Больше, чем зависимость

Зависимость? Пожалуй, подходящее слово, чтобы описать состояние Рика. Хотя слишком мягкое. Он не просто зависел, он из последних сил цеплялся за пакетик с кокаином. Убил бы за белый порошок. И дело было не только в наркоте. Еще больше, чем в ней, он нуждался в человеке, который ему ее продал. Каждый раз, ощущая наркотический дурман, он трахал в воображении одного и того же дилера. Хитрый мелкий пацан в своей потрепанной временем темно-зеленой кепке и с игривым взглядом из-под козырька никак не мог оставить Рика даже наедине со своими мыслями. Ничего особенного мальчишка из себя не представлял. Блеклые серые зенки иногда так хотелось выколоть, чтобы пялились меньше. Кожа натянулась на кости, как на барабан. Ее вечно покрывали синяки. Еще особенным в парне был нос, который когда-то сломали. Сросся он неправильно, поэтому превратился в дугу. Красавчиком дилер не был, но почему же тогда он завладел Риком по всем пунктам? Наверно, из-за своего обаяния. Когда они впервые встретились, Рик еще не знал, как это, ощущать, как кокс оседает на твоих легких. Ему просто было плохо, а наркота стала спасением. Он хорошо помнил день, когда началась его «ненормальная» жизнь. Жизнь, в которой для него имели значение только две вещи. Дасти, так звали дилера, — тоже был вещью. Причем принадлежал он не ему, не Рику, который искал любую возможность встретится, как только наркотик попускал. Когда он отходил от дозы, все становилось таким печальным. Он чувствовал себя дерьмом, и по мере того, как «снег» впитывался в кровь, ему становилось все хуже. С каждым разом хотелось больше кокаина. Хоть чуточку приостановить все нарастающую депрессию мог либо кокс, либо Дасти. Дилер искренне умилялся, наблюдая за отчаявшимся наркоманом, которого ломало прямо у него на глазах, и который с таким желанием тянулся за новым пакетиком. Получив дозу, Рик спешил сбежать в свой угол в притоне. Углом он называл крохотную комнатушку с раздолбанной дверью и прогнившим матрацем на полу. Именно там он, прикрывая одну ноздрю, другой втягивал «снег». Становилось хорошо, к тому же, к нему приходил Дасти. Пускай и ненастоящий, но такой желанный. Спустя два часа эйфория снова шла на спад. Стоило Рику только моргнуть, и любовник исчезал. Становилось невыносимо плохо. Однажды, когда он в очередной раз валялся в собственной сперме с ощущением, что хуевей не будет, ему пришла в голову мысль. Мысль тупейшая и совершенно неуместная. — Дасти-Дасти, — весело проговорил он. Какое же дурацкое имя! Настолько дебильное, что его владельцу хотелось врезать. Какими же больными ублюдками надо быть, чтобы назвать так свое дитятко? Нет, такие люди вообще не должны существовать на земле! С этими мыслями Рик, кое-как опираясь на стену, встал. В глазах мгновенно потемнело, в ушах появился назойливый звон, также адски хотелось проблеваться. Тело не слушалось. Ему казалось, что он весил не меньше, чем полтонны. Но преодолевала все это только одна гребанная мысль: людям с именем Дасти всем надо сдохнуть, и, пожалуй, он поможет системе — убьет первого. Трясясь то ли от злобы, то ли от желания, потому что у него снова встал, и он даже не подумал напялить штаны, чтобы как-то это прикрыть, Рик вывалился из комнатки. Подобные ему валялись здесь повсюду: вдоль коридора, в комнатах без дверей, один даже перевесился через окно и самозабвенно блевал. Все они давно перестали напоминать людей. Так, ходячие куски говна. И вот он пробирался среди этого дерьма. Становилось все хреновей, но им двигала одна лишь безумно раздражающая мысль: разбить о стену голову придурка с дурацким именем. Однако, мальчишки нигде не было, и это выводило из себя еще больше. Обычно он крутился где-нибудь между этим сбродом, сбывая им новую порцию «снега». Столкнулся Рик не с Дасти, а с его блядскими зенками и хитрой лыбой. Как столкнулся, так и замер. Если еще секунду назад в его голове роились какие-то мысли, то сейчас там было