо всяких прикосновений. Так зрительная картинка, превращаясь в электрические импульсы, становится тактильным ощущением.       Наша встреча уже как две недели запланирована, поэтому в приемной нас встретила секретарь доктора Нокса и провела в кабинет, который Кристиан посещает уже в течение восьми месяцев. Долгие недели работы и усердия подарят ему пусть и не большое, но мгновение встречи со мной и нашими детьми. — Мистер Грей, прошу сюда, — медсестра провела Кристиана к специальному креслу и принялась прикреплять тот самый датчик, который позволит ему увидеть, ко лбу. — Фиби, Теодор, — я усадила детей на стулья и присела перед ними на корточки, — сейчас вам нужно забыть о своих шалостях и побыть серьезными. Вы же помните, что папа очень хотел вас увидеть? — оба кивнули. — Сейчас у него есть такой шанс. — Он правда нас увидит? — пролепетала своим тоненьким голоском мисс Грей. — Правда, и я надеюсь, что вы будете себя вести хорошо. Вероятно, ему будет трудно, но мы должны его поддержать, потому что мы его семья. — Мы очень любим папочку, — улыбнулся Тед. — Я тоже безумно люблю вас, мои малыши, — отозвался с кресла Кристиан. — Итак, Кристиан, — в кабинет вошел доктор Нокс, нетерпеливо потирая руки, — ты готов? — Уже давно, — согласился мистер Грей. — Не могу дождаться, когда увижу их. — Хотел бы я сказать, что понимаю, но, увы, это не так, — доктор за своим столом включил компьютер и что-то написал в бумагах. — Мэри, ты все подготовила? — Да, доктор Нокс, все подключено, — подтвердила девушка и отошла в сторону. — Отлично, тогда не вижу смысла оттягивать, — врач подошел к Кристиану и включил очки. — Анастейша, подойдите ближе. Я не уверен, насколько он сможет четко видеть. Раньше мы тренировались на разных цветах и картинках на определенном расстоянии. — Кристиан? — я медленно подходила к нему, ожидая хоть какой-нибудь реакции. Но он сидел с закрытыми глазами. — Ну же, посмотри на меня, любимый.       В кабинете повисла тишина, слышалось только наше дыхание. Я стояла в поле зрения камеры, которая снимала окружающую обстановку, передавая картинку Кристиану. Первые несколько минут он молчал, а лицо не выражало никаких эмоций. А потом он часто задышал. Я нахмурилась, но улыбнулась, подходя еще ближе. — Нет, постой, — вдруг Грей остановил меня. — Ты не хочешь… — я растерялась, не зная, что делать. Я не понравилась ему? — Я хочу посмотреть на тебя еще, — на его губах растянулась сияющая улыбка. Он невероятно радовался, будто ребенок подаркам на Рождество. — Ты… очень красива, детка. — Такой ты меня представлял? — я медленно покрутилась на месте. — Иди сюда, — он подозвал меня к себе рукой, и я сделала так, как он попросил. Я присела ему на колени, крепко обнимая за шею. — Как же я люблю тебя, Анастейша. — Мэри, давай оставим их наедине, — вдруг позади нас раздался голос врача. Кристиан обернулся на него и удивленно хмыкнул. — Рад вас видеть, док, — улыбнулся мой муж. — Вы отлично выглядите. — Спасибо, Кристиан, — засмеялся доктор Нокс, и они с медсестрой вышли. — Господи, — он в неверии мотал головой, снова смотря на меня, — я даже и подумать не мог, что… что ты… — Что я брюнетка с голубыми глазами? — хихикнула я. — Что ты такая красавица, — выдохнул он. Я заметила, как на его глазах выступили слезы. — Тед, Фиб, — я встала и подозвала к нам детей, — позвольте папе увидеть вас. — Привет, папочка, — подойдя к отцу, Фиби взяла его за руку и посмотрела прямо на него. — Ты такая… смешная в очках, — заулыбался Кристиан, не в силах сдержать слезы. — Надеюсь, с тобой все будет хорошо, крошка. Мне очень жаль, что из-за меня… — Нет, папочка, ты не виноват, — тепло произнесла мисс Грей. — Не нужно плакать, пожалуйста. — Теодор, — Кристиан повернул голову на сына, — вы с сестрой очень похожи. А еще вы похожи на свою маму. — Поверь, если бы ты увидел себя, ты бы понял, что похожи они совсем не на меня, — хихикала я. — Знаешь, я никогда бы не мог подумать, что тогда, поддавшись сладкому, невероятному желанию, я обрету целый мир, центром которого станешь ты и наши дети. Девять лет назад я и не надеялся когда-либо тебя увидеть. А теперь я… Я понимаю, что именно ты должна была подтолкнуть меня к этому. Анастейша, ты — мой лучик света.       И пусть тогда он видел нас в первый и, возможно, последний раз. Но с тех пор Кристиан начал видеть сны и нас в них. Я понимала, что ему было мало тех пятнадцати минут, и он захочет еще. Может быть, в скором времени получится сделать очки с датчиком таких размеров, чтобы он мог их носить всегда. Правда, пока что эти замыслы в стадии разработки. Однако я верю, что однажды Кристиан Грей сможет посмотреть на весь мир…