абсолютно пусто. Для большего трагизма не хватало только перекати-поля. — За новой порцией, Ри-и-ик, — Дасти всегда тянул единственную гласную его имени, как будто оно казалось ему слишком коротким. Только сейчас мужчина понял, что стоял абсолютно голый и светил причиндалами в боевой готовности перед тем, кого ему больше всего хотелось трахнуть. Рика смутить было сложно, но мальчишка как будто ощупывал его взглядом, задерживаясь на пахе и на размазанной по животе сперме. Почему-то ему стало стыдно за свой внешний вид. Захотелось прикрыться или вообще спрятаться. — Д-да, — мысленно Рик чуть ли не орал на себя, заставляя собраться. За новый пакетик он расплатился с помощью бумажника какого-то мудака, которого он вчера оглушил бутылкой, потому что деньги, полученные с продажи квартиры не так давно закончились. Как только ему вручили новую порцию кокса, то поспешил убраться, из-за чего получил странный комплимент со стороны Дасти: — А у тебя классная задница, — бросил парень, в момент делая Рика одним из самых счастливых людей на Земле. Даже постнаркотическая депрессия не могла стереть появившуюся на его лице счастливую улыбку. Он готов был дрочить на эту фразу еще как минимум дня три. — Может, тебе помочь, — ухмыльнулся Дасти. Рик резко обернулся. Слишком резко. Перед глазами снова все потемнело, ноги не хотели держать. Он перестал отличать, где верх, где низ. Ему срочно понадобилась опора, поэтому он начал размахивать руками в темноте, надеясь нащупать стену. Но вокруг была лишь пустота. Когда он уже думал, что упадет, кто-то подхватил его под руку. Чтобы догадаться, кто же это был, много ума не надо. Спустя пару мгновений перед глазами прояснилось. Мальчишка улыбался. Он всегда лыбится. Но сейчас это выглядело как-то по-особенному. Хотя, может Рику просто показалось? Тело мужчины повисло на Дасти, как неподъемный балласт. Он никогда не спал с клиентами и сейчас не собирался, так, просто шутку пустил. Парень вообще не считал нариков людьми, частенько стебал их и был тем редким дилером, который никогда не пробовал свой товар. Два часа эйфории, по его мнению, не стоили тех последствий. Рик сейчас это только подтверждал. Месяц назад, когда Дасти подсел к пьяному мужчине, тот выглядел хреново, но в нем чувствовался характер. Сейчас же он казался сломленным и никчемным: мутный взгляд, расширившиеся зрачки, осунувшееся лицо. Дилер и подумать не мог, что когда-нибудь проявит жалость к Такому. Тем не менее, сейчас, сам не зная, почему, он волок этого мудака в его коморку. Дошли они быстро. Точнее, Дасти относительно быстро доволок тело мужика, который был в полтора раза шире в плечах и на полголовы выше, к потрепанной временем двери. Благо, десять метров — не такое уж большое расстояние. Дилер пнул ногой дверь, из-за чего та жалостливо скрипнула, после скинул свой балласт на матрац. И все бы было нормально, молодец, маленький мальчик Дасти, за безвозмездную помощь наркоманам возьми с полки печеньку, вот только он одного не учел: стальной хватки на своем плече, из-за чего Рик повалился на матрац, а он — на Рика. Как минимум стремно сидеть верхом на голом мужике, чей стояк упирается тебе в… Впрочем, не важно. Дилер попытался слезть, но его лишь ближе притянули к себе, до боли сдавив конечность. В его голове промелькнула мысль, что завтра появится очередной синяк. Но это не оказалось самым страшным. До Дасти только дошло, что его сейчас трахнут. Рик подмял паренька под себя. Тот отчаянно сопротивлялся, дергал ногами и руками. Вскоре мужчине это надоело. Он просто словил тонкие кисти мальчишки и сжал одной своей ручищей запястья Дасти, вжимая их в пол за его головой. Как давно он хотел это сделать! Наркотическая галлюцинация казалась ему реалистичней обычного. От вида испуганного мальчишки, которого он с силой вжимал в матрац своим телом, срывало крышу. Рик с упоением припал к шее парня, оставляя собственнические метки, а Дасти оставалось лишь из последних сил трепыхаться под мужчиной. Рик попытался поцеловать дилера, но тот плотно сжал губы и зубы, поэтому мужчина решил прибегнуть к запрещённому приему. Рука, ранее ласкавшая щеку Дасти, зажала мальчишке нос. Да, конечно, дышать можно и сквозь стиснутые зубы, но это немного сложно, когда тебя кто-то целует, поэтому вскоре парню пришлось сдаться. Маленькая пиранья то и дело кусала губы и язык Рика, который все надеялся на нежный поцелуй, поэтому неудивительно, что вскоре оба почувствовали металлический привкус. И, пугаясь собственной реакции, Дасти понял, что вся сложившаяся ситуация его нехило заводит. Парень снова попытался взбрыкнуть, но его только сильнее вжали в матрац. Стало сложно дышать, ребра ныли, грозя вообще сломаться под весом мужчины. Теперь, когда дилер безвольной куклой лежал под Риком, мужчина наконец-то мог позволить себе то, о чем давно мечтал. Он трахал рот Дасти своим языком, руками исследовал худое тело, оглаживая каждую выпирающую кость. Парень тяжело дышал, больше из-за сдавленных ребер, чем из-за возбуждения, которое нарастало против его воли. Хилые попытки вывернуться выглядели жалко, да и сил у него не осталось совершенно, поэтому когда рука Рика добралась до паха, он не мог ничего сделать. Только сдавленно заскулить. Мужчина массировал чувствительную головку, потом спустился вниз по стволу и начал жестоко надрачивать. Дасти упустил момент, когда обхватил талию Рика ногами и сам начал поддаваться навстречу. Сколько бы он не пытался взять себя в руки, у него ничего не выходило. Было чертовски приятно, но и не менее страшно. Что же произойдет в следующее мгновение? Несколько секунд до оргазма стали самыми сладкими в его жизни. Тело тряслось от удовольствия, требуя разрядки. Рик водил по стволу все с большей скоростью, при этом крепко сжимая пальцы. Его прикосновения стали почти невыносимы. Он балансировал на грани между «ты мне член оторвешь» и «это настолько вяло, что я даже не возбудился». Идеально балансировал. Послеоргазменная нега мерно расползалась по всему телу, расслабляя. Хотелось просто отдышаться и отойти от таких ярких ощущений, но смоченные в сперме пальцы Рика начали понемногу разрабатывать сфинктер. Сначала он ввел кончик указательного, потом к нему прибавился средний, оглаживая стенки ануса. Держать Дасти не было больше никакого смысла. Парень был в шоке и кайфовал одновременно, поэтому он даже не попытался вырваться, когда хватка на его запястьях ослабла, а затем и вовсе исчезла. Рик опустился ближе к паху парня, уткнувшись носом куда-то в живот. Дасти как-то отстраненно наблюдал за его действиями, приподнявшись на локтях. Он видел русую макушку, чувствовал, как мужчина обнимает его свободной рукой за талию и, конечно, чувствовал пальцы в своей заднице. Приятного было мало, да и Дасти никогда не считал себя романтиком, поэтому самое подходящее описание его чувствам — как будто хотелось по-большому в туалет. Однако, Рик сильнее надавил на какой-то аналог точки женской G в его теле, и дилера чуть ли не подкинуло от внезапно нахлынувшего удовольствия. Поняв, что движется в правильном направлении, мужчина добавил третий палец и начал активно массировать особо чувствительный участок кожи, отчего Дасти буквально кидало по прогнившему матрацу. Он, кажется, прокусил свою губу и теперь продолжал мусолить ее, вылизывая кровоточащие ранки. Из его горла против воли вырывались какие-то утробные стоны, а когда Рик несмело провел кончиком языка от яиц до головки, в глазах потемнело от накрывшего удовольствия. Дасти казалось, что еще одно прикосновение к его члену — он снова кончит. Так и произошло, когда мужчина наполовину заглотнул его член, обхватывая ствол языком и медленно и неторопливо начал опускаться вниз, при этом не забывая стимулировать простату. Дилер резко выгнулся навстречу, чувствуя, как чужая гортань плотными кольцами сжимает его член, и кончил так, что посыпались звездочки из глаз. Правда, можно поспорить, от оргазма ли эти звездочки были или оттого, что Дасти по собственной неосторожности въехал затылком в пол. Рик же долго откашливался. Сперма пошла носом, горло драло, как будто его исцарапала дикая кошка, дышать стало совершенно невозможно. Однако, стоило только неприятным ощущениям поутихнуть, как мужчина резко, без промедления вогнал свой член в разработанный анус так, что яйца пошло шлепнулись об ягодицы. Будто мстил за пущенную по дыхательным путям сперму. Дасти взвыл, на этот раз не от удовольствия, а от боли. Если пальцы приносили дискомфорт, то хер, вогнанный в него одним толчком, казалось, разорвал прямую кишку. Он распирал изнутри, давая так любимое некоторыми чувство заполненности. Хорошо, что мужчина сжалился над парнем, останавливаясь и давая время, чтобы привыкнуть. Боль сменил сильный зудящий дискомфорт, настолько невыносимый, что Дасти первым начал двигаться, а Рик уже подхватил и задал темп. Зачастую дилера хватало на два оргазма, не больше. Дальше желание пропадало, но сейчас его собственный каменный стояк терся между животами, и он был готов спустить как последний девственник, несмотря на то, что это был уже третий раз и только за сегодня. Скорее всего, он продержался дольше Рика только потому, что он стыдился показаться мужчине скорострелом, и из-за этих мыслей он лишь в последний момент заметил, что его задница стремительно наполняется спермой, а мужчина просто заваливается на него, не собираясь дальше удовлетворять его Желание, поэтому ему пришлось догонять, насаживаясь на еще не опавший член и надрачивая себе. После такой изматывающей ночи (дня/вечера/утра?) оба совершенно потерялись во времени. Не хотелось двигаться, даже шевелить пальцами, поэтому они остались в не самом удобном положении — лежа друг на друге — зато совершенно расслабленные и измотанные. Рик думал, что он под наркотой, хотя и не помнил, когда ее принял, а Дасти, что Дасти? Дасти себя чувствовал шлюхой, шалавой, профурсеткой, если вдруг его мысли слышат культурные люди. Нет, в этой жизни он успел повидать многое. Больше, чем обычно успевают люди его возраста. Но в его анус Впервые засунули член. А он ведь наивно полагал, что умрет анальным девственником. Остатки гордости убивал тот факт, что ему нравилось, безумно нравилось! Какого черта?! Дилер не отличался моралью и не особо разбирался, кого трахать, потому что всегда таскал с собой резинки, которые значительно снижали риск подхватить какую-нибудь гадость, но сейчас поимели его. Причем отсутствие гандона значилось не в первом десятке претензий. Тому, что положено называть душой, было настолько же хреново, насколько хорошо телу. Внезапно Дасти охватила злость. На себя, на Рика, да на все в этом ебанном мире! Он выбрался из-под мужчины, из-за всех сил сдерживаясь, чтобы не пнуть насильника. Задница болела, как будто он подтерся наждачкой, его душили слезы, вызванные вовсе не жалостью. Скорее, отвращением. По крайне мере, так считал парень. Мальчишке хотелось быстрее убраться отсюда. Он напялил потертые джинсы, которые Рик содрал с него как-то незаметно даже для самого Дасти, надвинул на глаза козырек любимой кепки, слетевшей с парня самостоятельно и оставшейся на матраце, после чего поспешил вылететь из коморки настолько быстро, настолько позволяла ноющая боль в самом интересном месте. Рик, наблюдавший за всеми этими манипуляциями, никак не мог понять, почему любовник не исчезает. Обычно, стоило ему удовлетворить себя и разок моргнуть, как греза испарялась. Да и вел себя парень как-то странно. Он не расплылся в довольной улыбке, но наоборот выпятил вперед нижнюю губу, которая чуть подрагивала, и старался поменьше смотреть на мужчину. На матраце возле Рика лежал нетронутый пакет с коксом. Вот тогда до него дошло. Он сорвался с места, получив букет незабываемых ощущений. От головной боли до вновь возобновившихся приступов тошноты. Дасти маячил где-то впереди, неспешно хромая по длинному коридору. Правда, стоило ему только увидеть погоню, как парень ускорил шаг, а затем и вовсе побежал, шипя от боли. Нет, все-таки он его порвал! Наверно, со стороны это выглядело забавно: куча нариков вокруг, над многими из которых кружили мухи, вонь, смешавшая в себе запах дерьма, блевотины и разложения, а также два индивида не первой свежести, гонящиеся друг за другом и дополняющие прелестную картину. «Лишь бы свалить», — крутилось в голове у Дасти. «Лишь бы догнать», — думал Рик, который в конце концов ухватил мальчишку за ворот футболки и пригвоздил к стене. — Ну и чего ты этим хочешь добиться, — выплюнул дилер, но здравый смысл подкидывал ему идейку, что его напускная бравада тут не поможет. Его часто били в детстве. Потом он наконец-то решился свалить из дома, не выдержав постоянного морального давления по типу: «Мы тебя всем обеспечиваем, а ты, свинья неблагодарная, пива отцу принести не можешь!», и пофиг, что на тот момент ему было четырнадцать. Мальчику просто-напросто ничего такого не продавали. Да, собственно, на самом деле, обеспечивали его не они — двое пропитых алкашей, избивающих друг друга ради забавы, а жалостливые соседи, притаскивающие мальчишке потасканные шмотки своих детей и кое-какую еду. После побега он связался с наркоторговлей. Ради интереса, когда же он сдохнет, его под крыло взял один из криминальных авторитетов города, помешавшийся в свое время на мафии и не позволявший себя называть как-то иначе, чем Большой Босс. Но Дасти оказался живучим малым. Шесть лет уже прошло, а его еще ни разу не сумели взять копы. Но теперь, когда над ним нависал Рик, он чувствовал себя все тем же маленьким мальчиком, а на месте мужчины представлял своего отца. От этого сравнения ему стало так жутко, а первобытные инстинкты подсказывали ему бежать. Даже жизнь среди нариков не казалась ему такой хреновой, как «родное гнездышко». Он застыл от ужаса, окунаясь в «прелестные» детские воспоминания, но резкий мужской голос вернул его в реальность: — Чего я хочу добиться? — повторил его же вопрос Рик. — Тебя, мать твою, добиться! Я больше не могу. Никогда не влюблялся и думал, что такого не бывает, так почему Ты преследуешь меня? Понимаю, это глупо, и все такое, но блять. Я так больше не могу! Повисло тяжелое молчание. За что Дасти любил свою кепку? Да хотя бы за то, что сейчас он мог не смотреть в глаза Рику, а разглядывать свои затасканные, начавшие расклеиваться кеды. — Сопротивляться любви — значит снабжать ее новым оружием, — рассудил какой-то мужик, валяющийся возле стенки с бутылкой портвейна. — Сделай одолжение, захлопни свое хлебало, философ хуев! — прошипел Рик, и нарик, примирительно улыбаясь, отполз подальше. Затем тяжелый взгляд снова пал на Дасти. Он не мог понять, что нужно сказать. Он всегда терялся в таких ситуациях. Ему нужно подумать? Конечно! Будет ли Рик ждать? Вряд ли. Хочет ли он встречаться с зависимым — однозначно нет. — Тебе нужно лечиться, — выкрикнул парень, выворачиваясь настолько ловко и внезапно, что мужчина не смог его удержать. А потом он бежал. Настолько быстро, насколько мог. От кого он убегал — неизвестно, потому что Рик остался на месте. Может, от себя? *** Время близилось к новому году. Дасти, размахивая кульком с мандаринами, спешил к палате под номером «9». Там его уже ждали. Рик сильно похудел, он выглядел измотанным и уставшим, но приходу мальчишки искренне обрадовался, с удовольствием поглощая принесенные фрукты. — Как идет лечение? — вопрос был скорее риторическим, потому что Дасти прекрасно обо всем знал. Он занял часть кровати в ногах у мужчины и не переставал улыбаться. — Уже на второй стадии, как они говорят. Все токсины из организма вывели, теперь промывают мозги всякой ересью типа «нормальной» личности, коей я должен стать, — пожал плечами Рик. — Но знаешь, иногда мне кажется, что я просто перескочил с одного вида наркотиков на другой, — он притянул к себе Дасти и вовлек того в неспешный томный поцелуй.